Турция может выдать России все секреты передового F-35

В США испугались раскрытия данных о своем истребителе…
Россия через Турцию может получить доступ к секретным технологиям, посредством которых в США создавался истребитель пятого поколения F-35.
В Соединенных Штатах выразили опасения в связи с тем, что Россия может через Турцию заполучить доступ к секретным технологиям, с помощью которых разрабатывался передовой американский истребитель F-35.
Об этом сообщило британское издание The Telegraph.
Так, аналитики вспоминают, что Британия намерена приобрести 138 единиц F-35, а Турция заинтересована не только в боевых самолетах США, но и российских зенитно-ракетных комплексах С-400. Эксперты убеждены, что если Анкара планирует использовать обе системы, то данные об уязвимых местах американского истребителя станут известны Москве.
К слову, Сенат США уже одобрил запрет на продажу F-35 Турции, однако это произойдёт лишь в том случае, если страна не откажется от намерений приобрести российские С-400. В частности сенатор Крис Ван Холлен заявил, что поставка боевых самолетов для Анкары одновременно с С-400 станет угрозой для национальной безопасности Америки и её союзников.
Точно такой же позиции придерживаются и в парламенте Британии. Маркс Франсуа, руководитель Специального оборонного комитета парламента, рассказал, что Лондон вкладывает крупные денежные средства в F-35. Именно по этой причине Великобритания не хочет, чтобы кто-либо увидел, как «что-то компрометирует эту технологию».
Впрочем, несмотря на все предостережения Запада и попытки помешать сделке, Анкара уже получила первые F-35 от США. Более того, турецкая власть заявила, что никакие меры не смогут повлиять на решение закупить комплексы С-400 у РФ.

Автор: Илья Александров…
https://politpuzzle.ru/

«Новый уровень отношений»: СМИ сообщили о планах Турции купить российские Су-57 вместо американских F-35

Турция может закупить российские истребители Су-57 вместо американских F-35. Как сообщают турецкие СМИ, Анкара рассматривает возможность сделки с Москвой на случай, если США заблокируют поставки своих самолётов. Ранее Вашингтон неоднократно угрожал отказаться от передачи F-35 в связи с покупкой Анкарой зенитно-ракетных комплексов С-400. В экспертном сообществе полагают, что сделка может ещё больше отдалить Турцию от НАТО и Соединённых Штатов.
Анкара рассматривает возможность закупки российских истребителей Су-57 вместо американских F-35. Об этом сообщает издание Yeni Safak.
По данным источников, такое решение может быть принято, если Соединённые Штаты заблокируют поставки своих самолётов. При этом в статье отмечается, что сама Турция не будет отказываться от права на истребители F-35, которые должны быть поставлены в страну в июне.

Об уровне обсуждений, в ходе которых был предложен вариант закупки российских самолётов, издание не сообщает. Власти эту информацию официально пока не подтверждают.
«Новость, которая прошла по СМИ, подготовлена на основе мнений экспертов. Мы её подтвердить не можем. То есть такие публикации пока не являются выражением официальной позиции государства», — цитирует РИА Новости источник в секретариате оборонной промышленности Турции.
Напомним, что недовольство Вашингтона вызывает контракт Анкары с Москвой на поставку зенитно-ракетных комплексов С-400 в Турцию. Поставки должны состояться к концу 2019 года. В США считают, что покупка российских ЗРК может привести к введению ограничительных мер в соответствии с законом «О противодействии противникам Америки посредством санкций» (CAATSA).

Кроме того, Вашингтон беспокоится, что покупка С-400 противоречит принципам оперативной совместимости вооружений со средствами НАТО.
В законопроекте о бюджете Министерства обороны США на 2019 финансовый год, принятом палатой представителей конгресса 24 мая, отмечается, что решение турецких властей может негативно отразиться на общей системе поставок оружия между Вашингтоном и Анкарой. В документе говорится, что после вступления законопроекта в силу глава Пентагона должен направить комитетам конгресса доклад о статусе отношений двух стран, в котором будет дана оценка возможной покупке российских ЗРК.
В частности, конгрессмены хотят выяснить, как сделка отразится на совместном использовании военной техники, в том числе истребителей пятого поколения F-35 и F-16, зенитных комплексов Patriot, вертолётов CH-47 Chinook, AH-1, H-60 Black Hawk.
При этом глава МИД Турции Мевлют Чавушоглу назвал возможную блокировку поставок F-35 неприемлемой и пообещал прибегнуть к ответным мерам, если Соединённые Штаты отменят соглашение.

Прежде чем покупать С-400, турецкие специалисты смогли убедиться в эффективности российского оружия, заметил в беседе с RT военный обозреватель «Комсомольской правды», полковник в отставке Виктор Баранец. По его словам, сейчас турецкие власти могут решать, какие истребители им будет выгоднее приобрести — российские или американские.
По его мнению, предложение о покупке Су-57 может ещё больше сблизить Анкару и Москву. Кроме того, отметил эксперт, поставка техники Турции предполагает выработку общей стратегии военного поведения в регионе, в том числе и в Сирии.
«Россия, продав самолёты или С-400, берёт на себя обязательство о военно-техническом сопровождении оружия, а это значит, что турецкие лётчики неизбежно будут учиться в наших вузах и академиях, проходить практику. Это уже новый уровень политики, экономики и военно-технических отношений», — считает Баранец.
В то же время он сомневается, что США могут допустить покупку Анкарой российских истребителей.

«Американцы готовы сделать для Эрдогана всё, лишь бы он отказался ещё и от российских Су-57, потому что такая сделка ещё больше отдалит Турцию от НАТО и Соединённых Штатов Америки», — заметил военный эксперт.
Прошли испытания
Самолёты Су-57, ранее известные под названиями ПАК-ФА и Т-50, — это истребители пятого поколения, которые сравнивают с американскими ударными самолётами F-22 и F-35.
Как сообщил министр обороны Сергей Шойгу на заседании коллегии российского военного ведомства, в феврале ВКС России испытали в Сирии современные крылатые ракеты для истребителя.
«Для оценки в боевой обстановке заявленных возможностей разрабатываемой военной техники в феврале текущего года проведены практические пуски перспективных оперативно-тактических крылатых ракет с самолёта пятого поколения Су-57», — сказал Шойгу.
Министр подчеркнул важность сирийского опыта для совершенствования оборонительных систем, отметив, что всего в регионе было испытано более 60 серийных и перспективных образцов вооружений ВКС.
Ранее Шойгу рассказал, что Су-57 находились в Сирии в течение двух дней, за которые выполнили программу испытаний, в том числе боевых.

