Горы трупов: как летчик Соколов уничтожил смертоносную колонну фашистов

Фронтовик не получил звание Героя Советского Союза из-за ошибки штабистов. Его сын пытается восстановить справедливость.
Николай Соколов, бывший авиадиспетчер, а ныне пенсионер, показывает мне фотографию своего отца. С черно-белой карточки смотрит молодой старлей с обаятельной улыбкой и грудью в орденах. Отца тоже зовут Николай, он летчик-штурмовик, 70 с лишним лет назад громил фашистов до самого Берлина. А на груди у него не хватает еще одной награды – звезды Героя Советского Союза. Соколов-сын узнал об этом два года назад благодаря созданному Минобороны интернет-сайту «Подвиг народа». Оказалось, в 1945 году отца представили к этому званию, бумаги подписали все командиры и даже маршал Георгий Жуков. Но…
Чтобы понять, почему награда не нашла героя, Соколов-сын копался в архивах и писал письма. Но так и не разобрался. Скорее всего, думает он, произошла какая-то ошибка, досадная оплошность штабистов, когда бумага по какой-то технической причине не оказывается там, где должна. И то, что отец не получил заслуженной по праву награды, не дает сыну фронтовика покоя.
Шелестя бумагами в папках, Николай Соколов-младший рассказывает мне историю своего отца, семьи и поисков правды.
Дотянуть до своих
Николай Соколов-старший с детства грезил о небе. Он жил в Ашхабаде и, как только позволил возраст, записался в аэроклуб. В 1939-м парня призвали в армию. Как имеющего летные навыки, Николая направили в авиашколу, а потом в Краснодарское летное училище. Там отпускать перспективного летчика не захотели: после окончания училища в 1940-м Николай стал летчиком-инструктором.
«Его и на фронт поначалу не пускали, – говорит его сын, тоже Николай Соколов. – Думаю, поэтому отец и остался жив. Ведь в то время в войска приходило много только оперившихся, еще не научившихся как следует летать летчиков-лейтенантов, которые гибли в первых же боевых вылетах. А папа, будучи инструктором, налетал много. Но он постоянно подавал рапорты о переводе в боевую часть. И в марте 1943 года рапорт удовлетворили. Боевым крещением стала битва на Курской дуге».
Молодой офицер словно пытался наверстать упущенное. Первым делал шаг вперед, когда вызывали добровольцев. К концу лета в его послужном списке было уже 30 активных боевых вылетов. А к следующему марту – 50. «В результате бомбардировочно-штурмового удара было уничтожено четыре миномета, шесть орудий, четыре автомашины. Подожжено три дома и уничтожено до 40 гитлеровцев», – эта цитата из приказа о награждении Соколова орденом Красного Знамени описывает лишь один такой боевой рейд.
Судьба словно берегла Соколова. Его товарищи гибли, но сам Николай неизменно возвращался целым и невредимым. Хотя бои были адские. Однажды, возвращаясь с аэрофотосъемки немецких позиций, Николай столкнулся с тремя истребителями немцев. «Соколов принял воздушный бой, отбил три атаки и на подбитом самолете вернулся на свой аэродром», – эти строки еще из одного приказа о награждении не в полной мере отражают произошедшее. В том бою осколком убило боевого друга, стрелка Федора Головина. Другим осколком разбило приборную панель, сделав самолет почти неуправляемым. Сделанные снимки позиций командованию были необходимы как воздух, нужно было во что бы то ни стало вернуться. Соколов перевел Ил-2 в крутое пике, из которого сумел выйти буквально в 50 м от земли. На искореженной машине пилот смог дотянуть до своих.
Оруженосец в юбке
В ноябре 1944 года Соколов становится командиром эскадрильи. Тогда же встречает любовь всей жизни: Лида Горшунова пошла на фронт добровольцем, окончила курсы специалиста по вооружению и получила звание сержанта. Девушка отвечала за исправность оружия на штурмовике Соколова – чистила пулеметы и пушки, пополняла боезапас. От этой, казалось бы, рутины зависела жизнь, ведь если в воздушном бою заклинит пулемет… От девичьих рук оружейная сталь словно млела: все механизмы работали бесперебойно. Каждый раз с замиранием сердца девушка ждала возвращения своего капитана. А боевых вылетов у Соколова было еще много: в 1944 и 1945 годах Соколов вместе с эскадрильей бил немцев в Белоруссии, Польше, Германии, участвовал в Висло-Одерской операции и штурме Зееловских высот.
«Отец вспоминал, что, когда в Польше шли бои, линии фронта не было, войска располагались, как слоеный пирог, – рассказывает Николай Соколов-младший. – В наших войсках каждый день менялись системы условных сигналов, по которым летчики могли отличить своих. Однажды вместе с эскадрильей он совершал боевой рейд и заметил колонну. Из ее хвоста взмыли три ракеты, они соответствовали условному знаку. Но в тот день сигнал должен был подаваться только из головы колонны. Отец приказал остальным встать в круг, а сам развернулся и на бреющем полете в нескольких десятках метров от земли прошел над колонной снова.
Он сумел разглядеть форму на фашистах, а на одном танке под маскировкой увидел крест. И приказал атаковать. По рации ему возражали: это ведь наши, дескать. Но папа сказал, что берет ответственность на себя. Эскадрилья обрушилась на немцев и практически уничтожила колонну. А после возвращения папу тут же сдали и арестовали: думали, он разбомбил своих. Но в заключении он провел всего два дня, потом приехали польские офицеры, нашли отца и принялись благодарить. Оказывается, его эскадрилья уничтожила полк, который выдвигался в тыл и был серьезной угрозой. Папу даже на место свозили. Он говорил, что это был единственный раз, когда он мог с земли посмотреть на результат своих трудов. Горы трупов, искореженное железо… Польша за это наградила отца золотым крестом «За храбрость».
Вместе со своей эскадрильей Николай дошел до самого Берлина. За время войны на его счету 122 успешных боевых вылета, из них 100 – ведущим группы штурмовиков. Соколов был награжден двумя орденами боевого Красного Знамени, двумя орденами Красной Звезды, двумя орденами Александра Невского и еще двумя орденами Отечественной войны – I и II степени. Он уничтожил 12 самолетов, столько же танков, 68 вагонов и платформ с боевой техникой врага, пять складов с боеприпасами и один железнодорожный мост. Огнем его Ил-2 было разрушено 30 домов и 25 огневых точек, уничтожено до 300 гитлеровцев.
Все эти цифры есть в представлении Николая Соколова к званию Героя Советского Союза. На документе есть все необходимые для награждения визы – и командующего 16-й воздушной армией Сергея Руденко, и члена военного совета 1-го Белорусского фронта генерал-лейтенанта Телегина, и автограф маршала Георгия Жукова… Нет только сведений о присвоении звания Героя…
Письмо министру
«Для меня отец в любом случае герой, – говорит сын летчика. – С наградой, без нее – нет разницы. Но я бы хотел восстановить историческую справедливость и понять, что же произошло. От меня этого требует и семья, а она у нас большая. Внуки и дети, внуки и дети моей старшей сестры и другие родственники – все спрашивают: как же так, почему прадеду не дали Героя? Я знаю, что летчикам Ил-2 и за 80 боевых вылетов Героя давали, а у отца их было 122. Пусть Минобороны разберется».
Соколов-сын вспоминает, что отец несколько раз упоминал о представлении к званию Героя, рассказывал без сожаления: не дали, дескать, и ладно. Фронтовик так и не узнал причины, да и не пытался искать. Ведь не за награды воевал. А после войны Соколов-старший два года провел в Германии, потом жил в Самарканде, остался верен авиации, военной и гражданской, работал до самого смертного часа.
«Мы бы тоже, наверное, ничего бы не узнали, если бы не сайт «Подвиг народа»», – говорит Соколов-сын. – Накануне 70-летия Победы я решил посмотреть, что есть про моего отца. Несколько раз перечитывал представление: все правильно. Вот описание боевого пути, вот заключение: «Достоин высшей правительственной награды – присвоения звания Героя Советского Союза». Что могло помешать моему отцу получить это звание? Выше ведь только Верховный, то есть Сталин. Но никаких документов о том, что в присвоении звания отказано, или о замене награды. Я обратился с письмом к Сергею Шойгу. Но до министра обороны оно, конечно, не добралось. Из министерства письмо переслали в центральный архив в Подольске. И оттуда пришел ответ: да, представление имеется, но вместо звания Героя был вручен орден Александра Невского. Но это не так. На Александра Невского было отдельное представление, и мой отец его получил».
Сын Героя показывает мне документы. Представление датировано 14 июня 1945 года. Действительно, никто не возражал, летчик должен был стать Героем. Что же случилось? Может быть, кто-то потерял документ в победном наградном круговороте? Завалилась бумага за стол, затерялась в ворохе других? А когда нашлась, этот кто-то не захотел признаваться в оплошности? Но тогда восстановить справедливость – меньшее, что сейчас можно сделать для памяти ветерана.
«Мы не ждем никаких привилегий, – сказал мне на прощание Николай Соколов. – Нам просто обидно за отца. Он воевал, каждый день рисковал жизнью, каждым вылетом и выстрелом приближал Победу. Но, возможно, из-за какой-то канцелярской ошибки, из-за чьего-то недосмотра он не получил то, чего был по праву достоин. Если это так, надо обязательно исправить эту ошибку».

