Законы Б. Брэда об авиации

Закон о неприятностях

 

Если к неприятности очень хорошо подготовиться, то она, скорее всего, не произойдёт.

Дополнение к закону о неприятностях

Чем дольше неприятности не происходят, тем больше вероятность того, что неприятность произойдет.

Вывод из закона о неприятностях

Происходят только те неприятности, к которым не готовился.

Второй вывод из закона о неприятностях

Неприятности происходят только тогда, когда к ним не подготовился.

Дополнения к первому и второму выводу из закона о неприятностях

Это такой лом готовится к неприятностям, зная, что скорее всего они не произойдут.

Главный вывод из закона о неприятностях

При дальнейшем повышении автоматизации летной деятельности единственной задачей капитана станет: БЫТЬ ГОТОВЫМ к неисправности автоматики.

Вывод из Главного вывода из Закона о неприятностях

Чем надежнее автоматика, облегчающая работу пилотов, тем тяжелее быть постоянно готовым к её неисправности.

Следовательно, чем более облегчается труд пилотов, тем тяжелее у них работа. Дополнение к выводу из Главного вывода из Закона о неприятностях

Линейный пилот может стать героем, если ему сильно не повезет, во-первых, но он будет очень хорошо к этому невезению готов, во-вторых.

 

Следствие из Закона о неприятностях (Главный закон организации летной работы)

Меры необходимо принимать до неприятности, а не после неё.

Дополнение к Главному закону организации летной работы

Если вышеуказанные меры требуют материальных затрат, то объяснить необходимость этих затрат финансистам до самой неприятности невозможно.

Уточнение к Дополнению к Главному закону ОЛР

Все вышеуказанные меры требуют материальных затрат.

Выводы из уточнения к Дополнению к Главному закону ОЛР

Профилактика неприятностей невозможна, если в принятии решения принимают участие экономисты.

Уточнение к выводу из Дополнения к Главному закону ОЛР

Экономисты бывают умными, которые учатся на ошибках других; глупыми, которые учатся на своих ошибках и придурками, которые даже на своих ошибках не могут научится.

 

Правила проверки техники пилотирования (Для проверяющего)

 

Первое правило проверки техники пилотирования

При проверке техники пилотирования Главная задача безопасное завершение полета.

Второе правило проверки техники пилотирования

Хороший проверяющий тот, кого проверяемый до завершения рейса не замечает.

Третье правило проверки техники пилотирования

Если полет с проверящим менее надежен чем без него, то проверяющий лишний элемент системы.

Четвертое правило проверки техники пилотирования

Если проверющий занял рабочее место он должен забыть о том, что он проверяющий до конца полета.

Пятое правило проверки техники пилотирования

Проверяющий должен находится в самолете только тогда, когда его отсутствия избежать невозможно. Предупреждение о проверке техники пилотирования Чаще происшествия происходят в тех случаях, когда моделируют особые условия в реальном полете, чем тогда, когда эти условия возникают сами собой.

 

Законы Б.Брода о проверках (Для проверяемых)

 

Первый Закон Б.Брэда о проверке техники пилотирования

Не перестарайся.

Второй закон Б.Брэда о проверке техники пилотирования

Не перестарайся таким образом, что бы проверяющий не подозревал, что ты не хочешь перестараться.

Третий закон Б.Брэда о проверке техники пилотирования

Сразу же забудь о совершенной ошибке. Тебе о ней напомнит проверяющий на послеполетном разборе. Зачем же забивать свою память.

Четвертый закон Б.Брэда о проверке техники пилотирования

На результат оценки большее влияние оказывает не отсутствие замечаний,

А ПРАВИЛЬНАЯ НА НИХ РЕАКЦИЯ.

Дополнение к законам о проверке техники пилотирования

Для того чтобы убедить кого-либо в том, что ты хороший летчик, ты, в первую очередь, сам должен быть в этом уверен.

 

Разбор полетов

 

Определения Разбор полетов (офиц.) – это когда те, кто летает мало, рассказывают тем, кто летает много, как надо летать.

Разбор полетов (неофиц.) – это когда те, кто помнит, чем вчера все закончилось, рассказывает тем, кто не помнит, чем вчера все закончилось, чем же вчера все закончилось.

Критерии качества выполнения полета

Единственным объективным критерием качества выполнения полета является его благополучный исход.

Оценка полета

Если тебе есть, что вспомнить о прошедшем полете, значит, ты что-то делал не так. Критерии профессионализма пилота

Единственным объективным критерием професионализма пилота является НАДЁЖНОСТЬ.

Характеристика

Давая кому-либо характеристику, помни, что характеристика в первую очередь характеризует того, кто эту характеристику дает.

Разборчики

Если дело дошло до разбора полета, значит не все так плохо. Плохо это когда проводится не разбор полета, а выяснение отношений.

Очень плохо, когда полет разбирает комиссия по расследованию.

-Если все живы, то остальные итоги полета имеют вторичное значение.

Хороший летчик, что масло масляное.

-Если летчик, то уже хороший.

-Если не хороший, то это и не летчик.

Примечание: Последнее можно отнести также и к другу, самолету, инструктору, штурману, диспетчеру, виски, шампанскому …

-Если летчик не боится летать, значит он что-то в этой профессии ещё не знает.

Авиацию трезвым умом не понять. Но с нетрезвым там нечего делать. После того, как придумали компьютерные игры в мобильных телефонах, разборы полетов перестали быть напрасной тратой времени для летного состава.

Опытный летчик это тот, кто умеет проснуться, как бы тихо его фамилию не назвали. Всегда докладывай об имевших место в полете отклонениях, вне зависимости были они или нет.

Характер отклонений оставь выяснять расшифровщикам.

Узелок на память штука хорошая, вот только бы вспомнить, по какому поводу он завязан.

Если не знаешь, что делать лучше ничего и не делай. По крайней мере, не сделаешь хуже.

Всем хороша работа летного руководителя, вот только бы не было бы летчиков, и летать исключительно пассажиром.

В жизни всегда есть место подвигу, но умный будет держаться от этого места подальше.

Летание не есть дело мужское или женское, но только того, кто этого достоин.

 

Забавные истории в военной авиации

Забавный случай.  Одиссея лейтенанта Жукова

 

 Во время моей службы в Севастлейском Центре по переучиванию лётчиков на новую технику один лётчик из Албании умудрился посадить исправный самолёт “рассудку вопреки, наперекор стихиям” и всем инструкциям по эксплуатации “на брюхо”, то есть, забыв выпустить шасси. После того, как привезли “творение рук его” к нам на восстановление, мы работали от рассвета до заката. Поэтому мы не особенно жаловали любопытных зевак и не внимали их советам, разве что во время перекура позволяли себе поболтать с ними, послушать их байки и анекдоты.

 Запомнились байки одного из них, техника из батальона аэродромного обслуживания, лейтенанта Жукова, своими мнимыми, а может быть частично и не мнимыми похождениями и историями.

  Если верить этому лейтенанту, то был он личностью, “приближённой к императору” в лице маршала Баграмяна, поскольку считался женихом то ли его внучки, то ли племянницы, и потому занимал в его штабе подполковничью должность. Но он не оправдал надежд маршала, как жених, то ли был уличён в любвеобильности с кем-то другой, то ли в него безответно влюбилась дочь маршала, а потому впал в опалу и был сослан, как лермонтовский Грушницкий в нашу глушь искупать грехи молодости, но вскоре будет прощён, и вот тогда снова взойдёт его звезда, придёт его звёздный час.

  

  Мы делали вид , что верим ему и даже сочувствуем, чтобы он рассказал до конца свою небылицу, хотя и понимали всю абсурдность его рассказов.

 Как я сейчас думаю, случай этот хотя и клинический, но не такой уж и уникальный, если вспомнить истории с детьми лейтенанта Шмидта. Да что там ходить далеко в историю, когда несколько лет спустя, после описываемых событий к нам в НИИ–2МО поступил якобы по протекции большого начальства капитан 3-го ранга Тихомиров, а вскоре пошёл слушок, что этот большой начальник не кто иной, как главком ВМФ адмирал флота Горшков, по совместительству тесть Тихомирова.

 На вопросы, правда ли это, тот лишь загадочно улыбался, не подтверждая и не опровергая данную информацию. Так он благополучно дорос до капитана 1-го ранга, а когда один из дотошных кадровиков типа Семипядного, упоминавшегося уже в 1-й книге Воспоминаний, а может быть и он сам, стал докапываться до истины, оказалось, что всё не правда, но к Тихомирову претензий не могло быть, так как он никого не обманывал, нигде не писал в анкетах о своём высоком родстве, и даже устно никому из начальства не говорил такой неправды. А что болтали, так не писать же ему было опровержение.

 

 Но самой неожиданной и самой интересной историей для помещения в книге Воспоминаний оказалась последующая встреча с техником из Севастлейки лейтенантом Жуковым. Произошла она в Перми в предбанном кафе–буфете, торгующем пивом и бутербродами. За одним из столиков сидел мой давний знакомый в потрёпанной солдатской шинели, как у Грушницкого из романа Лермонтова, с отсутствующим сзади хлястиком и без погон. Напротив него развалился какой-то забулдыга с лилово–сизым носом.

 Жуков, увидев меня, обрадовался, как будто нашёл 3 рубля, и, подойдя ко мне как раз и попросил 3 рубля взаймы, объяснив свою просьбу тем, что он “в дороге немного поиздержался”, сейчас летит посланником в одну из африканских стран вместе с послом, которого он сопровождает, и считает просто необходимым угостить его пивом.

 “Я дал ему трёшку, сам сплюнул в догон…”.

 Больше я его не видел. Не хотел я тогда, не хочу и теперь ему зла, но боюсь, как бы не случилось с ним какое-нибудь несчастье, ибо все те, кому я одалживал трёшку, её мне не могли возвратить: один мой однокашник по академии Юрий Б. повесился, другой, безымянный знакомый – замёрз пьяный в сильный мороз, третий–товарищ по НИИ–2 МО Виталий Х. запил и сгинул в неизвестности, то ли умер, то ли ещё что-нибудь выкинул в этом роде. С тех пор я не люблю занимать не только “трёшки”, но и другие суммы, стараюсь не делать этого, заботясь о здоровье и жизни любителей “жизни взаймы”. Но не всегда это помогает: отказал как-то бывшему своему сотруднику Славе В. в “трёшке” на бутылку, а он всё равно вскоре всё же взял и умер.

 

 

Забавные истории в военной авиации, 2

   

 Обмен желаниями

 

 Зимы на Урале морозные, в Перми морозы доходили до 40 градусов. Поэтому эксплуатировать лётную технику в таких условиях было очень тяжело. Зимой и мне было трудней на работе, но ещё тяжелей доставалось механикам и техникам, особенно когда температура была под 40. Полёты и в такие морозы никто не отменял, и всё приходилось делать в меховых варежках, так как при касании металла голой рукой она сразу примерзала к нему, и оторвать её можно было только с кожей. Поэтому даже на простые операции типа завёртывания и откручивания гаек затрачивалось много времени. В один из таких морозов на стоянке появился главный инженер авиации корпуса ПВО и направился вдоль неё к стартово–командному пункту. Заметив под одним самолётом техника (это был лейтенант Звягинцев), он что-то спросил у него и проследовал дальше. Примерно через полчаса он возвращался тем же путём в штаб полка и, увидев всё того же техника всё в той же необычной позе под самолётом, бросил тому с укоризной: “Ну, что же ты всё возишься? Первый год, что ли работаешь?” и получил в ответ: “Эх, товарищ полковник, мне бы ваши погоны!”. Полковник прошёл несколько шагов, видимо, обдумывая ответ, затем повернулся, сказал с неопределённой интонацией: “А мне бы твои яйца” и, задумавшись, не торопясь пошёл дальше.

 

 

Забавные истории в военной авиации, 3

   

Выговор в качестве поощрения за успех безнадёжного дела

 

  Мне и группе лётчиков и инженеров на стартовом командном пункте (СКП), однажды довелось быть свидетелями того, как при заходе на посадку один самолёт падал на наших глазах, завалившись на правое крыло. Была отличная видимость, мы все, видевшие это, замерли в ожидании взрыва, и вдруг самолёт начал выравнивать полёт на высоте в несколько десятков метров, лётчик включил форсаж и ушёл от опасной близости с землёй. Через несколько минут тот же самолёт снова зашёл на посадку и благополучно приземлился.

 Пилотом на нём был Паша Герман, крепкий парень, для которого усилия в 90 килограммов (такие усилия надо прилагать при управлении самолётом вручную после отключения отказавшей бустерной системы, приводящей к заклинивании управления), оказались под силу. Да в такой ситуации, наверно, и менее сильный парень под воздействием стресса смог бы преодолеть и большее сопротивление ходу ручки управления. Правда, у Паши после посадки с лица пот катился градом и от физического, и от нервного напряжения, и сам он был красный, как варёный рак.

 Когда самолёт подрулил к СКП, несколько человек, оказавшихся поблизости, в том числе и я, поднялись по стремянке на плоскости самолёта, стали осматривать кабину и попросили включить тумблёр бустерного управления, оказалось, что гидравлическая система работает исправно, при незначительных усилиях на ручку управления рули высоты, поворота и элероны отклоняются в нужном направлении. И в то же время мы сами были свидетелями, как самолёт падал и выровнялся за несколько секунд до того, как мог врезаться в землю. Полёты прервали после посадки остававшихся в воздухе самолётов. Командир полка лично убедился в чудесной метаморфозе, несколько раз включая и выключая тумблёр бустерного управления при работающих на малых оборотах двигателях, но эффекта заклинивания системы управления так и не добился.

 Тогда раздосадованный и огорчённый, он велел отогнать упрямый самолёт в технико–эксплуатационную часть (ТЭЧ) и проверять его при работающих двигателях до тех пор, пока отказ не повторится или самолёт не загорится. А потом добавил, что последнее–это шутка, но если отказ не будет проявляться, проверять до тех пор, пока двигатели не израсходуют свой оставшийся ресурс. Так и сделали, но ни то, ни другое не случилось, а через три дня реализовалась шутка командира: отчего-то загорелась бустерная жидкость в месте отстыковки хвостовой части самолёта на время проверки. Пожар быстро удалось потушить, самолёт обгорел не значительно, но всё равно подлежал отправке в ремонтный завод, что и было сделано ко всеобщему удовлетворению и облегчению, особенно командира и старшего инженера полка.

 “Пострадал” один лишь начальник ТЭЧ капитан Смородинников Виктор Григорьевич, получивший выговор за не удовлетворительную организацию проверки самолёта. Но таким исходом и он был крайне доволен, так как избавился от переживаний за судьбу “непонятного” самолёта и лётчиков, которым бы пришлось на нём летать, не загорись он так вовремя. Вечером на радостях он с размахом отметил это событие, так что на следующий день руководил работами в ТЭЧ начальник группы регламентных работ по самолёту и двигателю капитан Куликов. На том “банкете” и я там был, и водку пил, и в рот попало и мне не мало, но поскольку я особым пристрастием к этому занятию не страдал и мог в большинстве случаев вовремя “притормозить”, то на следующий день вместо меня никому не пришлось руководить моей службой.