Антон Кузнецов, Марианна Чурсина
https://russian.rt.com/world/

Между Хургадой и Анталией

Турция и Египет вступили в битву за российского туриста: анализ цен, услуг и безопасности
Каир и Анкара объявили о том, что туристический кризис с россиянами полностью преодолен.
До гибели пассажирского лайнера А321 над Синайским полуостровом в октябре 2015 года Египет принимал от 2,6 млн россиян (Росстат) до 3,1 млн (данные египетской стороны).
До атаки турецкого истребителя F-16 на наш бомбардировщик Су-24 в ноябре 2015 года в Турции отдыхали до 7 млн россиян.
В прошлом году Турцию посетили 4,7 млн граждан РФ, а Египет — 94 тысячи.
Притяжение пирамид
Источником оптимизма египтян стало возобновление авиасообщения с Россией. Пока пассажирские лайнеры летают только в Каир. Тем не менее египетские туроператоры делают дерзкие прогнозы: в конце весны — начале лета российские самолеты полетят в Шарм-эш-Шейх и Хургаду. По их прогнозам, в этом году примут свыше трех миллионов россиян
Большинство наших туроператоров такого оптимизма не разделяют, считая, что чартеры полетят не раньше осени.
Какие прогнозы окажутся точнее, жизнь покажет. За прошлый год в Египте отдохнули 3% туристов из России, если считать от показателей докризисного турпотока. По понятной причине: лететь стало дорого и утомительно. Вместо бюджетного чартера в Хургаду или в Шарм приходилось лететь через Тель-Авив, Стамбул или Минск.
Сейчас большинство крупных российских туроператоров заняли выжидательную позицию: ждут чартеров. Как результат: ближайший тур в Хургаду и в Шарм в недорогой отель на второй линии от моря от 82 тыс. рублей. Это за семь ночей на двоих с перелетом и питанием «завтрак и ужин».
Вполне достойный (испытано на себе) отель четыре египетских звезды в Хургаде, все включено, неделя на двоих — от 130 тыс. руб.
А были времена, когда 10-дневный тур с отдыхом в Хургаде, круизом по Нилу из Луксора в Асуан в Суэц и путешествием на экспрессе в Каир обошелся в $1300 на двоих…
Интересно, вернутся ли нормальные цены (когда полетят чартеры) или придется забыть о них навсегда? Сами египтяне утверждают, что надо привыкать к новым реалиям. Туризм у них на подъеме: много отдыхающих из Азии, каждый третий турист из стран Залива, включая богачей из Саудовской Аравии. А главное, прилетели немцы, а это неплохой показатель безопасности.
И — не поверите! — египтяне начали бороться с собственными пороками. За приставание к туристу («Друг, зайди в магазин моего брата!», «Купи у меня камень из пирамиды Хеопса») штраф в 10 тыс. египетских фунтов ( 36 тыс. рублей).
Турецкий берег
Конференцию в Анталии, посвященную турецко-российским отношениям в эпоху подъема Евразии, начали с минуты молчания в честь посла Андрея Карлова. Мэр Анталии Мендерес Тюрель напомнил, что именем Карлова названа улица в Стамбуле и планируют назвать еще одну улицу в Анталье. И вообще, по словам мэра, Анталью сами турки все чаще называют «маленькой Москвой».
О трагедии с Су-24 без особой необходимости турки стараются не вспоминать. Черная страница. Миллиарды долларов мимо бюджета, полупустые отели… Заплатили они сполна за смерть летчика или еще нет — вопрос философский. Любой турок — это прежде всего огромное личное достоинство, здесь не принято извиняться словами. А делами — да. Например, Анталия за свой счет организует отдых детей из нашей глубинки.
В плане развития туризма упор делается на безопасность.
Кстати, именно Анталья рассчитывает стать центром медицинского туризма (Турция номер три в мире по этому показателю). Иностранцев с марта освободили от НДС на диагностику и лечение в турецких клиниках. За прошлый год страну посетили 433 тыс. медицинских туристов: востребована кардиохирургия, пересадка волос и пластика лица. Много клиентов из стран постсоветского пространства: из Азербайджана, Казахстана, Узбекистана и Грузии. Россиян почти нет: все-таки мы привыкли не поправлять, а оставлять здоровье, изрядно переедая и перепивая по системе all inclusive. Пока во всяком случае.
К 2023 году Турция намерена получать до $20 млрд в год от медтуризма. Много это или мало? Смотря с чем сравнивать.
Замминистра экономики Турции Фатих Метин сказал, что задача, поставленная лидерами России и Турции, выйти на годовой оборот в $100 млрд вполне реалистична. «Турецкие предприниматели должны учить русский язык, те, кто выучил, углублять знания, — заявил замминистра Метин. — И я убежден, что в туризме наши отношения уже должны войти в золотой век».
По турецким данным, в этом году россияне забронировали 6 млн номеров, глубина бронирования достигает октября.
Ценовой сегмент начинается с $350 (21 700 тыс. руб.). Именно за такую цену сейчас можно купить тур на двоих в Кемер в трехзвездочную гостиницу на шесть ночей по системе «все включено».
На личном опыте: рассчитывать на праздник живота в турецкой бюджетной «трешке» не стоит. Разумнее увеличить бюджет до $550 — 650 (34 000 — 40 000 руб): столько хватит на 4-5-звездочный отель в Белеке с перелетом на неделю, питание «все включено» или «ультра все включено». Это не снобизм. Звезд, если брать по меркам Европы, в реале все равно окажется поменьше, но больше шансов, что вернетесь довольными. Приходилось видеть, как в бюджетных отелях даже при all inclusive еду выдают порционно и очень скудно. Скандалы и угрозы не помогают.
… Упомянутая конференция проходила в отеле в Белеке. Море уже теплое, среди отдыхающих по ощущениям не меньше половины россияне, остальные немцы, французы, были украинцы, казахи и киргизы.
Попытки наших туроператоров уломать турецких коллег скинуть хотя бы 6-8%, чтобы компенсировать ослабление рубля, натыкаются на непонимание. В Турции на уровне министра культуры и туризма рекомендовано не снижать цен. Считается, что и так отели будут заполнены.
Конкретно
Турция в 2018 году рассчитывает установить туристический рекорд: принять 38-40 млн иностранных гостей, в том числе 6 млн туристов из России.
Египет в 2017 году принял 8,3 млн туристов. Это на 54% больше, чем в 2016-м (5,4 млн), но меньше, чем в пиковый 2010 год (14,7 млн). В 2014 году страну посетили 3,1 млн россиян, которые принесли Египту 2,5 млрд долларов.
Виза в Турцию россиянину не нужна (цель поездки — отдых).
Виза в Египет в пределах Синая бесплатная, на остальные курорты $25 долларов. Недавно МИД Египта открестился от американской фирмы, которая за 118 долларов продавала египетские визы. Но ее сайт не закрыт.
Кстати
В Турцию за январь — март 2018 года больше всего приехало туристов: из Ирана (738 тыс. человек), Грузии (475 тыс.), Германии (417 тыс.), Болгарии (377 тыс.). Россия пока на пятом месте — 231 тыс. отдыхающих.
От первого лица
Алексей Ерхов, чрезвычайный и Полномочный Посол РФ в Турции
Алексей Владимирович, турецкие операторы говорят фактически о восстановлении туризма в прежних объемах. Люди, которые приедут в Турцию после перерыва, окунутся в привычную атмосферу или есть новации?
Алексей Ерхов: Система отлажена, наше сотрудничество имеет большую историю. У турецких хотельеров все готово к приему наших туристов, я не вижу никаких препятствий, которые могут что-то затруднить.
Турция не подорожала?
Алексей Ерхов: Это, скажем так, вопрос непротивления сторон. Как и с кем договоритесь, такая и будет цена. Но в целом цены в Турции очень умеренные по сравнению со многими туристическими странами.
С безопасностью как?
Алексей Ерхов: Есть при МИДе такой департамент — ситуационно-кризисный центр. На сайте МИДа есть все необходимые советы, инструкции и предупреждения, разработанные специалистами: как себя вести, чего избегать. Не стоит соваться туда, куда не надо. И конечно, путешественник обязан соблюдать турецкие законы и принятые в этой стране нормы поведения. Не злоупотреблять алкоголем. А главное, всегда руководствоваться здравым смыслом. И тогда все будет хорошо.