Владимир Демченко

Ковер-самолет — сказка или утраченная реальность?

Ковер-самолет в нашем понимании неразрывно связан со сказкой. А ведь появление этого чуда техники имеет свое объяснение. Шикарные изделия персидских мастеров на Востоке были основой домашнего убранства, сейчас мы можем оценить их искусство во всей красе прямо из дома на КовёрБазе. Бельгийские ковры – их европейские конкуренты – украшали дома богатейших жителей Европы. Каждый из них поражал внимание простого народа, наделявшего изделия волшебными свойствами.
Истоки летающего ковра
Такие «транспортные средства», как семимильные сапоги, летающая метла или ковер-самолет, встречаются в сказках многих народов. В них воплотилась мечта о быстром передвижения без усталости – они легко уносили своих хозяев на мили вперед вместе со спасенными принцессами и таинственными красавицами.
Летающий ковер, как таковой, берет начало в древних ведических трактатах, рассказывающих о возможности перемещения силой мысли. Именно из них он перекочевал в сказания «Тысячи и одной ночи», «Сказку о принце Хусейне» и легенду о царе Соломоне. В каждом случае его обладатели были богаты, наделены ценными душевными качествами и знаниями о тайнах природы. А удивительное транспортное средство было незаменимой частью их роскошной жизни и бескрайних возможностей.
Современные сказки
В XIX столетии ковер-самолет пришел в культуру западных государств и России. К нему обращались известные художники и писатели – Н.Рерих, В.Васнецов, А.Беляев и другие. В XX веке летательный аппарат перекочевал в кинематограф – советские дети могли увидеть его в киносказке о старике Хоттабыче, студия Уолта Диснея издала своего «Аладдина», в США вышел фильм «Птица феникс и ковер-самолет».
Фантасты нового века также не обошли стороной предмет волшебного мира, способный «притвориться» обычной деталью интерьера. Так, Джоан Роулинг в полюбившейся современным подросткам сказке о «мальчике, который выжил», рассказывает о нем как об историческом средстве передвижения.
Настоящее ковра-самолета
Большая поверхность и уникальные подъемные способности позволяли ковру поднимать сразу нескольких героев. Идея летающего аппарата с такими свойствами была перенесена сначала на дельтаплан, а затем на первый самолет, созданный братьями Райт.
Сейчас уже давно утрачены ценнейшие знания древних мудрецов и волшебников. Но ковер по-прежнему остается оригинальным украшением дома, способным творить чудеса — согреть в зимнюю стужу и подарить долгожданный отдых, принести атмосферу праздника, дать нужный психологический настрой.

