Почему Китай не купил украинские Ту-160

Авиационно-ядерная мощь Китая — это вспомогательная сила, которая использует ядерное вооружение во время боевых действий. Современный Китай пока еще не имеет на вооружении межконтинентальные стратегические бомбардировщики, а поэтому у Китая нет возможности доставлять ядерные боеголовки в любую точку мира. КНР может использовать политику ядерного сдерживания и устрашения только в соседних странах. На вооружении ВВС Китайской Народной Республики находятся стратегические бомбардировщики Xian H-6К (вариант Ту-16), предназначенные для доставки ядерных боеприпасов.
В течение последних лет Китай, стараясь отвечать вызовам современной войны, начал разрабатывать новый стратегический бомбардировщик Xian H-20. В действительности же уже в начале 90-х годов прошлого века Китай почти смог приобрести стратегические бомбардировщики Ту-160, однако сделка была сорвана США и Россией. И Китай упустил возможность реализовать свою мечту о приобретении бомбардировщиков такого типа. После того как распался Советский Союз, Украина унаследовала 19 новых стратегических бомбардировщиков Ту-160. Однако у Украины не было возможности их эксплуатировать и обслуживать, а поэтому украинские власти старалась их продать как можно быстрее.
Китай в то время послал на Украину делегацию, которая должна была закупить данные бомбардировщики. Однако Россия не желала того, чтобы такая могучая держава заполучила их. В 1999 году Украине пришлось вернуть восемь стратегических бомбардировщиков Ту-160, чтобы расквитаться с долгами за российский газ. Америка, в свою очередь, тоже опасалась того, что Китай приобретет бомбардировщики такого высокого уровня, а поэтому немедленно вмешалась. США и ЕС подписали соглашение с новым украинским правительством об уничтожении стратегического оружия, которое досталось Украине от Советского Союза. США для этого предоставило Украине 15 миллионов долларов. В результате всего этого, Китаю не удалось купить ни одного бомбардировщика Ту-160.
Скорее всего, правительство Китая очень сожалеет, что данная сделка сорвалась. У бомбардировщика Ту-160 превосходные технические характеристики, однако современные средства противовоздушной обороны постоянно модернизируются и улучшаются, а поэтому малозаметность Ту-160 снизилась. Теперь довольно сложно сказать сможет ли бомбардировщик Ту-160 преодолеть средства противовоздушной обороны и нанести удар по поставленной цели. В 2016 году Китай официально заявил о том, что в КНР разрабатывается новый стратегический бомбардировщик Xian H-20.
Что касается проблемы с производством двигателей для данного бомбардировщика, то Китай уже давно нашел решение. Украинская компания «Мотор Сич» заключила соглашение с Китаем о производстве турбореактивных двухконтурных двигателей Д-18Т. Изначально данные двигатели производились специально для реактивных самолетов сверхбольшой грузоподъемности Ан-225 и Ан-124. Тяга двигателя составляет 23 430 кгс, дальность полета Ан-225 и Ан-124 составляет 15 тысяч километров.
Проектирование и строительство нового боевого самолета поручили компании «Сифэй». Новый стратегический бомбардировщик Китая Xian H-20 по внешнему виду схож с американским Нортроп Б-2 «Спирит». Новый китайский бомбардировщик будет строиться по схеме «летающее крыло». При разработке самолета были приняты меры для снижения радиолокационной заметности (стелс-технологии), также на боевой самолет будет установлен модернизированный радар. Новый бомбардировщик будет обладать возможностью обнаружения цели на малой высоте. Без заправки топливом в воздухе дальность полета приблизительно будет составлять 12 тысяч километров, а с заправкой может достигать и полных 18 тысяч километров.
Китай подготовил хорошую базу для строительства новых межконтинентальных стратегических бомбардировщиков, которые укомплектованы ядерным и обычным оружием. Они используют модернизированные технологии для снижения радиолокационной заметности. Они также имеют возможность дозаправки в воздухе и обладают высокой степенью интеллектуализации. Данные бомбардировщики оснащены усовершенствованной системой управления. Факт наличия таких бомбардировщиков на вооружении у НОАК позволит Китаю увеличить свой ядерный потенциал.

https://news.rambler.ru/

Китайский авианосец «Пипи Ся» начал первый боевой поход

Первый авианосец китайского производства покинул порт базирования. Он отправился в тестовое плавание в 07:00 по местному времени (02:00 мск).
Type 001A стал первым авианосцем китайского производства. Его спустили на воду в апреле 2017 года. Строительство боевого корабля заняло четыре года. Длина судна — 315 м, ширина — 75 м, общий вес — 70 тыс. т. Авианосец может развивать скорость около 30 морских узлов, на борту могут одновременно базироваться 36 истребителей «Цзянь-15» (J-15).
На вооружении Китая также находится авианосный боевой корабль «Ляонин», его построили на базе купленного у Украины в 1998 году недостроенного советского крейсера «Варяг».
Отметим, что китайские военные очень любят именно цифровые наименования своих танков, самолетов и ракет: например, китайский аналог ПАК ФА Т-50 называется J-20, а танки НОАК описываются как «типы» 96, 99 и так далее.
Как писала «Правда.Ру», перед тем как дать название новому авианосцу в стране прошло общенационального интернет-голосования. Как сообщает гокнонгское издание South China Morning Post, авианосцу дали имя рака-богомола 皮皮虾 (pipixia) — на русский оно транскрибируется как «Пипи Ся». Этот рак, кстати, является известным кулинарным деликатесом в Китае.
SCMP также рассказала, что вариант «Пипи Ся» набрал 1,37 млн голосов. Также в интернет-опросе побеждали названия: «Тайвань» и «Сунь Укун» (именно так звали «царя обезьян» из классического китайского романа).

http://social.pravda.ru/

Смертоносный сюрприз для палубной авиации ВМС США от китайской «Чэнду».

Сокрушительный удар «Стремительного дракона»
Знакомясь с бескрайними военно-техническими просторами китайского интернета (включая форумы, блог-платформы и т.д.), а также просматривая видеоконтент «YouTube» по поисковым запросам, касающимся многоцелевых истребителей J-10A/B, можно не раз наткнуться на уникальные акробатические манёвры масштабированных моделей данных машин. Благодаря наличию простейшей системы отклонения вектора тяги, представленной нерегулируемым поворотным цилиндрическим соплом, а также громадной тяговооружённостью в сравнении с полноразмерными серийными образцами J-10A, данные машины способны демонстрировать пилотаж с элементами сверхманевренноссти непосредственно у поверхности, обладая высочайшей угловой скоростью разворота, предельной перегрузкой, а также разгонными параметрами. Между тем, на одних лишь авиамоделях программа интеграции системы ОВТ на J-10A/B не остановилась.

Так, согласно информации ТАСС со ссылкой на китайский ресурс «Sina», на последней неделе декабря была успешно протестирована усовершенствованная модификация турбореактивного двухконтурного форсажного двигателя WS-10X «Taihan» с системой управления вектором тяги (УВТ/ОВТ). В качестве летающей лаборатории был взят лёгкий тактический истребитель поколения «4++» J-10B. Именно на эту модификацию «Стремительного дракона» командование ВВС Китая делает сегодня большую ставку при рассмотрении построения высокоэффективных противовоздушных зон «A2/AD» над ближними участками Южно-Китайского и Восточно-Китайского морей, поскольку её крупносерийное производство куда менее затратное, нежели серия малозаметных J-20 или J-31, в то время как технологические параметры значительно выше, чем у раннего варианта J-10A (детальный сравнительный обзор ниже).
Что же касается Су-30МК2/МКК, то их китайские ВВС, очевидно, планируют использовать в качестве оперативной воздушной противокорабельной компоненты НОАК , предназначенной для нанесения массированных ударов по авианосным и корабельным ударным группировкам ВМС США, Индии, Японии и, вероятно, Австралии. Также, оснащённые далеко не самыми новыми радарами Кассегрена Н001ВЭ истребители Су-30МК2 могут применяться для эскортирования самолётов дальнего радиолокационного обнаружения и управления KJ-2000: недостатки бортовых радаров будут компенсированы посредством получения информации о тактической обстановке от самолёта РЛДН по кодированному радиоканалу связи.

