«Члены худсовета посчитали, что „Марiчка“ — не та песня, которая нужна советскому народу»

Исполнилось 80 лет со дня рождения известного украинского поэта-песенника Михаила Ткача

 

 Сегодня трудно сказать, сколько существует вариантов украинского шлягера «Марiчка». Сам автор стихов Михаил Ткач когда-то насчитал четыре десятка. А ее исполнителей — во сто крат больше. Словом, поэт Михаил Ткач и композитор Степан Сабадаш еще при жизни удостоились самой высокой награды: их песня стала народной.

 

 В Черновцах в честь Михаила Ткача открыли мемориальную доску — на фасаде Буковинского государственного медуниверситета, где учился поэт. Кстати, на здании главного корпуса есть мемориальная доска в честь еще одного известного выпускника этого вуза — композитора Владимира Ивасюка.

 

В’ється, наче змiйка, неспокiйна рiчка,

 Тулиться близенько до пiднiжжя гiр.

 А на тому боцi, там живе Марiчка,

 В хатi, що сховалась у зелений бiр.

 

 Эти строки поэт написал 22-летним студентом. В 1954 году четверокурсники мединститута поехали на практику в горный буковинский городок Путила. В столовой, где парни и девушки обедали, работала девушка Мария. И чтобы она кормила их получше, товарищи попросили Михаила Ткача написать о девушке стихи.

 

 — Но я тогда даже не думал, что «Марiчка» станет песней, — вспоминал народный артист Украины Михаил Ткач. — Позже стихи напечатали в газете «Радянська Буковина», где я работал, и композитор Степан Сабадаш сочинил музыку. Песня стала популярной, слушатели начали присылать письма на радио и заказывать ее. «Марiчку» уже пели повсюду — на улицах, на свадьбах… Но со сцены она не звучала, так как на протяжении пяти лет ее никто не брал в свой репертуар из-за запрета художественного совета Черновицкой филармонии. Там считали, что «Марiчка» — не та песня, которая нужна нашему народу. Первыми нарушили запрет студенты Черновицкого университета. Позже Степан Сабадаш создал женский ансамбль «Марiчка». Коллектив был очень популярным, и, естественно, его визиткой стала эта песня.

 

 Народный артист Украины буковинец Дмитрий Гнатюк стал первым солистом, исполнившим «Марiчку». Он записал песню вместе с гуцульским ансамблем из Ивано-Франковска. Так стихи, посвященные путильской девушке-поварихе, положенные на прекрасную мелодию, вышли на большую сцену. А Михаил Ткач стал известным поэтом.

 

 — Михаил готовился быть врачом, — рассказывает младшая сестра поэта Надежда Ватаманюк, врач из Черновцов. — В то время стать медиком или учителем считалось престижным. Мы жили в селе Лукачаны Кельменецкого района. Семья наша была бедной. Родители (нас у них трое) были очень молоды, когда у них родился Михаил: маме исполнилось 16 лет, а папе — 20. Из рассказов мамы с папой знаю, что Михайлик часто болел в детстве, однажды ему даже пошили сорочку на смерть…

 

 В школе брат очень хорошо учился. Думаю, тяга к знаниям у него была от папы. Отец хоть и работал простым железнодорожником, но был очень одаренным человеком. Окончил румынскую школу, интересовался историей, литературой. Михаил тоже два года учился в румынской школе и получал самые высокие оценки. Среднюю школу он окончил на «отлично», поступил в Черновицкое медицинское училище. Получив профессию фельдшера-акушера, заслужил право поступать в институт без экзаменов. Но времена были не легкие. И Михаил решил поработать в Кельменцах в районной больнице, в санэпидстанции. А уже в следующем 1952 году стал студентом первого курса Черновицкого мединститута…

 

 Именно в студенческие годы Михаил Ткач всерьез увлекся поэзией. Вышел его первый сборник — «Йдемо на верховини». И хотя он старательно учился, не пропускал лекций, было понятно, что его призвание не медицина, а литература. Один из преподавателей даже принципиально поставил ему на выпускных экзаменах «тройку» — за то, что Ткач бросает медицину. Еще студентом он писал статьи для местной газеты «Радянська Буковина», а после окончания вуза пошел работать туда официально — с дипломом… врача. Кстати, у него даже есть несколько стихов, посвященных медицине, в частности, «Кардiограмма», «Перша допомога»…