http://earth-chronicles.ru/

Алмазные космонавты

Рассекречены поразительные данные «звездных войн» СССР и США

Благодаря космическому проекту, не имевшему аналогов, СССР сумел предотвратить третью мировую войну. Дав 900 выстрелов из орбитальной пушки на высоте более 300 км, советская космическая флотилия надолго лишила Запад желания вести агрессивную политику в отношении нашей страны и других стран соцлагеря. В связи с 50-летием начала работ по военной космической программе «Алмаз» Военно-промышленная корпорация «НПО машиностроения» рассекретила факты, связанные с ее реализацией в начале 70-х годов.
Корреспондент «МК» познакомился с самыми яркими эпизодами «звездных войн», начиная от боевых пилотируемых ракетопланов до спецстанции, оборудованной артиллерийским орудием.
Увы, человечество пока не придумало себе другой мотивации, которая бы так активно двигала технический прогресс, как военное противостояние. Сильнее всего оно осуществлялось между двумя ведущими державами — СССР и США — в начале 60-х. Мир оказался на грани войны: в умах военачальников начинали рождаться идеи, связанные с активным использованием орбиты для всевозможных поражений противника и военной разведки.
В Штатах с этой целью разрабатывали проект MOL (Manned Orbiting Laboratory — «Пилотируемая орбитальная лаборатория»), у нас появился «Алмаз». Проект был сразу очень серьезно засекречен, для него создали специальный космический отряд, обученный приемам военной-разведывательной деятельности в непростых условиях невесомости: Валерий Макрушин, Дмитрий Ююков, Валерий Романов, Владимир Геворкян, Алексей Гречаник. Эти талантливые инженеры с нечеловеческой выдержкой и отменным здоровьем были отобраны в подмосковном Реутове в «НПО машиностроения». В полеты их должны были ставить в паре с военными летчиками.
Но так получилось, что реально удалось слетать только ранее подготовленным военным летчикам-космонавтам. Вот прославленные космонавты-алмазники, как их называют в отрасли: Павел Попович и Юрий Артюхин (позывной «Беркуты», старт 3 июля 1974 года), Геннадий Сарафанов и Лев Дёмин («Дунаи», 26 августа 1974 года), Борис Волынов и Виталий Жолобов («Байкалы», 6 июля 1976 года), Вячеслав Зудов и Валерий Рождественский («Родоны», 14 октября 1976 года), Виктор Горбатко и Юрий Глазков («Тереки», 7 февраля 1977 года).
«Звездные войны» списали с советской программы?
Сейчас многих из них уже нет в живых. Но мне удалось отыскать людей, которые были вплотную связаны с «Алмазом». К ним, безусловно, относится Владимир Абрамович Поляченко, который был в то время главным ведущим конструктором программы в ЦКБМ (прежнее название «НПО машиностроения»).
— Расскажите, что было до создания пилотируемых станций военного назначения?
— Работа велась в двух направлениях, — на уничтожение вражеских спутников-шпионов, и на добычу секретных данных противника. Было у нас несколько нереализованных проектов, легких пилотируемых космических кораблей — ракетопланов. Они не пошли в разработку, поскольку наши предложения по ним опережали в те годы возможности техники. Например, ракетопланы у нас были многоразовыми, а теплозащиты для них еще не придумали.
Вскоре из ракетоплана родился беспилотный маневрирующий истребитель спутников (ИС). Он был выведен на орбиту в 1963-м году, мог разгоняться в космосе, менять высоту. А, нацелившись на спутник-шпион, взрывал свои боевые части так, что пучок осколков уверенно поражал неприятеля. ИСы стояли у нас на боевом дежурстве, но после соглашения с американцами при Андропове эти работы были свернуты.
Что касается разведки, то и до станций у нас велась работа в этом направлении, но с использованием автоматических спутников. Как найти корабль или группу кораблей потенциального противника в мировом океане? Самолеты туда не долетали. И Владимир Николаевич Челомей — наш генеральный конструктор — предложил проводить разведку с помощью космических аппаратов.
Первым из них стал УС (управляемый спутник) с радиолокатором и большой антенной. С помощью группы таких УСов можно было «обшаривать» океан два раза в сутки с высоты 200 километров. Мы стали определять не только координаты, но и состав, и направление движения натовских кораблей. В нашей стране запускались и спутники-фоторазведчики. Но вот проблема — процент удачных кадров с них был невелик. Аппараты ведь фотографировали все подряд, невзирая на облачность, а потому половина снимков была испорчена. В итоге ставка была сделана на людей, которые бы вели съемку осознанно. Вот для них опять же Челомеем и был придуман проект первой в мире пилотируемой станции.
«Была предусмотрена настоящая пушка»
Комиссия по приемке эскизного проекта «Алмаза» была образована в 1967 году. На орбиту эта махина весом 18,6 тонн, длиной 13,6 метра и диаметром 4,15 м выводилась ракетой-носителем «Протон». Станция имела три отсека. В первом, носовым, располагалось жилое помещение и обзорные иллюминаторы.
Во втором экипаж из двух-трех человек должен был иметь возможность в течение двух месяцев (до этого максимальная продолжительность полетов составляла несколько суток) фотографировать интересующие военных наземные объекты и периодически отправлять отснятые пленки на Землю в специальной баллистической капсуле с радиомаяком. В третьем — стыковочный узел.