Известно, что анонимный источник в ВВС сообщил изданию «Sina» об использовании полученной в ходе испытаний WS-10X информации для дальнейшего применения в момент интеграции данных двигателей на перспективные многоцелевые истребители 5-го поколения J-20 «Чёрный орёл»; но уже здесь прослеживается определённая неувязка. Дело в том, что спроектированный по балансировочной схеме «утка» планер J-20 не обладает достойными маневренными качествами. Даже несмотря на то, что удельная нагрузка на крыло при нормальной взлётной массе у J-20 на 13% меньше, нежели у F-22A (благодаря почти одинаковой площади крыла и немного меньшей нормальной взлётной массе), центроплан китайской машины заметно смещён к хвостовой части, что обуславливает заметное ухудшение маневренных качеств на средних и малых дозвуковых скоростях.

Попытка войти в высокоскоростной неустановившийся разворот просто закончится срывом «вихревых жгутов» от переднего горизонтального оперения с наплывов у корневой части крыла, что произойдёт из-за конструктивно дальнего расположения ПГО. Что же касается обыкновенного выхода машины на большие углы атаки, переднее горизонтальное оперение позволит реализовать подобный манёвр. Отталкиваясь от вышеуказанного, можно сделать такой вывод: оснащение J-20 «Чёрный орёл» силовой установокой на базе двух ТРДДФ WS-10X с отклоняемым вектором возможно и даже позволит реализовать некоторые элементы сверхманевренности в неустановившемся развороте; тем не менее, целесообразность такого пакета обновления для J-20 крайне низкая. В ближнем воздушном бою данная машина даже с наличием ОВТ не сможет «вырвать» победу у таких машин, как «Раптор» или японский истребитель 5-го поколения ATD-X «Shinshin», аэродинамический фокус которых смещён вперёд.

Перспективный истребитель J-20 не предназначен для «собачьих свалок» и иных высокоинтенсивных операций по завоеванию господства в воздухе, требующих длительных разворотов с высокой угловой скоростью. Его основной тактический «конёк» — «обезглавливающие» удары по стратегически важным островным опорным пунктам противника, противокорабельные операции против АУГ противника, а также другие миссии, предусматривающие преодоление вражеской ПВО/ПРО на средних и малых высотах с одновременными противорадиолокационными атаками (поражение многофункциональных РЛС средств ПВО противника, а также РЛС дальнего радиолокационного обнаружения). Также J-20 способен отлично проявить себя в операциях по перехвату стратегических противолодочных самолётов P-8A «Poseidon», палубных самолётов РЛДН E-3D Военно-морских сил США и самолётов радиоэлектронной разведки RC-135V/W «Rivet Joint», барражирующих над просторами Азиатско-Тихоокеанского региона. Для выполнения данного спектра задач необходимость в использовании двигателей с отклоняемым вектором тяги полностью отпадает.

Мы же вернёмся к рассмотрению возможности оснащения истребителей переходного поколения J-10B двигателями с ОВТ WS-10X «Taihan». Не трудно догадаться, что ряд конструктивных решений (касающихся управления вектором тяги), применяемых на «Тайхане», позаимствован у российских турбореактивных форсажных двухконтурных двигателей АЛ-41Ф1С, которые попали под весьма намётанный взор специалистов «Shenyang Liming Aircraft Engine Company» ещё в конце декабря 2016 года. Учитывая уникальные навыки китайских конструкторских бюро и исследовательских институтов, находящихся «под крылом» оборонных компаний, по копированию зарубежных технологий, одного года могло вполне хватить для разработки и доводки полностью работоспособной китайской версии АЛ-41Ф1С.

Применение в J-10B силовой установки на базе двигателя с ОВТ гораздо более предпочтительно, нежели на тяжёлом J-20 с вынесенным вперёд передним горизонтальным оперением. На примере маневренных возможностей, демонстрируемых ранними J-10A в ходе выступлений на десятках авиакосмических салонов, можно определить, что в ближнем воздушном бою эти истребители вполне способны «тягаться» практически с любыми западноевропейскими и штатовскими машинами поколений «»4+/++», которые не оснащены двигателями с ОВТ. По угловой скорости установившегося и неустановившегося разворотов «Стремительный дракон» опережает F-35B, шведские JAS-39C/E, а возможно и F-16C Block 52+. Это объясняется применением аэродинамической схемы «бесхвостка» с близкорасположенным передним горизонтальным оперением, однокилевым вертикальным оперением и треугольным среднерасположенным крылом. При этом, благодаря близкому размещению ПГО к плоскостям крыла и его превышению относительно крыла, отсутствуют все недостатки, характерные для J-20. Машина способна продолжительное время маневрировать с угловой скоростью разворота более 20 град/с, как это делают Су-35С, МиГ-29СМТ, МиГ-35, F-15C/E, а также «Рафали» и «Тайфуны», что изначально стало возможным благодаря установке российских ТРДДФ АЛ-31Ф.

Последние обеспечивают первому варианту «Стремительного дракона» тяговооружённость в 0,93 — 1,0 кгс/кг при нормальной взлётной массе (более половины топлива во внутренней топливной системе и конфигурация подвесок «воздух-воздух»). Форсажная тяга на мидель при этом доходит до 2572 кгс/кв. м, что ощутимо выше, нежели у «Рафаля» (2325 кгс/кв.м). Это указывает на лучшие разгонные качества J-10A в сравнении с другими машинами. Аналогичные массогабаритные показатели справедливы и для модернизированного J-10B. Установка же на обновлённый «тактик» нового двигателя «Taihan» c ОВТ даст возможность в перспективе повысить тяговооружённость до 1,0 — 1,1 кгс/кг при нормальной взлётной массе, так как тягу планируется довести до 14000 — 15000 кгс. После обновления J-10B даже без применения ОВТ сможет на равных противостоять любому американскому палубному истребителю (F/A-18E/F, F-35B/C) в ближнем бою. Всеракурсное же управлением соплом обеспечит «Стремительному дракону» ближнее господство и над «Рапторами», и над ATD-X. Единственными достойными соперниками останутся индийские Су-30МКИ.

Специалисты «Чэнду» также «припасли» для пилотов американской палубной истребительной авиации и ещё один «приятный» сюрприз, касающийся возможностей ведения дальнего воздушного боя. Основой здесь является перспективная бортовая РЛС с активной ФАР KLJ-7A, способная обнаруживать цель типа «Супер Хорнет» на расстоянии в 150 -160 км и «захватывать» на дистанции 130 — 135 км. Учитывая навык китайских инженеров в разработке современного радиолокационного «снаряжения» воздушного базирования, а также информационного поля кабин тактической авиации, можно с уверенностью говорить, что этот радар обладает всеми теми режимами, которые присутствуют в наших РЛС «Ирбис-Э» и американских AN/APG-79/81 (от сопровождения движущихся наземных целей GMTI, до синтезированной апертуры SAR).

Подкрепляться вся эта передовая электронная начинка будет применением сверхдальнобойных управляемых ракет класса «воздух-воздух» PL-15, оснащённых интегральными ракетно-прямоточными двигателями с большим соотношением глубины регулирования расхода газогенератора. Эти УРВБ отличаются сохранением высоких скоростей полёта (более 2 — 2,5М) даже у пределов радиуса действия благодаря длительному периоду выгорания газогенератора, за счёт чего PL-15 сможет уничтожить наиболее «вёрткую» цель на дистанции 170 — 200 км. Вот такой расклад, не считая потенциала палубных J-15S и перспективных J-31, ожидает американцев в Азиатско-Тихоокеанском регионе в обозримом будущем.

Источники информации:
http://www.deagel.com/Combat-Aircraft/J-10B_a001826003.aspx
http://airwar.ru/enc/fighter/j20.html
http://forum.militaryparitet.com/viewtopic.php?id=19070
Автор: Евгений Даманцев

Китай улетает от России на американских крыльях

Американский аэрокосмический концерн Boeing и китайская China Aviation Supplies Holding Company (CASC) заключили в Пекине соглашение о поставке китайской CASC 300 самолетов: узкофюзеляжных Boeing-737 и широкофюзеляжных Boeing-787 и Boeing-777.