 

 — После окончания мединститута брат чувствовал, что ему надо получить специальное литературное образование, — продолжает Надежда Николаевна. — И он поехал в Москву, поступил на Высшие литературные курсы при институте имени Горького. Там, кстати, встретился с Людмилой — своей второй супругой. Первый раз брат женился в 20 лет, еще студентом. От этого брака имел двух сыновей. Когда Михаил учился в Москве, его будущая жена Людмила проходила там клиническую ординатуру, она врач-окулист, родом из Улан-Удэ. Прекрасная мудрая женщина (умерла в 1995 году). У них были две дочери — Маричка и Леся. Когда Сергей, сын Михаила от первого брака, поехал в Киев, вместе с ним отправились еще 16 его однокурсников-медиков. И представьте, все эти ребята приходили в квартиру брата, на Крещатик, 15, и всем там хватало места, Людмила всех кормила. Сейчас Сергей — профессор кафедры терапии Киевского медицинского университета. Старшая дочка Михаила — Маричка, закончила Киевскую консерваторию по классу фортепиано, она доцент Киевского национального университета культуры. Леся — филолог, живет в Москве.

 

 В 2005 году брат в последний раз был в нашем родном селе, — вспоминает Надежда Ватаманюк. — И словно предчувствуя скорую кончину, постарался завершить неотложные дела, установить надгробный памятник родителям. Вернулся в Киев, и дома у него случился инсульт. Четыре месяца брат лечился в столице. А потом мой муж — хирург — предложил забрать Михаила в Черновцы. Дочери Михаила очень помогали материально, купили специальную функциональную кровать… В 2007-м, когда брата не стало, его вещи мы перевезли в родное село. Три года назад в хате, где когда-то мы все жили, открыли музей-усадьбу Михаила Ткача. Там хранятся фотографии, черновики песен, его награды, дипломы.

 

 Михаил Ткач — автор многих песен, которые исполняли известные украинские артисты. Среди них — «Ясени», «Снiг на зеленому листi», «На щастя, на долю», «Диво-сторона», «Коли нема того, що любиш»… Правда, один шлягер принес поэту крупные неприятности, так же, как и его соавтору — руководителю ансамбля «Смерiчка», композитору, народному артисту Украины Левку Дуткивскому.

 

 — В 1981 году Михаил подошел ко мне во Дворце «Украина» и предложил поработать вместе, — рассказывает Левко Дуткивский. — Спустя год я дал ему две готовые мелодии. Так у нас получились песни «Якщо любиш — кохай» та «Зоряна нiч». В 1983 году в московской программе «Утренняя почта» песню «Якщо любиш — кохай» исполнил Александр Серов, работавший в то время в Черновицкой филармонии. Потом ее пели Виктор Павлик, Анжелика Рудницкая, Ани Лорак… За эту песню нас с Ткачом часто упрекали. Мол, «любити» и «кохати» — это «масло масляное». Хотя это не так… Но настоящий шквал критики обрушился на нашу песню «Будьмо». Мы написали ее в конце 1980-х, моя эстрадная группа во главе с Иво Бобулом спела ее на всеукраинском фестивале «Песенный вернисаж-88». Участники фестиваля выступали в столичном Дворце спорта, а победители в финале пели уже во Дворце «Украина». В число лучших попали рок-группа «Галактика», Лариса Долина и мои артисты. Мы впервые на украинской эстраде вдохновенно спели со сцены слова «Будьмо, гей». А на следующий день в одной из столичных газет вышел материал под названием «Эх, вернисаж», где автор беспощадно раскритиковал эту песню, обвинив Ткача и меня в пропаганде… алкоголизма и застолья. Правда, за нас тогда вступился Борис Шарварко. Но художественный совет таки запретил петь «Будьмо» на концертах.

 

Наталья ФЕЩУК,  (Черновцы)

Оставить комментарий