 

Сергей Федченко

 

Что такое доллар?

Денежная единица США?  Инструмент управления обществом? Масонский символ всемирного рабства?

 

 Все мы некогда слышали про «масонов». Для всех нас это жутко интересный, но абсолютно бредовый миф о каких-то абстрактных людях (преимущественно – евреях) в черных или белых монашеских рясах, как у средневековых инквизиторов. Эти люди оплели весь мир паутиной тайных сообществ, они проникли во все учреждения власти, они подают друг другу какие-то странные знаки, известные и понятные лишь им одним, они собираются на какие-то тайные собрания и обсуждают там какой-то невероятный заговор против всего человечества… Обхохотаться можно, представляя себе эту картину, не правда ли? Кто еще не смеялся над этой темой, – поднимите руку. Все уже смеялись? И вы тоже смеялись? Молодцы!

 

 А теперь возьмите в руку купюру достоинством в 1 доллар. Да-да, тот самый доллар, который ежедневно держат в руках сотни миллионов людей. Тот самый доллар, который теперь ни в одном «обмене валют» нельзя достать. Тот самый доллар, который дорожает сейчас с каждым днем, превращая наше государство и все его население в жертву невыплаченных долларовых кредитов и колонию рабов частных банков. Тот самый доллар, из-за которого многие из вас скоро будут ковыряться в мусорных баках. Взяли? Сейчас будем вместе смеяться…

 

 Самая распространенная из мировых валют, которая является кровью не только экономики США, но и важнейшим элементом межгосударственных экономических отношений, заклеймена со всех сторон тайными религиозными и культовыми символами древнего мира, не имеющими ничего общего с такими понятиями, как «деньги», «торговля», «финансы», «бизнес» и т.д.

 

 Итак, берем в руки купюру в 1 доллар. Переворачиваем ее. Видим две круглые картинки.

 

 

 Заходим в Интернет. Набираем в любом поисковике буквы, написанные на подножии пирамиды MDCCLXXVI. Читаем, что же это такое. И что мы нашли? Невероятно! Оказывается, эти круглые картинки – это не много, не мало, – две стороны официальной ВЕЛИКОЙ ПЕЧАТИ США. Представляете себе? И на долларе так и написано – «The great seal» (на левом кругу) «of the United States» (на правом кругу). Переводим: «Большая печать Соединенных Штатов», символизирующая в соответствии с рядом традиций принадлежность богатств и товаров государства, а также труда его подданных владельцам «Печати». Представляете себе, на сколько это серьезная вещь? Возникает вопрос: а причем же здесь Египетские пирамиды?

 

 

 В левой части однодолларового банкнота, выполненного по замыслу Сергея Макроновского (он же – масон Николай Константинович Рерих) и распоряжению будущего вице-президента США масона Генри Уоллеса, изображена усеченная пирамида – древнейший символ жрецов Египта, искусственно сформировавших и само первичное иудейское царство, и иудаизм как религию. Эта пирамида изображает так называемую «толпо-элитарную модель общества», увенчанную символом масонского божества — «Великого Архитектора Вселенной». Его «всевидящее и всезнающие око» возвышается как «незримый правитель» над всем миром. Внизу – само общество, которое представлено, как совокупность кирпичей, уложенных в устойчивую пирамиду.

 

 Усеченная пирамида, состоящая из тринадцати кирпичных ярусов, где каждый кирпич обозначает отдельный народ или государство с его монетой, символизирует неполноту человечества без всевластной «вершины». Символ же властительной «вершины» — треугольное око «Великого Архитектора Вселенной» — увенчан латинской надписью из тринадцати букв: «Annuit Coeptis» – «благословенны всевышним», которая подчеркивает, что «избранному» классу дано править миром по воле всевышнего». Кто это всевышний, мы можем только догадываться, так как символ “Око” имеет три свойства: тайна, власть и чудо.

 

Тайна – это то, что Вы видите глаз, но не видите личности.

Власть – это то, что “око” это всевидящее и всезнающее.

Чудо – это то, что “око” висит в воздухе над пирамидой и вообще не является ее частью.

 

 

 Обратите внимание еще на одну любопытную вещь: если нарисовать иудейский символ – звезду о шести углах, мы сможем образовать на этом рисунке слово M.A.S.O.N (смотрите на буквы в вершинах треугольников)

 

 Сразу под пирамидой написаны слова “Novus Ordo Seclorum”. Сядьте, чтобы не упасть… Дословно они переводится так: «Новый Мировой Порядок».

 

 

 А вот и схематическое изображение этого порядка, называемого в масонстве так «толпо-элитарная модель глобальной невольнической цивилизации»:

 

 Изображение ниже – это масонский символ, изображающий слуг «незримого правителя», которые образуют собой звезду Давида.

 

 

 В центре изображен «американский» орел. В клюве он несет ленточку, на которой написано: “E PLURIBUS UNUM”, что переводится так: «Один над множеством». Также бросается в глаза назойливое повторение числа 13, которое в каббалистической символике означает 13 степеней посвящения в истину.

 

 13 листков в ветке акации

 13 бутонов на ветви

 13 стрел в другой лапе

 13 полосок на флаге у него на груди

 13 5-конечных звезд над головой орла

 13 ступенек у пирамиды

 13 букв в словах над пирамидой

 13 букв в словах над орлом

 

 В общем-то вся масонская система управления миром представляет собой перевернутую пирамиду знаний, где на разных уровнях управления дают разную систему знаний и разную степень посвящения в истину. А акация, как известно, является священным деревом масонства, отверзающим могилу Хирама, его легендарного основателя, и символизирующим прочность масонской традиции и организации, обладание тайными знаниями и способностью к воскресению или бессмертию. Стрелы в левой лапе орла символизируют знания и силы, призванные усмирить, а при необходимости и умертвить врагов (взбунтовавшихся подданных), поэтому каждая из тринадцати стрел в идеале угрожает одному из тринадцати ярусов, образующих пирамиду порабощенного человечества. Если же смотреть шире, они олицетворяют успех, который должен сопутствовать продвижению к высшей цели мирового «Нового Порядка на Века». Что это за цель? Порабощение общества, устойчивое сохранение глобальной невольнической цивилизации под маской вседозволенности, демократии и абсолютной свободы личности.

 

 Дело в том, что в глубокой древности рабовладение было узаконенным. Оно было явным и откровенным для людей. Были рабовладельцы (хозяева). У них были рабы, которые трудились на них. Так проходили тысячелетия. И хотя рабы пытались вырваться из рабства, у них ничего не получалось. Почему? Всё дело было в знаниях. Рабовладельцы обладали определёнными знаниями более высокого уровня, нежели рабы. Знаниями о том, как управлять людьми, манипулировать их сознанием, их мировоззрением, как управлять процессами в природе и обществе. Эти знания называются «фундаментально методологическими». Рабам же передавались лишь «предметно-фактические» знания – как растить рис, как пилить древесину, как плавить металл и т.д. Т.е. знания, необходимые для эффективной деятельности в роли РАБА.

 

 Однако борьба за свободу ожесточалась, и на определённом этапе высокие рабовладельцы поняли, что лучший раб тот, который даже не понимает, что он раб, а наслаждается своими цепями. Самое чудовищное и безнадежное рабство – это рабство с иллюзией полной свободы. Так оккультная часть древнего египетского жречества от явного рабовладения перешла к скрытому рабовладению.

 

 Для этого были созданы различные идеологии и вероучения. Такие, как иудаизм — религия для жидов (рабовладельцев), и христианство — религия для гоев (рабов). Жиды — это управленцы-рабовладельцы низших и средних уровней. Именно поэтому во всех христианских странах у власти находятся жиды. Все сотальные – рабы или гои.

 

 А кандалы и цепи заменены сегодня на денежную систему под гегемонией вечно зеленого доллара и кредиты с высоким судным процентом. Этот современный метод порабощения досконально описан в статье «Сказка про ювелира» и проиллюстрирован в таких фильмах, как «Деньги – империя долгов», «Дух времени», «Бесценный доллар». Метод откровенен и прост – практически 90% долларовой массы создается как кредитный долг. При этом все кредиты должны быть возвращены с процентами. Однако денег для возврата процентов попросту не существует. Поэтому вернуть все долларовые долги не возможно в принципе. Иными словами, мы все заведомо – банкроты. Мы все уже принадлежим своим банкам. Вопрос лишь в том, когда они захотят забрать у нас все.

 

 Но интересно даже не это, а то, что никто этого предназначения доллара никто не скрывает: THISE NOTE IS LEGAL TENDER FOR ALL DEBTS, PUBLIC AND PRIVATE – гласит надпись на лицевой стороне купюры. Дословный перевод: «Эта банкнота – легальное средство оплаты всех долгов, общественных и частных»

 

 Теперь вы понимаете, о чем идет речь? Доллар – это не денежная единица, печатаемая для обеспечения движения товаров и услуг на мировом рынке, — это средство для оплаты долгов всего человечества перед масонами — владельцами Федерального Резервного Банка.

 

 Если Вы все еще думаете, что это сказки, — тогда почему этот же символ стоит на новой украинской купюре достоинством в 500 гривен?

 

 

 Украинские СМИ уже обратили внимание на то, что на купюре изображен один из важнейших масонских символов — тот же самый, что и на долларовых банкнотах.

 

 В частности, на лицевой стороне банкноты изображен портрет украинского философа Григория Сковороды, а на оборотной стороне — здание Киево-Могилянской академии. И на это здание “наплывает” так называемое “всевидящее око” или “лучезарная дельта” — глаз, помещенный в центре треугольника. В символике всемирного масонства это изображение обозначает властительную “вершину” — око “Великого Архитектора Вселенной”. Точно такое же “всевидящее око” изображено на оборотной стороне купюры в 1 доллар США.

 

 “Удивляет другое, почему Нацбанк Украины не поместил на банкноте в 500 гривен надпись Novus Ordo Seclorum, то есть “Новый порядок на века”, как это сделали американцы? И, вообще, на что намекнул нам всем НБУ? На то, что Киево-Могилянская академия является масонским учебным заведением, или то, что экономика Украины уже полностью находится под контролем масонов?”, — пишет по этому поводу сайт “Обком”.

 

 Ну что, Вы все еще видите в долларовых купюрах денежную единицу, отражающую обменную стоимость товаров? Вы видите в дизайне долларов что-то общее с бизнесом или финансами?

 

Нет, дорогие мои! На самом деле вы видите вот что: «над стадом, погруженным многовековой ложью в пучину неведения, возвышается мировое правительство, подчинившее себе весь мир подобно рабовладельцам».

 

 Прятать нужно лишь маленькие секреты, самые большие тайны хранит неверие толпы!

 

http://krizis.co.ua/

Топ-10 богатейших правителей современности

Рейтинг самых состоятельных и могущественных правителей планеты, обладающих в своих странах неограниченной властью, составило издание Handelsblatt.

 

 

http://www.utro.ua/ru/

 

Как Украина ядерные боеголовки считала

История рассматриваемых приключений ядерного вооружения начинается с добровольного отказа Украины от ядерного оружия в 90-х годах. Тогда данный шаг молодого независимого государства вызвал настоящую радость всех западных стран, особенно радовались страны НАТО. Газеты пестрели заголовками о становлении нового демократического государства, и сделанный шаг доказывал эти стремления.

 

Но о настоящих причинах отказа от ядерного оружия знает очень малый круг людей. Финансовая помощь, оказанная западными странами молодой Украине в любых, не известных нам видах, и жесткое давление на Киев — типичный метод кнута и пряника.

 

Но нас волнует в сделанном шаге только судьба ядерного вооружения. Ведь до сих пор нет никаких точных и подтвержденных данных, как, куда и кому было отдано, продано или вывезено ядерное вооружение с территории Украины. С момента, принятого считать точкой отсчета безъядерной Украины, прошло больше 15 лет, но нигде до сих пор нет официальных данных от МО Украины о количестве вывезенного ядерного оружия.

 

  Х-55 – дозвуковая крылатая ракета воздушного базирования

  

Цифры

 

Дисбаланс в подсчете находившихся на территории Украины ядерных боеголовок имеет цифру несколько сотен единиц.

 

Так, при распаде СССР на территории Украины оставалось:

 

— 130 межконтинентальных баллистических ракет УР-100Н УТТХ РС-18;

 

— 46 межконтинентальных баллистических ракет РТ-23УТТХ РС-22.

 

Получается, что речь идет о цифре в 1240 единиц ядерных боеголовок. Но на начало 2002 года МО Украины обнародовало информацию о выводе 1600 боеголовок. А к 2010 году появляется информация о передаче 1272 боеголовках с ядерным боезапасом России. Ситуация, скажем так, не однозначная, но прошу внимательно прочитать следующую информацию – по окончании вывода последней боеголовки государственное СМИ «Укринформ» заявило о выводе 1271 единицы. Данная информация очень быстро стала недоступной для ознакомления, но факт «замыливания» одной боеголовки остается фактом. Ведь речь идет не о нескольких десятках тонн тротилового эквивалента, речь идет о 550 тысячах тонн. Чтобы иметь представление, о чем речь, — японская Хиросима приняла на себя «всего» 20 тысяч тонн в тротиловом эквиваленте американской ядерной бомбы.

 

Аналогичные «ошибки» происходят и с бомбардировщиками стратегического назначения. От СССР у Киева остались 44 самолета такого типа. Но долгое время везде военно-воздушные силы Украины сообщали о 42 стратегических самолетах, имеющихся на балансе.

 

Наш список цифр продолжает вооружение бомбардировщиков стратегического назначения. Речь идет о ракете Х-55 или РКВ-500. В далеком 1992 году боеголовки ракет Украина меняет в России на ядерное топливо для своих атомных станций.

 

А вот сами ракеты стали предметом политических игр между Украиной, Россией и Соединенными Штатами. Речь идет о 1068 крылатых ракетах.

 

В итоге Москва получает боеспособные ракеты в количестве 581 единицы и списывает Киеву долги по газу. Оставшиеся крылатые ракеты в количестве 487 штук под чутким руководством и финансовой поддержке Вашингтона уничтожаются.

 

В 2000 году, когда Украина вроде как передала России 581 ракету, Москва заявила, что от Киева получено только 575 КР. Киев, долго не думая, в 2001 году быстро возмещает недостачу в 6 КР.

 

На этом сделка Украины с Россией окончательна утихла. Ведь Россия получила свои 581 КР, а то, что Украина считает, что передела России 587 КР, так это проблемы «индейцев».

 

А на Украине идет успешная утилизация КР Х-55. Сначала появились цифры об утилизации 483 единиц ракет, чуть позже появилась цифра 487.