Как отмечается в сообщении Boeing, исходя из каталожной стоимости лайнеров, общий размер сделки может превысить $37 млрд

Контракт был подписан 9 ноября в ходе визита в КНР президента США Дональда Трампа. В Поднебесной он пробудет с 8-го по 10 ноября. Всего компании двух стран подписали соглашений на $253,4 млрд
На сегодняшний день китайский рынок — один из самых динамично развивающихся, и заключенное соглашение отражает прогнозную динамику развития этого рынка, экономический рост и повышение мобильности населения страны, отметил в беседе с «Газетой.Ru» ректор Московского авиационного института Михаил Погосян.

Согласно последнему прогнозу Международной ассоциации воздушного транспорта (МАВТ), в ближайшие пять лет Китай обойдет США и к 2022 году займет первое место по объему пассажирских авиаперевозок.

В настоящее время между мировыми авиапроизводителями разворачивается серьезная конкурентная борьба за китайский рынок.

Летом в ходе визита в Германию председателя КНР Си Цзиньпина Airbus и China Aviation Supplies Holding Company заключили соглашение о продаже в Китай 140 самолетов на сумму $23 млрд Речь шла о 100 самолетах семейства А320 и 40 лайнеров А350.

Предполагается, что половина самолетов A320 пройдут этап окончательной сборки на предприятии французского концерна в китайском Тяньцзине.

Китай также проявляет большой интерес к лайнерам CSeries, для производства которых в середине октября Airbus и канадская Bombardier решили объединить усилия.

В сентябре Boeing повысил прогноз потребности Китая в гражданских самолетах на ближайшие 20 лет с 6,81 тысяч до 7,24 тысяч новых самолетов. Объем этого спроса американский концерн оценивает суммарно в $1,1 трлн.

По версии Boeing, на долю узкофюзеляжных воздушных судов придется три четверти поставок самолетов в КНР в период до 2036 года, в общей сложности порядка 5,42 тыс. единиц.

Правительство КНР заявило о намерении за 2016-2020 годы построить 44 новых аэропорта в дополнение к тем 30, что сооружаются в стране сейчас.

Три крупнейших китайских перевозчика — Air China Ltd., China Eastern Airlines Corp., China Southern Airlines Co — планируют уже к 2020 году суммарно увеличить свой авиапарк на 600 самолетов, отмечает агентство Bloomberg.

Эксперты считают, что на растущем китайском рынке хватит места для многих авиапроизводителей, в том числе российских.

Объем китайского рынка сейчас такой, что им важно не только закупать самолеты у иностранных производителей, но и реализовывать собственные проекты в авиапроме, к которым относится и российско-китайский широкофюзеляжный дальнемагистральный пассажирский самолет CR 929, отмечает Погосян.

Разработка нового лайнера началась еще в 2012 году. В мае Объединенная авиастроительная корпорация (ОАК) и китайская COMAC открыли в Шанхае совместное предприятие China-Russia Commercial Aircraft International Corporation (CRAIC), которое будет управлять программой нового самолета.

Российская сторона будет отвечать за проектирование консоли крыла, центроплана, механизации крыла, пилона навески двигателя и основной опоры шасси. За китайской стороной закреплены фюзеляж, горизонтальное и вертикальное оперение, обтекатель фюзеляж-крыло и носовая опора шасси.

Стороны ранее отмечали, что разработка новой машины займет около 10 лет.

Войти на китайский рынок с гражданской продукцией российского производства достаточно сложно, считает исполнительный директор отраслевого агентства «АвиаПорт» Олег Пантелеев.

Он напомнил, что Россия и Китай планировали создать лизинговую компанию, которая поставит на рынок КНР порядка 100 самолетов, однако пока это так и не сделано.

Прогнозируются относительно небольшие поставки среднемагистральных самолетов, перекрывающие менее 10% местного рынка. По лайнерам SSJ100 доля поставок может быть несколько выше, но начало поставок завязано на сертификацию самолета в Китае, добавляет эксперт.

Китайская сторона проявляет к российскому авиапрому только политический интерес, полагает ведущий эксперт Высшей школы экономики Андрей Крамаренко.

«Они слишком рациональны, чтобы всерьез воспринимать как конкурентный нынешний уровень технологий и послепродажного обслуживания российской техники», — отмечает эксперт.

В настоящее время Китай реализует собственные проекты в гражданском авиастроении: региональный ARJ21 и узкофюзеляжный пассажирский С919, сроки реализации которого сдвигаются.

Первая попытка создания самолета не бывает идеальной, отмечает Крамаренко. По его оценкам, китайскому авиапрому необходимо не менее 10-15 лет, чтобы создать конкурентоспособную технику.

Растущие потребности китайского рынка в ближайшие годы будут преимущественно покрываться за счет самолетов Boeing, Airbus, в меньшей степени Bombardier и Embraer, считает Погосян. И у России есть все шансы занять долю со своими проектами МС-21 и SSJ-100, добавляет он.

Газета.Ru: последние новости
https://news.rambler.ru/

По залету

Приобретение китайским автогигантом Geely бостонского стартапа Terrafugia прошло практически незамеченным массовыми изданиями, но специализирующиеся на авторынке и новостях авиапрома СМИ обратили на новость пристальное внимание. Если раньше концерн из Ханчжоу приобретал известные европейские марки — в его портфеле такие производители, как шведская Volvo, британская Lotus и собирающая знаменитые лондонские кэбы London Taxi Company, — то теперь инвестиции пойдут в фирму, уже 11 лет занимающуюся разработкой летающих автомобилей.

Направление: вверх
Сумма, выложенная китайцами, не разглашается, но сам факт сделки дает понять, что новый инвестор серьезно относится к перспективам такого транспорта. Компания Terrafugia основана в 2006 году группой выпускников Массачусетского технологического института, решивших создать первый практически применимый летающий автомобиль. Первоначальные инвестиции в проект составили около 6 миллионов долларов, предоставленных известным американским бизнес-ангелом, выходцем из СССР Семеном Дукачем. Пока, впрочем, Transition TF-X существует лишь в виде моделей и компьютерных отрисовок. Тем не менее фирма уже объявила о приеме депозитов в размере 10 тысяч долларов для резервирования покупки будущего аппарата — ожидается, что его цена составит 279 тысяч долларов. По данным Terrafugia, их творение с дальностью полета порядка 600 километров при скорости около 160 километров в час будет способно перемещаться и по автомагистралям, как обычная машина.

Ждать, возможно, придется долго — 10 или 20 лет, по мнению китайского аналитика Йейла Чжана, управляющего директора консалтинговой фирмы Automotive Foresight. «Летающие автомобили можно рассматривать как наиболее полное решение транспортной проблемы, и этот концепт может стать особенно привлекательным для жителей китайских городов, постоянно сталкивающихся с серьезными пробками в часы пик. Хотя для того, чтобы достичь коммерческого успеха, производителям летающих автомобилей понадобится много лет, Geely сделала верный выбор, придя в сегмент первой и получив ноу-хау для дальнейшего развития», — заявил он в интервью газете South China Morning Post.