Текст: Игорь Елков
https://rg.ru/sila/

Турции рановато мечтать об авианосце

«Авианосец уже не является далекой мечтой для нас», – заявил президент Турецкой Республики. Неужели Реджеп Тайип Эрдоган полагает, что его страна приблизилась к возможностям, которыми обладают всего несколько государств в мире? При ближайшем рассмотрении нетрудно заметить, что под словом «авианосец» турецкие политики и военные имеют в виду нечто совершенно иное.
Турция намерена построить собственный авианосец, заявил в понедельник президент страны Реджеп Тайип Эрдоган. Эти планы были озвучены во время спуска на воду нового корабля турецких ВМС – корвета «Кыналыада».
«С политической точки зрения Эрдоган хочет расширить сферу влияния Турции»
«Мы обязаны стать одним из лидеров в кораблестроении, а авианосец уже не является далекой мечтой для нас», – обнадежил сограждан турецкий президент. Что будет представлять собой корабль, который Эрдоган назвал «авианосцем»?
«Проект «Анатолия»
По данным открытых источников, проект крайне отличается и от американских, и от британских, и от китайских, и от российских аналогов.
Обсуждение проекта «авианосца» ведется в Турции как минимум с начала 2000-х годов. Тогда проект имел другое название – «Левент». В 2012 году глава секретариата оборонной промышленности Турции Мурад Баяр заявил: страна завершает разработку проекта. Тогда турецкие СМИ сообщали, что строительство корабля займет пять лет и обойдется в 1,5 млрд долларов. Проект подразумевал, что на борту планировалось разместить восемь вертолетов и около 1 тыс. личного состава. Было объявлено, что корабль будет построен к 2021 году.
Однако в итоге в качестве проекта был взят вариант, предложенный испанской судостроительной компанией Navantia, совместно с которой он и будет производиться. Церемония подписания контракта на проектирование и строительство корабля с компанией Sedef прошла на Международной военно-морской выставке IDEF 2015. Причем в качестве основы данного проекта испанцами был взят УДК-авианосец ВМС Испании «Хуан Карлос I».
Как заявляют турецкие военные, Anadolu («Анатолия», или «Малая Азия» – такое название, предположительно, будет носить корабль) должен стать одновременно универсальным десантным кораблем (УДК) и авианосцем.
Планируется, что корабль будет иметь длину 232 м, ширину 32 м и водоизмещение чуть более 26 тыс. т. Для сравнения, единственный российский авианосец – тяжелый авианесущий крейсер «Адмирал Кузнецов» – имеет длину по ватерлинии 270 м (и наибольшую длину 306 м), наибольшую ширину 72 м и полное водоизмещение 61,3 т.
Для приведения УДК в движение планируется установить пять дизельных силовых установок (предполагаемая скорость – 21 узел, то есть 39 км/ч). Для подъема в воздух самолетов будет предусмотрен трамплин. Авиакрыло должно состоять из 10 истребителей F-35B и 12 вертолетов. Кроме того, как УДК он сможет перевозить около 94 танков и 700 военнослужащих, а также будет оснащен госпиталем на 34 койки.
Иначе говоря, когда турецкий президент и военные называют Anadolu авианосцем, они, мягко говоря, лукавят. Корабль того типа, которым планируют усилить турецкий флот, нельзя сравнить ни с американскими авианосцами «Джеральд Форд» или «Нимиц», ни с российским тяжелым авианесущим крейсером «Адмирал Кузнецов».
ВМС США располагают несколькими кораблями такого рода: УДК и десантно-вертолетными кораблями, на которых способны базироваться, например, штурмовики вертикального взлета Harrier. Пентагон не считает такие корабли авианосцами. Истребители-бомбардировщики F35B, которые планируется разместить на турецком «УДК-авианосце», также относятся к самолетам с укороченным взлетом и вертикальной посадкой.
Подобные корабли действительно являются авианесущими – но на этом их сходство с настоящими авианосцами заканчивается. Их боевая мощь, радиус применения, размер авиакрыла и то, что во флоте называется «проекцией силы», не идут ни в какое сравнение с теми возможностями, которые предоставляет России «Адмирал Кузнецов» и тем более Соединенным Штатам – их гигантские атомные авианосцы. Подобные корабли можно сравнить скорее с французским вертолетоносцем «Мистраль», который в свое время Россия купила у Франции и который в итоге оказался в распоряжении египетских ВМС.
Строительство же настоящего авианосца в Турции, насколько можно понять, даже не обсуждается. Оно и немудрено – сложно представить, какие именно задачи мог бы выполнять в интересах Анкары столь крупный, столь дорогостоящий и столь специфический корабль.
Зачем это нужно Турции?
«Это часть общей тенденции – усиления стратегических сил военно-морского флота Турции. Турция уже давно переходит от оборонительных средств к стратегическим», – отметил в комментарии газете ВЗГЛЯД научный сотрудник Центра изучения стран Ближнего и Среднего Востока Андрей Болдырев. Эта тенденция началась в конце 2000-х годов, когда турки стали сами строить свои корабли, а не покупать.
Авианесущие корабли – даже такого рода, как УДК – представляют собой одну из наиболее грозных сил флота и направлены на создание проекции силы вооруженных сил страны в определенном регионе. Это оружие прежде всего наступательного характера. Не надо забывать, что в сферу интересов Турции входит не только Черное море, но и Средиземное.
«С политической точки зрения Эрдоган хочет расширить сферу влияния Турции. Анкара не хочет ограничиваться только Черным морем, Эгейским морем и Ближним Востоком. Я думаю, у него гораздо больше интересы и аппетиты», – заявил газете ВЗГЛЯД бывший командующий Черноморским флотом ВМФ России адмирал Владимир Комоедов.
Что это означает для России?
Владимир Комоедов считает, что Anadolu вряд ли будет ходить в Черном море. По его мнению, это просто не нужно: «Черное море не такое большое», и корабль нужен Турции для операций в Средиземном море. В этой связи Комоедов подчеркнул: России, конечно же, следует принимать в расчет усиление турецкого флота, несмотря на конструктивный характер отношений с этой страной.
Если в Средиземном море «бродят авианосцы – американские, турецкие, французские, которые могут передвигать авиацию в любую точку Средиземноморского региона, то надо задуматься, как можно противостоять», подчеркнул эксперт. По мнению Комоедова, в этих условиях Черноморский флот должен быть очень мобильным и ему не надо зацикливаться на больших тихоходных кораблях.
Общее перевооружение нашего флота планируется к концу 2020 года, напомнил эксперт Андрей Болдырев. До недавнего времени соотношение между ВМС Турции и российским Черноморским флотом по огневой мощи и по количеству кораблей было не в нашу пользу.

https://vz.ru//

Лучшая защита — нападение: США и Турция поссорились из-за охранников Эрдогана

У Вашингтона и Анкары снова разлад. Поводом стало поведение сотрудников службы безопасности Реджепа Тайипа Эрдогана, которые в ходе визита в Вашингтон избили протестующих против политики турецкого президента. В связи с инцидентом американские власти выдали ордер на арест охранников, однако Госдеп отказался пояснить, как именно обвиняемые предстанут перед судом Штатов. В Турции удивились решению властей США, пообещав ответить «политическими и правовыми методами». RT вспоминает, в какие ещё истории попадали самоотверженные телохранители турецкого лидера на американской земле.
В американо-турецких отношениях вновь возникла напряжённость. На этот раз причиной стали обвинения в адрес охранников президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана, которые 16 мая ввязались в драку с протестующими во время визита турецкого лидера в Вашингтон.
Участники акции в американской столице выражали недовольство приездом Эрдогана, в связи с чем его охрана попыталась разогнать демонстрацию. После этого завязалась драка, которую была вынуждена разнимать полиция. Всего в потасовке пострадали девять человек.
По данным Associated Press, семерым охранникам предъявят обвинения в тяжком уголовном преступлении, ещё пятерым — в совершении мелкого правонарушения. Полиция выдала ордеры на арест обвиняемых.
Эрдогана возмутило решение американских властей. Он заявил, что не понимает, на каких основаниях выданы ордеры на арест его сотрудников.
«Что это за закон? Если моя охрана не будет меня охранять, то зачем я везу её в Америку?» — удивился турецкий лидер.
Он подчеркнул, что Турция будет «бороться политическими и правовыми методами» с решением американских властей. В связи с обвинениями в адрес охранников в турецкий МИД был вызван посол США Джон Басс.
«Решение, которое, очевидно, не было принято в результате беспристрастного и независимого расследования, неприемлемо», — заявили в министерстве.
В ведомстве назвали выдачу ордеров на арест «неправильным, необъективным и не имеющим правовых оснований решением». В то же время в Госдепе заявили, что сообщение станет сигналом для Анкары.
«Соединённые Штаты не потерпят людей, которые с помощью запугивания и насилия пытаются подавить свободу слова и свободу выражения политических взглядов», — подчеркнул госсекретарь США Рекс Тиллерсон. Однако в Госдепе не пояснили, как именно будет произведён арест охранников, которые, очевидно, не собираются возвращаться в США, чтобы предстать перед судом. Более того, в ведомстве даже не сообщили, будет ли подаваться запрос на экстрадицию из Турции. Официальный представитель Госдепа Хезер Науэрт уточнила, что в связи с обвинениями представители американских властей провели переговоры с турецкими дипломатами в США.

Сила есть
Хотя Эрдоган говорит, что обвиняемые всего лишь охраняли его, в безобидность президентских телохранителей сложно поверить. Его охрана уже неоднократно становилась фигурантом скандальных эпизодов, причём большинство из них произошло в США.
Так, в марте 2016 года в ходе протестов против визита Эрдогана в Америку один из сотрудников службы безопасности президента подошёл к активисту с плакатом и нецензурно выругался в его адрес, а также начал угрожать ему.
«Если бы это было в Турции, тебе бы не поздоровилось», — сказал он.
При этом другие охранники начали громко кричать, чтобы заглушить самого активного протестующего.
Кроме того, телохранители применили силу против сотрудников СМИ, которые хотели попасть на выступление Эрдогана, а одного из сотрудников прессы охранники попытались выпроводить из зала.
Другой случай произошёл летом 2016 года, когда Эрдоган прибыл в США для участия в церемонии похорон американского боксёра Мохаммеда Али. На мероприятие он так и не попал, однако его охранники всё равно успели отличиться, устроив перепалку с сотрудниками спецслужб Соединённых Штатов.
По данным СМИ, когда Эрдоган покинул гостиницу и сел в автомобиль, один из агентов спецслужб США в соответствии с протоколом попытался занять место у двери, закрывавшейся за президентом. Это же место захотел занять один из сотрудников службы охраны президента Турции, в связи с чем между ним и представителями спецслужб произошёл конфликт.
Открытое применение силы также не было проблемой для телохранителей Эрдогана — они и раньше любили подраться. Так, в 2011 году турецкий политик, опаздывая на выступление Махмуда Аббаса, решил отклониться от предусмотренного маршрута и попытался дойти до своего места более коротким путём. Охрана ООН не пустила его, после чего за Эрдогана вступились его сотрудники.
Турецкий президент ценит такую преданность. В феврале этого года он сам поучаствовал в спасении своего сотрудника, который попал под колёса президентского кортежа. Эрдоган покинул транспортное средство, чтобы лично помочь ему.

