Для всех, кто любит авиацию, открыт в любое время запасной аэродром!

На что способен «Русский Викрант»

Строить легкие авианосцы выгоднее, чем корабли других классов

Нашей стране нужны полноценные авианосцы типа «Шторм». Но реальных возможностей получить в среднесрочной перспективе такие корабли нет. Поэтому надо строить легкие авианосцы, подобные индийскому «Викранту».
Сирия со всей очевидностью продемонстрировала, что России жизненно необходимо иметь в составе ВМФ авианосцы. Представим себе, что если бы правительство Сирии не смогло предоставить безопасный аэродром для базирования нашей авиации, например в силу того, что его просто не было бы, все приемлемые авиабазы оказались бы разрушенными или захвачены боевиками. Чем бы мы в этом случае смогли помочь Дамаску? Действия дальней авиации были недостаточны для решения задач поддержки сирийских войск. Нечем было бы их прикрыть на ТВД. «Калибр», конечно, оружие первоклассное. Однако такими ракетами бить боевиков в поле очень дорогое удовольствие. Так что оставалась бы только корабельная артиллерия. Но она действует на весьма ограниченную глубину прибрежной зоны боевых действий – в лучшем случае на 15–20 километров. Так что в таких условиях только авианосец с его корабельной авиацией смог бы «решить вопрос». Однако не только в таких ситуациях нам нужен авианосец. Без него наш флот не может полноценно обеспечить безопасность страны с морских направлений, защиту стратегических ядерных сил. Не будем далее вдаваться в доказательства. Просто констатируем: авианосец России нужен.

“Главным противником авианосца будут самолеты и противокорабельные ракеты”
Возникает вопрос: какой? Если вырабатывать требования к будущему авианосцу на отделенную перспективу в расчете, что все необходимые для этого инфраструктурные аспекты будут решены, мы с неизбежностью выходим на корабль, который по характеристикам похож на несколько уменьшенный американский «Нимитц». Насколько известно из материалов открытой печати, китайцы, задумывая атомный авианосец, имеют в виду нечто подобное. Однако если оглянуться на состояние нашей судостроительной промышленности да и экономики в целом, возникают сомнения в реализуемости такого проекта. Видимо, по этой причине мы постоянно наблюдаем метания – то принимается решение строить авианосец, то спустя короткое время делаются заявления об отказе. И основания для сомнений более чем достаточные. Ведь весь наш авианесущий флот родом с Николаевского судостроительного завода (а до этого там были заложены линкоры типа «Советский Союз»). Сегодня это заграница, причем весьма враждебно настроенная. Да и завод, похоже, утратил способность строить что-либо серьезное. Так что можем рассчитывать только на то, что имеется в пределах России. А здесь даже во времена СССР такие крупные боевые корабли не строились. Надежд, что в приемлемые сроки можно будет создать на территории России предприятие, позволяющее строить полноценные авианосцы, надо признать, совсем немного: вспомним космодром Восточный, а судостроительное предприятие «авианосного» масштаба более серьезный проект. И на этом печальном фоне вдруг появляется статья «Авианосец для России: быстрее, чем вы ожидаете». Я ее нашел на портале topwar.ru. Ее автор – Александр Тимохин, много пишущий о флоте. Ряд его статей подвергался критике. Но в любом случае он всегда приводит подробные доказательства, с которыми даже профессионалам трудно спорить. Видимо, сам хороший специалист в области кораблестроения. Он довольно подробно проанализировал состояние нашей судостроительной промышленности и пришел к выводу, что в нынешней России построить вполне реально, если не замахиваться на «Энтерпрайз», а ограничиться легким авианосцем, подобным тому, который строит Индия под названием «Викрант». По его мнению, такой «Русский Викрант» наша судостроительная промышленность осилит. Речь об авианосце водоизмещением порядка 40 тысяч тонн с авиагруппой около 40 расчетных летательных аппаратов. Энергетическая установка корабля, по его мнению, должна быть газотурбинной. И обязательно одна-две катапульты. Александр Тимохин приводит и стоимостные показатели этого проекта, обосновывая возможность существенного их сокращения за счет принятия ряда конструктивных решений, в частности апеллируя к опыту США. Возникает вопрос: а нужен ли в принципе нашему ВМФ легкий авианосец? Тимохин обошел этот аспект стороной.