Смена вех
Сама идея создания транспортного средства, соединяющего функционал личного автомобиля и самолета, не нова. Можно вспомнить как Arrowbile американского изобретателя Уолдо Уотермена, успешно испытанный в 1937-м (в сентябре того же года три выпущенных экземпляра машины совершили полет на расстояние 3,3 тысячи километров с промежуточными посадками), так и более известный, в первую очередь благодаря появлению в фильме «Человек с золотым пистолетом», послевоенный Taylor Aerocar.
Проблемы с безопасностью и сертификацией такого транспорта как летательных аппаратов не позволили ни этим, ни другим опытным образцам аэромобилей попасть в серийное производство. Подводило и несовершенство имевшихся технологий: строго говоря, большинство конструкторов пытались либо оборудовать крыльями и пропеллером обычную малолитражку (тот же Aerocar или разрабатывавшийся в начале 1970-х на базе Cessna Skymaster и Ford Pinto Генри Смолинским AVE Mizar), либо, наоборот, «научить» малый самолет двигаться по шоссе, отцепив авиационные агрегаты. Но с начала XXI века в разработке наметился сдвиг парадигмы — проектировщики стараются создать не гибрид, но настоящую машину будущего, дорожно-летательный аппарат совершенно нового типа.
В этом году вообще наблюдается некоторое оживление на еще не существующем рынке. Японская компания Toyota также объявила о начале финансирования разработки летающего автомобиля, причем функциональный прототип обещан уже через пару лет — аппарат Skydrive планируют использовать на церемонии открытия токийской Олимпиады-2020. В том же году должна показать свое аэротакси и компания Uber, хотя, судя по всему, это будет не «летающий автомобиль», пригодный для использования на дорогах общего пользования, а приспособленный для городских условий малый летательный аппарат, не нуждающийся во взлетно-посадочной полосе. Сразу два прототипа летающих авто продемонстрировали в мае на выставке Top Marques в Монако
Словацкий стартап AeroMobil показал концепт 4.0 с гибридной силовой установкой. По данным фирмы, трансформация из автомобиля в самолет и обратно занимает не более трех минут, дальность полета — 750 километров при максимальной скорости 360 километров в час. Предыдущий прототип, версия 3.0, успешно прошел летные испытания в 2015 году. Буквально неделю назад словаки также объявили о привлечении стратегического инвестора — фонда InfraPartners Management.
Если словацкий концепт основан на схеме с жестким крылом, то голландская фирма PAL-V International использовала конструкцию автожира — летательного аппарата, опирающегося в полете на свободно вращающийся в режиме авторотации винт. Прототип был успешно испытан еще три года назад, а теперь компания объявила о приеме опционов на заказ люксового двухместного PAL-V Liberty. Первые аппараты Pioneer Edition должны быть поставлены клиентам в 2018 году, цена — от 599 тысяч долларов. После продажи 90 машин эксклюзивной первой серии фирма планирует перейти к серийному выпуску стандартной модификации Sport, которая будет стоить от 399 тысяч долларов. Для посадки аппарату достаточно 30 метров обычного шоссе, дальность полета при крейсерской скорости 140 километров час составляет 500 километров.
Судя по всему, перспективы появления в небе летающих авто окончательно прояснятся в ближайшие два-три года. Скептикам же стоит вспомнить, насколько нереальным казалось широкое распространение электромобилей еще в начале этого столетия.

https://news.rambler.ru/

Российско-китайский «убийца Boeing» получил имя

Семейство новейших самолетов названо CR 929, а базовая модель дальнемагистрального самолета получила индекс CR 929 600. Версия с меньшим числом сидений получит наименование CR 929 500, а наиболее вместительная CR 929 700.
Латинские буквы CR обозначают воплотителей проекта в лице Китая (China) и России (Russia). Следующие 20 лет станут стратегически важным периодом в развитии мировой гражданской авиационной промышленности. Мы приложим все усилия, чтобы сделать CR 929 примером успешного сотрудничества России и Китая в современном мире, — заявил Председатель совета директоров COMAC Хэ Дунфэн, слова которого приводит официальный сайт ОАК.
Работы над программой широкофюзеляжного дальнемагистрального самолета идут по графику. К настоящему моменту стороны разработали концепцию семейства и определили предварительные характеристики воздушного судна. Ближайшие планы переход программы к эскизному проектированию.

https://news.rambler.ru/

Винты вращаются: как Китай осваивает авиационные технологии из России

В 2016 году в Китае прошла международная авиакосмическая выставка Airshow China 2016. КНР вновь проявила большой интерес к авиатехнике из России, в особенности к вертолётам. О том, почему Китаю приглянулись эти машины, и не стремится ли Поднебесная поставить себе на службу наши уникальные технологии, — в материале RT.
На Airshow China 2016 Китай не только похвастался новинками своего оборонно-промышленного комплекса, но и заключил несколько соглашений о поставках зарубежной техники. В частности, китайская корпорация Jiangsu Baoli Aviation Equipment подписала контракт с холдингом «Вертолёты России» о покупке нового лёгкого вертолёта «Ансат» и транспортных машин Ми-171 и Ка-32.
Решение Китая приобрести российские машины можно было бы трактовать как успех нашего холдинга на международном рынке, если бы не малый объём поставки — всего лишь три вертолёта. Результаты прошлого года также не впечатляют: в 2015 году Jiangsu Baoli заключила соглашение на поставку четырёх Ка-32. Заместитель гендиректора холдинга «Вертолёты России» Игорь Чечиков заявил, что КНР проявляет интерес практически ко всей линейке гражданских вертолётов. Но почему в таком случае Поднебесная приобретает так мало российских машин?
Заимствуя и улучшая
Вертолётостроение Китая ориентировано на воспроизводство и поэтапное совершенствование иностранных машин. С 1970-х годов Китай занимался созданием клонов советских и западных (в большей степени французских) моделей. Многоцелевые вертолёты Z-5 и Z-6 — это фактически советские Ми-4 и Ми-17. Лёгкий вертолёт Z-11 — это французский AS.350 Écureuil, противотанковый вертолёт Z-9 — Aérospatiale Dauphin, а тяжёлый вертолёт Z-8 — SA.321 Super-Frelon.
В конце 1990-х китайский авиапром стал менять вектор развития, стараясь не копировать, а перерабатывать иностранные технологии и на этой основе производить некие подобия оригинальных машин. Последним успешным примером является ударный вертолёт Z-10, который был продемонстрирован публике на Airshow China 2012.
Около 20 лет назад эскиз машины был создан на ОКБ имени Камова. Затем англо-итальянская корпорация AgustaWestland разработала трансмиссию, североамериканская Pratt & Whitney поставила двигатели, а французское подразделение Eurocopter помогло с остальной техникой. Впрочем, вклад Китая в проект Z-10 не ограничился лишь сборкой. Сейчас вертолёт летает уже на китайских двигателях, хотя на экспортной версии установлены импортные агрегаты.
На сегодняшний день компания Aviation Industry Corporation of China тесно сотрудничает с франко-германской корпорацией Airbus Helicopters (бывший Eurocopter). С 2008 года они работают над проектом среднего многоцелевого вертолёта Z-15 (в Европе — H175). Также Китай проводит испытания Z-20 (китаизированной версии американского многоцелевого вертолёта UH-60 Black Hawk) и различных вариаций Z-8.
С Россией КНР связывает проект тяжёлого вертолёта, получившего название Advanced Heavy Lift (AHL). Переговоры между двумя государствами идут на протяжении восьми лет, но, как сообщил 1 ноября гендиректор холдинга «Вертолёты России» Александр Михеев, соглашение должно быть подписано через два-три месяца. Прототип будет разработан к 2018 году. О дате старта производства пока ничего не известно.
Примечательно, что машина будет предназначена исключительно для нужд Китая. «Для российского рынка она не нужна, так как у нас универсальные вертолёты семейства Ми-17 перекрывают все необходимые потребности, а для сверхтяжёлых грузов применяется модернизированный Ми-26. Промежуточный вариант нам неинтересен. Поэтому мы работаем здесь для китайцев по их техзаданию», — заявил в апреле 2016 года директор по международному сотрудничеству и региональной политике «Ростеха» Виктор Кладов.
Экспорт технологий
Главный редактор журнала Moscow Defense Brief, эксперт Центра анализа стратегий и технологий Василий Кашин рассказал RT об особенностях российско-китайского сотрудничества в сфере авиационных технологий. В первую очередь он объяснил «поштучный метод» закупки российских машин на Airshow China 2016. По его словам, спрос на гражданском рынке КНР невелик, и пока у страны нет потребности в массовых закупках.
«Важно различать военный и гражданский вертолётные рынки Китая. Например, для вооружённых сил Китая были закуплены у нас сотни многоцелевых Ми-17. Но российские среднетяжёлые машины на гражданском рынке продаются слабо. Причина в том, что они достаточно дорогие и предназначены для специфических целей. В небольших количествах их закупают не только в Китае, но и в нашей стране», — отметил Кашин.
Эксперт не отрицает, что Пекин, сотрудничая с Москвой в сфере военной и гражданской авиации, настаивает на передаче технологий производства и подчас добивается своего. В этом контексте стратегическая цель Китая в совместном проекте AHL — наладить массовое производство собственной машины.
«По сути, мы окажем китайцам помощь в создании оригинального типа тяжёлого вертолёта, который будет адаптирован к китайским требованиям. Мы полностью разрабатываем вертолёт, производим отдельные компоненты, а китайцы берут на себя вопросы сборки, реализации проекта и соответствующие коммерческие риски», — сказал Кашин.
«Какой в этом смысл для России? Во-первых, мы получаем деньги и возможность участвовать в производственной кооперации. Это обеспечит загрузку наших заводов. В нынешних экономических условиях экспортные контракты выручают российские предприятия. Также я предполагаю, что в контракте будут предусмотрены ограничения на экспорт в третьи страны. То есть мы ограждаем себя от конкуренции со стороны КНР», — пояснил эксперт.
Кашин призвал не искать в подобном проекте подводных камней. Передача технологий государству со столь крупным рынком — нормальная практика: «Китай просто не будет осуществлять массовые закупки без передачи технологий. В большинстве случаев разумнее пойти навстречу Китаю, и никакой катастрофы не произойдёт. Во-первых, Россия не передаёт КНР технологии завтрашнего дня. Во-вторых, полученные деньги будут вложены в новые разработки, а это дополнительный стимул для развития конструкторской мысли и производства».
По советскому пути
Заместитель директора Института политического и военного анализа Александр Храмчихин считает, что Китай полностью повторяет путь Советского Союза, прилагавшего огромные усилия для создания самобытной конструкторской школы в сфере военной техники. По его мнению, Поднебесной удалось сделать колоссальный рывок в научно-техническом развитии, и вскоре она способна будет самостоятельно производить конкурентную продукцию.
«Китай копирует советский опыт. В 20-е, 30-е и частично 40-е годы СССР производил вооружения в основном на базе заимствованных технологий. Советские инженеры тоже производили клоны и добывали доступ к зарубежным технологиям любыми возможными способами. Качественный перелом произошёл позже. И только в 70-е годы вся советская техника представляла собой уникальные образцы», — заявил RT Храмчихин.
Эксперт уверен, что Пекин ведёт вполне успешную охоту за технологиями: «Всё, что есть у китайцев, — это копии без единого исключения. Их никогда не волновали вопросы интеллектуальной собственности».
Алексей Заквасин