https://news.rambler.ru/

«Турция должна заплатить за С-400 сполна»

Каковы перспективы военно-технического сотрудничества Москвы и Анкары

Резкие повороты в отношениях России и Турции затрагивают в том числе и сферу военно-технического сотрудничества. На фоне предстоящего визита в Россию президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана «Лента.ру» побеседовала c директором Центра анализа стратегий и технологий Русланом Пуховым, соредактором недавно вышедшей в свет книги «Турецкая военная машина: сила и слабость».
Руслан Пухов
«Лента.ру»: Какие направления в сфере ВТС с Турцией перспективны не на словах, а реально? Есть ли готовые образцы вооружений и военной техники, сделки по которым могут быть быстро заключены при согласии сторон?
Пухов: Турция не относится к числу крупных импортеров российских вооружений, но опыт военно-технического сотрудничества с этой страной есть. Обычно наиболее вероятны закупки систем вооружений и техники, которые уже поставлялись в данную страну. В случае с Турцией это транспортно-десантные вертолеты семейства Ми-17 и противотанковые ракетные комплексы «Корнет-Э». Высокая конкурентоспособность российских систем ПВО, причем не только ЗРС большой дальности, создает благоприятные условия для сотрудничества в этом сегменте, хотя ранее Анкара средства противовоздушной обороны в Москве не приобретала.
Вообще, учитывая амбиции Турции в оборонной промышленности, наиболее перспективным представляется реализация совместных проектов. Однако для этого, естественно, должны сложиться соответствующие политические условия, которые на сегодня, в обстановке высокой волатильности в двусторонних отношениях, отсутствуют. Но ситуация меняется, на фоне постепенного дрейфа Турции в сторону от ее западных партнеров и союзников шансы на интенсификацию российско-турецкого военно-технического сотрудничества повышаются.
Как тогда сбалансировать «треугольник интересов» из потребности турецких военных в современном вооружении, готовности России передавать те или иные образцы Турции, а также мнения США как ведущего военного союзника Турции?
Турция проводит относительно независимую военно-техническую политику, так что вместо американского мнения я бы скорее подставил в этот треугольник фактор интересов быстрорастущей турецкой оборонной промышленности. Но главную роль в принятии решения о заключении по-настоящему крупных контрактов на такие чувствительные системы вооружений, как ЗРС большой дальности, будет играть политика. Вообще, закупки боевых авиационных комплексов и систем ПВО большой дальности — это всегда прежде всего политика, а только потом военные, технологические и финансовые соображения. Если принципиальное политическое решение принято, баланс остальных интересов будет найден.
Что представляет собой сегодня турецкая военная машина
Однако история российско-турецкого ВТС не дает оснований для чрезмерного оптимизма. Достаточно вспомнить эпопею с продвижением в Турцию российско-израильского боевого вертолета Ка-50-2. С другой стороны, в жизни все когда-то происходит в первый раз. Малайзийский контракт на МиГ-29, заключенный в 1994 году, или закупки российских вооружений новым иракским правительством — тому свидетельство. А если контракт на С-400 подпишут, это будет означать тектонический сдвиг на мировом рынке вооружений.
Как вы расцениваете риски возможной передачи такой техники, как С-400, Турции, отношения с которой выписывают сложные кривые от партнерства до враждебности? Какие можно предположить механизмы гарантирования и страховки российских интересов вокруг этой сделки?
ЗРС С-400 разрешена к экспорту, а Турция входит в число государств, с которыми ВТС разрешено. Соответственно, при составлении обоих этих списков — а в их согласовании участвуют все заинтересованные министерства и ведомства — риски уже учтены. В текущем году начнутся поставки С-400 стартовому экспортному заказчику — КНР. Понятно, что передача этой системы в страну, являющуюся членом агрессивного блока НАТО, несет определенные риски. Но коммерческие и политические выгоды от сделки, если она состоится, перевесят эти риски.
Российско-турецкие отношения действительно нестабильны, но сама по себе такая сделка послужила бы их стабилизации. Тем не менее очень не хотелось бы, чтобы ради доклада высшему политическому руководству или ради формального наполнения портфеля заказов Россия пошла бы на коммерческие уступки Анкаре, например поставила бы системы в кредит или со значительным офсетным обременением. С-400 от отсутствия заказов не страдает, и Турция должна заплатить за нее сполна.
Как можно оценить потенциал гипотетического офсета для возможной сделки по С-400?
Напомню, что Россия уже принимала участие в турецком тендере на ЗРС большой дальности, когда победителем сначала объявили Китай, а затем в чисто турецкой манере результаты конкурса были аннулированы. В рамках этого конкурса специалисты «Рособоронэкспорта» подготовили пакет офсетных предложений. У РОЭ большой опыт подготовки и реализации офсетных предложений. Исходя из практики, можно предположить, что это может быть сотрудничество в космосе. В отношениях конкретно с Турцией есть сельскохозяйственная и энергетическая повестка, и, конечно, Россия может задействовать такой мощный инструмент, как туризм.
Стоит отметить, что в Турции создана неплохая радиоэлектронная промышленность, так что локализация производства некоторых элементов систем ПВО возможна.
Насколько немыслимой выглядит закупка Россией тех или иных образцов ВиВТ в Турции при условии весомого политического решения на этот счет? Что турецкий ВПК мог бы дать нашей армии?
В теории Турция могла бы выступить провайдером по передаче в РФ ряда военных технологий или систем западного происхождения, ныне санкционных. В первую очередь, например, электронно-оптических и тепловизионных систем той же Aselsan, или возможно, какой-то элементной базы военной электроники. Но с учетом того, что турецкая военная промышленность сама серьезно зависит от западных комплектующих и лицензий, неясно, насколько на это готова пойти турецкая сторона. Кроме того, после истории с ДВКД типа Mistral российские военные, видимо, надолго приобрели идиосинкразию к закупкам западных систем.

Беседовал Константин Богданов

Что представляет собой сегодня турецкая военная машина

Отношения между Москвой и Анкарой за последние полтора года прошли путь от балансирования на грани войны до почти открытого военного союза. Все изменилось после неудавшегося военного переворота летом 2016 года, и сегодня военное сотрудничество с Москвой считается одним из приоритетов турецкой политики. В преддверии визита в Россию президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана «Лента.ру» взяла интервью у одного из ведущих военных экспертов, главного редактора журнала Moscow Defense Brief Михаила Барабанова, соредактора книги «Турецкая военная машина: Сила и слабость», подготовленной к изданию московским Центром анализа стратегий и технологий (ЦАСТ).

«Лента.ру»: В 1980-х годах ВС Турции были одними из самых крупных в Европе, и сейчас по-прежнему остаются весьма многочисленными. С чем связано такое внимание Анкары к военной области? Какие угрозы для страны видит турецкое правительство?

Михаил Барабанов: Турция сама по себе крупное государство, достаточно напомнить, что численность ее населения достигла 80 миллионов человек Поэтому численность ВС Турции относительно населения — на начало 2016 года это около 443 тысяч человек, сейчас, после чисток и сокращений, после попытки военного переворота это уже около 400 тысяч (все цифры без учета гражданского персонала, без жандармерии и береговой охраны) — даже меньшая, чем относительная численность ВС России.

Причины традиционного содержания Турцией крупной армии на протяжении ХХ столетия очевидны. Это исторически конфликтные отношения с большинством соседей: Грецией, Болгарией, а самое главное, — с Россией/СССР. Причем Россия была не только наиболее могущественным противником, но и представляла своего рода «экзистенциальную» угрозу Турции в связи с традиционным стремлением к установлению контроля над Черноморскими проливами, что для Турции было бы равнозначно расчленению страны и утрате ее самых развитых районов.