 

Простые подсчеты показывают нам интересные цифры. Итак:

 

— всего было 1068 КР Х-55;

 

— Украина отдала России, как она считает, 587 ракет;

 

— утилизировали 487 КР Х-55;

 

Считаем: 587+487=1074 крылатые ракеты. А ведь их всего 1068 единиц было у Украины. Наверное, когда Украина обрела независимость, вдобавок обрела новую систему математического исчисления.

 

Необъяснимо, но факт

 

Мы уже рассмотрели судьбу 1272 ядерных боеголовок межконтинентальных баллистических ракет. Но на самом деле данные МО СССР говорят, что ядерных боеголовок на момент распада союзных республик в Украине насчитывалось где-то 3770 плюс-минус 50 единиц. Вот и заявление первого замначальника генштаба ВС Украины генерал-лейтенанта Пальчука в 2002 году только добавляет мистическую нотку в это дело: «За все время существования ВС Украины за ее пределы передано более 4 000 ядерных боеголовок».

 

Эти факты вызывают естественный интерес у любого заинтересованного человека, но этот интерес быстро пропадет, как только он узнает, что 17 октября этого года военное ведомство Украины открыто сообщило, что информацией о конкретном количестве ядерного вооружения, вывезенного и переданного за пределы Украины, в МОУ и ГШ ВС Украины не располагают.

 

Остается открытым вопрос о наличии у Украины ядерного вооружения. В правдивости сведений о ликвидации ядерных боеприпасов и вооружения мы только что убедились.

 

Рассказывать все «темные» сделки по МБР займет не одну страницу текста, просто приведем небольшой пример из этой области.

 

Официально в ООН Украина сообщает о сделке с Россией — продажа 29 межконтинентальных баллистических ракет УР-100Н УТТХ. Все сделано официально и законно. Но, по данным МОУ, в Российскую федерацию была поставлена 31 ракета УР-100Н УТТХ. Где летают эти две ракеты – неизвестно. Опять, наверное, вступила с силу украинская математика.

 

 Не виноватая я

 

Вот и подошло время, когда сплоховала не украинская математика, а вмешался «человеческий фактор».

 

Украинская математика не смогла прийти на помощь, когда на весь мир генпрокурор Украины С.Пискун сообщил в 2005 году английской «Financial Times» про факт продажи 12 КР Х-55 в Иран и 6 КР Х-55 в Китай. Правда, он успел сообщить, что ракеты не имели ядерных боеголовок.

 

Очень быстро среагировала пресс-служба украинской прокуратуры, сообщив через некоторое время, что да, факт продажи был, но это была контрабанда.

 

Это важное для Украины разъяснение. Факт торговли ракетными и ядерными технологиями мог довести Украину до очень неприятных санкций и штрафов. Контрабанда оружия, выявленная украинскими государственными организациями, выглядит на фоне торговли ядерным оружием просто неприятным моментом.

 

Хотя любой понимает, что без задействования высшего эшелона власти такую контрабанду совершить практически невозможно.

 

В ходе следствия было выяснено, что в данной «контрабанде» были замешаны первые лица как государства, так и предприятий, осуществляющих официальную торговлю оружием за границу от лица государства.

 

Но это совсем другая история.

 

Источник: http://topwar.ru/

 

 Автор Роман Джерелейко

Гризодубова Валентина Степановна. Биография

Родилась 7.01.11 г. в Харькове. Русская. Ее отец Степан Гризодубов был авиаконструктором и летчиком-самоучкой. После окончания средней школы Валентина поступила в Харьковский технологический институт. Параллельно она закончила музыкальное училище по классу рояля и была зачислена в консерваторию.

 

4.11.28 г. поступила в Харьковский Центральный аэроклуб. Окончив аэроклуб за три месяца, и оставив институт, она поступила в 1-ю Тульскую летно-спортивную школу Осоавиахима, а затем в 1929 г. в школу летчиков-инструкторов в Пензе, по окончании которой была направлена летчиком-инструктором в Тушино. Подготовила 86 летчиков.

 

Рассказывает генерал-полковник авиации Полынин: «Одним из отрядов авиационной бригады командовал Фегервари — венгр по национальности. Был он худощав, всегда ровен и вежлив в обращении. Небольшой акцент, с которым Фегервари произносил слова, придавал его речи особую привлекательность.

 

Дело было летом, стояли мы в лагерях под Серпуховом у деревни Липецы. Подходит как-то к нему миловидная молодая женщина и чуть не со слезами на глазах умоляет:

 

— Ну, научите меня летать. Ну, пожалуйста…

 

— Не могу я этого сделать, уважаемая. Не могу. Авиация боевая, а вы хотите, чтобы я посадил в самолет женщину, — отбивался от нее Фегервари.

 

— Я все это понимаю, — не унималась она. — Но сделайте исключение, прошу вас.

 

Это была ныне всем известная летчица Валентина Гризодубова.

 

— Ну что мне с вами делать? — искренне сожалел Фегервари. — Узнает начальство — не сдобровать.

 

В конце концов, командир отряда сдался и разрешил после основных полетов провезти Валентину на По-2. Она оказалась на редкость способной, быстро переняла приемы управления самолетом, уверенно взлетала и садилась. Вскоре ее выпустили самостоятельно и порекомендовали продолжить учебу в одном из подразделений ГВФ. Туда же, в ГВФ, за какую-то очередную провинность на время откомандировали и В.П. Чкалова. Он возил там парашютистов и принял живейшее участие в устройстве летной судьбы Вали Гризодубовой».

 

В 1934-35 гг. работала лётчиком в агитационной эскадрилье им. Горького. Один из самолётов эскадрильи — «Орденоносная работница» — был построен на средства, собранные женщинами страны по инициативе читательниц журнала «Работница». На этом самолёте Валентина Гризодубова появлялась в самых отдаленных городах и поселках. Летала над Памиром, Кабардино-Балкарией, Ферганской долиной. Добиралась до селений, где не только самолётов, но и паровоза еще не видали, садилась на лесных полянах, лугах, в поле, и со всех сторон к ней бежали люди. Катала ударников, агитировала молодежь идти в авиацию, собирала средства на постройку новых самолётов.

 

В 1936 г. была награждена орденом Трудового Красного Знамени.

 

Вспоминает Марина Раскова: «Летчики много говорили о Валентине Гризодубовой. Мне часто доводилось слышать, что это замечательная летчица, что она много и очень хорошо летает. Я искала случая с ней познакомиться.

 

Однажды на выпускном вечере в Академии кто-то из слушателей сказал мне, что видел только что Гризодубову. Я очень обрадовалась…

 

— Вот она стоит с летчиком-истребителем Соколовым. Это ее муж.

 

Красивая женщина в изящном шелковом платье кокетливо и мило улыбалась. Из-под густых ресниц как-то очень лучисто и тепло смеялись ее глаза. Они мне особенно понравились и запомнились. Заговорить с нею не удалось, ее отвлекли. Когда она твердой, почти мужской походкой немного вразвалку направилась в зал, я подумала: «Да, это, конечно, летчица»…

 

9 марта 1936 года в Колонном зале Дома союзов собрались стахановки, ударницы, орденоносцы, знатные женщины нашей столицы. Нарядный зал и фойе были наполнены веселым смехом, музыкой, шутками. Красиво одетые девушки кружились в веселой пляске или гуляли под руку. В одном из коридоров я лицом к лицу столкнулась с Валентиной Гризодубовой. И на этот раз она также была в очень нарядном платье.

 

Я остановила ее.

 

— Ты Валя Гризодубова?

 

— А ты Марина Раскова?..

 

Оказалось, слушатели Академии много рассказывали обо мне ее мужу, и она знала, что я летаю и что я инструктор слепых полетов. Мы не расставались уже весь вечер. Болтали о чем угодно. Валя мне рассказала, что она играет на рояле… Она готовилась стать матерью, но это обстоятельство не помешало нам покружиться в вальсе по прекрасному паркету Колонного зала…

 

На прощанье Валя сказала просто:

 

— Заходи, Марина, ко мне.

 

Однако придти к ней удалось только осенью, когда у Вали уже родился сын…

 

Валя жила в одной комнате с матерью, мужем и маленьким сынишкой, которого со дня рождения начали называть Соколиком, хотя имя его Валерий. Я увидела, что моя подруга не только летчик, но и замечательная мать. Ребенок шумел, это нисколько ее не обременяло. Она с таким восторгом следила за каждым его движением, что я даже ей позавидовала.

 

Мы поочередно играли на рояле. Играли любительски, как умели, но с большим задором. Весело перемигивались, когда кто-нибудь из нас сфальшивил…

 

В этот вечер я узнала, что Валя родилась в авиационной семье, что ее отец еще в старое время, до революции, на свои средства строил самолеты, сам их конструировал и сам же летал на них… Мать Вали рассказала о первом полете дочери. Когда Вале было два года, она уже летала с отцом. Однажды мать ушла из дому на работу. Ребенка не на кого было оставить. Отец, собиравшийся проверить свой новый самолет, не долго думая, привязал девочку себе на спину и полетел…

 

Прекрасная эта семья! Дружная, спокойная. Впоследствии, когда мы стали встречаться чаще, бывая у Вали, я никогда не видела, чтобы здесь кто-нибудь раздражался или повышал голос. Здесь всегда царило ровное, веселое настроение. Беседы велись тихие, задушевные. Часто заходила к Вале ее борттехник Катя Слобоженко. Нашим разговорам и мечтам о будущих полетах не было конца».

 

Служила в РККА с 1936 г.

 

В октябре 1937 г. на самолётах УТ-1, УТ-2 и АИР-12 установила 5 мировых авиационных рекордов высоты, скорости и дальности полёта.

 

 

Мировые авиационные рекорды, установленные Гризодубовой

Дата   

Самолёт        

Экипаж         

Класс 

Наименование рекорда       

Результат

 

7.10.37           

УТ-1  

В.С. Гризодубова     

Класс С,

 

2-я категория,

 

женский        

Скорость полёта на 100-км замкнутом маршруте           

218,18 км/ч

 

9.10.37           

УТ-1

 

гидро 

В.С. Гризодубова     

Класс С-бис,

 

 2-я категория,

женский        

Скорость полёта на 100-км замкнутом маршруте           

190,88 км/ч

 

9.10.37           

УТ-2

 

гидро 

В.С. Гризодубова — лётчик

Е. Слобоженко

 

— бортмеханик          

Класс С-бис,

 

1-я категория, женский       

Скорость полёта на 100-км замкнутом маршруте           

200,00 км/ч

 

15.10.37         

УТ-2

 

гидро 

В.С. Гризодубова — лётчик

Е. Слобоженко

 

— бортмеханик          

Класс С-бис,

 

1-я категория, женский       

Высота полёта         

3267м

 

24.10.37         

АИР-12         

В.С. Гризодубова — лётчик

М.М. Раскова

 

— штурман     

Класс С,

1-я категория,

 

женский        

Дальность полёта по прямой         

1444,72 км

 

24-25.09.38   

АНТ-37 «Родина»    

В.С. Гризодубова — командир экипажа

П.Д. Осипенко

 

— 2-й пилот

М.М. Раскова

 

— штурман     

Класс С,

женский        

Дальность полёта по прямой         

5908,61 км

 

 

 

24.10.37 на АИР-12 (штурман – М.М. Раскова) совершила дальний перелет Москва – Актюбинск, установив мировой рекорд дальности полета по прямой.

 

Вспоминает Марина Раскова: «Однажды… мы медленно шли с ней по длинным коридорам общежитий Академии и вели самый сокровенный разговор, какой только может быть между двумя летчицами. Мы мечтали летать как можно больше, как можно дальше. Поздней ночью в коридоре общежития у нас начала созревать идея далекого беспосадочного женского перелета.

 

После этого мы стали встречаться чаще… Каждый раз мы разговаривали о полетах. Все чаще и чаще возвращались к нашей общей мечте — полететь вместе. Но все это еще было довольно туманно.

 

Неожиданно, как-то осенью 1937 года, Валя позвонила мне по телефону.

 

— Марина, хочешь слетать со мной на маленький рекордик?

 

— На какой?

 

— На спортивный рекорд, на дальность…

 

Валентина рассказала мне, что есть небольшая машина конструкции Яковлева, № 12, которая позволяет установить рекорд дальности полета по прямой для легкомоторного самолета…

 

Мы начали обсуждать маршрут… Если мы хотим побить рекорд дальности полета по прямой, то нужно лететь не по обычной трассе гражданской авиации, а по кратчайшему пути между двумя точками… Наиболее удобным для нас будет лететь из Москвы по прямой на Оренбург, а оттуда — вдоль линии железной дороги до тех пор, пока хватит горючего.

 

Валя попросила:

 

— Освободись на несколько дней от работы, полетаем на яковлевской машине над Москвой…

 

Я пришла на Тушинский аэродром… На ней было изящное пальто, легонькие туфли на высоком каблуке, красивая, модная шляпка. Как бы в оправдание своего костюма Валя сказала:

 

— Я ведь случайно пришла на аэродром. И не думала летать сегодня…

 

Но она полетела. Надела сверх пальто парашют, на голову — шлем, скинула с ног нарядные туфельки и в одних чулках полезла в самолет. Впервые в жизни она летела на этой машине. Но как красиво оторвался самолет от земли. Находившиеся на аэродроме летчики шумно хвалили Гризодубову. Я стояла и слушала их оживленные разговоры.

 

— Вот такому взлету можно позавидовать!

 

Меня охватила такая гордость, будто говорили обо мне самой. Было приятно слышать, что опытные летчики так отзываются о работе женщины-пилота, и особенно приятно, что так говорят о моей подруге Вале.

 

Она села так же великолепно, как и оторвалась от земли…

 

На следующий день мы снова приехали на аэродром и летали вместе. Я — в передней кабине, Валя — сзади меня. Летали по кругу. Машина маленькая, легкая. Кабина довольно тесная, приборов мало. Только карты, часы, компас и указатель скорости. Даже какого-нибудь прибора для измерения ветра установить невозможно. Значит, соображаю, придется определять ветер на этапах, не меньше, чем по 50 километров, с грубо рассчитанным курсом, и только потом по карте отмечать, куда ветер будет сносить самолет с маршрута. Это, конечно, удлинит полет, помешает лететь по прямой, но ничего не поделаешь. Полетный вес не позволял конструктору увеличить габариты кабины, вот и нет места для приборов…

 

Наутро назначили старт. Машину поставили на заправку, а мы с Валей отправились домой. Вечер и ночь я провела у Гризодубовых. Склеивали на полу карты. Здесь же на полу ползал маленький Соколик…

 

Поднялись мы часа за два до рассвета и начали быстро и хлопотливо собираться. Как всегда бывает перед отъездом, по нескольку раз проверяли одни и те же вещи, боясь что-нибудь забыть. Линейку положили?.. А карту — намотали?.. На мне кожаный реглан на меху. Валя надевает теплый комбинезон…

 

Ярко освещенная прожекторами, наша машина стояла наготове на бетонной дорожке аэродрома. Кончились последние приготовления. Люди облепили самолет и хлопотали, как пчелы вокруг улья. Спортивные комиссары укрепляли в кабине запломбированные барографы. Больше всех волновался конструктор Яковлев. Он все еще беспокоился, как оторвется от земли тяжело нагруженная машина…

 

В воздухе было свежо. Солнце еще не всходило. Мы набираем высоту… Очень ровно работает мотор. Устраиваюсь поудобнее в своей кабине, привожу в порядок штурманское хозяйство. Вдруг — голос Вали в переговорном аппарате:

 

— Не работает гиромагнитный компас!

