Отношения в клинче

Можно ли отделить профессиональный бокс от национализма

 


  Кличко или Поветкин, россиянин или украинец? 5 октября в Москве состоялся долгожданный и эпохальный бой за звание чемпиона мира между лучшими в мире боксерами-тяжеловесами. Победа досталась фавориту Владимиру Кличко. Сам поединок не очень понравился болельщикам, зато результат, скорее всего, поспособствовал евроинтеграции Украины

 

Это было событие! За несколько часов до поединка в «Олимпийский» стали стекаться толпы. Кроме обычных зрителей на этот раз бокс собрал элиту — звезд спорта, кино и бизнеса. Вот по длинному коридору в сторону арены идут вряд ли склонные к жестоким зрелищам Оксана Пушкина и трехкратная олимпийская чемпионка Ирина Роднина. На наш вопрос, как часто она бывает на боксе, фигуристка вспомнила, что в последний раз это было на Олимпиаде-80 в Москве. Тогда спорт тоже был большой политикой.

 

Агрессивная черно-желтая наружка, ежедневные ролики в новостях на центральном телеканале страны, тренировка, «битва взглядов», взвешивание, огромный, грамотно подогреваемый ажиотаж и завышенные ожидания… Подготовка к бою Кличко — Поветкин прошла в лучших рекламных традициях и не оставила сомнений: на этом мероприятии определяется нечто большее, чем просто обладатель нескольких чемпионских поясов.

 

Вне зависимости от дисциплины или гендерного фактора встреча спортсменов из России и Украины всегда перерастает в подспудное выяснение отношений двух суверенных государств, связанных очень тесно, но очень запутанными отношениями, бьющихся в истерике между прагматизмом и обидой, братством и враждой. Эта подоплека становится манком, противостоять которому не может ни один российский или украинский болельщик.

 

На тему поединка на Украине уже сочинили блестящий анекдот, в лучших традициях, где есть и гордость, и самоирония, и тонкое описание национального характера, и русско-украинская языковая игра: «І сказав Бог українцям: — А вам я дам Кличка! — А нашо він нам? — Він поб’є всіх нігерів та москалів! — Ахрєнеть! Дайте два».

 

Кличко-два, брат Владимира Виталий, стал нынче крупным политиком, кандидатом в президенты Украины с очень хорошими шансами: если судить по опросам, он пока проигрывает в рейтинге Виктору Януковичу, но идет вторым. А в случае второго тура случиться может всякое, ведь у действующего президента накоплен огромный антирейтинг, а братьев Кличко любят на Украине почти все. Выборы состоятся через полтора года — пока президентская вертикаль крепка, вероятность, что кто-то из олигархов и крупной бюрократии поставит на Виталия Кличко не как на второго, а как на основного кандидата, мала, но в случае кризиса исключать нельзя ничего. Так что этот матч был еще и фактором внутренней политики Украины.

 

Стараясь не привлекать излишнего внимания, Костя Цзю и его спутница сдают пальто в гардероб. А ведь еще за пару дней до боя бывший абсолютный чемпион мира заявлял: не приду, «потому что не пригласили». Еще недавно Цзю тренировал Александра Поветкина, однако незадолго до боя тот сменил тренера. «Я жду хорошего боя. Думаю, Владимир сегодня выиграет — я еще на взвешивании увидел, что он лучше готов. Ведь кто победит и за кого я болею — это разные вопросы».

 

Как и для Кости Цзю, для большинства зрителей эти вопросы тоже были разными. Все специалисты понимали, что Кличко должен, обязан выиграть, а Поветкину победить поможет только чудо. Но промоутеры изо всех сил старались представить шансы боксеров на победу едва ли не равными, заставив поверить, что русский авось иногда срабатывает.