Он еще обосновывает в статье особенности конструкции корабля, обеспечивающие возможность при столь скромном водоизмещении совершать операции взлета и посадки самолетов и вертолетов в климатических и гидрографических условиях наших океанских флотов. Но эти аспекты уже выходят за пределы оценки оперативной целесообразности постройки такого корабля. Просто примем, что его конструкция позволяет ему эффективно оперировать авиагруппой в условиях Северного и Тихоокеанского флотов. Надо особо подчеркнуть, что автор придает большое значение сохранению в составе нашего флота авианесущего крейсера «Адмирал Кузнецов» как самого крупного корабля такого класса в российском ВМФ на достаточно отдаленную перспективу.

Авиагруппа и вооружение
Чтобы оценить боевые возможности такого корабля, нужно предположить, какой состав вооружения он может иметь и какая авиагруппа на нем базируется. Для авианосца главным противником будет воздушный – самолеты и ПКР. От торпедных атак подводных лодок его должны защищать корабли ордера. Собственного ударного вооружения, по моему мнению, он нести не должен – малые размеры предполагают предоставление максимальных объемов корпуса под размещение авиагруппы и необходимых для ее функционирования материально-технических средств и боезапаса. Поэтому основное внимание в статье в части вооружения корабля обратим на средства ПВО.
В этой связи на таком авианосце не должны размещаться ЗРК большой дальности – они требуют объема корабельных помещений. Поэтому может идти речь только о средствах ПВО малой дальности, для обеспечения самообороны корабля от прорвавшихся к нему СВН противника через систему коллективной ПВО ордера. Собственно, тут нет ничего нового – «Адмирал Кузнецов» имеет только средства ПВО зоны самообороны. Их конкретный состав определяется возможным набором СВН, которые могут прорваться к кораблю,. Исходя из малочисленности авиагруппы легкого авианосца, а также ограниченного вероятного состава кораблей охранения, надо полагать, что к нему могут одновременно прорваться до семи-восьми единиц СВН. Такие цифры вытекают из того, что противником при неблагоприятных условиях может оказаться американский авианосец, который будет наносить удар ударной группой в количестве от 12–18 до 24–30 машин, и наши истребители ПВО способны лишь ослабить и частично дезорганизовать его. Основная тяжесть отражения удара ляжет на средства ПВО кораблей ордера. Ожидаемое количество СВН в зоне самообороны предполагает, что суммарное число целевых каналов средств ПВО должно быть порядка 12 на каждый борт, из которых восемь – ЗРК малой дальности и четыре – ракетно-пушечные комплексы.

Помимо этого, необходимо предусмотреть средства противоторпедной защиты и РЭБ, способные подавить ГСН противокорабельных ракет. БИУС и другое радиоэлектронное оборудование в качестве важнейшего требования должно обеспечивать возможность решения задач управления авиацией на всю глубину ее применения в интересах соединения.
При таком составе средств ПВО и РЭБ боевая устойчивость корабля под ожидаемыми ударами СВН противника будет в основном обеспечена. Надо заметить, что это вполне реализуемые требования – российский флот располагает достаточно эффективными многоканальными ЗРК и ЗРПК, если судить по открытым данным.
Теперь обратимся к составу авиагруппы, поскольку для авианосца это главная ударная сила. Номенклатура определяется задачами, которые перед ним стоят. Исходя из опыта иностранных флотов, прежде всего американского, а также задач, стоящих перед нашими океанскими флотами, можно предположить, что «Русский Викрант» может иметь три варианта типовых авиагрупп. Различаясь в количестве истребителей и противолодочных вертолетов, эти варианты должны будут иметь обязательный минимальный набор самолетов обеспечения – четыре РЛДиУ, в качестве которых может взят за основу Як-44, и два поисково-спасательных вертолета Ка-27пс.

Первый из возможных вариантов, самый универсальный – многоцелевой. При таком составе авиагруппы наш «Викрант» должен иметь возможность решать три группы основных задач: отражать воздушные атаки противника, наносить удары по надводным кораблям и наземным объектам, вести борьбу с подводными лодками. В данном варианте авиагруппа, помимо упомянутых самолетов обеспечения, могла бы включать по эскадрилье МиГ-29К/КУБ (12 машин) и противолодочных Ка-27пл. При таком составе, помимо приличных ударных возможностей, авианосец может постоянно держать в воздухе одну-две поисково-ударные группы вертолетов, которые существенно повысят возможности корабельного соединения по поиску и уничтожению вражеских субмарин.