 

Я пробую посоветовать ей, что нужно делать в таких случаях. Но оказывается, ничего не помогает. Компас выведен из строя. Его можно исправить только на земле. Удружили спортивные комиссары! Когда они укрепляли в кабине барографы, оторвалась трубка, питающая компас воздухом. Ничего сделать нельзя. Гироскоп не крутится, компас не действует.

 

Как быть? Не садиться же? Баки самолета до отказа наполнены горючим. С такой нагрузкой садиться нельзя — сломаешь шасси. Для слива горючего в воздухе машина не приспособлена…

 

— Что будем делать? — спрашивает Валя.

 

— Полетим по моему компасу, — предложила я.

 

У меня в кабине тесно, повернуться некуда. Компас находится где-то глубоко в ногах. И вот я кланяюсь себе в ноги и командую: «правее», «левее», «так держать», и так — на протяжении всего перелета… Если от меня долго нет сигналов, Валя напоминает:

 

— Курс!..

 

Время проходило незаметно. Пересекли Волгу южнее Куйбышева. Под нами расстилался скучный пейзаж заволжских степей. За Волгой погода начала портиться, облака становились все ниже и ниже. Попробовали было лететь в облаках, из этого ничего не вышло Самолет не был оборудован для слепых полетов. Вышли из облаков и летели низко, в 100-200 метрах над землей. Видимость плохая, стекла колпака кабины непрозрачны. Мы шутим все реже и реже, все чаще Валя настойчиво спрашивает:

 

— Курс? Курс?

 

По расчетам через пять минут должен быть Оренбург. Отсюда, как мы условились, пойдем вдоль железной дороги. Но через пять минут Оренбурга не оказалось. Меня поразило спокойствие командира самолета. Валя не высказала никакого нетерпения и только спросила:

 

— Что будем делать дальше?

 

— Полетим еще пять минут.

 

Через пять минут она спрашивает:

 

— Где же твой Оренбург?

 

— Где-то очень близко. Нам его не видно из-за малой высоты…

 

Через четыре минуты вылетели на железную дорогу… Стало ясно, что мы прошли Оренбург еще минут десять назад, но прошли его севернее нашего маршрута километров на двадцать. Низкая облачность скрыла от нас город.

 

Возвращаться на Оренбург не стали: жаль было горючего. Полетели прямо на Актюбинск, через пустую, ровную степь. Кругом унылые пески. Лишь временами песчаная равнина перемежается такими же песчаными сопками…

 

Внезапно я чувствую, как с колен у меня начинают подниматься карты. Потом вместе с картами поднимаюсь и я из кабины. Схватилась за ремни. Слышу, Валя смеется:

 

— Перебой в моторе. Кончилось горючее во всех баках, кроме аварийного. Мотор хотел остановиться, я бросила ручку и нагнулась, чтобы переключить баки. В это время машина «клюнула», и ты чуть не вывалилась из кабины…

 

Я ворчу:

 

— Смешно тебе…

 

Мы летели над глухой, ненаселенной степью. Ничего, кроме песков. Ни домика, ни железной дороги… Минут десять-пятнадцать, и среди песчаных дюн показались строения вдоль линии железной дороги. Это был Актюбинск…

 

Здесь нас никто не ждал. Нашли спортивных комиссаров… Они сняли барографы, составили акт о посадке и проверили пломбы на бензиновых и масляных баках…

 

Переночевали, а на утро… взлетели с пыльного актюбинского аэродрома на Москву…

 

Километрах в семидесяти за Оренбургом мы попали в дымку, видимость ухудшилась. Вдруг Валя говорит:

 

— Что-то попахивает, бензином. Понюхай-ка у себя в кабине.

 

Я наклонилась и услыхала резкий запах бензина… Бак — за приборной доской, над моими ногами. Провела рукой по швам бака, и вдруг сильная струя бензина потекла по руке. Моментально намокли карты, сапоги и все, что было в кабине. Левый борт кабины, обтянутый перкалью, стал прозрачным, материя намокла.

 

По инструкции в таких случаях полагается садиться. Каждый выхлоп слишком богатой смеси из мотора угрожает пожаром. Но садиться там, где мы сейчас летели, скучновато… Валя решила возвращаться в Оренбург.

 

Теперь нам было уже не так весело. Каждую минуту нужно быть начеку, чтобы не вспыхнул пожар…

 

Мы благополучно сели на оренбургском аэродроме. Когда мы вошли в кабинет начальника гарнизона, здесь шло какое-то совещание. От нас так разило бензином, что начальник гарнизона скомандовал:

 

— Прекратить курить!

 

Уже по исходившему от нас аромату начальник гарнизона понял, почему мы очутились у него в гостях.

 

— Ничего не поделаешь, — утешали мы самих себя, — придется ехать поездом. Обидно.

 

Правда, международный женский рекорд полета по прямой был перекрыт. До этого рекорд держали американские летчицы. Они пролетели по прямой расстояние около 800 километров. Мы же пролетели 1443 километра… Опечатанные барографы ехали с нами в вагоне…

 

В Москве на вокзале… мы сошли на перрон и увидели впереди много цветов. Валя, еще ничего не подозревая, говорит:

 

— Смотри, с цветами кого-то встречают…

 

Но за цветами показались в большом количестве авиационные фуражки и пилотки. Оказывается, это летчики вышли нас встречать. Валя немедленно скинула уродовавший ее мех и переоделась в кожанку. Она сделала это вовремя. К нам приближался Герой Советского Союза Слепнев с огромным букетом цветов».

 

В 1937 г. Гризодубова была награждена орденом Красной Звезды.

 

Избиралась депутатом ВС СССР 1-го созыва.

 

Вспоминает Марина Раскова: «Однажды Валя звонит мне по телефону и совершенно спокойно, как будто речь идет о прогулке за город, говорит:

 

— Помнишь наши разговоры о дальнем перелете?

 

— Помню.

 

— Ты не отказалась от мысли лететь со мной?

 

— Нет.

 

— Тогда поедем машину смотреть.

 

— Какую машину?

 

— Ту, на которой мы полетим на Дальний Восток…

 

Это было зимой. Машина показалась мне грандиозной. Она была намного больше и солидней всех тех, на которых Валя летала до сих пор. Ее колеса были выше человеческого роста. Она напоминала тяжелые корабли… Уже одно то, что летчицам доверяют такую солидную машину, что Валя Гризодубова будет управлять таким огромным кораблем, — уже одно это волновало. Новый перелет казался еще более заманчивым и интересным.

 

Инженеры-специалисты по оборудованию самолета показали мне кабину штурмана. Она мне не понравилась, в ней был слишком малый обзор. Я попросила переделать кабину, больше ее остеклить. Дала инженерам перечень приборов, которыми нужно оборудовать кабину…

 

Когда мы возвращались с завода, я спросила Валю:

 

— А кто будет вторым пилотом?

 

— Сама еще не знаю. Нужно выбрать такого, который мог бы летать ночью.

 

— Есть одна летчица, кажется, хорошо летает.

 

— Кто такая?

 

— Полина Осипенко.

 

— Она не согласится лететь вторым пилотом.

 

— Ручаюсь, Валя, согласится.

 

— Если согласится, то замечательно!

 

В тот же день я отправляю Полине телеграмму: «Телеграфируй согласие участвовать дальнем женском перелете вторым пилотом». И к вечеру получаю «молнию»: «Согласна вторым пилотом. Полина».

 

Когда Полина приехала в Москву, мы вместе с ней отправились к Вале. Валя сидела в своем обычном летнем платье и баловалась с Соколиком. Полина смотрела на Валю с явным недоверием. Она в это время, наверное, думала: «Не может быть, чтобы такая «комнатная» с виду женщина была способна на дальний перелет». Действительно, Валя у себя дома ничем не напоминала Валентину Гризодубову, знаменитую советскую летчицу. Ничто в ней не обнаруживало летного человека. А когда мы с Валей сели за рояль и стали играть, Полина была совсем сбита с толку. Впоследствии она сама откровенно призналась, что в эти минуты думала: «Вот, какой-то женский базар. Несерьезное это дело…»

 

Сели ужинать. Валя заговорила о перелете. Она сразу обратилась к Полине, как к старой знакомой, и сказала:

 

— Так вот, Полина, нам разрешают перелет. Мы решили лететь на Дальний Восток, чтобы побить международный женский рекорд дальности.

 

И Валя стала подробно рассказывать о машине. Говорила деловито, просто и убедительно. Очень терпеливо и со знанием дела отвечала на вопросы Полины. Уже по глазам Полины и по ее тону было видно, что мнение ее о новой знакомой изменилось. Валя пошла провожать нас до лестницы. Настроение было радужное, мечтательное. Валя сказала:

 

— Вот будет славная тройка! Мы должны сработаться, должны дорожить друг другом. Когда люди идут на большое дело, им надо быть хорошими друзьями, чтобы жизнь одного была дорога другому.

 

Распрощались. На улице Полина поделилась со мной своими впечатлениями:

 

— Знаешь, мне сперва показалось, что все это «липа», а теперь я вижу, что дело серьезное. Боевая она, Гризодубова…

 

Когда мы жили в Севастополе, время от времени Валя вызывала меня к телефону и спрашивала:

 

— Милый штурман, срочно сообщи свои координаты.

 

Я отвечала, что пока координаты — Севастополь.

 

Валя рассказывала, что машина готовится, но кто-то тормозит, задерживает подготовку. В последний раз, когда Валя звонила мне в Севастополь, она сказала, что намерена обратиться за помощью к самому дорогому человеку (она не сказала к кому, но это было и без того ясно). Только с его помощью удастся совершить наш перелет.

 

Когда после перелета Севастополь-Архангельск мы вернулись в Москву… Валя пришла ко мне и рассказала, что была у товарища Сталина, что он заинтересовался нашим перелетом, лететь на Дальний Восток разрешает и даже через северную оконечность Байкала, потому что это сокращает маршрут. Товарищ Сталин спросил, обеспечено ли в навигационном смысле озеро Байкал. Когда ему сказали, что там ничего нет, он потребовал, чтобы на северной оконечности Байкала был установлен радиомаяк и чтобы этот радиомаяк находился там до тех пор, пока мы не пролетим. Все остальное в наших планах он считал правильным и дал указание готовить нам машину. После этого все взялись горячо за дело, началась настоящая подготовка перелета.

 

Каждое утро мы приезжали на аэродром… Пока шли переделки, мы тренировались. На такой же машине, как наша, мы совершали тренировочные слепые полеты. Летали втроем.

 

Я занялась своими штурманскими делами. Заказала карты, попросила склеить их полосами, наклеить на марлю, чтобы они не рвались в полете. Наводила справки о попутных аэродромах, доставала кроки… Для девяти точек по нашему маршруту институт заранее рассчитал высоту солнца на целый месяц на каждые двадцать минут.

 

Но важнее всего было — обеспечить самолет надежной радиосвязью… В полет предназначалась радиостанция новой конструкции, прекрасная всеволновая станция… В полете штурману предстояло работать без помощи и замены непрерывно двадцать восемь часов… По инструкции нашего перелета, в случае вынужденной посадки штурман должен предварительно выброситься с парашютом. Значит, кто-нибудь из пилотов должен знать радио, чтобы после посадки наладить связь через аварийную станцию. Со мной начала тренироваться и Полина…

 

На следующий день нас с Полиной вызвали в Кремль, к Михаилу Ивановичу Калинину, чтобы вручить нам ордена Ленина…

 

Сначала орден получала Полина. Михаил Иванович протянул ей коробочку с орденом и орденской книжкой, ласково пожал руку и пожелал успеха. Полина отвечала, что она обещает и впредь работать не хуже, чем до сих пор, и даже еще лучше…

 

Мы вышли из кабинета я стали прокалывать в гимнастерках дырочки для орденов. Я прикрепила свой первый орден. Когда мы вышли из Кремля и шли вдоль Александровского сада, то все время поглядывали на свои новенькие ордена…

 

На заседании комиссии по перелету присутствовали Валерий Павлович Чкалов и Беляков. Валерий Павлович очень близко принимал к сердцу подготовку к нашему перелету. Он выходил из себя, когда говорили, что чего-нибудь нельзя сделать в срок. Речь шла об окончательном монтаже приборов. Валерий Павлович стукнул по столу и сказал:

 

— Нужно сделать! Когда речь идет о перелете, порученном товарищем Сталиным, не должно быть ничего невозможного. Все можно сделать!

 

Попало и нам от Валерия Павловича.

 

— А вы что миндальничаете, все разговорчиками занимаетесь?! Требуйте! Вы не деликатничайте, а покройте, как следует.

 

Речь шла о людях, которые тормозили подготовку перелета.

 

Валерий Павлович посоветовал обязательно тренироваться в полете на одном моторе. Он говорил, что если мотор сдаст, то нужно уметь лететь на одном моторе. Машина будет заворачивать, нужно приучиться справляться с ней. Потом он советовал Вале тренироваться в полетах с большой нагрузкой.

 

— Побольше настойчивости, побольше смелости! Это не твое личное дело. Это дело всего народа. Ты не проси, а требуй!

 

Он внес живую струю в работу штаба перелета. Когда зашла речь о том, как мы полетим ночью над высокими горами, и по этому поводу высказывались сомнения, Чкалов сказал:

 

— Это будет решать Гризодубова. Она командир, зачем соваться в ее дела?

 

Окончилось совещание. Беляков поддерживал Чкалова. Оба они заявили, что мы всегда можем рассчитывать на их помощь. Валерий Павлович обещал приехать на аэродром…

 

Он стоял на траве, крепкий, массивный, как всегда широко расставив ноги, с загорелым, обветренным лицом, в белой гимнастерке. Чкалов смотрел, как Валя сажала самолет.

 

Валя сделала несколько очень хороших посадок… Подрулила, вышла из самолета. Мы вместе с Валерием Павловичем шагали по аэродрому…

 

Он рассказывал о своем перелете через полюс. Говорил, что враги народа подготовляли аварию машины. Но ничего не вышло. «Больше всего, — говорил он, — я опасался, что не хватит воды для охлаждения мотора». И действительно, воды не хватило. Это было вредительство. Тогда Валерий Павлович приказал экипажу собирать мочу, вылить весь кофе и чай в водяной бачок. Экипаж изнывал от жажды, но никто ничего не пил. Чкалов предостерегал и нас: враги народа еще не вывелись, всегда надо ожидать от них какой-нибудь гадости.