 

Главный организатор поединка, вице-президент Федерации профессионального бокса России бизнесмен Андрей Рябинский волнуется перед боем, словно это ему предстоит выйти на ринг против Кличко. «Сейчас я в том положении, когда уже сделал все что мог для победы Александра. Теперь все в его руках, — говорит он и добавляет: — Мне очень нравится быть промоутером! В бизнесе хоть и есть моментами адреналин, но в боксе все гораздо интереснее».

 

Надо сказать, если бы не Рябинский и его деньги, возможно, Кличко-младший и не приехал бы боксировать в Москву. Это Рябинский инвестировал 23 млн долларов в этот бой. На торгах в Панаме эта сумма, предложенная менеджером российского супертяжеловеса Александра Поветкина Владимиром Хрюновым за право организации боя, стала второй за всю историю проведения промоутерских торгов в боксе, не дотянув до рекорда девять миллионов. Перекупая право организации, Рябинский и не надеялся, что все средства к нему вернутся, однако, судя по всему, бой оказался прибыльным: трансляции показывали в 20 странах, а билеты раскупили за несколько дней. Неудивительно, что «Олимпийский» был забит до отказа.

 

На огромных экранах, подвешенных, как полагается, над самым рингом в три ряда по кругу, начался обратный отсчет. В зале потух свет, только вспышки фотокамер смотрелись маленькими звездочками в многотысячной толпе.

 

Включили видеоролик — нарезку из интервью обоих соперников. «Я думаю, что мы сами делаем свою судьбу», — говорит Поветкин. «Бокс не прощает, — вторит Кличко, уверенно чеканя слова. — Не поможет тебе никто: ни допинг, ни команда, когда ты находишься в ринге. Ты и твой соперник — сильнейший должен победить». «Если есть желание, стремление добиться этого, есть порыв несгибаемый, ничего тебя не сломает, ты всего добьешься», — парирует россиянин, его слова тонут в аплодисментах трибун. «Русский витязь» не сдается, он должен постоять за Россию — такой посыл прослеживается в каждом слове Александра. И все-таки «случайностей в боксе не бывает» — так, не сговариваясь, заканчивают свои монологи спортсмены.

 

Наконец боксеры выходят. Поветкин — под неизменную «Русь» Николая Емелина, на нем черная футболка с белыми рунами — все нарочито-славянское, языческое. «“Клинический русский” — тот, кто носит футболку с надписью: “Мы русские. С нами Бог” и выходит на ринг под десантно-квасной патриотизм», комментируют в украинских блогах.

 

Что касается «божественного», то один из  представителей церкви в меру остроумно даже объявил руны чуть ли не причиной поражения Александра: «Поветкин в начале своего спортивного пути говорил о православии, затем стал адептом неоязычества, в чем убеждают его свежие рунические татуировки и сварожья песенка, под которую он выходит на ринг», — сказал глава миссионерской комиссии при Епархиальном совете Москвы иеромонах Димитрий (Першин). Но, с другой стороны, что может быть более адекватным «гладиаторским» боям, чем неоязыческая символика?

 

После россиянина на ринг выходит Владимир Кличко под свою обычную песню CantStop группы RedHotChiliPeppers, с которой он ни разу не проигрывал. Накануне ходили слухи, что он сменит ее на чуть «более украинскую» песню от KozakSystem «Брат за брата», которая была написана по мотивам поединков обоих Кличко. Братья в свое время выступили на стороне «оранжевой революции», и еще тогда можно было с прискорбием отметить, что прозападный фланг политики выглядит стилистически пристойно — с приличными рок-группами и современной символикой, в то время как «пророссийский интерес» рядится в ностальгические одежды невыдающегося качества попсы, заблудившейся между ретро и шансоном.