“Тягаться с «Нимитцем» «Русскому Викранту» бессмысленно. Однако против «Куин Элизабет» и «Шарля де Голля» он вполне эффективен”
Второй вариант авиагруппы – преимущественно ударный, с увеличенным составом истребителей и сокращенным числом вертолетов до уровня, при котором его противолодочные возможности ограничены посылкой поисково-ударных групп для допоиска и уничтожения ПЛ, обнаруженных другими силами и средствами. В данном случае авиагруппа, помимо самолетов и вертолетов обеспечения, может включать 18 МиГ-29К/КУБ и три-четыре Ка-29пл.
Третий вариант – преимущественно противолодочный, при котором авианосец должен иметь возможность на постоянной основе иметь в воздухе до четырех поисково-ударных вертолетных групп. Это может быть обеспечено при базировании на борту шести – восьми истребителей и 18–22 Ка-29пл.

При любом раскладе «Русский Викрант» должен быть способен оперировать с полным напряжением своей авиагруппой в течении пяти-шести суток, выполнив за это время 300–350 вылетов, в том числе от 80 до 180 самолетами МиГ-29К/КУБ (в зависимости от варианта), при максимальной напряженности до двух вылетов в сутки на машину. Количество позиций для подготовки самолетов и вертолетов должно обеспечивать возможность создания достаточной для эффективного удара авиагруппы в сочетании с поддержанием деятельности авиации обеспечения. Это 14–16 позиций.
Оценим возможности такого авианосца по решению типовых задач. Во избежание непреднамеренного появления нежелательной информации о наших вооружениях в открытых источниках будем опираться на известные иностранные образцы. Так, аналогом нашего МиГ-29К/КУБ может считаться американский F-18 «Хорнет» (в том числе и в части систем вооружения), а для Ка-27пл – вертолет SH-60. «Хокай», основной на протяжении почти полувека палубный самолет ДРЛОиУ авианосцев США, вполне можно принять как идентичный нашему перспективному Як-44, тем более что и ему уже должно было бы «стукнуть» почти 30, не развались СССР. Соответственно все расчеты выполнены с использованием ТТХ указанных иностранных образцов и располагаемых ими систем вооружения.

Широкий спектр боевых возможностей
Теперь об ударных возможностях нашего легкого авианосца. Начать надо с оценки располагаемого ресурса истребителей МиГ-29К/КУБ. В многоцелевом варианте это максимум 24 самолетовылета в сутки, в ударном – 36, в противолодочном – 12–16. Что можно сделать такими силами против американского «одноклассника». Помимо состава авиагруппы, ограничивающим фактором выступает количество позиций для подготовки летательных аппаратов. При указанных выше 14–16 за вычетом не менее четырех для использования вертолетов и истребителей ПВО в системе обороны соединения получается, что в ударе одновременно может быть задействовано 10–12 машин. Таким образом, в многоцелевом варианте «Русский Викрант» использует максимум восемь самолетов, существенно больше в ударном – до 12 машин, а в противолодочном наносить удар по серьезному противнику просто нечем. Совершенно очевидно, что с учетом необходимости выделения сил для выполнения обеспечивающих задач многоцелевой вариант также не имеет каких-либо шансов поразить американский авианосец. Несколько лучше обстоит дело с ударным. Из 12 машин четыре должны быть выделены в состав группы расчистки воздушного пространства. Остается восемь машин, на каждой из которых может быть подвешено по четыре ПКР Х-35 (на остальных узлах подвески должны быть размещены ракеты «воздух-воздух»). Итого – 32 ПКР. При глубине радиолокационного поля 800–900 километров (с учетом самолетов AWACS берегового базирования) противодействовать нашему авиаудару «Нимитц» сможет силами боевого воздушного патруля (БВП) в составе двух – четырех машин и еще до четырех – шести из положения дежурства на палубе. Из них четыре – шесть будут связаны боем нашими истребителями группы расчистки воздушного пространства. К рубежу выполнения задачи ударная группа будет подходить парами, уклоняясь от атак противника с потерей двух-трех машин. В итоге расчетная вероятность прорыва к авианосцу хотя бы одной ПКР составит максимум 0,5–0,8. То есть шансы вывода его из строя не превышают 0,03–0,05. Таких ударов наш авианосец сможет нанести два. Общая вероятность вывода из строя «американца» – 0,06–0,09. То есть констатируем очевидное – тягаться с ним «Русскому Викранту» бессмысленно. Однако по близким по характеристикам авианосцам других стран, таким как английский «Куин Элизабет», французский «Шарль де Голль», японские эсминцы-вертолетоносцы, эффективность ударов рассмотренных авиагрупп будет существенно выше – до 0,2–0,5. В этом качестве «Русский Викрант» вполне эффективен.