Естественно, что после 1991 года, когда российская угроза и угроза со стороны Варшавского договора были практически сняты, началось сокращение ВС Турции. Но оно не могло быть радикальным, поскольку остаются враждебные отношения с Грецией, кипрский вопрос, борьба с курдским сепаратизмом, а также добавилась напряженность на южных и юго-восточных границах в связи с конфликтами в Ираке, а теперь и в Сирии.
Ну и, наконец, не стоит сбрасывать со счетов то, что армия в республиканской Турции представляла собой в значительной мере автономную силу по отношению к правительству, и сама по себе не была заинтересована в глубоких сокращениях.

Какие основные изменения произошли в турецких ВС в 1990-х годах?

После 1991 года ВС Турции сократились примерно на 200 тысяч военнослужащих, было проведено сокращение числа соединений. Армия была постепенно переведена на бригадную структуру. Дивизии, которые еще в 1980-е по своей организации находились на уровне Второй мировой войны и состояли из полков, перевели на бригадную организацию, а само их число значительно сократили.

Были сокращены силы на границах с бывшим СССР (3-я полевая армия), которые были переориентированы на борьбу с курдскими повстанцами.

Но в целом можно сказать, что Вооруженные силы Турции после 1991 года претерпели меньшие сокращения и трансформации, чем вооруженные силы других стран НАТО.

Важным фактором стали массовые передачи Турции боевой техники, высвобождаемой в ходе сокращений ВС развитых стран НАТО в Европе — в первую очередь, армий США и ФРГ. Это позволило значительно повысить уровень технического оснащения турецкой армии, до того весьма низкий, особенно в отношении парка бронетехники, артиллерии, частично — авиации.

Наконец, 1990 — 2000-е годы стали периодом активного развития турецкой оборонной промышленности, интенсивно поддерживаемой государством и опирающейся в основном на иностранные лицензии. Здесь стоит выделить организацию авиастроительным объединением TAI сборки истребителей Lockheed Martin F-16C/D, что позволило перевооружить этими самолетами большую часть ВВС Турции, налаживание компанией FNSS лицензионного выпуска боевых машин пехоты AIFV (ACV-15), позволившее повысить механизацию армии, выпуск с 2000-х годов по иностранным лицензиям дальнобойных 155-мм/52 гаубиц в буксируемом (Panter) и самоходном (Firtina) исполнениях, освоение компанией Roketsan при китайском содействии производства реактивных систем залпового огня калибра 107, 122 и 302 миллиметра (и ракет к ним) и даже оперативно-тактического ракетного комплекса J-600T Yildirim, организацию постройки подводных лодок, фрегатов и ракетных катеров по германским проектам.

После подавления попытки военного переворота 15 июля 2016 года что-то поменялось?

В организационном плане произошли серьезные изменения. В первую очередь, следует отметить резкое понижение роли Генштаба, начальник которого до того осуществлял полное руководство ВС. Теперь все командующие видами ВС переподчинены непосредственно президенту.

Президент и премьер-министр Турции получили право напрямую отдавать приказы командующим и получать информацию от них, без предварительного согласия начальника Генштаба. Повышена роль министерства национальной обороны в управлении ВС (в противовес Генштабу). Из состава ВС были выведены и переданы МВД жандармерия и береговая охрана.

В целом происходящее в Турции после 15 июля 2016 года свидетельствует о резком сокращении автономии и роли военной верхушки в политическом процессе и о фактическом полном переходе контроля над ВС к политическим властям во главе с президентом Эрдоганом.

Что из себя представляют турецкие ВС в данный момент?

В целом они представляют собой противоречивую картину. Основная проблема военного строительства в том, что Турция остается достаточно бедной страной, вынужденной содержать при этом большие по численности ВС. Прежде это вынуждало поддерживать повышенный уровень военных расходов (еще в 2002 году — 3,5 процента ВВП).

В последние 15 лет уровень военных расходов к ВВП постоянно сокращался, упав до 1,6 процента в 2016 году (все данные официальные, но есть и неофициальные оценки, более высокого уровня). По современным меркам это немного, и такой уровень существенно тормозит качественную модернизацию ВС, затрудняя достижение ими передовых западных стандартов.

Поэтому сухопутные войска Турции до сих пор остаются относительно отсталыми. По техническому и организационному уровню они примерно соответствуют развитым странам НАТО 1970-х — 1980-х годов. Основная масса танков — машины второго (М60, Leopard 1) и даже первого (М48А5) поколений. Танков третьего поколения Leopard 2A4, полученных от Германии в немодернизированном виде, немного (менее 350). Основные бронированные машины — старые американские БТР М113 и созданные на их базе лицензионные «легкие» БМП AIFV. Артиллерия по большей части также старых американских типов (за исключением гаубиц Panter и Firtina).
Оснащение турецкой пехоты весьма невысокое, до настоящего времени она даже полностью не обеспечена современными индивидуальными средствами защиты (бронежилетами и кевларовыми касками) и использует устаревшее стрелковое оружие (лицензионные немецкие винтовки G3 и автоматы Калашникова). Невысока насыщенность противотанковыми средствами, в первую очередь противотанковыми ракетными комплексами. Основной гранатомет — полученные из запасов армии бывшей ГДР РПГ-7 со старыми выстрелами (с истекающими сроками хранения). Основа войсковой ПВО — малокалиберные зенитные пушки.

Основой комплектования остается призыв. На ноябрь 2016 года в ВС Турции насчитывалось около 193 тысяч рядовых срочной службы и всего 15,7 тысяч рядовых, набранных по контракту. Это несколько компенсируется многочисленным профессиональным унтер-офицерским корпусом, насчитывающим более 66 тысяч человек. Однако очевидно, что перед нами массовая призывная армия со всеми недостатками такой системы в современных условиях.

Опыт участия турецкой армии в интервенции в Сирии начиная с августа 2016 года (операция «Щит Евфрата») свидетельствует о невысоком уровне подготовки личного состава, особенно на низших уровнях, и о недостаточной технической оснащенности войск. Есть, видимо, и проблемы с мотивацией личного состава.

В то же время весьма современными и боеготовыми выглядят ВВС Турции. В боевом отношении они представляют собой однородную силу из 235 истребителей F-16C/D, постоянно дорабатывающихся и оснащающихся новым вооружением. Кроме того, в ВВС сохраняется около 47 модернизированных с израильской помощью истребителей-бомбардировщиков F-4E-2020, также с достаточно современным оборудованием. Закупается и осваивается весьма значительное количество современного управляемого и высокоточного вооружения, как американского, так и теперь уже турецкого производства, которое используется в боевых действиях в Сирии. Создана группировка из четырех только недавно закупленных современных самолетов дальнего радиолокационного обнаружения и управления Boeing 737AEW&C. И наконец, уже в 2018 году ВВС Турции должны получить первые истребители пятого поколения Lockheed Martin F-35A.
Слабой стороной турецких ВС остается недостаточная численность вертолетной авиации, однако эта ситуация должна быть выправлена с началом поставок новых боевых вертолетов Т129 АТАК (модифицированный лицензионный вариант итальянского AgustaWestland А129, уже поставлено 19 единиц) и с планируемым началом лицензионного производства многоцелевых вертолетов Т70 (Sikorsky S-70i Black Hawk).

Предпринимаются активные усилия по развитию беспилотной авиации. Ведется отработка дальнего беспилотного летательного аппарата Anka собственной конструкции, а с 2016 года в Сирии уже начали применяться турецкие ударные беспилотники Bayraktar TB2.
Серьезным изъяном остается слабость наземных средств ПВО. В Турции продолжают эксплуатироваться в относительно небольших количествах устаревшие ЗРК Hawk, Rapier и даже такая музейная архаика, как Nike Hercules. При этом закупка современных зенитных ракетных систем затягивается, как и разработка своих комплексов.

Достаточно современными и многочисленными выглядят ВМС Турции, ядро которых составляют подводные лодки, фрегаты и большие ракетные катера немецких проектов.

Каковы основные проблемы, с которыми сталкивается турецкое военное строительство?

Основной проблемой остается уже указанная нехватка ресурсов для поддержания на действительно высоком уровне столь крупных вооруженных сил. Хотя ожидается, что к 2020 году уровень военных расходов будет поднят до двух процентов ВВП (как того требуют обязательства НАТО), это не изменит ситуацию. Тем не менее рост военных расходов позволит ускорить техническую модернизацию Вооруженных сил Турции, обеспечив достаточное финансирование ключевых программ — истребителей F-35A, вертолетов Т129 и Т70, танка Altay, беспилотников, современных ЗРК, систем разведки, связи и управления, дальнобойного ракетного оружия, универсального десантного корабля, новых фрегатов, корветов и неатомных подводных лодок. Возможно, что будет продолжено сокращение численности ВС.