 

Мы расстались с Валерием Павловичем, зараженные его энергией, бодростью и какой-то особенной его внутренней большевистской прямотой и честностью. На прощанье Валерий Павлович сказал:

 

— Если хотите, девки, лететь, — бросьте ваши Подлипки, перебирайтесь на Щелковский аэродром и установите строгий режим. Родные без вас не помрут. Ничем больше не занимайтесь. Москва вам не нужна. И перебирайтесь сегодня же, самое позднее — завтра.

 

Мы так и поступили. Только Валя задержалась в Москве, чтобы перегнать самолет на Щелковский аэродром…

 

О своей машине мы думали с большой нежностью, как о живом человеке. Она уже имела имя — «Родина».

 

Мы долго думали, как ее назвать. Однажды за обедом мы перебирали различные названия. Валя задумчиво, тихо сказала: «Родина». Более почетного, гордого имени не мог иметь наш самолет…

 

Валя и Полина несколько дней подряд тренировались на ночных посадках, летали по кругу. Подготовка «Родины» подходила к концу. Валя доложила штабу, что экипаж готов…

 

23 сентября правительственная комиссия собралась на решающее совещание… Мы знали, что погода на маршруте ухудшается и долететь до Дальнего Востока будет очень трудно… Нам предлагали новые маршруты, до Омска и обратно, до Ташкента и обратно… Но мы упорно стояли на своем. Плохой погоде мы противопоставили радионавигацию. И когда нам было сказано, что погода неподходящая, что большая часть полета будет проходить в облаках, я вынула схему радионавигационного обслуживания нашего маршрута. Это была исчерпывающая наглядная схема. Развернула ее перед Михаилом Моисеевичем Кагановичем. Пусть даже не будет видно земли, но если моя радиоаппаратура будет работать, — мы долетим.

 

Михаил Моисеевич посмотрел на схему и ответил:

 

— Я посоветуюсь в правительстве.

 

Он уехал в Кремль, а мы остались ждать в секретариате. Томительно тянулись минуты. Разрешат или не разрешат? Ровно через полчаса, в 17 часов 15 минут, Валю подозвали к телефону.

 

— Товарищ Сталин разрешил вам лететь. Поезжайте спать».

 

24-25.09.38 г. на самолёте АНТ-37 «Родина» (второй пилот – капитан П.Д. Осипенко, штурман – старший лейтенант М.М. Раскова) совершила беспосадочный перелёт Москва — посёлок Керби (Хабаровский край), преодолев 6450 км. Был установлен женский мировой авиационный рекорд дальности полёта по прямой — 5908 км.

 

Вспоминает журналист Бронтман: «27 сентября.

 

Три дня назад Гризодубова, Осипенко и Раскова начали свой дальний беспересадочный полет на самолете «Родина»…

 

Разговоры об этом полете были давно… Девушки жили конспиративно в доме отдыха НКАП в Подлипках… Командир и Осипенко рассказали о встречах со Сталиным, о приеме на даче Молотова 18 июля, Раскова — о трассе…

 

— Маршрут? Москва — Хабаровск. В успехе не сомневаюсь. От Красноярска пойдем через Душкаган. Это — труднее, но короче на 500 км. Нас не хотели туда пускать. Сталин узнал — разрешил…

 

Машина долго была не готова. Девушки нервничали, летали на дублере. Наконец, в начале сентября, переехали в Щелково. Мы приготовили статьи и приехали туда. Гризодубова читала и внесла очень дельную стилистическую правку. Осипенко зло и заслуженно ругала… Затем Полина предложила нам использовать ее дневник подготовки, который она систематически вела… Уезжал я оттуда с некоторым недоумением: особой дружбы в экипаже не чувствовалось…

 

Утром в день старта, как только они проснулись, я снова зашел к ним. Поздоровались. Вид у них был очень озабоченный. Они одевались, пристегивали револьверы. Прочли письмо Сталину, подписали…

 

— Как погода? — спросил я Раскову.

 

— Хороша. Летим…

 

И они улетели».

 

24.09.38 г. в 8.16 со Щелковского аэродрома поднялся в воздух самолет «Родина». Целью полета было побить женский мировой рекорд дальности, принадлежавший француженке Дюпенрон (4360 километров). Через 26 часов 29 минут, пройдя 6450 километров, самолет совершил посадку на Дальнем Востоке в районе н.п. Керби, на берегу реки Амгунь.

 

Первые 150 км самолет шел с набором высоты в условиях хорошей видимости, однако дальнейший полет происходил в сложной метеорологической обстановке. Летчицам пришлось преодолевать грозовые фронты и туманы, лететь ночью в кислородных масках на большой высоте.

 

Через 12 часов полета отказала радиосвязь.

 

Раскова попыталась разобрать радиостанцию и устранить поломку, но ей это не удалось, т.к. рация была опытной и не рассчитанной на изменения климатических условий. В условиях обледенения и при отсутствии связи сориентироваться оказалось невозможно.

 

Гризодубова приняла единственно верное решение — взяла магнитный курс 90. Шли в облачности, снос определить не могли – имеющиеся навигационные приборы не позволяли этого сделать. Справа вдоль границы – Северная Маньчжурия, оккупированная японскими милитаристами. Только что закончились кровопролитные бои у озера Хасан. Так и летели от Байкала до Дальнего Востока.

 

Выйдя из облаков, смогли наконец определиться. Под крылом расстилался Тугурский залив Охотского моря, а не район Хабаровска, как предполагалось. Повернули почти на 180 градусов, пересекли линию побережья и летели в направлении Комсомольска-на-Амуре до полной выработки топлива.

 

Когда топлива осталось лишь на 30 минут полета, Гризодубова присмотрела место для посадки в районе Амуро-Амгуньского междуречья. Так как Раскова сидела в застекленной кабине в носовой части самолета, которая при посадке могла разбиться, Гризодубова приказала ей прыгать. С двумя плитками шоколада и пистолетом она провела 10 суток в тайге. А Гризодубова и Осипенко совершили блестящую посадку на заболоченную поляну в тайге, не выпуская шасси, на «брюхо», практически не повредив при этом самолет — были погнуты лишь законцовки винтов.

 

Вся страна ждала сообщений о судьбе летчиц. Их искали на огромных пространствах: маршрут поиска определили по последней пеленгации, взятой Читинской радиостанцией, когда Расковой удалось последний раз послать свои позывные. На поиски были мобилизованы свыше 50-ти самолётов, сотни пеших отрядов, следопыты на лошадях и оленях, рыбаки на лодках и катерах.

 

3.10.38 г. в 13.30 по местному времени пилот ГВФ Сахаров на Р-5 обнаружил место посадки «Родины». Сделав несколько кругов, он сбросил вымпел с запиской о том, что завтра прилетит вновь, и взял курс на Комсомольск-на-Амуре. В Москву сразу же ушла телеграмма: «Родина» находится в 14 км северо-восточнее Дуки, в 5 км от реки Амгунь».

 

4.10.38 г. утром лётчицам сбросили на парашютах резиновые сапоги, термосы с горячим какао, шоколад, помидоры и карту района.

 

Радость спасения омрачила тяжелая авиакатастрофа. Прямо на глазах у летчиц в воздухе столкнулись поисковые самолеты ПС-84 и ТБ-3. ПС-84 при сближении отрубил пропеллером хвост ТБ-3. Оба самолета разбились.

 

5.10.38 г. к самолёту вышла Марина Раскова. В тот же день на место посадки на парашютах спрыгнули спортивные комиссары, отвечающие за сохранность барографов — приборов, зафиксировавших беспосадочность полёта, а также военврач. К вечеру проводник эвенк Максимов привел поисковый отряд. Заработала походная радиостанция.

 

6.10.38 г. около 11 часов утра отряд, оставив самолёт до морозов на болоте, двинулся к реке. Почти сутки шли через тайгу, затем еще день на лодках до поджидавшего их катера «Дальневосточник», а далее на катере до Керби.

 

В п. Керби была получена правительственная телеграмма:

 

«КЕРБИ.

 

ЭКИПАЖУ САМОЛЕТА «РОДИНА»

 

т.т. В. ГРИЗОДУБОВОЙ, П. ОСИПЕНКО, М. РАСКОВОЙ.

 

Горячо поздравляем вас с успешным и замечательным завершением беспосадочного перелета Москва — Дальний Восток.

 

Ваш героический перелет, покрывший по маршруту 6450 километров, а по прямой — 5947 километров в течение 26 часов 29 минут является международным женским рекордом как по прямой, так и по ломаной линии.

 

Ваша отвага, хладнокровие и высокое летное мастерство, проявленные в труднейших условиях пути и посадки, вызывают восхищение всего советского народа.

 

Гордимся вами и от всей души жмем ваши руки.

 

По поручению ЦК ВКП(б) и СНК Союза ССР

 

И. СТАЛИН

 

В. МОЛОТОВ».

 

Из Комсомольска-на-Амуре летчицы прибыли в Хабаровск. Из Хабаровска в Москву они следовали на спецпоезде, увитом цветами.

 

Вспоминает журналист Бронтман: «27 октября.

 

Сегодня экипаж «Родины» вернулся в Москву. Прямо с вокзала их повезли в Кремль. Прием был небольшой, интимный, в Грановитой палате… Мне рассказывал Коккинаки.

 

— Подняли тост за меня, как первого проложившего дорогу на Дальний Восток. Я встал, пошел чокаться. Подхожу к Сталину. Он спрашивает:

 

— Что такой скучный?

 

Я говорю, что вот, мол, недавно Бряндинского похоронил.

 

— Да, — отвечает, — нехорошо получилось.

 

Подходит к Молотову и Ворошилову и о чем-то шепчется. Потом встает Молотов. Предложил выпить за товарищей, погибших при спасении экипажа «Родины», за Героя Советского Союза Бряндинского. Все встали».

 

2.11.38 г. за осуществление героического беспосадочного дальнего перелёта по маршруту Москва — Дальний Восток, установление женского международного рекорда дальности полёта по прямой и за проявление при этом выдающееся мужество и выдержку Гризодубовой Валентине Степановне было присвоено звание Героя Советского Союза и выдана денежная премия 25 тыс. рублей. После учреждения медали «Золотая Звезда» ей была вручена медаль № 104.

 

Вспоминает генерал-полковник авиации Громов: «При подготовке к перелету меня вызвали… и спросили:

 

— Как вы думаете, Гризодубова справится с таким ответственным полетом?

 

Тогда я очень хорошо знал всех способных летчиков и летчиц. Поэтому, нисколько не задумываясь, ответил:

 

— Если кто и справится, так именно Гризодубова…

 

Если писать о Гризодубовой, то книгу нужно и должно озаглавить: «Ум, энергия, воля, человечность». Если она верит в дело, если она убеждена в его пользе для народа, препятствий для нее не существует. Молодец!».

 

В 1939 г. она была назначена начальником Управления международных воздушных линий ГВФ. Училась в Ленинградском институте инженеров ГВФ. Член ВКП(б) с 1941 г.

 

Как депутат ВС СССР, Гризодубова получала огромное количество писем с просьбами о помощи. Используя свои связи, она помогла большому количеству людей. Так, по ходатайству Гризодубовой были изменены условия содержания С.П. Королева.

 

Однажды к ней пришла мать Королева, просить за сына. Она прожила у Гризодубовой полтора месяца, пока та пыталась ей помочь. Вскоре Королеву уменьшили срок заключения и перевели в ЦКБ-29 НКВД, в бригаду Туполева.

 

Участвовала в Великой Отечественной войне с апреля 1942 г. Командовала 101-м транспортным авиаполком 1-й транспортной авиационной дивизии Авиации дальнего действия Ставки ВГК.

 

Вспоминает Главный маршал авиации Голованов: «18 апреля состоялось решение о формировании в составе АДД, первой транспортной дивизии, которая с 22 апреля уже работала с большим напряжением, но через два месяца стала боевой дивизией, так как, кроме транспортной работы, начала вести и боевую — бомбить войска и объекты противника. Командиром этой дивизии был назначен полковник, а в дальнейшем генерал-лейтенант авиации В.Е. Нестерцев, который командовал бригадой бомбардировщиков во время боев на Халхин-Голе. Мы старались укомплектовать эту дивизию летчиками из Гражданского воздушного флота, поскольку транспортная работа требовала определенных навыков.

 

В.С. Гризодубова… еще осенью 1941 года просила меня зачислить ее в нашу дивизию. Я предложил ей тогда поехать в Казань, где находился наш запасной полк самолетов ТБ-7 (Пе-8), но в полк она в то время не попала, так как была занята эвакуацией семьи. К весне 1942 года, устроив семью, В.С. Гризодубова вновь обратилась к нам с просьбой о зачислении в АДД.

 

О всех назначениях командиров полков, пока наших полков было еще немного, я докладывал Сталину, хотя и имел право решать эти вопросы сам. Сталин был немного удивлен, что на должность командира полка, где будут нести службу мужчины, предлагается женщина. До войны Гризодубова была начальником одного из управлений ГВФ, и я доложил, что с транспортным полком она должна, по моему мнению, справиться. Сталин против моих доводов не возражал. Здесь же ей было присвоено воинское звание, если мне не изменяет память, майора».

 

101-й апдд имел на вооружении самолеты Ли-2 и по заявкам Центрального штаба партизанского движения осуществлял обеспечение партизанских отрядов и их связь с Большой землей.

 

За годы войны Гризодубова лично совершила более 200 боевых вылетов, в том числе 132 ночных.

 

В январе 1944 г. за отличия в боях за освобождение г. Красное Село 101-му авиационному Краснознаменному полку дальнего действия было присвоено почетное наименование «Красносельский».

 

Авиационный полк, как и любой другой, является очень сложным механизмом, и управление им нелегкая задача даже для мужчины. Не все получалось и у Гризодубовой. Однако, будучи депутатом Верховного Совета СССР и первой женщиной — Героем Советского Союза, она требовала к себе особого внимания и привилегий, не положенных ни по должности, ни по воинскому званию.

 

К сожалению, громкая довоенная слава не прошла для нее бесследно. Являясь военнослужащей, она, тем не менее, не желала подчиняться требованиям воинской дисциплины и субординации, списывая их на проявления мужского шовинизма. Отстаивая свои, как ей казалось, ущемленные права, и, жалуясь на предвзятое к себе отношение, она однажды зарвалась и переступила грань.

 

В мае 1944 г. полковник Гризодубова была снята с должности командира полка.

 

Вспоминает Главный маршал авиации Голованов: «В один из весенних дней 1944 года я был на докладе у Верховного Главнокомандующего в Кремле. Как обычно, доложив все вопросы по боевой деятельности АДД, а также о выполнении различных дополнительных задач, стоял в ожидании…

 

— Вот что, — сказал Верховный, подходя ко мне. — Наконец-то, и на вас к нам поступила жалоба. Как, по-вашему, что мы с ней должны делать?..