Исключительно важна его роль в составе ударного соединения с главной задачей отражения ударов авиации противника. «Нимитц» для атаки нашего корабельного соединения сможет задействовать до 30 самолетов. В том числе до восьми машин расчистки воздушного пространства и 12 в ударной группе с многочисленным обеспечением. В этом случае наш авианосец за счет самолетов ДРЛОиУ (берем за основу возможности «Хокай») сможет ввести в бой сопоставимое с визави число истребителей. Это позволит дезорганизовать удар авиагруппы противника, когда часть его самолетов будет уничтожена или вынуждена освободиться от лишнего груза для отражения атаки истребителей ПВО, а остальные подойдут к рубежу выполнения задачи парами, максимум звеньями, имея в залпе 8–16 ПКР «Гарпун». В этом случае вероятность вывода из строя ударных кораблей нашего соединения низка. Если рассматривать как аналог крейсеры «Тикондерога» или эсминцы «Орли Берк» («Орли Берк» – просто орел»), следующие в составе ордера из трех-четырех единиц, вероятность вывода из строя ударных кораблей вряд ли превысит 0,07–0,15. Для сравнения: при отсутствии такого легкого авианосца этот показатель – 0,3–0,5 и более. То есть уже от одного удара палубной авиации до половины кораблей КУГ, даже в расчете на такие мощные, как «Тикондерога» или «Орли Берк», могут быть выведены из строя и соединение утратит боеспособность.
Задача борьбы с группами надводных кораблей будет одной из основных в ходе боевых действий по завоеванию господства (превосходства) на море в заданном оперативно важном районе. Продолжительность операции может колебаться от трех-четырех до шести – восьми суток. В локальных военных конфликтах объектами ударов корабельной (палубной) авиации будут легкие силы, в первую очередь группы ракетных катеров. В крупномасштабной войне основные усилия придется сосредоточить на разгроме КУГ из крейсеров, эсминцев, фрегатов и корветов УРО, десантных отрядов (ДЕСО), конвоев (КОН), КПУГ и АПУГ (авианесущих поисково-ударных групп).

В локальных конфликтах, по опыту, важной может стать задача противодействия 2–5 КУГ по 2–3 ракетных катера в каждой. Для разгрома любой такой группы будет достаточно выделения двух-трех пар ударных самолетов с ПКР и НУРС. А всего для решения этой задачи потребуется до 30 самолетовылетов. Вполне достижимо для авиагруппы легкого авианосца, у которого это составит от 17 до 40 процентов общего располагаемого ресурса самолетов в зависимости от варианта. При этом вероятность уничтожения катеров противника близка к гарантированной – 0,9 и более. Важно отметить, что указанные катера будут своевременно выявляться самолетами ДРЛОиУ и уничтожаться задолго до подхода к рубежу применения ракетного оружия, что невозможно без корабельной авиации. А при отсутствии в составе соединения легкого авианосца это может привести к существенным потерям от ударов катерных ПКР.

Удар рассмотренной выше авиагруппой корабля по крупным соединениям, таким как КУГ и КПУГ из крейсеров, эсминцев и фрегатов, десантные отряды и конвои, будет весьма эффективен. Из состава КУГ (КПУГ) может быть уничтожено 30–50 процентов состава. До половины кораблей потоплено или выведено из строя при ударе по десантному отряду или конвою.
Остается сравнить возможность легкого авианосца по поражению наземных объектов. С учетом ресурса, который может быть выделен на решение этой задачи за пять-шесть суток ведения боевых действий, и опыта применения российской авиации в Сирии авиагруппа способна уничтожить от двух-трех до шести-семи крупных объектов типа аэродром или предприятие либо от 30–50 до 100–120 таких строений как отдельный дом или иное сооружение на глубину до 600–700 километров от побережья.

В противолодочном варианте легкий авианосец существенно повысит эффективность действий группировки ПЛО в оперативно-важном районе, одновременно усилив оборону всех наших сил от ударов воздушного противника.
Из рассмотренного анализа можно сделать очевидный вывод, что вариант легкого авианосца вполне приемлем с оперативной точки зрения и его строительство надо признать необходимым. Что касается экономических показателей, то можно предварительно констатировать: стоимость постройки и эксплуатации кораблей других классов в количестве, минимально необходимом для получения такой же эффективности, будет существенно выше, чем двух авианосцев.

Константин Сивков,
заместитель президента РАРАН по информационной политике, доктор военных наук
Опубликовано в выпуске № 7 (820) за 25 февраля 2020 года

https://vpk-news.ru/

  • wpl_enable_sidebar: true
Category: Авиация

Your email address will not be published. Required fields are marked *

*