 

Звучат гимны. Поболеть за Кличко приехала серьезная группа поддержки, поэтому добрая половина зала подхватывает: «I покажем, що ми, браття, козацького роду». В то время как российский гимн был представлен фонограммой Иосифа Кобзона, украинский непафосно спела певица Джамала. После боя она даже хоть и аккуратно, но идеологически точно высказалась на двух языках в своем блоге: «ImsoproudofWladimirKlitschko!! Пишаюсь, що була причетна до цього Історичного моменту!!! Щоб бути на цьому рінзі треба мати не аби яку сміливість і героїзм! Героям слава!!!» Последняя фраза — традиционный на Западной Украине повстанческо-патриотичный ответ на приветствие «Слава героям!».

 

Через пару минут знаменитый Майкл Баффер, чей гонорар за работу на бое колеблется в районе 25 тысяч долларов плюс пятизвездочный отель и перелет первым классом, объявляет: «Letsgetreadytorumble!» Соперники ударяют рука об руку и расходятся. «Бокс!»

 

В Москву уже не раз пытались привезти бокс мирового уровня. Попытки устроить шоу на уровне «Мэдисон-сквер-гардена» начались еще в 2006 году. Тогда в том же «Олимпийском» Олег Маскаев защитил чемпионский пояс в поединке с Питером Охелло. Хотя организацию признали неудачной, а сам бой скучным, все же с тех пор в Москву стали привозить боксеров мирового уровня.

 

 Уже в 2007-м Эвандер Холифилд дрался у нас с Султаном Ибрагимовым. Американец побаивался лететь в Россию, поэтому решил подстраховаться и потребовал перевести гонорар за бой еще до того, как его нога ступит на российскую землю. Очевидно, нареканий не возникло, и со временем Москва заработала себе определенную репутацию, отметившись маленькой точечкой на карте мирового бокса. В конце концов до нас добрался даже знаменитый Дон Кинг. Эксцентричный продюсер, работавший еще с Майком Тайсоном, Ленноксом Льюисом и другими чемпионами, в мае этого года привез в Россию Гильермо Джонса, который отобрал пояс у российского бойца Дениса Лебедева.

 

Все эти встречи вызывали определенный зрительский интерес, потому что, с одной стороны, эта ниша у нас не занята, мы еще только учимся устраивать бои как шоу американского типа, а с другой — события такого рода повышают у столичной публики чувство всемирной значимости Москвы: мол, мы не хуже какого-нибудь Лас-Вегаса! И все же ни один из вечеров бокса, случившихся в России до сих пор, не может сравниться с боем Кличко — Поветкин по отклику у зрителей и уровню организации. В этот день Москва стала столицей мирового бокса.

 

На стороне Александра молодость, жажда обладания заветными титулами, поддержка своей страны и многолюдных трибун. Но, пожалуй, все остальное в этот вечер было на стороне украинца. Очень точно на этот счет незадолго до поединка высказался российский боксер Хабиб Аллахвердиев, болевший, кстати, за соотечественника: «Мне кажется, только сам Поветкин и его команда безоговорочно верят в свою победу, остальной мир уверен в успехе Владимира. Посмотреть хотя бы на коэффициенты букмекерских контор…»

 

В предыдущие несколько лет украинский и российский боксеры уже дважды искали точки соприкосновения, пытаясь договориться о поединке. По разным причинам оба боя не состоялись. Говорили даже, что российская сторона нарочно срывала переговоры, потому что боялась позорного поражения. Другие утверждали, что это команда Кличко опасалась встретиться на ринге со столь перспективным соперником. Третья попытка переговоров тоже, возможно, не удалась, если бы не Андрей Рябинский, пожелавший вложить миллионы в поединок джентльменов.

 

Этот бой, вне всяких сомнений, был для Александра Поветкина главным в жизни. Но не был таковым для Владимира Кличко. Украинец уже знал, что такое поражение: трижды проигрывал в своей карьере. Но не последние девять лет. Поветкин не знал проигрышей.