Доставка грузов и новых экипажей осуществлялась транспортным кораблём снабжения (ТКС), разработанным по той же программе «Алмаз». Он, кстати, превосходил нынешние корабли «Союз» и грузовики «Прогрессы» тем, что доставлял на станцию в 5 раз больше грузов, а его возвращаемый аппарат уже в те годы был многоразовым: один из них использовался трижды! А еще на «Алмазе» была предусмотрена самая настоящая пушка.
— Ее доработали для космоса из авиационного 23-миллиметрового орудия Нудельмана, — поясняет Поляченко.
— А от кого собирались обороняться?
— В частности, американцы не скрывали тогда габариты грузовых отсеков своих шаттлов, близких к габаритам и массе наших «Алмазов». Во избежание похищения наших кораблей с орбиты, мы и установили надежную защиту.
Как «Алмаз» заставили стать «Салютом»
Первый запуск советской станции состоялся 19 апреля 1971 года, на два года раньше американского подобного проекта Sky Lab (MOL к тому времени была свернута).
Приближалось время открытия XXIV съезда КПСС, и в Политбюро захотели блеснуть перед заокеанскими идеологическими противниками супер-достижением. Но как блистать военной секретной техникой? «А давайте сделаем ее гражданской!» — решили партийные боссы. Такой каприз вылился для конструкторов в Подлипках и в Филях в бессонные ночи за переделкой документации и конструкции ОКБ-52 для эксклюзивного, «подарочного» образца без пушки и шпионского оборудования, а станция в итоге стала называться «Салютом-1». Она пролетала вокруг Земли 175 суток, после чего была затоплена в Тихом океане. На станцию слетали два экипажа: в апреле 1971 года Шаталов, Елисеев и Рукавишников, в июне — Добровольский, Волков и Пацаев (последний экипаж погиб при посадке).
«Капсулу с пленкой сбрасывали в заданный район»
По-настоящему секретная, военная станция «Алмаз-1» (официально названная для прикрытия «Салют-2») стартовала в космос 3 апреля 1973 года. Однако на 13-е сутки произошла разгерметизация ее отсеков, и 28 мая, так и не приняв ни разу у себя на борту космонавтов, новенький космический бастион пал в океан около Австралии.
Получается, по сути дела повезло только «Салюту-3» (он же «Алмаз-2»). В июле 1974 года к станции благополучно стартовали Юрий Артюхин и Павел Попович.
— У тех парней была особая специализация, — вспоминает Владимир Поляченко. — Они должны были уметь определять, ракетная база под ними или ферма, учиться определять наземные объекты и самостоятельно принимать решение о том, интересны они или нет военному руководству. Их учили обращаться со сложнейшей аппаратурой, передавать пленку. Это сейчас можно вести электронно-оптическую съемку и по спутниковой связи передавать ее на Землю, но тогда этого не было.
На станции была капсула, космонавты клали в нее пленку, и та летела вниз в заданный район (в случае попадания капсулы не туда был предусмотрен вариант ее подрыва со всеми секретными данными).
Когда первая пленка с изображением реальных военных баз американцев легла на стол начальникам ГРУ Генштаба, те поразились четкости этих снимков. Ведь разрешение их было чуть больше 1 метра, почти такое же, что получают с автоматических спутников дистанционного зондирования Земли современные ученые. Ширина пленки достигала 40 сантиметров. Номера на автомашине не разглядеть, а вот марку определить — легко.
Обычно между процессом съемки и попаданием в разведотдел могло пройти недели две, базы ведь не перемещаются каждый день, а потому и не спешили. Но были ситуации, когда передавать информацию надо было немедленно, и для этого существовал еще один канал — для пленки шириной 50 см. Она проявлялась прямо на борту и сразу помещалась под телекамеру. ТВ-изображение тут же передавалось на Землю. Было оно чуть хуже, чем на обычной пленке, но оперативность была очень высокой.
Был на борту отсек с пультом управления и оптическим визиром, позволяющим останавливать «бег» земной поверхности и наблюдать отдельные детали, — вспоминает другой ветеран космонавтики, начальник научно-исследовательского центра «НПО машиностроения» Леонард Смиричевский. — Это был самый интересный для экипажа прибор. Его оригинальная конструкция позволяла видеть участки Земли как бы в остановленном положении с увеличением до 120 раз. «Остановка бега Земли» осуществлялась кнопкой «синхронизация». За 50 предоставленных этим прибором секунд космонавт мог посчитать до 100-120 самолетов на военном аэродроме.
«Побыла бы ты, милая, на моем месте»
На «Алмазе» было очень шумно. Особенно в моменты, когда станция начинала поворачиваться. Гул стоял такой, что специалисты на Земле очень боялись за психику космонавтов. Кстати, их не оставляли одних никогда. Даже в периоды, когда станцию теряли из виду наблюдатели на территории СССР, их вели специалисты с корабельных командно-измерительных пунктов, которые базировались у берегов Кубы. Один из кораблей назывался «Космонавт Юрий Гагарин», и управлял полетом с него Леонард Смиричевский.