https://russian.rt.com/

США толкают Китай и Индию в ловушку большой войны друг с другом

В конце июня 2017 года возросла военно-политическая напряженность на границе Индии и Китая в Тибете. В районе перевала Дока-Ла с обеих сторон произошли вооруженные провокации. Пограничные силы Индии и Китая заняли друг против друга оборонительные позиции и в районе индийского штата Сикким. В 1962 году в этом районе произошел вооруженный пограничный конфликт. Спустя полвека после этой первой пограничной войны два государства все еще оспаривают свою высокогорную границу. Китай оценивает протяженность спорной границы с Индией примерно в 2 тыс км, Индия — в 3,5 тыс км. Китай урегулировал пограничные споры почти со всеми своими соседями, но только не с Индией.
В начале июля 2017 года Индия, США и Япония провели совместные учения своих флотов в Индийском океане на подступах к стратегическому для снабжения Китая Малаккскому проливу в районе принадлежащих Индии островных архипелагов Андаман и Никобар. Эти острова простирается на 470 миль к северо-западу от Малаккского пролива — ключевой точки, соединяющей Южно-Китайское море с Индийским океаном. В данном случае американцы и японцы присоединились к ежегодным индийским военно-морским учениям в Индийском океане. Регулярные с 1992 года индийские военно-морские учения под кодовым названием «Малабар» долгое время служили критерием непростых отношений Индии с Китаем, побуждая дипломатов и экспертов в зависимости от обстоятельств либо к недоуменному пожатию плечами, либо к взрыву осуждения.


Район индийских военно-морских учений «Малабар» в 2017 году.
Отмечено, что в предшествующие недели перед учениями произошел всплеск китайской военно-морской активности в Южно-Китайском море с противоположной восточной стороны от Малаккского пролива. Одновременно китайское посольство в Нью-Дели предприняло необычный шаг, когда предупредило проживающих в Индии граждан КНР о том, чтобы они были особенно осторожными в следующем месяце. Десять лет назад Китай протестовал против совместных военно-морских учений США, Индии, Японии и Австралии. Теперь китайское англоязычное издание China Daily прокомментировало событие в том смысле, что военное сотрудничество Индии, США и Японии использовано для оказания демонстративного давления на китайские линии поставок сырья. На индийских военно-морских учениях был задействован во всей своей красе американский суперавианосец «Нимитц» со своей эскортной группой и новейший японский вертолетоносец «Идзумо» — вступил в строй в марте 2015 года.