В политическом отношении основной угрозой остается подспудная взаимная напряженность между ВС и режимом Эрдогана, уже прорвавшаяся в событиях 15 июля 2016 года. Несмотря на масштабные чистки, репрессии и оргреформы, проводимые властями, основные причины не устранены (и вряд ли могут быть устранены). Поэтому нельзя быть уверенными в исключении новых столкновений в будущем.
Кроме того, беспрерывные чистки генералитета и офицерского корпуса по политическим мотивам, идущие в Турции уже несколько лет (напомню, что до 15 июля было известное дело «Эргенекона») неизбежно дестабилизируют ВС и подрывают профессионализм и преемственность кадрового командного состава. Это может негативно отразиться на боеготовности ВС и компетентности командования.

Как Турция видит свое место в НАТО и будущее страны в Альянсе? Есть ли среди военных дискуссия по этому вопросу, какие позиции представлены?

Это весьма интересная и сложная тема. С одной стороны, ранее турецкая военная верхушка, считавшая себя оплотом кемалистских традиций и в целом светского республиканского строя, однозначно выступала за ориентацию на США и НАТО, рассматривая это как логическое продолжение внутренней прозападной политики и как часть курса на модернизацию. Настроенные таким образом офицеры и генералы («атлантисты») составляли большинство военного руководства.

Наряду с этим среди генералов и старших офицеров были и представители других идейных направлений, среди которых турецкие обозреватели выделяют «традиционалистов» (людей, склонных к религиозным и консервативным воззрениям и стоящих на позициях традиционного докемалистского «османизма»), «националистов» или «народников» (придерживающихся крайне правых националистических и пантюркистских взглядов и апеллирующих к исконному раннему кемализму) и «интернационалистов» или «евразийцев» (придерживающихся современных, даже отчасти левых взглядов, но выступающих против односторонней ориентации на США и НАТО и желающих многовекторной политики, «сдвига на Восток/Азию» в широком смысле и т.д.)

В 2010-2014 годах по итогам дела «Эргенекона» и подобных из турецкой армии было вынуждено уволиться большое количество офицеров, относившихся к «народникам» и «интернационалистам». Можно говорить о состоявшейся в этот период зачистке условно левого (по политическим взглядам) крыла в ВС. Эта чистка стала причиной идейного скольжения турецких военных в сторону правых идей — в первую очередь «атлантизма», но также и религиозного консерватизма. По мнению турецких обозревателей, именно этот процесс попытались оседлать и возглавить члены пресловутой организации Гюлена, которые приняли активное участие в попытке переворота 15 июля 2016 года.

В ходе последовавших за провалом путча чисток основной удар пришелся, наоборот, по офицерам-сторонникам «атлантизма» и «традиционалистам». В результате сейчас в турецких ВС снова укрепились «националисты-народники» и «интернационалисты-евразийцы». Это, наряду с очевидным сочувствием руководства НАТО и ведущих западных стран блока к «атлантическому» крылу турецкого офицерства (активно участвовавшему в заговоре), привело к резкому возрастанию скепсиса по отношению к НАТО в турецком военно-политическом руководстве. Общественное мнение после 15 июля также занимает по отношению к НАТО неблагоприятную позицию.

Тем не менее, не стоит переоценивать значение этих факторов и тем более ожидать разрыва Турции с НАТО. Участие в Альянсе в целом очень выгодно для Турции, как для относительно слаборазвитой страны. Оно дает туркам доступ к современному западному военному обучению, к передовым командным и управленческим процедурам, к технологиям, к новой военной технике, к многообразным формам взаимодействия и получения помощи. Турецкая военная и политическая элита это понимает. В свою очередь, геостратегическая важность Турции для США и НАТО, особенно в условиях конфликтов в Сирии и Ираке, дает возможность Анкаре активно ставить условия и выдвигать условия своего содействия Западу. Поэтому Турция, видимо, будет повышать цену своего участия в НАТО для США и других партнеров по Альянсу.

Как можно оценить динамику и приоритеты развития собственной оборонной промышленности Турции? Какие применяются методы, есть ли следы продуманной стратегии?

В последние 25 лет турецкая оборонная промышленность совершила значительный скачок в развитии. Турция не только стала способна производить многие современные виды вооружения и техники (в основном пока что по иностранным лицензиям), но и реализовала либо начала реализовывать ряд амбициозных перспективных военно-промышленных программ (танк Altay, истребитель TF-X — тоже пока что при иностранном содействии), а также вошла в круг активных экспортеров вооружения.

Это продуманная и достаточно последовательно реализуемая государственная стратегия, основывающаяся на формулируемых долгосрочных планах. Основой развития турецкой оборонной индустрии является активное привлечение иностранного опыта и содействия. Это в первую очередь создание при государственной поддержке совместных предприятий с иностранными компаниями для лицензионного производства иностранных образцов техники со значительным уровнем локализации и последующей модернизацией либо приобретение иностранных лицензий с освоением полного цикла выпуска у себя.

При реализации амбициозных перспективных национальных программ создания систем вооружений выбирается иностранный партнер для участия в разработке и передачи технологий и опыта. Так, танк Altay создавался при участии южнокорейской компании Hyundai Rotem, а начатое создание перспективного турецкого легкого истребителя TF-X подкреплено соглашениями о партнерстве с BAE Systems и Saab АВ. При этом в долгосрочных планах большое место отводится локализации и «импортозамещению» изделий и систем в процессе серийного производства.

Другим направлением является поощрение турецких оборонных предприятий к участию в международной военно-промышленной кооперации и в иностранных производственных программах. В результате, например, компании такой не самой высокоразвитой страны, как Турция, сумели получить весьма значительное место в качестве субподрядчиков в программе производства американских истребителей пятого поколения F-35. Достаточно указать, что только в 2016 году объем заключенных новых контрактов турецкой оборонной и авиационной промышленности на поставки только в США составил внушительные 587 миллионов долларов.
Большая роль в развитии ВПК в Турции отводится частному сектору. Частные компании всячески стимулируют к участию в военном производстве, и в ряде случаев закупочные тендеры специально проводятся только среди частников, без допуска государственных производителей. Так было, например, с программой постройки универсального десантного корабля. В результате многие турецкие частные оборонные фирмы добились крупных успехов, превратившись в заметных игроков не только на турецком, но и на международном рынке. Так, компания Otokar (входящая в состав частного холдинга Koç) стала не только крупнейшим турецким производителем бронетехники, но и головным подрядчиком в создании турецкого национального танка Altay, вложив в эту программу около миллиарда долларов собственных средств. Или можно вспомнить турецкую частную верфь Yonca-Onuk, за относительно короткий срок ставшую одним из ведущих в мире поставщиков скоростных военных катеров

Какие можно привести удачные или, наоборот, неудачные примеры собственных и совместных программ, призванных развивать национальное оборонное производство и разработки?

До сих пор в Турции было реализовано лишь относительно небольшое количество непосредственно национальных программ создания видов вооружений. Упор до последнего времени делался на лицензионное либо совместное производство (истребители F-16C/D, легкие военно-транспортные самолеты CN-235, боевые машины пехоты AIFV, гаубицы Panter и Firtina, боевые корабли и подводные лодки немецких проектов).
Самостоятельные программы по созданию стали реализовываться только в последнее десятилетие, и они сталкиваются со значительными сложностями и затягиваниями сроков, понятными с учетом ограниченных возможностей турецких разработчиков и производителей. Значительные проблемы создает невозможность получить планируемое иностранное содействие. Так, проект турецкого дальнего беспилотника Anka серьезно затормозился после отказа от участия в нем израильских компаний из-за ссоры Эрдогана с Израилем. Или, например, ввиду отказа австрийского правительства по политическим причинам после событий 15 июля 2016 года выдать лицензию австрийской фирме AVL List на передачу технологий, турецкая компания Tümosan не смогла создать совместно с австрийцами дизельный двигатель для танка Altay, который в итоге будет оснащаться импортными немецкими дизельными двигателями MTU.

Как и любая недостаточно развитая в промышленном отношении страна, Турция сталкивается с серьезными проблемами и задержками при переходе от создания штучных опытных образцов к их серийному производству. Это видно на примере вертолета Т129 АТАК или того же танка Altay.

Вызывает сомнения реализуемость ряда наиболее претенциозных турецких оборонных программ последнего времени, вроде создания собственного перспективного истребителя TF-X. При этом уже заявляется готовность к самостоятельному созданию широкого спектра самых разнообразных комплексов (зенитные ракетные системы, крылатые и баллистические ракеты, спутники, пассажирские самолеты). В ряде случаев у турецких оборонщиков (а в большей степени у политического руководства) наблюдается «головокружение от успехов». Притом что, как было сказано, пока что достижения Турции в создании и доведении до серийных поставок собственных сложных систем вооружения выглядят достаточно бледно. Поэтому ближайшие годы покажут, насколько оправданными выглядят турецкие амбиции в этой сфере.