— Каждый день их был напряженнейшим, отчего бывали даже и срывы, — вспоминает он. — «Эх, Юра, — говорил с орбиты инструктору Юрию Глазкову Павел Попович, не скрывая своей усталости от монотонного труда, — Нам бы только по паре вагончиков угля разгрузить бы». Да нам, если честно, самим этого хотелось, ведь мы вели станцию по 12 часов в сутки, сидя у пульта связи.
Случалось, что обстановку разряжали курьезы. Со станцией были закрытые (секретные) и открытые каналы радиосвязи. По открытым сотрудники ЦУПа (естественно, только они) космонавтам непрерывно переправляли музыку, радиопередачи, они спокойно могли заказать разговор с родными, и мы их соединяли. Но однажды на станцию позвонили… по обычному межгороду. Трубку на орбите взял Попович.
— Алло. Кто это? — говорила с Земли незнакомая женщина.
— Попович!
— Кто, кто?
— Попович Павел Романович.
— Что вы хулиганите? Кто вы?
— Командир орбитальной станции «Салют-3», летчик космонавт СССР Попович Павел Романович.
— А почему у вас голос дрожит? Что вы хулиганите! Кто это?
— Побыла бы ты милая, на моем месте, послушал бы я твой голос.
Последовало гробовое молчание… Каким образом эта женщина вышла с обычного телефона на борт станции и что с ей стало после такого диалога, — остается загадкой и по сей день.
Из пушки по невидимым воробьям
Но вот еще один вопрос — стреляла ли пушка, установленная на «Алмазе»? По словам Поляченко, это произошло после того, как космонавты покинули станцию и благополучно приземлились.
— Я присутствовал на земных испытания этой пушки, — говорит Владимир Абрамович, — мы были в бункере, но уши закладывало хорошо. Мы опасались, что стрельба из пушки в присутствии космонавтов могла испортить их психику. Поэтому устроили ее после их посадки космонавтов, при управлении станцией в автоматическом режиме 24 января 1975 года.
Сейчас, при огромном скоплении спутников и космического мусора на орбите, это было бы почти невозможно. Пушка стреляла на большое расстояние, производя 950 выстрелов в минуту. 200-граммовые снаряды летели со скоростью 690 м/с. Выпущенные против вектора орбитальной скорости станции, то есть назад, они вошли в атмосферу и сгорели раньше станции.
По утверждению разработчиков, в наземных испытаниях на дальности более километра залп из пушки перерезал пополам металлическую бочку из-под бензина. Представьте, во что превратился бы вражеский спутник-шпион! Кстати, пушку можно было наводить в любую точку пространства через прицел. Станция при этом тоже поворачивалась бы вручную или дистанционно с Земли. Стрельбой из пушки управлял программно-контрольный аппарат, который за 5 секунд вычислял направление и мощность залпа, требуемого для разрушения цели.
Записанные во время стрельбы специальными приборами вибрация и шумы оказались в пределах нормы, станция не разрушилась, но отдачу от выстрела, будь там в этот момент Артюхин с Поповичем, они бы почувствовали, даже несмотря на работающие в этот момент стабилизационные двигатели.
Позже, по словам Поляченко, в НПО придумали снаряды системы «космос-космос» со своими двигателями и системами наведения, которые уже не давали такой отдачи и шума. Они были изготовлены и должны были устанавливаться на следующих станциях «Алмаз».
«Алмаз» — кладезь технических решений
— Летающая сегодня станция МКС — это наследие нашего «Алмаза», — говорит Поляченко. — Корпус нашей орбитальной станции НПО «Энергия» (РКК «Энергия»- Н.В.) позаимствовала для создания служебного модуля МКС «Звезда», модуль «Заря», с которого началось строительство МКС, — это наш транспортный корабль.
Рассекреченные еще несколько лет назад документы по теплозащите возвращаемого аппарата ТКС специалисты уже передали российским создателям нового пилотируемого корабля «Федерация», который также хотят сделать многоразовым, как и ТКС, а также в США и Великобританию. Идея будет применена американцами в перспективном корабле «Орион», который уже проходит летные испытания.
Но много осталось еще технических решений «Алмаза», которые, по словам моего собеседника, даже спустя 45 лет, остаются актуальными, но не востребованными, взять хотя бы эргономику, которая была более совершенной именно на военной станции.
«Кондор» продолжает дело «Алмаза»
Всего в рамках программы «Алмаз» на орбиту было запущено пять станций: пилотируемые «Салют-2», «Салют-3», «Салют-5», а также их автоматические модификации «Космос-1870» и «Алмаз-1». Предполагалось вывести еще и автоматический «Алмаз-2», но случился распад Советского Союза и ввиду тяжелого состояния экономики работы были остановлены.
Сегодня им на смену сотрудники «НПО машиностроения» разработали спутник дистанционного зондирования Земли «Кондор». Первый аппарат этой серии был запущен на орбиту в 2013 году. Он снабжен системой радиолокационной съемки поверхности Земли, то есть для него не существует преград ни ночью, ни при густой облачности.
Чтобы увековечить память о группе алмазных космонавтов, ряд предприятий космической отрасли, общественные организации и Союз журналистов России готовят обращение к губернатору Московской области Андрею Воробьеву с предложением назвать ряд общеобразовательных школ в Реутове и других подмосковных городах именами этих героев.