 

Не зная за собой никаких проступков, отдавая все свои силы, всю энергию тому делу, на которое меня поставили, я почувствовал, что во мне начинает нарастать возмущение. Однако я знал, что должен проявить максимум хладнокровия и держать себя в руках, ни в коем случае не отдаваясь во власть своих чувств… Было для меня ясно и то, что по пустякам жалоб лично Сталину писать не будут…

 

— Товарищ Сталин… если эта жалоба серьезна, я полагаю, что ее нужно обязательно расследовать! Если расследование покажет, что я действительно в чем-то виноват, меня следует строго наказать, в зависимости от тяжести моего проступка. Если же расследование покажет и докажет отсутствие какой-либо вины с моей стороны, я прошу привлечь к такой же строгой ответственности лицо, написавшее эту жалобу.

 

Невозмутимость и спокойный тон моего голоса, видимо, произвели определенное впечатление. После некоторой паузы Верховный, обращаясь к присутствующим, спросил:

 

— Ну, как, примем предложение, выдвинутое самим же Головановым?

 

Все согласились…

 

Через некоторое время позвонил Г.М. Маленков и предупредил меня, чтобы я никуда из Москвы не убывал.

 

На другой день я был вызван в ЦК… Явившись в кабинет секретаря ЦК, к своему удивлению увидел там командира полка В.С. Гризодубову…

 

Мне было задано значительное количество вопросов, на многие из которых ответить я не мог. Среди таких вопросов были, например, такие: почему полк, которым командует Гризодубова, до сих пор не гвардейский, тогда как другой, организованный в то же время, уже получил гвардейское знамя? Почему командир полка получила мало наград? Почему Гризодубова до сих пор полковник, в то время как она единственная женщина-командир в АДД, и почему ее полк находится на положении пасынка? Почему к нему плохо относится командование? И ряд других вопросов…

 

Сказав секретарю ЦК, что лично не занимаюсь вопросами деятельности отдельных полков, просил дать мне время разобраться…

 

На выяснение всех вопросов, поставленных передо мной секретарем ЦК, ушло несколько дней. Пришлось вызывать генерала В.Е. Нестерцева — командира корпуса, в состав которого входили дивизия и полк. Данные, полученные от командира корпуса и командира дивизии генерала В.И. Картакова о состоянии дел в этом полку, были весьма плохими. Большое количество летных происшествий, не связанных с выполнением боевых заданий, низкая воинская дисциплина среди личного состава. Командир же систематически отсутствовала в полку, со ссылкой на необходимость встреч с кем-либо из членов Политбюро, причем уезжала, даже не поставив об этом в известность своего непосредственного командира. Даже изданные по Авиации дальнего действия приказы, в которых как командиру корпуса, так и Гризодубовой за плохое состояние дел в полку были объявлены дисциплинарные взыскания, никакого изменения в ее поведении и отношении к службе не произвели. Мне было доложено, что такое поведение имеет давнюю историю. Так, еще в 1942 году, когда шли тяжелые бои под Сталинградом и был ранен командир дивизии, Гризодубова без чьего-либо ведома бросила полк и улетела в Москву, а в январе 1944 года проделала то же самое под Ленинградом и не являлась в свою часть до возвращения последней на место своего постоянного базирования, и полком фактически командовал ее заместитель майор Запыленов…

 

Слушая доклад командира корпуса, который непосредственно подчинялся мне — командующему АДД и мог в любое время обращаться ко мне, что он при всякой надобности и делал, я все больше недоумевал, почему он ни разу не сказал мне о творящихся безобразиях в подчиненной ему части… Почему он обо всем этом молчал до тех пор, пока не потребовали у него объяснения? О его порядочности, честности, безусловном стремлении выполнять свой служебный долг знал я еще по Халхин-Голу…

 

— Видите ли, Александр Евгеньевич, за время пребывания Гризодубовой в дивизии, которой я раньше командовал, а потом, уже командуя и корпусом, видел я много упущений по службе с ее стороны и старался ей как-то в этом помочь, зная, что человек она не военный. Когда я бывал в полку, в разговорах со мной она всякий раз подчеркивала свою близость к членам Политбюро нашей партии, называя каждого из них по имени и отчеству, и у меня из этих разговоров сложилось убеждение, что и на полк, которым она командует, поставил ее лично товарищ Сталин, о чем говорила она недвусмысленно. Свое отсутствие в полку она всякий раз объясняла поездками к высокопоставленным лицам для решения тех или иных вопросов для полка… Даже ваш приказ о взысканиях как мне, так и Гризодубовой положение в полку не изменил. Такие действия Гризодубовой показывали мне, что и командующий АДД для нее не управа. Вы извините, но это мнение существует у меня до сих пор. Вот почему я к вам по этому поводу и не обращался, — закончил Нестерцев…

 

Имея в своей жизни уже достаточный опыт разных дел, в том числе и со всякого рода жалобами, я понимал, что первопричиной подачи жалобы стала нерешительность, проявленная генералами Нестерцевым и Картаковым по отношению к подчиненному им командиру полка, которая этим воспользовалась и начала добиваться того, на что ни она, ни полк, которым она командует, не имеют никакого права…

 

Собрав все данные, я доложил о готовности их изложить, и вскоре был вызван в ЦК. Когда я зашел в кабинет секретаря ЦК, Гризодубова, как и в прошлый раз, была уже там. Поздоровавшись, я начал свой доклад. Начал почему-то с генеральского звания, сказав, что для получения его нужно командовать не полком, а по меньшей мере дивизией. «Так вы и двигайте ее на дивизию», — услышал я реплику Маленкова… Стало ясно, что разговор предстоит трудный. Второй вопрос был о присвоении полку гвардейского звания. Доложив о низкой дисциплине и большом количестве происшествий, я сказал, что полку, пока он не выправит положение, гвардейского звания присвоено быть не может…

 

— Полку следует присвоить гвардейское звание, и вам надо это оформить, — услышал я в ответ. Это было указание, как видно, уже по решенному без меня вопросу…

 

— Я этого делать не буду, товарищ секретарь ЦК! Не заслужившая этого часть не может быть гвардейской… Вы можете освободить меня от должности командующего и назначить на мое место другого товарища, который и оформит ваши указания…

 

— А вам известно, что ваш Картаков по ночам стучится в дверь комнаты, где живет Гризодубова, и именно потому, что дверь остается закрытой, он чинит ей всякие козни! А вы еще заступаетесь за своего Картакова и верите ему!

 

Честно говоря, я даже как-то растерялся. Подобное в моей голове никак не укладывалось. Положение становилось серьезным, а интуитивные чувства подсказывали мне, что высказано еще не все, это лишь начало… За все время от Г.М. Маленкова я не слышал ничего подобного. Как правило, он был вежлив, и за все время общения со мной он никогда не повышал голоса.

 

— А почему вы мне говорите «ваш Картаков», «своего Картакова», — довольно резко спросил я. — Так обычно говорят о родственниках!

 

— А как называются люди, женатые на родных сестрах?! — последовал вопрос.

 

— А какое это имеет отношение ко мне? — изумившись, спросил я.

 

— Самое прямое. Ваша жена и жена Картакова — родные сестры, вот вы и стоите горой за своего Картакова! — услышал я ответ.

 

При всей серьезности положения я рассмеялся.

 

— Чему вы смеетесь? — недобрым голосом спросил Маленков.

 

— Смеюсь я не над тем, что вы сейчас мне сказали, а над своим положением, в которое попадаю второй раз, при самых серьезных обстоятельствах, по одному и тому же случаю. Когда у меня на бюро крайкома в Иркутске в 1937 году отбирали партийный билет[21], то одним из обвинений являлось то, что жена арестованного и уже расстрелянного председателя крайисполкома, обвиненного в шпионаже, являлась родной сестрой моей жены, хотя она, моя жена, ни разу и в глаза не видела ни этого председателя, ни его жены. Сейчас я нахожусь, как становится мне понятным, в не менее серьезном положении…

 

— Так Картаков не является вашим родственником? — спросил уже другим тоном секретарь ЦК.

 

— Он не мог и не может являться мне родственником. Познакомился я с ним за две недели до войны… Он смелый, волевой товарищ и произвел на меня очень хорошее впечатление… Что касается моей жены, то она и фамилии-то такой никогда не слыхала, не говоря уже о родстве.

 

— А почему же вы тогда присвоили ему сразу звание полковника, когда он был лишь майором? — задала вопрос уже Гризодубова.

 

Я не счел нужным отвечать на ее вопрос, но, услышав от секретаря ЦК «Да, почему же?», ответил:

 

— А вот об этом, товарищ секретарь ЦК, вам следует спросить уже не у меня, а лично у товарища Сталина. Я могу вам доложить лишь, как это звание было Картакову присвоено. Находясь в должности командира дивизии, я был вызван на доклад к товарищу Сталину, где попросил назначить майора Картакова на один из полков, входящих в состав дивизии, высказав свое мнение, что он подходит для такой должности. Поинтересовавшись, кем был Картаков до предлагаемого назначения и услышав, что был он заместителем командира дальнебомбардировочной дивизии, Сталин высказал удивление, почему он до сих пор майор. Присутствовавший главком ВВС генерал Жигарев, которому мы тогда подчинялись, доложил, что Картаков длительное время был в Китае, и поэтому ему не успели присвоить очередного звания. «Человек назначается на ответственный полк, значит, и звание ему нужно присвоить соответственное», — сказал тогда Верховный. Приказом генерала Жигарева, как заместителя наркома обороны, Картакову было присвоено воинское звание полковник. Как видите, участие мое здесь невелико, а права присваивать звания полковника я по положению не имею и теперь. Это делается лишь приказом наркома.

 

Я хотел перейти к дальнейшему изложению поставленных передо мной вопросов, однако Маленков неожиданно прервал нашу встречу, попрощался и уехал…

 

Я был совершенно убежден: я правильно сделал, что отказался выполнить указание об оформлении материалов по преобразованию полка в гвардейский, хотя, конечно, знал, что решение это не секретаря ЦК и все по жалобе предварительно было решено наверху… Однако знал я и то, как реагирует Верховный на вымысел и клевету…

 

Ждать развязки событий долго не пришлось. Очень скоро я был вновь вызван в ЦК. Когда я вошел в кабинет, Маленков поздоровался со мной и, не говоря ни слова, вызвал помощника и сказал, чтобы заходила Гризодубова. Когда она подошла к столу, секретарь ЦК поднялся со стула. Встал и я.

 

— Мне поручено объявить решение Политбюро по вашей жалобе, Гризодубова, — сказал Маленков. — За клевету в корыстных целях на своих непосредственных командиров, за попытку оклеветать маршала Голованова — командующего Авиацией дальнего действия, которому вверена партией и руководством страны ответственнейшая работа, за попытку дискредитировать в глазах руководства преданного Родине и партии полководца принято решение передать дело о вас в военный трибунал для привлечения к судебной ответственности, куда и передать имеющиеся материалы. А сейчас идите к товарищу Шкирятову — председателю Комиссии партийного контроля, там будет решен вопрос о вашей партийной принадлежности.

 

Я не хочу описывать здесь, что последовало за объявлением этого решения… В слезах молила Гризодубова о прощении, почему-то больше обращаясь ко мне, чем к секретарю ЦК… Я невольно думал, сколько еще людей, невинных людей на белом свете страдает от всяких наговоров!.. Ослепленная открывшимися было перед ней возможностями, командир полка Гризодубова ни на минуту не задумывалась о возможной судьбе оговариваемых ею лиц. Вместо этого она уже видела себя первой в стране женщиной в мундире генерала…

 

— Идите отсюда! — обращаясь к Гризодубовой, сказал секретарь ЦК. Повторять эти слова не пришлось.

 

Когда мы остались вдвоем, Маленков рассказал мне, как жалоба попала к Верховному. Передал ее по просьбе Гризодубовой прямо Сталину один из руководящих работников. Когда же он, секретарь ЦК, докладывал первые же результаты разбирательства, товарищ, передавший жалобу и присутствовавший при этом, чувствовал себя весьма неважно. Сталин спросил его, слышит ли он то, что докладывают, на что последовал ответ:

 

— Она так убедительно, товарищ Сталин, обо всем говорила, что не поверить ей было невозможно!..

 

Это был единственный такой случай в АДД за все время войны.

 

Из Авиации дальнего действия Гризодубова была убрана. Командиром полка вместо нее назначили уже упоминавшегося майора Запыленова, хорошего и опытного командира. За считанные месяцы под его руководством полк добился значительных успехов и уже осенью того же года был преобразован в гвардейский. Запыленов же стал подполковником.

 

Эпизод этот приведен здесь для того, чтобы показать, что в то время за неблаговидные поступки взыскивали, невзирая ни на заслуги, ни на Звезды и ордена, ни на занимаемое положение, подчеркивая этим, что нет в партии ни менее ответственных, ни более ответственных лиц, все должны нести ответственность за свои поступки, и чем выше по своему положению человек, тем и спрос с него больший».

 

В 1945 г. Гризодубова была награждена орденом Отечественной войны 1-й степени и уволена из рядов Красной Армии.

 

С 1946 г. работала заместителем начальника НИИ-17 по лётной части.

 

Ей подчинялась Летно-испытательная база института, расположенная в поселке Суково Московской области. В это время начались испытания экспериментального образца первой разработки института — радиолокационной станции для бомбометания со средних и больших высот «Кобальт» (панорамный радиолокатор).

 

Отсутствие радиолокационных карт местности не позволяло точно настроить радиолокатор, поэтому было принято решение проводить настройку над морским побережьем, так как радиолокационное изображение границы моря и суши четко просматривалось на экране индикатора и соответствовало географической карте побережья.

 

Гризодубова сумела договориться о приеме самолета на аэродроме в городе Адлер и обеспечила всех участников испытаний путевками в санаторий, расположенный недалеко от аэродрома. Для перевозки летного и обслуживающего персонала в Адлер по ее личному распоряжению на самолете ЛИ-2 доставили автомашину.

 

В конце 1946 г. испытания «Кобальта» были успешно закончены.

 

Впоследствии при государственных испытаниях второй разработки института комплекса «Рубидий» испытания проводились в городе Саки, Крымской области.

 

В середине 1948 г. эти испытания также были успешно завершены.

 

Под руководством Гризодубовой были успешно проведены лётные испытания всей самолетной аппаратуры, разработанной в институте, в том числе станции перехвата и прицеливания: «Торий», «Коршун», «Изумруд», «Сокол» и другие. Летно-испытательная база пополнялась кадрами и техникой.

 

Являясь депутатом Верховного Совета, Гризодубова по-прежнему никому не отказывала в помощи, только за период 1948-51 гг. направив 4767 ходатайств за самых разных людей — по прокурорской и судебной линии, а также по восстановлению в правах. Она говорила: «Самое трудное — не вытащить человека из тюрьмы, а восстановить его в правах: вернуть жилье, работу».