 

Начался бой. Если не вдаваться в подробности, то большую часть времени Александр провел под мышкой у Кличко или же подставляя лицо под джеб длиннорукого соперника. К чести россиянина — он выстоял все 12 раундов, к чести украинца — он не стал укладывать Поветкина в нокаут, хотя были моменты, когда казалось, что чуть поднажми, и витязь не сдюжит. В третьем раунде Поветкин едва устоял на ногах — удары Кличко достигли цели и пошатнули соперника. Судья стал отсчитывать нокдаун.

 

Публика жила боем. Изо всех сил болельщики старались поддерживать боксеров, разворачивая плакаты, выкрикивая хором имена соперников или же давая дельные советы, на которые так и хотелось ответить: выйди и продемонстрируй! Так как политкорректности и толерантности наших болельщиков не учат, то комментарии и крики быстро переросли во взаимные оскорбления, вскрыв тем самым все наболевшее в отношениях между Россией и Украиной, чего не выяснишь и в десятке кулачных боев, не поможет даже стенка на стенку.

 

Оскорбления на боксерских трибунах — что-то вроде мировой традиции, но когда это происходит на российских трибунах в адрес украинца, то сильно режет слух мелочностью и глупостью любого грубого национализма, уменьшающего размеры национальной гордости до квасных рун. Это тем более очевидно, что если бы против Владимира Кличко выступал не россиянин, большинство болело бы за украинца. Впрочем, многие в России и так болели за Кличко.

 

Середина поединка осталась позади, зал принялся неодобрительно свистеть. Большие ожидания раунд за раундом таяли: не было сверхскоростей, размена ударами, даже рассечений. Другими словами, в бое десятилетия не хватало экшена. Десятый, одиннадцатый, двенадцатый раунды… Упрямые зрители ждали чуда, но не случилось.

 

Вдалеке прозвучал голос Баффера: «Влади-и-имир Кличко-о», и зрители стали активно покидать места. С эмоциями, очевидно, смогли справиться не все: после боя разгорелось несколько драк, сотрудникам безопасности даже пришлось разнимать зачинщиков. И это только игра в политику, а не политика.

 

Бой закончился, но оставил далеко не однозначное впечатление. «Только что посмотрел самый дерьмовый чемпионский бой в истории!!! “Обнималки” парочки махровых идиотов. Если Кличко когда-либо встретится со мной, Тайсон Фьюри на 1 000 000% нокаутирует его. Мне трудно сказать, хотел ли Владимир драться или же добиться мужских ласк. Мы увидели то, насколько дерьмовым бывает бокс. Хочу как можно скорее получить бой с Владимиром! В любое время и в любом месте нокаутирую его» — так британский боксер Тайсон Фьюри прокомментировал у себя в твиттере встречу Кличко и Поветкина. Но это-то можно объяснить завистью: центр большого бокса, если говорить о спорте, а не о шоу, надолго переместился в Восточную Европу.

 

Но подобные мнения не были единичными. «Теперь я понимаю, почему Кличко не показывают в Америке», — сказал экс-чемпион мира Дмитрий Пирог, уходя из спорткомплекса «Олимпийский».

 

Да, у Поветкина прекрасные физические данные, удар огромной силы, но у Кличко умная тактика, за что его давно ругают, и тем не менее до сих пор не нашлось боксера, который смог бы ей что-то противопоставить. Владимир использует свое преимущество в росте и длине рук, работает на победу и минимальные травмы для себя, не заботясь об уровне шоу, и вот это по-настоящему оскорбляет боксеров во всем мире. Как раз поэтому большая часть профессионалов желала победы именно Александру.

 

И хотя россиянин проиграл, в глазах многих коллег или любителей бокса он все-таки нанес сопернику удар, пусть не по лицу, но по репутации. Бои Владимира и прежде считались скучными, по этой причине он не котируется в США и проводит свои поединки в Германии. Но теперь в Европе, как и в Америке, начинают разочаровываться в чемпионе.

 

«Я не впечатлен этим боем. На мой взгляд, это событие могло быть лучше. Это была какая-то смесь бокса и борьбы. Владимир боксировал не как чемпион — настоящий чемпион пытается нокаутировать своего противника», — высказался британец Леннокс Льюис, который специально ради этого поединка прилетел в Москву.