https://news.rambler.ru/

Ученые выяснили, что ели отступавшие из Москвы солдаты Наполеона

Ученые выяснили, чем питались солдаты армии Наполеона Бонапарта. В основном они употребляли в пищу кукурузу, сорго и другие аналогичные злаки. Об этом сообщается в исследовании, которое опубликовано на сайте Physical Anthropology.
Ученые провели изотопный анализ останков военнослужащих из братской могилы в Вильнюсе. Эксперты изучили изотопы углерода и азота, в результате чего выяснили, что часть захороненных употребляла достаточно большое количество различного животного белка. Это указывает на то, что они могли быть высокопоставленными офицерами или членами их семей.
Большая же часть солдат, согласно результатам ученых, питалась злаками, например, кукурузой и сорго, что характерно для поляков и итальянцев. Версию о происхождении военнослужащих также подтвердили пуговицы с польских и итальянских мундиров, которые были найдены в могиле.

https://news.rambler.ru/

Мифы и легенды о продаже Аляски

Редкая история о продаже Аляски в 1867 году обходится без упоминания о широкой критике американских властей со стороны населения. Однако негативное отношение общественности к покупке территории — очередной миф, заявляет профессор исторических наук, эксперт в области истории Аляски Стивен Хэйкокс.
О продаже русских владений на Аляске американцам в 1867 году бытует много легенд. Например, вопреки всяческим возражениям историков, до сих пор существует мнение, что Аляску Россия не продала, а отдала Соединенным Штатам в аренду на 99 лет, а Брежнев просто якобы не стал забирать территорию назад. Некоторые убеждены, что денежные средства, вырученные с продажи Аляски, которые в виде золотых слитков доставляли в Россию, затонули во время кораблекрушения в Финском заливе, – несмотря на то, что в казначейских документах тех лет есть явная пометка, свидетельствующая о получении полной суммы. Но, пожалуй, одним из самых распространенных и глубоко укрепившихся в общественном сознании мифов является представление о том, что сделка вызывала широкое недовольство со стороны американской общественности.
«К сожалению, многие нюансы теряются, когда ради удобства мы прибегаем к упрощенным трактовкам сложных исторических процессов, — сказал РИА Новости профессор Хэйкокс. — Приобретение Аляски является ярким тому примером».
Поскольку переговоры с Россией о передаче территории вел госсекретарь Уильям Сьюард, новое приобретение в американских газетах тех лет называли «глупостью Сьюарда», «сундуком со льдом», «зоопарком полярных медведей», «Моржероссией» и вообще всяческим образом яро критиковали правительство, в частности президента Эндрю Джонсона, за разбазаривание государственной казны.
В действительности же покупка северной территории размером более полутора миллиона квадратных километров пользовалась большой популярностью — согласно историческим источникам, 44 из 48 крупнейших американских газет в то время писали либо положительные отзывы о факте передачи, либо воздерживались от комментариев вовсе. В Сенате за приобретение Аляски отдали 37 голосов против всего лишь двух.
Заключение договора, согласованного Сьюардом с русским посланником в дипломатической миссии Вашингтона Эдуардом Стеклем, состоялось 30 марта 1867 года, одобрено Сенатом США в апреле, подписано императором Александром II в мае; обмен подписанных копий соглашения произошел в июне, а формальная передача земли в американское владение состоялось в октябре в городе Ситка (бывшая столица Русской Америки, ранее называвшаяся Ново-Архангельск). Выплата суммы в 7,2 миллиона долларов состоялась лишь в следующем году.
Откуда же взялось столь широко распространенное убеждение о резко негативном отношении американской общественности к сделке? По словам Хэйкокса, причиной тому является исторический контекст тех лет.
Пока Сьюард вел переговоры со Стеклем о приобретении Аляски, конгресс США вел активную войну портив президента Эндрю Джонсона, в частности, расходясь с ним в вопросах о восстановлении американских территорий после едва окончившейся гражданской войны. Сьюард, как главный советник президента, не пользовался большой популярностью среди американских политических деятелей, заявляет Хэйкокс. Особенно в колкостях усердствовала американская газета «Нью-Йорк Трибьюн», редактор которой Хорейс Грили был ярым противником администрации президента Джонсона. Именно в «Нью-Йорк Трибьюн» появилась знаменитая карикатура Томаса Наста, высмеивающая факт сделки. По словам Хэйкокса, карикатура не отражала широкого общественного мнения, но прочно укрепилась в истории из-за наглядности.
«Однако существует и более явная причина укрепления мифа о непопулярности сделки, — говорит профессор Хэйкокс. — Ведь это в очередной раз подтверждает широко распространенное представление о том, что Аляска всегда оставалась непонятой, подвергалась жестокому обращению со стороны правительства, которое испокон веков проводило здесь неуместную политику, идущую в разрез с желаниями местного населения, и вредило их стремлению быть самостоятельными и продуктивными».
Многие жители Аляски по сей день убеждены, что политика правительства не соответствует интересам местного населения. На последних президентских выборах 2016 года Аляска, исторически, впрочем, поддерживающая республиканцев, проголосовала за кандидатуру Дональда Трампа, который на протяжении всей кампании обещал радикальным образом преобразовать госаппарат, реформировать систему госуправления и «осушить вашингтонское болото».