 

В 1963-1972 гг. она была начальником Летно-испытательного центра НИИ, созданного по ее инициативе на основе Летно-испытательной базы института.

 

С 1972 г. — заместитель начальника Московского научно-исследовательского института приборостроения по лётной части.

 

6.01.86 г. за многолетний доблестный труд Герою Советского Союза Гризодубовой Валентине Степановне было присвоено звание Герой Социалистического Труда. Она стала единственной женщиной, удостоенной двух этих званий одновременно

 

Умерла 28.04.93 г. Похоронена в Москве, на Новодевичьем кладбище.

 

Почётный гражданин Пензы. В Москве на Кутузовском проспекте ей установлен памятник.

 

Герой Советского Союза (2.11.38), Герой Социалистического Труда (6.01.86). Награждена двумя орденами Ленина, орденом Октябрьской Революции, двумя орденами Отечественной войны 1-й степени, орденами Трудового Красного Знамени, Красной Звезды, медалями.

Последние откровения Грачева: Ельцин «всех кинул», а Белый дом «красиво горел»

 Павел Сергеевич Грачев (1 января 1948 г., Тульская область – 23 сентября 2012 г., Красногорск, Московская

 

 Перед смертью бывший министр обороны рассказал много интересного

 

Силовое прикрытие Борису Ельцину в наиболее опасные моменты его политической карьеры обеспечивал Павел Грачев, недавно скончавшийся от острого менингоэнцефалита на 65-м году жизни. Многие удивлялись, почему, длительное время находясь в отставке, он не пишет никаких мемуаров о себе и своем патроне, как, например, это сделал начальник ельцинской охраны Александр Коржаков.

 

 Любопытно, конечно, было бы почитать такую книжку, но теперь она уже никогда не появится. Зато Грачев успел поделиться своими воспоминаниями с коллегами по тогдашнему правительству Альфредом Кохом и Петром Авеном для их книги «Революция Гайдара». Сегодня журнал Forbes привел выдержки из этого интервью, подчеркивая, что Грачев никогда раньше не был столь откровенным. Из него с предельной ясностью видна роль Грачева в ключевые моменты новейшей российской истории.

 

 Грачев был не только опытным воякой, проведшим более пяти лет в Афганистане, но и обладал острым политическим чутьем, позволившим ему вовремя сделать ставку на будущего политического лидера и тем самым обеспечить развитие своей военной карьеры до ее высшей точки – поста министра обороны.

 

 Его рывок к вершине властного Эвереста начался в 1991 году, когда он был командующим Воздушно-десантными войсками СССР и принимал в Тульской воздушно-десантной дивизии Бориса Ельцина. Опальный деятель к тому времени вышел из КПСС, министр обороны Дмитрий Язов и его зам Владислав Ачалов запретили Грачеву устраивать для Ельцина теплый прием, но тот их ослушался. В итоге после обеда со спиртным Грачев с «приятным, умным, самостоятельным» Ельциным расстались друзьями.

 

 Дружба вскоре перешла в «братство», причем довольно экзотическим способом, который позволяет предположить, что Ельцин в детстве увлекался книжками про американских индейцев, и некоторые моменты из их жизни навсегда запали ему глубоко в душу. Уже после событий августа 1991 года Ельцин, Грачев и еще несколько соратников пошли в лес, разложили выпить-закусить на валявшейся там покрышке от трактора «Беларусь» и по инициативе Ельцина поклялись друг другу в верности. «Борис Николаевич сам предложил: «Давайте брататься. Я вас в жизни никого не кину, и давайте клясться на крови». Взяли нож, порезали друг другу руки, лизали кровь… Сели и на крови поклялись по его инициативе. А он нас потом всех кинул. Неожиданно».

 

 Ну что ж, как поется в известной песне, «настоящему индейцу завсегда везде ништяк». Что с побратимами, что без них.

 

 Дружбы с Грачевым из-за его должности добивался не только Ельцин, но и законные власти страны, однако он их проигнорировал. А дело было так. Летом 1991 года глава Минобороны Язов передал Грачеву приглашение явиться на Лубянку для знакомства с Владимиром Крючковым, возглавлявшим КГБ. Тот рассказал Грачеву о «непонятной обстановке» в стране, о «некстати заболевшем» Михаиле Горбачеве, о начинающемся «брожении в народе». Намекнул, что возможна ситуация, когда потребуется поддержка армии. Затем велел Грачеву и еще некоторым отправиться на подмосковную дачу и составить возможный план по переходу власти от Горбачева к Политбюро. Те, впрочем, оказались никудышными стратегами: за трое суток так ничего и не придумали. «Единственно, я настоял, что роль ВДВ должна была заключаться в том, чтобы при возможности войти в Москву и взять под охрану основные здания, чтобы не разбили, как в 1917 году», – вспоминает Грачев.

 

 16 августа 1991 года замминистра обороны Ачалов приказал Грачеву подготовить две дивизии для ввода в Москву. Вскоре последовал и приказ о вводе. По телевизору в это время шло «Лебединое озеро». Намеченные объекты были быстро взяты под охрану. Об этом тут же прознал «побратим» Ельцин и позвонил Грачеву. «Он боялся, что будет дана команда его захватить. Персонально его», – цитирует Грачева Forbes.

 

 Тоже острое чутье было у «старшого». Грачев заверил Ельцина, что штурмовать его батальон у Белого дома не будет. И сдержал слово: когда от Ачалова поступил устный приказ захватить Ельцина, Грачев воспротивился, требуя письменного приказа. Тактика оказалась верной: приказ не поступил. Непонятно, кстати, почему: ведь это была бы всего лишь бумага об аресте, ничего особенного.

 

 Грачев говорит, что он тогда принял решение «кровь не проливать и ничего не штурмовать, каков бы ни был приказ». То есть если бы на пути Грачева, идущего с приказом в руках арестовывать Ельцина, возник хотя бы один охранник, готовый защищать того с оружием, Грачев просто развернулся бы и пошел прочь, чтобы «не проливать кровь».

 

 Тем временем из Минобороны продолжали звонить, настаивая на захвате Ельцина. Грачев опять тянул время. А когда почувствовал, что обстановка изменилась, стал сам названивать Язову и Ачалову, но в обоих случаях получил странный ответ, что начальники просят не беспокоить. «Мы с облегчением вздохнули: не пройдет, сдрейфили они», – подытожил Грачев. Следовательно, в какой-то момент сдрейфил и он сам. Если бы начальники проявили бóльшую настойчивость, он, возможно, подчинился бы и все-таки арестовал Ельцина, чем изменил бы историю России. Впрочем, его личная история от этого не пострадала, а только выиграла.

 

 Но вот настал ключевой момент, когда Грачеву пришлось отказаться от своего принципа «кровь не проливать», и пролил он ее довольно много. Чужими руками, разумеется. Случилось это в 1993 году, когда он уже был министром обороны. 3 октября в три часа ночи к нему в министерство явились «чуть-чуть поддатые и возбужденные» Ельцин, шеф его охраны Коржаков и еще несколько человек. Президент сказал, что в условиях, когда его противники захватывают мэрию и Останкино, надо взять «этих ребят в Белом доме».

 

 Грачев по привычке потребовал письменного приказа, но номер не прошел. У него тут же вышла словесная стычка с Коржаковым, обвинившим военных в трусости. Ельцин рассвирепел и пообещал издать указ, но в итоге так и не издал. Что называется, пил, но ум не пропивал. Если бы такой указ появился, не видать бы ему теперь собственного памятника в Екатеринбурге. «Он мне потом, немножко протрезвев, часов в пять утра позвонил и говорит: «Понимаешь, Павел Сергеевич… Ты видишь, обстановка какая…» Бе… ме… В том духе, что вроде надо устный выполнять. Ну, я говорю: «Борис Николаевич, конечно, выполню. Что надо сделать-то?» – «Захватить всех этих ребят».

 

 Будем называть вещи своими именами. Захватить вооруженных означает перебить их столько, чтобы остальные дрогнули и сдались. Что Грачев и выполнил. Правда, он предупредил, что будут потери, но Ельцину это оказалось без разницы. Грачев предложил пострелять по Белому дому болванками. «Я выведу танк на прямую наводку и инертными п**дану несколько раз. Они сами разбегутся кто куда», – обрисовал он в деталях будущую операцию. Так и сделали, но в итоге болванки необъяснимым образом оказались боевыми снарядами. Зловредные танкисты, наверное, подложили.

 

 Грачев вспоминает об этом эпизоде, произошедшем 4 октября, с цинизмом и лихостью бывалого вояки. «Ну, я вывожу танк на этот мост каменный около «Украины», сам подхожу к танку… пули так цокают: цок, цок, цок, цок. «На излете, – думаю, – не достанут».

 

 Первую «болванку» послали в кабинет Хасбулатова – председателя Верховного совета. Вторую – вице-президенту Руцкому. Тот, в свою очередь, в интервью, опубликованном на сайте Freelance Bureau, вспоминает об этом так: «Первый снаряд попал в зал заседаний, второй – в кабинет Хасбулатова, третий – в мой. Причем били фугасными снарядами, а не болванками, как утверждают сегодня. От болванок здание гореть не будет. Я сидел у себя в кабинете, когда снаряд прошил окно и взорвался в правом углу. К счастью, стол у меня стоял в левом. Выскочил оттуда очумевший. Что меня спасло – не знаю».

 

 Увидев, что все идет по плану, Грачев приказал: «Беглыми еще, огонь!» «Дюм, дюм, дюм. Смотрю, все загорелось. Красиво. Все сразу снайперы с крыш мгновенно разбежались, как рукой смахнули. Ну и когда снайперов смахнули, танки стрельбы свои закончили, я дал команду 119-му полку штурмовать. Они открыли двери, там постреляли. Ну, конечно, девять убитых у меня было, внутри-то стрельба была, но этих положили много… Никто их не считал просто. Много».

 

 Позже нам рассказали, что «этих» убили 150 человек и 400 ранили. А теперь оказывается, что никто их не считал (впрочем, многие утверждали об этом и до откровений Грачева).

С потолка взята цифра. Наверное, их действительно было много: говорят, трупы вывозили ночью баржами. Горящий Белый дом представлялся Грачеву красивым, хотя у любого нормального человека эта картинка на телеэкране в прямом эфире вызывала только ужас. Разность восприятия, наверное.

 

 И еще одна цитата, которую чувство брезгливости даже комментировать не позволяет.

«А Белый дом потихонечку начал гореть, гореть, гореть, – вспоминал Грачев. – Пашка Бородин (Павел Бородин, возглавивший позднее Управление делами президента РФ. – Прим. KM.RU) мне потом говорит: «Павел Сергеевич, какой ты молодец». – «А чего?» – «Столько денег туда нам дали, я ремонт сделаю». Я говорю: «Паш, а сколько сп**дил?» – «Не-не-не, ни копейки».

 

 А вот в первую чеченскую кампанию с Грачевым произошла волшебная метаморфоза: он сделался «голубем мира» и, по его словам, был единственным противником боевых действий и сторонником переговоров с Дудаевым, хотя все окружение Ельцина манкировало последнего и бряцало оружием.

 

 Грачев утверждает, что Дудаев начал говорить о независимости не потому, что хотел отделиться от России: «Его, как горного человека, просто задело то, что с ним, всенародно избранным, не считаются, не приглашают в Кремль и говорят, что ты – отброс общества на 100%… Я говорю: «Надо с ним разговаривать». Все – в штыки: нечего Борису Николаевичу принимать Дудаева!»

 

 Грачев описал свой визит к Дудаеву в 1992 году, где среди прочих участников был и Шамиль Басаев. «Я говорю: «Джохар, вы что там х***ей занимаетесь?» Он говорит: «Никто со мной не хочет разговаривать. Руцкой меня вообще на х** послал по телефону. Если я никак не прореагирую, мои ребята меня не поймут, и народ не поймет».

 

 Москва посчитала мирное решение унизительным, вспоминал Грачев. На совещании у Ельцина, в ответ на сопротивление со стороны Грачева, Виктор Черномырдин предложил Ельцину сместить того с поста министра обороны. Но президент лишь приказал «в десятидневный срок подготовиться к ведению боевых действий». Грачев опять стал возражать: мол, зима на носу, условия крайне неблагоприятные. Предложил готовиться к весенней кампании, а до того вести переговоры. «Я хотел оттянуть время: может, успеем договориться. Ни х*! Я говорю: «Виктор Степанович, вы будете лично отвечать за это дело».

 

 С этими речами как-то не вяжется воинственное заявление Грачева того времени, что взять контроль над Грозным можно за два часа, причем силами одного парашютно-десантного полка. Как известно, ничего из этого не получилось. По данным Генштаба, при штурме Грозного в начале 1995 года погибли 1426 российских солдат и 4630 были ранены. Всего за время конфликта 1994-1996 гг. в Чечне погибли, по разным данным, от 4000 до 6000 российских военнослужащих.

 

 Не верит в миротворчество Грачева и нынешний глава Чечни Рамзан Кадыров. «Я был тогда подростком, – вспоминает он. – Мне казалось, что российские генералы Дудаев и Грачев найдут общий язык, но они нашли не тот язык… Я опять повторяюсь: Запад поставил задачу, а тогдашнее руководство России сознательно или неосознанно пошло на поводу и позволило придать локальному конфликту характер национальной трагедии. Да, это была трагедия общенационального масштаба для всей России», – сказал он по случаю 15-й годовщины начала войны.

 

 Напомним, что в 1994-1995 годах Грачев находился в Моздоке и лично руководил боевыми действиями. Слушал, наверное, как пули – «цок, цок, цок» и снаряды – «дюм, дюм, дюм»…

 

Александр Романов

 

Как сжечь жир на животе?

 Хорошая новость – плоский и рельефный пресс есть практически у всех. Плохая новость – чаще всего он скрывается под слоем подкожного жира. Главный миф фитнеса – для того, чтобы пресс «показался» нужно делать скручивания и много бегать.

 

На самом деле, упражнения на пресс и кардионагрузки не так эффективны, как базовый тренинг и упражнения, вовлекающие все мышцы тела – при приседаниях со штангой или становой тяге пресс и мышцы туловища нагружаются достаточно сильно.

 

Исследования показывают, что после короткой тренировки с базовыми упражнениями (приседания, жим штанги лежа и становой тяги) суточное потребление кислорода повышается примерно на 30% на срок до 48 часов после самой тренировки.

 

В этот период организму требуется значительно больше энергии для восстановления мышц и пополнения запасов гликогена в мышцах, на что тратится намного больше калорий[. Другими словами, базовые упражнения ускоряют метаболизм.

Как правильно тренировать пресс?

 

«Обычная» силовая тренировка (12-15 упражнений на тренажерах, продолжительность час-полтора, средние нагрузки) требует в два раза меньше энергии на восстановление, чем базовая (3-5 упражнений, 45 минут, высокие нагрузки).