 

«В бою супертяжей мне хочется кровавого стейка, а не чипсов! Поветкин покинул ринг героем. Хочу видеть бои таких бойцов», — сказал легендарный американский боксер Джордж Форман. С другой стороны, Кличко не угодил многим украинским болельщикам. На форумах многие поспешили упрекнуть его в отсутствии нокаута: мол, бой был «политический», смягченный в угоду московской публике и спонсорам, — впрочем, часть болельщиков всегда ворчит.

 

При этом сам чемпион выглядел вполне довольным: за весь бой соперник лишь раз задел его по лицу, оставив синяк под глазом. «Жизнь как американские горки. То вверх, то вниз, то закрутило. Из своих поражений я многое почерпнул. Я внимательно проанализировал свои неудачи. Каждый раз, выходя на ринг, помню, что у меня уже есть три поражения, и я должен сделать все, чтобы не допустить четвертого» — быть может, именно это и сказал себе Владимир Кличко, выходя на очередную защиту своих титулов в Москве. Победителей не судят — в ночь на воскресенье в вопросе «Поветкин или Кличко?» была поставлена жирная точка. Кличко — лучший боксер на земле, и это очевидный спортивный итог.

 

Зато с политикой все только начинается. «Кличко евроинтегрировал Поветкина» — такая шутка появилась в сетях. В ноябре вопреки недовольству официальной Москвы Украина, скорее всего, вступит в соглашение об ассоциации и зоне свободной торговли с ЕС. Но тут может оказаться, что евроинтеграция — это не только рок-н-ролл и общеевропейские ценности, но и жесткий экономический «бокс» без таможенной защиты. А на фоне кризиса политическая игра, в которую среди прочих играет и брат Владимира Виталий Кличко, может оказаться гораздо менее эстетичной, чем боксерский клинч.

 

Но это уже другая история для другой рубрики.

 

Вера Михайлова

Виталий Лейбин

Елена Соболь

 

http://expert.ru/russian_reporter/

Всё не так, ребята…

Путин и Медведев не знают, что делать с Украиной?

 

Для меня, часто живущего на Украине, совершенно очевидно, что Путин и Медведев делают всё не то и не так, чтобы удержать Украину в сфере своего влияния. Прежде всего, они должны были бы задать себе вопрос, ответ на который знают большинство украинцев: чего больше всего боятся Янукович и Азаров? Они больше всего бояться, что сменится власть, и их посадят, как они сами посадили Юлю и Юру (Луценко, бывший министр МВД в правительстве Тимошенко – ред.). Не знаю, как Юра, которому Якукович всё-таки скостил срок, а Юля, прыгнув с инвалидной коляски на здоровые ножки, с непередаваемым наслаждением законопатит эту «сладкую парочку» до конца жизни. Не думаю, что остальная «оппозиция» – Виталий Кличко, Тягныбок, Яценюк – будет против. Для коллекции они еще и Кучму прихватят за убийство Гонгадзе. Именно из-за этого страха Янукович и Азаров так прогибаются перед Евросоюзом и США и наверняка выклянчивают себе «гарантии». Чтобы, стало быть, уехать куда-нибудь в Вену или Лондон после провала на выборах и там тихонько жить на заработанные непосильным трудом миллиарды. И сами, конечно, не очень уверены в надежности этих гарантий, чему современная история дает много примеров.