Автор: Беседовал Константин Богданов
Первоисточник: https://lenta.ru/articles/2017/03/07/remove/

Турция отправит в нокаут Крым и Сочи

Министр иностранных дел Турции Мевлют Чавошоглу сделал официальное заявление о том, что его страна готова принимать российских туристов по внутренним паспортам. С начала года такое послабление уже ввела Армения, либерализовали визовый режим для россиян также Япония и Объединенные арабские эмираты (ОАЭ). Но именно конкуренции с Турцией отечественные отельеры боятся больше всего.
Загранпаспорта отменяют для России… и Украины
Мевлют Чавошоглу в воскресенье побывал в Анталии, и в конференц-зале местного колледжа встретился с членами российской культурной ассоциации (она объединяет выходцев из России, проживающих в южной провинции). Встреча была сугубо агитационной – в преддверии референдума об изменении турецкой Конституции, который должен пройти 16 апреля.
Чавошоглу рассказал, что сегодня отношения между Турцией и Россией улучшаются (в том числе удалось договориться о режиме прекращения огня в Сирии). Министр заявил, что турецкий МИД активно работает над тем, чтобы граждане России могли въезжать в страну по внутренним, а не заграничным паспортам.

По словам Човошоглу, такие переговоры начались еще два года назад, но затем их пришлось прервать после сбитого турецкими ВВС российского Су-24 в ноябре 2015 года. Сейчас, когда отношения двух стран нормализовались, рассказал членам российской диаспоры министр, переговоры о либерализации визового режима снова возобновились.
Основная проблема, по словам главы МИДа, – это то, каким образом обеспечить идентификацию прилетающих россиян. Вероятнее всего, для этого в аэропортах будут установлены специальные сканеры паспортов.
Спустя два дня, во вторник, Чавошоглу выступил уже на агитационной встрече с местными гражданскими активистами в Кемере: он заявил, что по итогам 2017 года в Турции удастся вернуть туристический поток из России к показателям «докризисного» 2015 года – а это около 4 миллионов отдыхающих.
По словам Чавошоглу, еще быстрее растет поток отдыхающих из Украины: в прошлом году он увеличился в полтора раза, а в текущем должен вырасти еще на 20%. Как заявил министр, перед правительством Турции стоит задача нарастить число украинских туристов еще как минимум в полтора раза в течение нескольких лет.
Для этого также будет либерализован визовый режим. Сейчас, заявил Чавошоглу, с правительством Украины уже начались переговоры о том, чтобы и граждане этой страны могли въезжать в Турцию по внутренним паспортам.
Россияне будут спасать турецкие курорты?
Председатель регионального отделения Турецкой ассоциации турагентств (Tursab) в провинции Алания Суат Чавошоглу считает, что именно сейчас привлечение туристов из России и Украины крайне важно для турецкой экономики. Это связано с волной тюркофобии, охватившей страны Западной Европы, откуда традиционно приезжал большой поток туристов. Кроме того, как отмечает Суат Чавошоглу, многих отдыхающих отпугнули и террористические акты.
Насколько именно повлияло мартовское «похолодание» отношений Турции и Евросоюза на туристический поток, сказать пока сложно. Минкультуры Турции недавно опубликовало официальную статистику лишь по итогам 2016 года. Но уже и она удручающая (по крайней мере, для турецкого правительства): в прошлом году в страну въехало 30, 9 млн туристов, в то время как в 2015 году их было 41, 1 миллиона, то есть на треть больше.
Причем падение продолжилось уже и в нынешнем году: по итогам января число туристов, приехавших в Турцию, сократилось еще на 10% (чуть менее двух миллионов человек). В том числе вдвое уменьшилось количество отдыхающих из стран Ближнего Востока и на четверть – из Западной Европы (из Германии, Дании, Ирландии, Чехии, Финляндии – на треть).
На треть рухнуло число отдыхающих в Турции из Австралии, США и даже из Японии и Южной Кореи… Видимо, причина действительно в том, о чем говорит Суат Чавошоглу, – охватившая западный мир тюркофобия.
При этом чуть меньшее падение по итогам января продемонстрировал турпоток из стран Восточной Европы (в сравнении со странами Западной Европы). А вот из государств бывшего СССР, вопреки всеобщему тренду, в Турцию приехало даже больше туристов. Из России – на 80%, из Узбекистана – на 60%, из Грузии и Азербайджана – на четверть, а из Казахстана – на 20%.
Отельеры страдают от собственной жадности
Неудивительно, что на фоне печальных цифр статистики турецкий МИД так усиленно привлекает туристов из постсоветских государств, и в первую очередь из России и Украины. Только вот чем это обернется для самого российского турбизнеса? Сможет ли он конкурировать с турецкими курортами, если прилететь сюда можно будет вообще без загранпаспорта?
Эти вопросы «Свободная пресса» задала нашему постоянному эксперту, управляющему партнеру консалтинговой компании Kirikov Group Даниилу Кирикову.
– Отмена загранпаспортов для въезда в Турцию сильно ударит по российским курортам. Сыграют в этом роль сразу несколько факторов.
Во-первых, по соотношению цены и качества услуги в Турции намного выгоднее и доступнее, особенно сейчас, когда стабилизировался курс рубля.
Во-вторых, многие уже посетили Крым и теперь вернутся к заграничному отдыху.
В-третьих, отмена загранпаспортов станет хорошим стимулом для тех, кто не ехал за границу только по причине их отсутствия и желания избежать излишних проволочек.
Учитывая, что загранпаспорта имеют только порядка 30% россиян, а желающих отдыхать на море намного больше, то для многих это станет хорошим шансом выехать за границу. Если раньше Турцию посещало порядка 4 млн туристов в год, то отмена загранпаспортов и стабилизация курса рубля, по моим оценкам, может привести к увеличению этой цифры на 30-40%.
Все российские курорты страдают от завышенных цен в сочетании с очень низкими стандартами обслуживания. Качественный сервис можно встретить только в высоком ценовом сегменте, однако если сравнивать его с заграничными предложениями, то отдых, например, в Сочи может выйти дороже, чем отель высокого уровня в Европе.
Чтобы конкурировать с Турцией, требуется повышение качества и увеличение средних ценовых предложений, направленных на широкого потребителя. Есть и другие проблемы. Скажем, Крым пользуется большой популярностью, однако повысить поток туристов можно было бы, решив проблемы с логистикой – приехать на полуостров железнодорожным транспортом до сих пор нельзя, а на самолете дорого.