«Для штата, который получает больше денег из федеральной казны на душу населения, чем практически все другие штаты, и население которого, как коренное, так и приезжие, правительство последовательным образом поддерживает с момента приобретения территории и до сих пор, это довольно странная жалоба со сложной историей,» скептически заявляет Хэйкокс.
Как бы то ни было, факт остается фактом: приобретение Аляски Соединенными Штатами в 1867 году не вызывало столь негативного резонанса среди населения, как принято считать.
Мудрый ход или продажа за бесценок?
В России к сделке тоже относятся весьма неоднозначно: до сих пор ведутся споры о целесообразности поступка со стороны Российской Империи, действия Александра II осуждают за недальновидность – мол, продал американцам «за бесценок» золотой клад на сотни миллионов долларов.
Однако, как показывает история, у императора были резонные основания пойти на этот шаг. Согласно данным исследователей, во второй половине XIX века добыча пушнины, являвшаяся основным видом экономической деятельности на Аляске, существенно сокращается, на территорию приезжает все меньше экспедиций. Набеги враждебно настроенных колошей (тлинкитов, местные обитатели), отчаянно сопротивлявшихся колонизации, стоили российской компании не один десяток людей и временную потерю столицы в 1805 году. В условиях едва закончившейся Крымской кампании, обернувшейся для Российской Империи потерей Черноморского флота, ресурсов на освоение далекой северной территории практически не было.
Были у Александра и основания опасаться угрозы захвата Аляски со стороны Британии – главного на то время соперника на геополитической арене. Русских на территории много не было никогда, и при нападении англичан удержать владение Аляской России бы не удалось.
Доктор исторических наук и член исторического общества Аляски Анна Мэрибэль Ли занимается изучением вопроса продажи территории последние двадцать лет. По словам Ли, первая мысль о продаже Аляски появилась еще в 1854 году и исходила от американского правительства, заинтересованного в предотвращении британской оккупации.
«Тогда, впрочем, речь не шла о настоящей сделке, — сказала РИА Новости эксперт. — Штаты предложили императору Александру заключить фиктивный договор на три года, по которому владение территорий переходило во временное пользование американцами для защиты от англичан. Отсюда, полагаю, и берет начало миф о том, что Россия Аляску не продавала, а лишь сдавала в аренду».
Договор в силу не вступил, потому что России удалось договориться с британской компанией Залива Гудзона. Следующее упоминание о сделке датируется 1857-м годом: инициативу историки приписывают младшему брату Александра Константину Николаевичу, упомянувшему о возможности министру иностранных дел Горчакову. Однако вскоре начавшаяся в Америке гражданская война задержала реальные переговоры еще на десять лет.
«Судьба России на Аляске решилась в конце 1866 года, когда на заседании под предводительством Александра II единогласным решением было принято продать территорию Штатам, — говорит Ли. — При этом минимальную сумму за полтора миллиона квадратных километров северной территории оценивали в пять миллионов долларов – цена значительная». Ли утверждает, что хоть идея и в этот раз принадлежала младшему брату Александра, за продажу проголосовали единодушно – и Горчаков, и сам император.
30 марта 1867 года Стекль заключил договор со Сьюардом о продаже Аляски за 7,2 миллиона долларов. Через месяц Сенат одобрил сделку, а 18 октября в Ново-Архангельске, переименованном в Ситку, прошла формальная передача территории Америке и церемонный спуск российского флага. Последние русские из Ново-Архангельска уехали в следующем году, а 18 октября с тех пор считается Днем Аляски – федеральным праздником.
«Конечно, вследствие последующей золотой лихорадки у русских появилось много претензий к действиям правительства, — говорит Ли. — Но если смотреть на ситуацию с перспективы того времени, у Российской Империи были все основания продать территорию – и дело здесь, в первую очередь, было не в финансовой нужде, как некоторые полагают, а в мудром расчете в свете геополитического положения на тот момент».
Сегодня, спустя 150 лет, вокруг истории о продаже Аляски до сих пор существует немалое число слухов, легенд и противоречивых данных. Пожалуй, это говорит о существенной значимости события в культурном наследии общества, «фольклор ведь не возникает просто так», заключает Ли. Тем ценнее годовщины и памятные даты: они дают редкую возможность для более глубокой оценки исторических событий и фигур, которые породили тот мир, в котором мы живем сегодня.

АНКОРИДЖ (Аляска), 30 мар – РИА Новости, Татьяна Лукьянова.
https://ria.ru/world/

Кровавая Хатынь: зачем пытались скрыть участие украинских националистов в расправе

Здесь каждые 30 секунд звучит колокольный звон изо всех бывших 26 домов, которые 22 марта 1943 года были сожжены фашистами и украинскими националистами. Людей, мирных людей, 149 человек, включая женщин, детей и стариков, согнали в сарай и подожгли, тех, кто сумел вырваться из пламени, расстреливали в упор из пулеметов.

Еще 186 деревень было сожжено вместе с жителями в Белоруссии, где за время Великой Отечественной погиб каждый четвертый житель. Но именно Хатынь стала немым упреком тем, кто и сегодня готов направить огнеметы против мирных жителей.