 

 Так вот, Путин, вместо того, чтобы отказаться от встречи с Януковичем 25 октября в Минске, напротив, должен был с ним встретиться и сказать: «Вот вы, наверное, с Колей Азаровым рассчитываете в будущем уехать на Запад с последними миллиардами. И вам будто бы дают гарантии. Я бы на вашем месте подумал. Гарантии давали и Милошевичу, и Караджичу – да где они? Или вас не пугает судьба Лазаренко, которому не помогли его деньги? Помнишь, Витя, где ты жил первое время после прихода к власти Ющенко? Ты жил здесь, у нас, а не на Западе. Извини, но если ты подпишешь в Вильнюсе ассоциацию с ЕС, мы ни тебе, ни Коле больше политического убежища не дадим и экстрадируем вас обратно на Украину, когда вы к нам приедете. И Лене Кучме с его олигархами то же самое передайте. Это наше последнее слово». Может быть, стоит добавить: «Век свободы не видать» и щелкнуть ногтем о зуб – Янукович всё-таки бывший «сиделец», должен понимать такие вещи.

 

 А по другим каналам передать то же самое министрам и депутатам от «Партии регионов», засветившимся в «пророссийской ориентации». Ведь многих из них тоже посадят – хотя бы за физические увечья оппозиции, нанесенные во время «силового» утверждения в Раде Харьковских соглашений. Вот бывшего регионала Игоря Маркова арестовали же на днях за то, что он якобы избил пикетчиков во время установления памятника Екатерине II в Одессе. Почему же националисты, придя к власти, должны вести себя иначе? Наиболее рьяных регионалов будут сажать точно так же, как регионалы посадили неугодного Маркова.

 

 Янукович и Азаров, а также глава их клана Кучма, – мужики хотя и корыстные, но умные. Они сядут, пораскинут мозгами на ширину плеч и быстро придумают, как им от Европейской ассоциации тихонько откреститься. Причем они не столько самой угрозы Путина испугаются, сколько определенности, которая должна исходить от этой угрозы. До сего времени они паразитировали именно на нашей неопределенности, думая так: куда вы денетесь, прúмите, если, что, – мы же с вами, как в «Маугли», одной крови!

 

 Если же такой разговор по каким-то специфическим протокольным соображениям невозможен, то есть другой, более дорогостоящий и муторный, но тоже вполне надежный путь. Но только, ради всего святого, не надо того пути, который сейчас выбрали Путин и Медведев! Ведь наше правительство, если кто не знает, весной учредило гранты для выработки тактики ввиду грядущего обострения отношений с Украиной. Вы будете ухохатываться, когда узнаете темы этих грантов. Например, особенности местного самоуправления на Украине. Или – особенности профсоюзного движения. Вы что, их не знаете – Украина же наш сосед? И каким образом эти темы могут помочь определить тактику в нынешней ситуации?

 

 Я как раз был летом на Украине, когда начались так называемые российские санкции, видел ситуацию изнутри и свидетельствую: больше всего украинцы испугались таможенной войны. Конфеты, трубы – это всё ерунда, это бы они пережили. Дело в том, что почти все заводы на Украине уже к лету остановились: склады затоварены, и если они не продадут в Россию скопившуюся продукцию – всё, хана. Зарплаты не будет, народ озвереет. Особенно напряженная ситуация с химическими и металлургическими заводами. Евросоюз, конечно, обещал, что после подписания договора о свободной торговле с Украиной разрешит свободный доступ их продукции на европейский рынок, но, во-первых, когда это еще будет, а во-вторых, этого, скорее всего, не будет никогда. Такие обещания восточным соседям Евросоюз обычно не выполняет. Это и понятно: что у них – своих труб и удобрений нет? Полно, да еще китайцы незнамо сколько завозят. И если мы не будем покупать у украинцев минеральные удобрения, трубы, подсолнечное масло, горилку и холодильники, то их как минимум несколько лет не будет покупать никто.

 

 Путин напрасно пошел на попятную: если бы продолжался жестокий шмон на границе, Янукович сейчас не надувал бы щеки в Минске, а стучал лбом о кремлевское крыльцо, умоляя, чтобы их приняли в ТС. А так – появилась вера в то, что «прокатит», как всегда «прокатывало»… Повторяю: эта непоколебимая вера – основа наглости Януковича и Азарова. С ними можно чего-то добиться, лишь основательно поколебав эту веру. Уже даже ливийцы это поняли, а Путин с Медведевым никак не могут понять.