С индийской стороны, разумеется, в учениях участвовал флагман индийского флота — единственный индийский авианосец «Викрамадитья», перестроенный бывший советский авианесущий крейсер «Адмирал Горшков».
Кроме того, сухопутная военная мощь Индии была продемонстрирована миру и его региональным противникам — Пакистану и КНР во время празднования 68-й годовщины республики в Раджпате в Нью-Дели 26 января 2017 года. Аналогичным образом китайцы в Чжужихэ во Внутренней Монголии показали свои сухопутные силы, ракетные войска и авиацию на параде 30 июля 2017 года в честь 90-летию Народно-освободительной армии Китая (НОАК).
Всплеск подобной военной активности по линии противостояния Индии и КНР побудил американских экспертов предаться мечтам о предстоящей большой войне между этими двумя азиатскими супергосударствами. Перспектива войны в Южной Азии с участием двух ведущих ядерных держав с общим населением в 2,6 миллиарда человек явно завораживает их. Отметим при этом, что Китай имеет около 240 ядерных боезарядов, Индия — 80−100.
Однако военные планировщики с обеих сторон считают, что следующий военный конфликт между Индией и Китаем будет «ограниченным по масштабам и коротким по времени, а не затяжной крупномасштабной военной кампанией для принуждения силой». Предполагают, что война между двумя странами останется неядерной и, в отличие от войны 1962 года, будет связана с крупными воздушными операциями авиации с обеих сторон и атаками на индийские объекты китайскими баллистическими ракетами средней дальности. Китай имеет на вооружении около двух тысяч баллистических ракет среднего радиуса действия DF-11, DF-15 и DF-21. Т. е. китайские баллистические ракеты обещают падать на Индию дождем, а столица индийского государства — Нью-Дели находится всего в 350 км от тибетской границы с Китаем. Китайские ракетные подразделения, размещенные в Синьцзяне и на Тибете, могут безнаказанно поражать цели в северной половине Индии. Индия же не имеет ни противоракетной обороны, ни комбинированных воздушных и космических средств, необходимых для определения местоположения и уничтожения вражеских ракетных пусковых установок, а собственные баллистические ракеты Индии оснащены лишь для ядерной войны.
Между тем, сухопутный военный театр возможной индийско-китайской войны находится в высокогорном Тибете в местах с наименее развитой транспортной инфраструктурой, что затрудняет использование имеющихся крупных соединений механизированных войск. Единственно небольшие группы танков и БТР можно использовать в некоторых частях провинций Ладакх и Сикким. Тем не менее, Народно-освободительная армия Китая имеет достаточно быстрый доступ к фронту в Тибете благодаря построенным автомагистралям и высокоскоростным железным дорогам. С индийской стороны ничего этого нет. Но китайские атаки можно легко остановить действиями индийской артиллерии, так как направления возможных наступлений через долины и горные перевалы всем хорошо известны. Несмотря на огромные размеры обеих армий — 1,2 млн у Индии и 2,2 млн для КНР сухопутная борьба здесь, вероятно, быстро придет в позиционный тупик.
После войны в 1962 году ЦРУ «официально» опасалось, что Китай может напасть на Индию в обход через Непал или Мьянму (Бирму). Это побудило индийцев посмотреть пристальней на свой южный фланг. Отчасти негативная конфигурация здесь была ликвидирована после краха Восточного Пакистана и создание независимой Бангладеш. Однако в последние два десятилетия из-за роста китайских ВМС индийские лидеры вынуждены были вновь перенести центр своего внимания к безопасности страны с севера (Тибет) и запада (Пакистан) на юго-восточное побережье Индии, где сосредоточена значительная часть портовой инфраструктуры и энергетики страны. Фактически, Индию принудили защищать свой южный фланг на море. В подобных обстоятельства, полагают эксперты, нынешние индийские военно-морские учения «Малабар» подсказывают решение, чтобы выйти из возможного военного стратегического тупика в Тибете и избежать ударов китайскими баллистическими ракетами по индийской территории. Для этого войну между КНР и Индией следует перенести на море. И это станет решающим фактором в конфликте между двумя странами. Ведь Индия своим полуостровом в буквальном смысле нависает над стратегическими транспортными морскими коммуникациями Китая. Между тем, известно, что к 2020 году Китай собирается завершить формирование своего стратегического запаса нефти, который позволит при блокаде предотвратить общенациональную нехватку топлива на срок до семидесяти семи дней. Т. е. для победы в войне над Индией у КНР есть на все про все около трех месяцев. После этого срока Пекин должен будет стремиться к прекращению войны.
Война между Индией и Китаем, пророчествуют американские эксперты, могла бы стать жестокой и короткой по времени, но с далеко идущими последствиями для мировой экономики и политики. После нее один из двух кандидатов на роль главной производственной мастерской мира должен был бы отступить на второй план. Разумеется, в недостаточно отчетливо артикулированных мечтах американских экспертов проигравшей стороной обязательно должен стать Китай.
7 августа 2017 года во влиятельном американском издании Foreign Policy была опубликована статья Джеймса Холмса под провоцирующим названием: «Кто победит в великой китайско-индийской морской войне 2020 года?». Пока две сухопутные армии смотрят друг на друга на неудобном для современной войны высокогорном театре военных действий в Гималаях, пророчествует автор этой статьи, настоящий конфликт между двумя поднимающимися державами может вспыхнуть на море. Разумеется, китайско-индийская морская война сейчас кажется невероятной, пишет автор, но так обычно оценивают перспективу большинства войн, прежде чем они произойдут. Кроме того, военный конфликт на море между Китаем и Индией может произойти независимо от событий на суше.
Китай рассматривает Южно-Китайское море в качестве зоны своего «бесспорного» суверенитета. В подобном же духе Индия моделирует свою внешнюю политику и стратегию по отношению к Индийскому океану, рассматривая его в качестве зоны своего исключительного национального интереса. Китай осознает слабость своих позиций на этом отрезке своих торговых путей, поэтому он продвигает в обход свою инициативу «Один пояс, один путь», направленную на создание инфраструктуры и содействие экономическому развитию вдоль исторических торговых путей в Евразии. Отчасти «Один пояс, один путь» в значительной степени призван компенсировать неустойчивое положение Китая на морских торговых путях в Индийском океане.
Одновременно Китай пытается проникнуть в Индийский океан и создать на его берегах свои опорные пункты. В начале июля этого года китайские СМИ сообщили о том, что КНР открывает свою военно-морскую базу в Джибути у Африканского Рога. 11 июля китайское информационное агентство Xinhua сообщило, что военные корабли КНР уже отправились в эту страну. Совсем недавно Пекин договорился о 99-летней аренде морского порта Хамбантота в Шри-Ланке, т. е. в недружественном подбрюшье Индии. В Пакистане на условии аренды на 43 года КНР строит порт Гвадар. Участие Пакистана в возможной войне на стороне Китая может усложнить задачу для индийских ВМС. Кроме того, китайцы используют еще и лизинговую базу на Мальдивах. А еще они обзавелись радарной станцией на острове Коко в Мьянме, которая может действовать в качестве системы раннего предупреждения. Действия Китая в отношении прибрежных государств в Южной Азии выглядят подозрительными для индийцев. Они расценивают подобную активность, как попытку построить цепь китайских морских портов с перспективой превращения их в сеть китайских военно-морских баз на традиционных для индийского флота пространствах. Недавнее посещение китайскими военными кораблями вод Балтики означает, что Китай демонстрирует и там свой флаг, свою способность осуществлять свое военно-морское присутствие в «дальних морях».
Если Наполеон говорил, что дело на войне решают «большие батальоны», то его современник британский адмирал Горацио Нельсон полагал, что залогом победы на море при всех прочих условиях является «число», т. е. количество боевых кораблей. В настоящее время численное преимущество явно на стороне китайского флота НОАК. Соотношение по атакующим подводным лодкам выглядит как 4 к 1 в пользу КНР. По надводным кораблям (эсминцам УРО, фрегатам, корветам и пр.) — соотношение 3 к 1. Но простым преимуществом в количестве кораблей не гарантируется победа. Победа достигается целым рядом других факторов, включая опыт, правильную стратегию, обученность личного состава и т. д.
Китайско-индийское военно-морское соревнование или гонка морских вооружений — это нечто новое в истории Азии, что делает этот процесс трудным для прогнозирования. Ни современная Индия, ни современный Китай не имеют в новейшее время опыта участия в морских войнах с использованием крупных военно-морских соединений. Индийские правители запретили морские путешествия еще в XIV веке. Китайская династия Мин отказалась от военно-морского флота после серии впечатляющих морских походов в Юго-Восточную и Южную Азию. В 1895 году только что построенный сановником Ли Хунчжаном китайский броненосный флот был в паре сражений уничтожен и захвачен японцами.
Считается, что современные индийские моряки превосходят своим мореходным опытом своих китайских противников, а индийские военные морские экипажи лучше обучены. Индийский военно-морской флот самый занятый практическими плаваниями и военно-морскими учениями флот в мире, наряду с американским. Индийский военно-морской флот все 70 лет независимости поддерживал свое регулярное присутствие в водах Индийского океана. Он сыграл определенную роль в войне за независимость Бангладеш в 1971 году. И, наоборот, до недавнего времени китайский флот НОАК зачастую простаивал в портах на своих базах. Однако в настоящее время он все чаще пребывает в открытом море. Поэтому соотношение в опыте в пользу индийцев остается не таким очевидным.
Однако общая геостратегическая ситуация явно находится на стороне Индии. Индийский военно-морской флот в случае конфликта с Китаем располагается вблизи вероятных проблемных мест, в то время как китайский флот в случае наступления в Индийском океане должен будет действовать в удалении от своих баз. В этом случае мощные индийские военно-воздушные силы станут дополнительным гарантом индийской военно-морской мощи. Сейчас Индия имеет две зарубежные базы радиоэлектронной разведки в Индийском океане: одну на Мадагаскаре, другую на острове Маврикий. Обе базы обеспечивают индийские вооруженные силы информацией о ситуации в Индийском океане к востоку от африканского побережья. Кроме того, Индия имеет военно-морскую базу на Сейшельских островах. Индия имеет право на швартовку военных кораблей в порту Маскат в Омане, что позволяет индийским ВМС поддерживать присутствие в районе Персидского залива и на подступах к Аденскому заливу и Красному морю. Разумеется, Индия наблюдает за всеми морскими поставками нефти с Ближнего Востока, включая те, что идут не через Суэцкий канал, а в обход африканского материка.
В целом, общая военно-стратегическая ситуация для военно-морского флота КНР напоминает то, что испытывал российский императорский Тихоокеанский флот в начале ХХ века. Ограниченный противником доступ на морской театр военных действий привел русский флот к катастрофе Цусимы. Аналогичным образом современному китайскому военному флоту закрыт выход и на тихоокеанские просторы, и выход в Индийский океан. Цепь островов вдоль береговой линии материкового Китая контролируется США и их союзниками. Еще в 1987 году отец-основатель современного военно-морского флота КНР адмирал Лю Хуацин сравнил эту цепочку островов с «железной цепью», запрещающей доступ Китая к западной части Тихого океана. Кроме того, в отношении этой «железной цепи» островов китайский ВМФ невольно вынужден занимать оборонительную конфигурацию, поскольку с нее исходит военная угроза материковому Китаю. И еще вход в Индийский океан через Малаккский пролив закрывает Индия своим военным присутствием на Андаманских и Никобарских островах. Эта цепочка островов с их индийскими военными базами становится препятствием для китайского военно-морского проникновения с востока на запад в Индийский океан. Доступ к Индийскому океану имеет стратегическое значение для КНР. Китай является импортером энергоносителей, большая часть которых поступает по морю из Персидского залива на восток через Малаккский пролив в Южно-Китайское море. Поэтому у Индии имеется собственная достаточно простая стратегия борьбы по созданию «ограниченного доступа» для китайцев в Индийский океан.