https://news.rambler.ru/

Трамп готовит бойню всех против всех

Россия, Турция и Иран готовят сделку по разделу Сирии на зоны влияния. Об этом сообщило агентство Reuters. По имеющейся информации, сирийский президент Башар Асад сохранит должность как минимум до следующих выборов. После этого пост главы государства займет другой кандидат, а Асаду и его семье гарантируют безопасность.
Сделка находится в стадии разработки, пишет Reuters. Ее еще предстоит согласовать с сирийскими властями, группировками боевиков, странами Персидского залива и США. Чисто технически, соглашение позволит создать автономии в рамках федеральной структуры, контролируемой Асадом.
Ранее стало известно, что Россия и Турция активизировали усилия по прекращению боевых действий на всей территории воюющей страны. По информации турецкого агентства Anadolu, Москва и Анкара ищут способы расширить формат перемирия в Сирии, уже действующего в Алеппо.
В свою очередь, телеканал Al Jazeera сообщил о том, что часть группировок вооруженной сирийской оппозиции уже дала предварительное согласие на присоединение к режиму перемирия.
Глава МИД Турции Мевлют Чавушоглу подтвердил: дипломаты двух стран завершили работу над соглашением о перемирии, которое должно создать предпосылки для начала политического процесса. Пресс-секретарь российского президента Дмитрий Песков высказался более осторожно: «Действительно, ведутся постоянные консультации с турецкими коллегами, где обсуждается различная модальность возможного диалога по Сирии, который планируется в Астане».
Напомним: участники конфликта соберутся в столице Казахстана во второй половине января. Сейчас, как рассказала официальный представитель МИД РФ Мария Захарова, «идет процесс не рассылки приглашений, а формирования подхода и концепции этой встречи». После встречи в Астане ее участники могут переместиться в Женеву – там, согласно планам спецпосланника генсека ООН Стеффана де Мистуры, 8 февраля должны возобновиться межсирийские переговоры.
Что происходит вокруг Сирии, почему в судьбе этой страны так заинтересована Россия?
– Вопрос будущего Сирии будет решаться на переговорах сторон, участвующих в конфликте: сирийской правительственной стороны, Турции, Ирана, – отмечает руководитель Центра евроатлантических и оборонных исследований РИСИ Григорий Тищенко. – Это связано с тем, что на продолжение военных действий у них фактически нет сил – ни материальных, ни финансовых.
Дамаску не под силу довести войну до окончательного освобождения страны в границах до 2011 года. А свергнуть правительство Асада не под силу оппозиции и ряду поддерживающих ее игроков, прежде всего, Соединенным Штатам, Саудовской Аравии и Катару.
По сути, стороны пришли к ситуации, когда все выдохлись, и не могут решить конфликт в свою пользу чисто военным путем. Именно поэтому все активнее рассматривается идея, чтобы всем сесть за стол переговоров, и поговорить о будущем страны.
«СП»: – Это приведет к стабилизации ситуации на Ближнем Востоке?
– По большому счету нет. Поскольку, думаю, войной в Сирии дело не ограничится.
Как мы видим, турки сейчас вошли на территорию Сирии, хотя Дамаск был против. Турецкие силы находятся под Эль-Бабом, и их задача – не дать сформироваться курдскому государству. Если Курдистан будет сформирован, он наверняка будет оказывать поддержку курдам на территории Турции. Анкаре такой сценарий совершенно не на руку, поскольку грозит гражданской войной на турецкой территории. Значит, Турция из Сирии не уйдет.
Есть, кроме того, интересы США, которые изначально хотели хаотизации Ближнего Востока. Сирия – это становой хребет региона, и потому была выбрана американцами в качестве первой жертвы. А дальше, я считаю, по аналогичному сценарию будет продвигаться раздел Ирака, а на более отдаленном горизонте – Ирана.
Проблема Тегерана в том, что крупного игрока в регионе не хотят видеть ни США, ни Саудовская Аравия. Поэтому борьба с Ираном впереди, но это – следующий этап ближневосточной игры.
«СП»: – Планы США могут поменяться в связи с приходом к власти Дональда Трампа?
– Я так не думаю. План, который сейчас реализуется на Ближнем Востоке, в значительной степени совпадает с планом неоконов, который был сформирован еще при администрации Барака Обамы. Он, напомню, предусматривал фактическое разрушении Сирии, Ирака и Ирана, а после демонтажа ближневосточной «большой тройки» – разрушение еще и Ливана, Саудовской Аравии и, возможно, даже Турции.
Это видно не из декларативных заявлений по поводу будущего Ближнего Востока, которые делают американские политики с трибун. Это следует из доктрин и инструкций, которые предназначены непосредственно для ВС США, и которыми должны руководствоваться командиры. А в этих документах говорится, что Турция и Саудовская Аравия в районе 2020-2030 годов более не рассматриваются США как союзники и друзья – они еще не враги, но уже не партнеры.
Такой план, кстати, вполне соответствует интересам Израиля – обезопасить себя от возможного противодействия со стороны арабских стран. Поэтому Тель-Авив должен быть доволен происходящим на Ближнем Востоке, когда арабы дерутся между собой, происходит дележка государств-противников Израиля, а та же самая «Хезболла» занята войной в Сирии.
Но главное для американцев сегодня, что от хаотизации Ближнего Востока будет испытывать проблемы Китай, который до 70% своих потребностей в жидких углеводородах закрывает поставками из стран Персидского залива. Хаотизация региона, получается, больно бьет по главному геополитическому сопернику США.
Должен заметить, что сами Соединенные Штаты все меньше и меньше зависят от ближневосточных поставок углеводородов (сейчас они закрывают не более 11% потребностей Америки). А одна из целей Трампа, которую он декларировал – снять ограничения на добычу углеводородов в самих США, и максимально опустить цену нефти. Избранный президент США считает, что дешевая нефть приведет к подъему американской промышленности, и позволит создать миллионы новых рабочих мест.
Получается, хаотизация Ближнего Востока, затеянная неоконами, вполне укладывается в логику Трампа. Именно поэтому мне кажется, что мы увидим много событий и много крови в этом регионе.
«СП»: – Что в этой ситуации должна делать Россия, чтобы соблюсти свои интересы?
– Нам важно не допустить хаотизации и бойни всех против всех. Эта бойня будет грозить и нашим интересам – террористические группировки, которые действуют сейчас в регионе, могут в этом случае двинуть в Центральную Азию. Поэтому России нужно бороться, и пытаться политическими мерами решить проблемы, которые давно назрели на Ближнем Востоке.
– Публикация Reuters производит впечатление информационного вброса, – считает директор Исследовательского центра «Ближний Восток-Кавказ» Международного института новейших государств Станислав Тарасов. – А в большой дипломатии следует руководствоваться официально принятыми документами, а не утечками. Так, в конце декабря в Москве состоялись переговоры министров иностранных дел России, Ирана и Турции, посвященные сирийской проблеме. По итогам встречи было принято совместное заявление, которое фактически является «дорожной картой» перемирия в Сирии. В нем особо подчеркивается приверженность сторон принципу территориальной целостности Сирии.
Да, если удастся добиться перемирия и прекращения огня, Асад наверняка пойдет на административно-территориальную реформу. И, конечно, по факту отдельные районы страны могут находится в зонах влияния различных сил, включая экстремистские группировки.
Но проблема в том, что война в Сирии будет продолжаться, возможно, еще не один год, и диспозиция не раз будет меняться. Поэтому сейчас говорить о разделе Сирии можно только в теоретическом ключе.
На деле, фрагментация Сирии на руку только Турции. Анкара опасается, что сирийские курды получат автономию, и тогда курды на юго-востоке Турции будут требовать для себя того же статуса – а это прямой путь к созданию независимого Курдистана.
Но зачем фрагментация Сирии России или Ирану? В интересах этих двух игроков сохранить Сирию единой, и тогда сам Дамаск будет решать, как выстраивать отношения с отдельными анклавами и регионами.
Словом, сегодня говорить о разделе Сирии на зоны влияния или о ее фрагментации можно только как о тренде. Как события будут развиваться на практике – вопрос совершенно открытый…

https://news.rambler.ru/

Евгений Сатановский об истинных причинах вторжения Турции в Сирию

Турция ввела танковые войска в провинцию Алеппо на территории Сирии, передает CNN Turk. Турецкая армия и силы коалиции, возглавляемые США, начали наземную операцию по освобождению города Джараблус на севере Сирии от боевиков «Исламского государства» (ИГ, запрещена в РФ) в среду около 4 утра по местному времени.
В операции участвуют истребители F-16 ВВС Турции. Турецкие F-16 ВВС впервые наносят удары с момента крушения российского Су-24 в ноябре 2015 г. По данным военных источников издания Hurriyet, были уничтожены 12 целей при помощи авиации и 70 мишеней поражены в ходе артобстрела.
Pravda.Ru обратилась за комментарием подобного решения турецкой стороны кпрезиденту Института Ближнего Востока Евгению Сатановскому.
Официальная цель — это, конечно, противостояние ИГИЛ, заявил эксперт. При этом проамериканская курдская оппозиция утверждает, что под прицелом турков находятся именно курды. «До группировок Исламского государства не менее 20 километров от тех позиций, которые занимает турецкая армия», — добавляет собеседник Pravda.Ru.
На вопрос о том, какие произошли изменения в идеологии Турции и что могло так внезапно заставить страну бороться с терроризмом, Евгений Сатановский заявил, Анкара с терроризмом никогда и не боролась. «Анкара торговала с ДАИШ (ДАИШ — альтернативное название ИГИЛ — прим.Pravda.Ru), и то, что Турция формально являлась членом антитеррористической коалиции, ни о чем не говорит», — подчеркнул эксперт.
Евгений Сатановский сказал, что турецкие спецслужбы всегда оказывали поддержку «Исламскому государству», а родственники Эрдогана зарабатывали на торговле контрабандой нефти с Исламским государством. Все эти операции всегда прикрывались мнимой борьбой Турции с терроризмом.
Эксперт добавил, что причины того, что Эрдоган не просил Россию о помощи в борьбе с терроризмом, вполне понятны. Почему мы должны кому-то помогать? У нас с Турцией разные программы в Сирии. «Задача Эрдогана бить по курдам, а вовсе не по террористам, не важно, Джабхат ан-Нусра или Исламское государство. Он это и делает», — заключил востоковед.

Pravda.Ru