 

 Я имею в виду историю с украинским судном «Этель» в порту Бенгази. В марте нынешнего года другое украинское судно, «Фаина», должно было доставить из Иордании в Ливию 600 автомобилей. Вместо этого оно выгрузило их в порту города… Ильичевска, что находится, между прочим, совсем не на побережье Средиземного моря, а рядом с Одессой. Неоднократные просьбы обманутых ливийских бизнесменов доставить автомобили в пункт назначения – Бенгази – ни к чему не привели. И вот, когда в июле в порт Бенгази зашло другое украинское судно, «Этель», принадлежащее тому же хозяину, что и «Фаина», ливийские бизнесмены наняли боевиков, которые захватили «Этель» вместе с 19 моряками, и потребовали, чтобы им вернули автомобили или деньги.

 

 Ну, конечно же, украинский МИД заявил, что моряки с «Этели» здесь ни при чем, и вообще очень-очень гневно протестовал. «Специальный представитель Украины по вопросам Ближнего Востока и Африки Геннадий Латий заявил, что украинская сторона расценивает захват украинского экипажа, как акт тяжкого преступления на территории Ливии, «который, по состоянию на сегодня, остается без должной реакции официальной ливийской власти» («Зеркало недели», 24 июля). Только ливийцы плевали на всё это. Украинский МИД навязывал им переговоры, смысл коих сводился к разрушению причинно-следственной связи между кражей автомобилей и судном «Этель», желая, по-видимому, и моряков освободить, и автомобили не возвращать. Любимое украинское занятие! Дескать, давайте договоримся так: вы нам даете всё, а мы вам за это ничего. Ливийцы же придерживались более простой логики – автомобили или деньги в обмен на «Этель». Делать нечего: в Киеве покряхтели и… привезли из Ильичевска 600 автомобилей, которые они неизвестно на каком основании там держали. Моряки и судно были освобождены.

 

 Какой же урок для нас в успешном возвращении ливийцами своей собственности? Он, упаси Бог, не в том, чтобы захватывать заложников, а в том, какие аргументы наиболее эффективны в спорах с украинцами. Переговоры совершенно не эффективны, и это показала дискуссия о цене на газ и Таможенном союзе. Более того: от переговоров с украинцами следует категорически воздерживаться в смысле доказывания чего-либо и возвращаться к ним только тогда, когда нам это может принести пользу. Это показала ситуация в Бенгази.

 

 А теперь вопрос, на первый взгляд, очень далекий от ситуации в Ливии, но на самом деле, не очень: что нужно делать Путину и Медведеву, чтобы не допустить подписания Украиной договора об ассоциации с ЕС? Правильно: поставить Украину в такое же положение, в какое ее поставила Ливия в ситуации с крадеными машинами, только, естественно, не террористическими средствами, а политико-экономическими. Но ни в коем случае не вести никаких переговоров или вести их только тогда, когда нам это выгодно.

 

 Последняя возможность хорошенько нажать на Украину осталась в ноябре. Причем, отмечу, это только в ноябре и необходимо, а потом уже будет не нужно, как бы ни развивались события. Ставки высоки: ведь речь, в сущности, идет не о какой-то там «ассоциации», а о наглом отторжении Западом от столь любимого Путиным «Русского мира» украинской части русского народа и украинской части общерусских земель. Никакой «ассоциации» не будет и в помине – будет евросоюзовский протекторат. В сущности, Запад предполагает невоенными средствами сделать с Украиной то же самое, что пытался сделать в 2008 году в Южной Осетии и Абхазии руками грузинской армии.

 

 Внимать мантрам Януковича–Азарова и Евросоюза об «имперском давлении» на Украину не имеет никакого смысла – ведь они и сейчас это говорят, когда мы наблюдаем только имитацию давления. Напротив: смешно не давить, когда все обвиняют нас в давлении. Оно должно иметь обвальный характер, нарастая крещендо.