Чтобы победить в морской войне и взять под контроль свои морские коммуникации из Персидского залива через Индийский океан, Китай должен будет занять позицию стратегического наступления в отношении индийского военно-морского флота. Сейчас на стороне Китая есть очевидное численное преимущество. Но значительное численное превосходство на бумаге флота КНР не должно вводить всех в заблуждение. Китай не может направить все свои военно-морские силы против Индии. Поэтому борьба даже с численно уступающим индийским военно-морским флотом имеет для китайского флота сомнительный исход. Союзником Индии является сама география театра военных действий, качество ее флота и боевой авиации. На стороне Индии и столь значимые ее «партнеры», такие как Соединенные Штаты и Япония.
И хотя Индия в 2015 году обогнала КНР по размеру экономического роста, ее ВВП в пять раз уступает китайскому. Соответственно, военные расходы Индии, в том числе, и на ее военно-морской флот меньше, чем у китайцев. Индия тратит на военные расходы 2,47% от ВВП (2016). КНР — 1,9% от ВВП (2016). По военным расходам Индия уступает КНР в четыре раза: $ 51,3 млрд против $ 214,8 млрд. Но по ним Индия, например, уже опередила свою бывшую метрополию — Великобританию, а также такую великую европейскую военную державу, как Франция.
Общее соотношение военно-морских сил двух стран относится, как три к одному в пользу Китая. Однако имеющихся военно-морских сил Индии достаточно для того, чтобы организовать морскую блокаду Китая на дальних подступах в Индийском океане. И это то, чего опасаются китайцы. В случае войны они должны будут уничтожить индийский флот. Достаточно ли у них для этого сил?
Индия занимает 5-е место в мире по количеству и тоннажу боевых кораблей в составе ВМС после США, Китая, России и Великобритании. Сейчас Индия имеет в строю один авианосец советской постройки и российской перестройки — «Викрамадитью» (бывш. «Адмирал Горшков»). Второй индийский авианосец «Вираат» (бывш. британский «Гермес») был выведен из состава флота в марте 2017 года. На его замену в 2018 году будет введен в строй новый авианосец «Викрант» — индийское развитие типа советских авианесущих крейсеров. Ожидается, что индийский суперавианосец «Вишал» с ядерной энергетической установкой войдет в строй индийского флота только в 2025 году. В множественном числе одни индийские авианосцы скоро будут способны закрыть доступ китайцам в Индийский океан.
На подходе у индийцев четыре ПЛАРБ типа «Арихант» (6 тыс тонн водоизмещения). Головной корабль серии в 2016 году вступил в строй. На вооружении этого ПЛАРБ состоит 12 баллистических ракет K-15 Sagarika среднего радиуса действия (от 750 до 1900 км в разной боевой нагрузке).
В строю индийских ВМС и атакующая АПЛ «Чакра» — это российская атомная подводная лодка К-152 «Нерпа» (типа 971 «Щука-Б»), которая в 2012 году была сдана в лизинг ВМС Индии сроком на 10 лет. Сейчас «Чакра» использовалась для подготовки экипажей атомного подплава Индии.
Кроме того, в составе индийских ВМС находится 12 дизельных подводных лодок — это четверка добротных дизель-электрических подводных лодок типа 209 (1500 тонн) немецкой постройки (1986—1994 годов) и восемь дизель-электрических подводных лодок типа «Синдугош» — 877ЭКМ «Варшавянка» (2300 тонн) российской постройки (1986—2000 годов). Все индийские «Варшавянки» модернизированы до проекта 8773 — из них большинство в Северодвинске на предприятии «Звездочка». С 2017 года индийские «Варшавянки» будут заменяться шестью дизель-электрическими субмаринами типа «Калвари» индийской постройки.
Из надводного флота в строю индийских ВМС состоит 11 эсминцев:
— три эсминца типа «Дели» индийской постройки (6,7 тыс) 1992—1996 годов постройки;
— три эсминца типа «Колката» индийской постройки (7,5 тыс тонн) 2006—2010 годов постройки.
— пять эсминцев типа «Раджпут» проекта 61МЭ советской 1980—1987 годов постройки (4,9 тыс).
13 фрегатов:
— три типа «Шивалик» индийской постройки (6,2 тыс) 2001—2012 годов;
— шесть типа «Талвар» (4 тыс) проекта 11 356 российской постройки 2000—2013 годов;
— три типа «Брахмапутра» (3,8 тыс) индийской постройки 2000—2005 годов;
— один типа Годавари (3,8 тыс) индийской постройки 1988 года.
23 корвета пяти типов: «Камори», «Кора», «Кукри», «Абхай» и «Виир».
Что касается Военно-морского флота Народно-освободительной армии, то по количеству кораблей и тоннажу он числится вторым в мире после США.
В настоящее время Китай имеет в строю своего ВМФ один авианосец «Ляонин» водоизмещением в 67,5 тыс тонн (типа «Адмирал Кузнецов»). Перестроенный на китайской верфи «Ляонин» вошел в строй в 2012 году и используется китайцами как базовый корабль для создания авианосной морской авиации. Следующий авианосец «Шандунг» в 70 тыс тонн находится в постройке с ориентировочной датой ввода в строй в 2020 году. В плане у китайцев присутствует и один авианосец в 110 тыс тонн. Последний обещает стать настоящим ударным авианосцем с атомным движителем на борту.
Китай имеет в строю десять атомных субмарин: четыре ПЛАРБ типа 094 и шесть атакующих АПЛ типа 093. На подходе новые АПЛ типа 095 в 20 тыс тонн водоизмещения — настоящие океанские подводные суда.
Кроме того, в составе флота числится 60 дизель-электрических подводных лодок: 17 типа 035 «Минг» 1990—2000 годов китайской постройки; 12 типа «Варшавянка» 1994—2005 годов российской постройки; 13 типа 039 «Сонг» 1998—2006 годов китайской постройки; 18 типа 039А «Юан», строятся в Китае с 2006 годов.
Надводный военный флота Китая насчитывает:
— 36 единиц эсминцев: 13 типа 052D, 2 типа 051С, 6 типа 052С, 2 типа 052D, 4 типа «Современный», 1 типа 051B, 2 типа 052, 6 типа 051;
— 47 единиц фрегатов: 25 типа 054А, 10 типа 053H3, 6 типа 053 и 6 053H;
— 35 единиц корветов — все типа 056 с его вариациями.
Кроме того, очень солидно выглядит китайский амфибийный флот. От этого на Тайване не должны спать спокойно. В его составе 66 амфибийных судов от 800 до 25 тыс тонн водоизмещением.
Таким образом, Китай имеет очевидные преимущества над Индией с точки зрения численного превосходства своего флота, превосходства в собственном судостроении и, самое главное, в величине военного бюджета. По-простому, Китай имеет больше денег, больше верфей, чтобы строить больше кораблей. Индия, в свою очередь, стабильно улучшает свои ВМС. Избранная ей стратегия совершенства собственного военно-морского судостроения в конечном итоге предопределит облик индийского флота на следующие 40 лет.
Так, например, индийские подводные силы уступают китайским числом, но считаются более качественными. Индийские лодки менее шумные в сравнении с китайскими. Это связано с доступом индийцев к западным технологиям, перекрытым для китайцев после введения санкций из-за событий на площади Тяньаньмэнь в 1989 году. Тем не менее, известно, что китайские подводные лодки регулярно заходят в Индийский океан. Обычно они следят за индийскими судами для получения сонарного профиля этих кораблей. У США есть собственные сонарные записи на все китайские подводные лодки и надводные корабли. Американцы могли бы передать подобного рода информацию индийским военным.
Индийский военно-морской флот количественно уступает китайскому, но имеет более высокотехнологичные корабли и высокоточное ракетное оружие. Индийцы быстро развивают свою военную технику и имеют лучшее программное обеспечение в БИУС своих кораблей. Китайские военные эксперты согласились с тем, что индийские фрегаты типа «Шивалик» превосходят все имеющиеся в строю китайские фрегаты. Кроме того, индийцы имеют у себя на вооружении более продвинутые антикорабельные ракеты, чем китайцы. На вооружении индийского флота состоит сверхзвуковая противокорабельная ракета PJ-10 «БраМос», разработанная совместно ОАО «ВПК „НПО машиностроения“» и Организацией оборонных исследований и разработок (DRDO) Министерства обороны Индии. У китайцев нет близкого по возможностям ракетного противокорабельного вооружения, нет и сверхзвуковых противоракет. На международном рынке вооружений «ракета БраМос» вызвала значительный интерес. Такие страны как Бразилия, ЮАР, Чили и многие другие уже заказали этих ракет на $ 13 млрд.
У Индии имеется и бóльший, чем у китайцев, опыт в эксплуатации авианосцев, связанных с развитой британской технологией. Сейчас на индийском авианосце используются российские МИГ-29К и британские самолеты вертикального взлета Sea Harrier. И, наоборот, китайцы только обретают подобный опыт. На этом пути они ищут себе проблемы. Китайцы собираются использовать в своей авианосной авиации J-15 — копию советского Су-33. Но, по последним сообщениям, J-15 имеет серьезные проблемы с двигателем из-за недостатков копирования. Это создает серьезные сложности китайской программе создания авианосцев. Тем не менее, несмотря на возникшие трудности, китайский военно-морской флот пытается создать боевые группы, которые будут сопровождать авианосцы, когда они отправятся на походы вдали от своих берегов. С этим связано, например, начало постройки в КНР новых 10 тыс тонных эсминцев.
И в дальней морской авиации Индия имеет некоторое преимущество над китайцами за счет приобретенных у США восьми противолодочных самолетов P-8I «Нептун» (индийская версия американского P-8A «Посейдон»). Индийцы заказали в США еще четыре машины этого класса.
Кроме того, в прошлом месяце Соединенные Штаты согласились продать Индии 22 усовершенствованных беспилотных летательных аппарата, которые могли быть развернуты в районе Малаккского пролива и использованы для отслеживания китайских надводных и подводных военно-морских передвижений. Беспилотные летательные аппараты могут использоваться совместно с приобретенными у американцев противолодочными самолетами P-8I «Нептун», которые уже размещены на аэродромах на Андаманских и Никобарских островах.
Итак, можно делать окончательный вывод. Китайский военно-морской флот численно сильнее, чем индийский флот, но он пока недостаточно силен, чтобы фактически победить индийский флот, который обладает очевидным качеством. Кроме того, Индия и Китай не имеют общей морской границы, что делает крайне маловероятным прямое военно-морское столкновение. В текущей конфигурации и китайские, и индийские военно-морские силы имеют оборонительную направленность. Это отличает их от ВМС США, которые структурированы для проведения дальних наступательных операций. Индийские и китайские флоты — нет. Индия имеет и огромное преимущество перед КНР, если театр морской войны будет ограничиваться одним Индийским океаном. Сейчас прямой конфликт на море Китая и Индии кажется маловероятным. Но его могли бы спровоцировать не только пограничные столкновения в Тибете, но и новая индо-пакистанская война. Китай является негласным союзником Пакистана и будет противодействовать Индии в нанесении ему решительного поражения.
Сейчас военная активность Индии в районе Индийского океана встречает явное понимание и сочувствие со стороны руководства США, считающего Индию естественным противовесом растущему влиянию Китая в Африке и Южной Азии. Эксперты в США полагают, что китайско-индийский конфликт более вероятен, чем китайско-американский. Главная причина этого — геополитическая борьба за лидерство и ресурсы в регионе. Было время, когда многие эксперты в Китае считали, что присутствие США в Южной Азии и на Тихом океане способствует стабильности, но теперь преобладающее мнение состоит в том, что США разжигают пламя и поощряют другие государства сопротивляться росту Китая. В частности, очевидно, что американцы поощряют Индию на военный конфликт с КНР.
В экономическом плане в некоторых кругах в Вашингтоне был непродолжительный интерес к использованию Индии в качестве альтернативного инвестиционного рынка. Однако индийская экономика оказалась более коррумпированной и нестабильной, чем китайская. Поэтому в Вашингтоне существуют сомнения относительно перспектив грандиозного военно-политического союза между Индией и США. Индийская политическая элита так же осторожна в отношении Китая, как и Соединенных Штатов. Индия больше всего хотела бы быть независимой державой, которая является лидером в Южной Азии. Сейчас военное сотрудничество Нью-Дели с Вашингтоном уравновешивается тесными связями с Россией по передаче военных технологий и некоторым сотрудничеством с Европой в закупках оружия. У Вашингтона и Нью-Дели есть основания для того, чтобы делать общее дело в Индийском океане и, возможно, даже в Тихом океане. Но эта политика со стороны американцев, скорее, будет напоминать балансировку сил в Европе в ХIХ веке, а не в период холодной войны. И КНР, и Индии предстоит «не попасться» в ловушку большой войны друг с другом, о которой сейчас мечтают американцы, подсказывая легкие пути к победе Индии над Китаем.