 

Интересно, но базовые упражнения сильнее включают в работу стабилизационные мышцы туловища и мышцы живота, чем большинство изолирующих упражнений на пресс. Главное – держать мышцы живота напряженными при каждом упражнении.

 

Становая тяга, приседания со штангой, жим лежа и жим стоя со штангой — пять базовых упражнений.

 

Как сжечь жир на животе?

 

Еще один фитнес-миф: упражнения на пресс сжигают жир на животе. На самом деле, единственный способ избавиться от лишнего подкожного жира в определенных местах — липосакция. Калории же тратятся комплексно и по всему организму.

 

Энергетические затраты при упражнениях на пресс минимальны, а энергия на восстановление не требуется. Чтобы сжечь килограмм жира, нужно выполнить 500 000 скручиваний подряд, и даже в этом случае жир сжигается не на животе, а по всему телу.

Диета для плоского живота

 

Горькая и жестокая правда состоит в том, что правильная диета – это 90% плоского живота, тогда как упражнения на пресс дают не больше 10%. Без правильного питания вы никогда не добьетесь желаемого рельефа, а мышцы будут скрываться под слоем жира.

 

Кроме того, не забывайте о важных аминокислотах, Омега-3 жирных кислотах, кальции и других ключевых составляющих питания – они нормализуют метаболизм и включают естественные механизмы избавления от лишнего жира.

 

Источники:

“Effect of an acute period of resistance exercise on excess post-exercise energy consumption”, Mark D. Schuenke Richard P. Mikat, source

“Energy metabolism during the postexercise recovery in man”, Bielinski R, Schutz Y, Jquier E., source

Самолёт А-50У: новый авиационный комплекс ДРЛОиУ

А-50 или изделие «А» (по классификации НАТО: Mainstay – «Оплот») – самолет ДРЛОиУ – дальнего радиолокационного обнаружения и управления. Самолет был спроектирован и построен на базе тяжелого военно-транспортного самолета Ил-76МД. Разрабатывался на Таганрогском авиационном научно-техническом комплексе им. Бериева в тесном сотрудничестве с Московским научно-исследовательским институтом приборостроения – НПО «Вега-М».

 

Самолет совместно с радиотехническим комплексом «Шмель», установленным на его борту, образует единый комплекс А-50. Серийное производство данного авиационного комплекса, который был принят на вооружение в 1985 году, осуществлялось на Ташкентском авиазаводе им. Чкалова. В войсках он получил прозвище «гриб» или летающая тарелка, за характерный внешний вид локатора, установленного над фюзеляжем.

 

Авиационный комплекс ДЛРОиУ А-50 может использоваться для обнаружения и последующего сопровождения воздушных целей и надводных кораблей, оповещения КП автоматизированных систем управления различных видов ВС о воздушной и надводной обстановке. Комплекс может использоваться для управления ударной и истребительной авиацией, ее наведения на наземные, воздушные и морские цели, а также выполнять роль воздушного командного пункта.

 

 

В настоящее время все строевые самолеты данного класса входят в состав дислоцированной на аэродроме Иваново-Северный авиагруппы боевого применения авиационных комплексов дальнего радиолокационного обнаружения 610-го Центра боевого применения и переучивания летного состава 4-го Государственного центра подготовки авиационного персонала и войсковых испытаний. Всего в состав данной авиагруппы входит 17 самолетов А-50М и А-50У, не считая как минимум 2-х самолетов, которые в настоящее время находятся на хранении.

 

В последнее время данные самолеты принимают активное участие в различных учениях. В частности экипажи самолетов ДЛРОиУ А-50 принимали активное участие в обеспечении крупных военных учений, в том числе «Щит Союза-2011», «Центр-2011», «Кавказ-2012» и международных учениях «Бдительное небо-2011», «Бдительный орел-2011». Результаты военных конфликтов последних лет наглядно демонстрируют тот факт, что самолеты дальнего радиолокационного обнаружения и управления стали одним из главных факторов в достижении превосходства над противником и, как следствие, в обеспечении успеха осуществляемых боевых операций.

 

В настоящее время на вооружение ВВС России поступает обновленная версия данного самолета А-50У, которая является глубокой модернизацией модели А-50М. Предполагается, что до 2016 года все имеющиеся на вооружении самолеты А-50М будут модернизированы до нового варианта А-50У. Первый самолет А-50У был передан ВВС России 31 октября 2011 года (бортовой номер 47). Самолет был принят экипажем ВВС и выполнил перелет из Таганрога к месту постоянной дислокации на авиабазу в Иваново.

 

Второй самолет был готов в декабре 2012 года (бортовой номер 33). Второй модернизированный самолет был построен в 1984 году и поступил для проведения работ по модернизации на ТАНТК им. Бериева в начале 2011 года. В настоящее время машина выполняет серию испытаний и еще не полностью окрашена в новые цвета ВВС России.

 

Самолет ДЛРОиУ А-50М в состоянии выполнять полеты на дальность до 7500 км, на скорости до 800 км/ч. Данный авиационный комплекс в состоянии обнаружить различные типы наземных и воздушных целей на удалении до 300 и 650 км. соответственно. При этом А-50М в состоянии обеспечивать непрерывное сопровождение до 300 различных целей.

 

Технические характеристики самолета А-50У в настоящее время держатся в секрете, но летчики говорят о том, что дальность обнаружения целей на новом самолете с модернизированным радиотехническим комплексом была повышена. Новый самолет в состоянии сопровождать сотни воздушных целей, наводя на них десятки истребителей. При этом он может работать полностью в автономном режиме. То есть команды могут приходить на борт истребителя автоматизировано, а не выдаваться в эфир офицером боевого управления.

 

Глубокая модернизация радиотехнического комплекса (РТК) проведенная ОАО «ТАНТК им. Г.М.Бериева» совместно с ОАО «Концерн «Вега» выгодно отличает самолет от его предшественников. В первую очередь за счет использования более совершенных алгоритмов функционирования комплекса, вычислительных средств повышенной производительности, а также внедрением сквозной цифровой обработки сигналов. Последняя деталь позволила значительно сократить массогабаритные характеристики всей аппаратной части бортового РТК.

 

 

В модернизированном РТК применяется современная элементная база, прогрессивные методы сборки и монтажа, а также ряд других новейших технологий, что позволило существенно уменьшить габариты и массу аппаратуры, энергопотребление, а также увеличило надежность систем. В целом проведенные работы позволили снизить общий вес комплекса и всего самолета в целом. Следствием этого стала возможность взять на борт больше горючего при той же взлетной массе самолета. При этом взлетно-посадочные характеристики А-50У изменений не претерпели.

 

В состав пилотажно-навигационного комплекса самолета была включена спутниковая навигационная система, что существенно увеличило точность самолетовождения. Модернизации подверглись и рабочие места операторов комплекса, в частности система отображения. Кардинально модернизировались рабочие места членов тактического экипажа А-50У. Вместо старых стоек на основе электронно-лучевых трубок были смонтированы новые универсальные средства отображения информации на основе дисплейных комплектов с жидкокристаллическими индикаторами большого разрешения и размерности. Кроме этого, на самолете ДЛРОиУ А-50У были оборудованы буфет с бытовым оборудованием и комнаты отдыха для экипажа.

 

В результате проведенных работ по модернизации, существенно увеличились функциональные возможности АК ДРЛОиУ. Преимущества А-50У перед предшественниками:

 

— выросло число одновременно сопровождаемых целей и одновременно наводимых на них истребителей, увеличена дальность обнаружения различных типов воздушных целей, в том и числе и новых типов;

 — повышена дальность полета самолета и время выполнения им боевых задач на заданном рубеже;

 — повышена продолжительность использования комплекса и его надежность;

 — использованы современные эргономичные конструкции пультов, приборных досок операторов и органов управления;

 — обеспечена хорошая считываемость всего объема представляемой информации с рабочих мест, повышено качество и эффективность сигнализации, удобство работы с оборудованием.

 

 

Параллельно с модернизацией уже имеющихся в ВВС самолетов А-50М концерн радиостроения «Вега-М» совместно с ТАНТК им. Г. М. Бериева осуществляет работы по созданию нового АК ДРЛОиУ, оснащенного принципиально новым РТК, обладающим еще более высокими техническими характеристиками. По сути представленная модернизация А-50У является переходным вариантом к новому самолету А-100 «Премьер», который по своим боевым возможностям должен значительно превзойти существующие А-50.

 

Сообщается, что новый авиационный комплекс будет оснащаться антенной с активной фазированной решеткой. Как отмечал в 2011 году главнокомандующий ВВС России генерал-полковник Александр Зелин, новый авиационный комплекс А-100 будет создан на базе модернизированной версии Ил-76 – Ил-476, производство которого разворачивается в Ульяновске на мощностях завода «Авиастар-СП». Данная машина должна быть разработана к 2016 году.

 

/Сергей Юферев, topwar.ru/

Что делает женщину несексуальной

«Что лишает представительниц прекрасной половины человечества сексуальности?», – спросил Woman.ru у читательниц, и получил 13 000 (!) ответов

 

 У вопроса «Да что он в ней нашел!» теперь есть ответ. Для каждого мужчины существует свой, определенный «пакет сексуальных запусков»

 

 С большим перевесом голосов главным убийцей привлекательности был назван неприятный запах – так считают 64% опрошенных* (совсем недавно нам на глаза попался один лайфхак на оценку «наличие-отсутствие запаха изо рта»: предлагается сначала лизнуть запястье, а потом его понюхать, – смешно, но работает. – прим. Woman.ru:). Несексуальны также женщины не только не слишком хорошо пахнущие, но и неухоженные (в этом уверены 55% респондентов). 51% проголосовал против повышенной волосатости.

 

Кстати, по мнению аудитории нашего портала,  женщину практически одинаково портят три очень разных вещи: лишний вес (31% опрошенных), манера изображать в постели гимнастический снаряд «бревно» (31% голосов) и… привычка делать замечания всем на свете. И это дает нам еще одну тему для размышлений: может быть, вместо того чтобы фанатично худеть, имеет смысл записаться на курсы повышения сексуальной квалификации или время от времени заботиться о своем Внутреннем ребенке и Взрослом, а не только поучающем родителе? (Эти термины активно используются в транзактном анализе, представители которого уверены, что личность каждого человека состоит из трех названных субличностей; определить, какая именно субличность доминирует в данный конкретный момент, не очень сложно. Взрослый – это наше «Могу», Родитель – «Надо», а Ребенок – «Хочу». Горячо рекомендуем к прочтению хотя бы одну книгу, написанную Эриком Берном, например «Люди, которые играют в игры», или «Игры, в которые играют люди». – прим. Woman.ru).

 

 Чуть больше четверти опрошенных уверены, что курение делает женщину несексуальной. Так что бросаем сигареты и… ищем другие способы демонстрировать изящные запястья (на этот нехитрый прием «западают» многие мужчины.

 

 Иногда лучше молчать, чем говорить

 

Кроме писклявого голоса (28% респондентов назвали его несексуальным – но, к счастью, и тембр поддается коррекции), женщину лишают очарования привычки, полезные и не очень: курение (так считают 26% читателей), подсчет калорийности вслух во время приема пищи (на это указали 25% опрошенных), рассказы в стиле ретро – воспоминания о ее бывших (рискнем предположить, что без проведения параллелей в этом случае не обходится, а мужчины очень не любят, когда они кому-то проигрывают, пусть даже лично им незнакомому Вассисуалию Лоханкину).

3104 человека уверены, что сюсюкание также несовместимо с имиджем «горячей штучки» (кстати, сами мужчины с удовольствием дают своим возлюбленным весьма говорящие прозвища – почему-то им «ути-пуси» не вредят).

 

 Отсутствие чувства юмора и очень броский макияж набрали по 19% недовольных голосов. Увы, смыть косметику гораздо проще, чем научиться понимать шутки…

 

 

Отдельного упоминания заслуживают женская одежда и обувь (в принципе, что надеть, чтобы выглядеть сексуальной, мы уже обсуждали). Список вещей «Антисекс» возглавляют штаны-афгани и угги («против» проголосовали 3270 и 2539 человек соответственно), 16% опрошенных думают, что ультра-мини и декольте, в котором можно рассмотреть не только пикантную ложбинку меж грудей, но и пирсинг на пупке, негативно влияют на женскую сексапильность.

 

 Комментирует врач сексолог, психотерапевт, психиатр Евгений Александрович Кульгавчук

 

Начнем с того, что для каждого мужчины существует определенный «пакет сексуальных запусков». И отсутствие каких-то важных стимулов оборачивается для конкретного мужчины с конкретными запросами женской сексуальной непривлекательностью. При этом отсутствие какой-либо характерной черты для другого мужчины как раз будет сексуальным стимулом. Например, бойкость в поведении или короткая юбка могут оттолкнуть одного и привлечь другого, потому что в жизни каждого мужчины есть определенный опыт. В том числе и негативный, а имеющиеся у него ассоциации могут достаточно долго определять вкус. Кроме этого, у одного и того же мужчины в разных возрастных категориях могут меняться и вкусы.

 

Так что мы можем говорить лишь о тенденциях. А они, в свою очередь, достаточно прозрачны – мужское поведение во многом определяется биологией. В природе самка для оплодотворения выбирается здоровая. Поэтому проявления болезней: поникший взгляд, сутулые плечи, лишний вес, выпадающие волосы, шаркающая походка – как правило, отталкивают среднестатистических мужчин. Продолжает этот список неряшливость, которая может говорить о том, что женщина недостаточно обращает внимание на свой вид, такое случается при психических расстройствах, например депрессии, или болевом синдроме, при соматических заболеваниях, когда просто «не до этого».

 

Кроме того, хороший внешний вид показывает, что этот человек хочет понравиться и, следовательно, настроен на отношения, что увеличивает количество желающих попробовать узнать его лучше. Следующий пункт – мужественным мужчинам нравятся женственные женщины. Поэтому проявления мужского поведения у женщины в любом виде может отталкивать мужчину. Притягиваются противоположности.

 

Еще один важный момент: мужчины не меньше, чем женщины, нуждаются в комплиментах. Многие женщины уверены в том, что покидающие их мужья женящиеся на молодых, уходят от их якобы «испорченной» фигуры к фигуре юной. Да, иногда так бывает. Тем не менее, еще более значимым фактором является тот факт, что многие женщины забывают о том, что своего мужчину нужно уважать и хвалить. И стараться искать в нем хорошее, чтобы он сам стремился стать лучше.

 

Не понимающие этой истины превращаются порой в «ругающих мам». От них мужчины уходят к тем, которые смотря в глаза умеют ими восхищаться, пусть даже и с недостатками. А у кого из нас их нет? Поэтому прежде чем постоянно критиковать мужчину, отталкивая его от себя, стоит задать вопрос себе – идеальна ли я? Желаю читательницам портала всегда быть веселыми, здоровыми и привлекательными. И не только для себя.