 

 В начале ноября следует возобновить особый режим таможенного досмотра, мотивируя это подготовкой к новым реалиям на таможне после 29 ноября. Тут же надо потребовать возвращения 10-миллиардного долга «Газпрому», а в случае отказа украинской стороны газ поставлять только по предоплате, как это предусмотрено соглашением Путина–Тимошенко. Предоплаты, естественно, не будет, и тогда где-то за неделю до Вильнюсского саммита можно закрутить вентиль. Ну, а украинская ГТС, как мы хорошо знаем, не способна обеспечить транзит газа в Европу, если у нее пусты свои трубы. Далее объявить о неминуемой денонсации российской стороной после 29 ноября «Большого договора» с Киевом, ввиду того, что соглашение Украины с ЕС вступает с ним в противоречия (о которых уже говорил С. Глазьев), в том числе и в части признания границ Украины.

 

 После этого логично будет специальным решением Госдумы объявить имеющими юридическую силу постановления Верховного Совета РФ 1993 г. о российском статусе Севастополя и незаконности передачи Крыма в состав УССР в 1954 г. И, наконец, под занавес хорошо бы начать «внезапную проверку боеготовности» войск Западного военного округа и Черноморского флота, как это Путин делал весь год в других округах и на других флотах.

 

 И если мы, делая всё это, будем всячески пресекать попытки украинцев начать переговоры по поводу этих мероприятий вплоть до декабря, то что, по-вашему, Янукович и Азаров будут делать в Вильнюсе 29 ноября? Да они, скорее всего, туда и не поедут, находясь под таким грузом внезапно свалившихся и не решаемых проблем с Россией. Ну, представьте: газа нет, отопительный сезон накрылся, на границе – российские танки и стокилометровые очереди из фур с украинской стороны, а в Крыму Черноморский флот приведен в повышенную боеготовность! Если же всё-таки решатся и поедут, то чем будут там заниматься? Тут, как говорится, к гадалке не ходи: требовать у Евросоюза дополнительных гарантий и послаблений ввиду беспрецедентного нажима Москвы.

 

 Янукович скажет в Вильнюсе: меня мой народ не поймет, если мы сейчас же не решим проблему отмены виз для украинцев и не запишем в соглашение отсутствующий ныне пункт о «европейской перспективе Украины» (то есть о грядущем ее вступлении в Евросоюз). А евросоюзовская бюрократия ему ответит: а нас наши народы не поймут, если мы такое подпишем. Вот и всё.

 

 Я бы дал лишь один процент из ста, что при таком развитии событий ассоциация Украины с ЕС будет подписана. Но и этот процент не означал бы нашего поражения – экономического, во всяком случае. Правда, так будет лишь в том случае, если мы останемся тверды. Ибо, заварив такую кашу, смешно после 29 ноября взять и свернуть за здорово живешь все санкции. Мирные соглашения диктует наступающая сторона, а не та, что держит оборону. Наступая, мы добьемся не одного, так другого. Причем, что важно, Евросоюз после подписания ассоциации наши экономические требования к Украине негласно поддержит, как поддержал он в свое время газовое соглашение Путин–Тимошенко. Лишь бы, как говорится, не было войны. Да и не жалко европейцам украинских денег. А мы добились бы от украинцев таких уступок по поводу возвращения долгов или по поводу законтрактованных объемов покупаемого газа и штрафных санкциях за недобор, что они через полгода сами с проклятиями отказались бы от этой ассоциации. Что в ней толку, если все деньги приходится отдавать Москве?

 

 Наступательная тактика беспроигрышна, если вести ее по шахматным правилам, просчитывая все варианты, а оборонительная тактика без вариантов, которой придерживаются ныне Путин и Медведев, обречена на поражение.

 

Степан Карачун