Аналитическая редакция EADaily
https://eadaily.com/ru/news/

Летчики из России победили в конкурсе «Авиадартс» в Китае

«Наша команда заняла первое место в конкурсе. Борьба была напряженной, китайские пилоты отлично себя показали, но нашим летчикам равных нет», — цитирует ТАСС главнокомандующего ВКС России Виктора Бондарева.
При этом, отметил Бондарев, в общекомандном зачете у китайских летчиков оказалось столько же призовых мест, поэтому на церемонии закрытия турнира кубок победителя «Авиадартса» вручили капитанам обеих команд.
Отметим, что всего от ВКС России на международном конкурсе летного мастерства выступало 40 экипажей. Самолеты и вертолеты РФ выступали в восьми номинациях. Хозяева турнира подготовили на полигоне Тайпинчуань более 100 мишеней различного типа. Мишенная обстановка представляла собой стоянки авиационной техники, включая макеты самолетов F-16 и МиГ-19 для применения ракетного и стрелкового вооружения, колонну бронетехники для применения авиационных бомб, а также зенитные установки.
Наилучшие результаты показали офицеры Липецкого авиацентра на Су-25 и Су-35, вертолетчики Восточного военного округа на Ми-8АМТШ, а также летчики Военно-транспортной авиации из Пскова на Ил-76. Серебряные награды ВКС России принесли летчики на Су-34 из Южного военного округа, на Су-24МР — из Западного военного округа, экипаж вертолета Ка-52 из Восточного военного округа и бомбардировщика Ту-22М3 с авиабазы Белая в Иркутской области. Бронзу — экипажи вертолетов Ми-35 и Ми-8АМТШ «Терминатор», самолета— разведчика Су-24МР из Южного военного округа и штурмовика Су-25 из Липецкого авиацентра.
В церемонии закрытия конкурса «Авиадартс» на аэродроме Дафаншень приняли участие три пилотажные группы Китая: «Первое августа», «Красный орел» и «Небесные крылья».

https://news.rambler.ru/

Китайские самолеты повлияли на «Авиадартс»: изменены правила соревнования…

Россия поменяла правила военного соревнования «Авиадартс» в вопросе физической подготовки летчиков из-за участия китайских самолетов. Об этом сообщил генерал-майор Олег Маковецкий, пишет ТАСС….
По словам руководителя делегации команды РФ, правила действительно были немного изменены. Причиной называется применение самолетов КНР, которые раньше не участвовали в подобного рода военно-спортивных мероприятиях. У них немного иные параметры полета, сообщил Маковецкий. Таким образом, Россия пошла навстречу китайской стороне и слегка изменила условия, которые коснутся физической подготовки пилотов.

Не многие знают, но и для пилотов существуют определенные условия, выполнение которых позволяет им участвовать в соревнованиях. В частности, участники «Авиадартса» должны выполнить комплекс упражнений, который включает в себя приседания, отжимания от пола, «качание» пресса, баскетбольные упражнения, плавание и прочие. Однако для победы в соревнованиях этого мало.

Для того чтобы стать лучшим и принести своей стране победу в «Авиадартсе» пилоты должны показать высочайший уровень пилотирования самолетом и точнейшее поражение воздушных целей. Маковецкий отметил, что к проведению данного международного мероприятия у организаторов все готово. Особенностью такого «воздушного боя» является использование макетов, созданных из специальных макетов или даже списанных самолетов. Даже для ударов авиабомб используются старые, списанные танки и другая военная техника. Это делает соревнования крайне интересными, пояснил генерал-майор.

Автор: Артём Колчин…
Источник: https://politexpert.net/