Слова из песни: «С нами малые дети Хатыни» –сегодня уже затерлись в череде проблем, конфликтов, экономического выживания. Спроси первоклассника или даже первокурсника про Хатынь – пожмет плечами, в лучшем случае вспомнит созвучное название «Катынь», да и то лишь в связи с тем, что по дороге туда под Смоленском разбился самолет с польским президентом на борту. Память, увы, недолговечна, особенно если ее не хранить…
В далекие уже времена довелось ехать на автобусе из Витебска в Минск. Практически на подъезде к белорусской столице водитель автобуса спросил пассажиров: «В Хатынь заедем?». И хотя это был небольшой крюк и потеря времени, все загалдели: «Едем!» Про трагедию этой белорусской деревни тогда знали все.

Самой деревни уже не было – только стилизованные фундаменты домов, да печные трубы, на каждом из них висел небольшой колокол, да тот самый сарай, уже возведенный из бетона, в котором сгорели ни в чем неповинные люди. И колокольный звон, каждые полминуты, от которого шли мурашки по коже – как напоминание о страшной трагедии и в этой затерянной в глухих лесах белорусской деревушке, и в тысячах селениий на Украине, в России, которых ждала такая же участь.
Экскурсоводы рассказывали историю Хатыни: деревню сожгли фашисты, заподозрившие местных жителей в пособничестве партизанам, которые убили несколько немецких военных. Но эти воспоминания были лишь отчасти верными: немцев тогда убили, но вот расправу над мирными жителями учинили украинские националисты, поступившие на службу к фашистам.

В те советские времена этот факт предпочитали замалчивать. Как и воспоминания единственного выжившего в той бойне сельского кузнеца Иосифа Каминского, памятник которому с погибшим сыном на руках находится в центре мемориального комплекса. Кузнец-то хорошо помнил, кто жег и расстреливал людей – говорили они на очень схожем с белорусским языке.
«Современная история Хатыни началась с Указа Президиума Верховного Совета СССР от 26 апреля 1965 года, – рассказывает историк Александр Зимовский. –День Победы был объявлен нерабочим днем, параллельно развернулась масштабная работа по увековечению памяти подвига советского народа в Великой Отечественной войне.

Тогда и в Белорусской ССР был разработан грандиозный план монументальной пропаганды. Судите сами. 1969 год – открытие Кургана Славы под Минском. 1971 год – открытие мемориального комплекса «Брестская крепость-герой». В 1969 году был открыт и мемориальный комплекс «Хатынь». Долгое время Хатынь была местом поклонения, памяти и скорби. Комплекс посещали в разное время известные мировые лидеры, включая такие несхожие фигуры, как Фидель Кастро и Ричард Никсон. «Немцы сожгли Хатынь» – это был общеизвестный факт.
И вот уже в конце перестройки в газете «Социалистическая индустрия», точнее в «Рабочей трибуне», как она тогда уже назвалась после модной волны переименований, вышла публикация «Неизвестная Хатынь». Написал ее Василий Рощин, мой коллега и добрый знакомый, очень талантливый белорусский журналист, к сожалению, рано ушедший из жизни. В ней впервые и вышел этот материал, где документально подтверждалось, что Хатынь уничтожили украинские каратели из 118-го батальона вспомогательной охранной полиции. Костяк этого батальона составляли оуновские боевики из так называемого «Буковинского куреня».

Видимо, следует добавить, что количество собственно немецких сотрудников СС и полиции, которые с 1941 по 1944 год размещались на территории БССР и обеспечивали оккупационный режим, не превышало 3000 человек. Остальную работу по осуществлению террора над белорусским населением, обеспечение реквизиций и борьбу с партизанами поручали формированиям из числа местных жителей – полицаям, как их заклеймила народная молва. Германские архивные документы оценивают численность белорусских полицаев в десять тысяч человек. В случае необходимости привлекались полицейские части с других оккупированных территорий – с Украины, из Прибалтики, из Польши.

Кроме того, до весны 1944 года Восточная Белоруссия входила в тыловой район группы армий «Центр», а там охрану несли специальные части вермахта, военно-полевой полиции и жандармерии, и они же вели антипартизанскую борьбу. Поэтому можно говорить, что Хатынь была уничтожена именно на территории, рассматриваемой Гитлером и руководителями восточных округов и рейхскомиссариатов как завоеванное жизненное пространство, которое должно в скором будущем быть очищено для раздачи земли немецким колонистам и военным поселенцам.

Последовавшие после войны суды над военными преступниками не делали никаких различий между идейными германскими нацистами и белорусскими полицаями и бандеровцами, убивавшими невинных людей по шкурным мотивам –за усиленную пайку и стакан самогона». Стали известны и конкретные имена убийц: начальник штаба того самого «украинского» 118-го полицейского спецбатальона Григорий Васюра, полицай Василий Мелешко, расстреливавший людей из пулемета Владимир Катрюк. Их уже нет в живых, хотя и погибли они не на поле брани – предатели обычно очень живучи. Но в новой украинской доктрине героизации бойцов УПА они весьма почитаемы.
Украинский школьник теперь не вспомнит, кто такой легендарный партизанский командир Сидор Артемьевич Ковпак, дважды Герой Советского Союза, но вот про награжденного железным германским крестом Васюру он должен рассказать во всех подробностях. Разве что толерантно заменить слова о сожженных им мирных жителей на фразу о борьбе с сепаратистами. Ну, это практически те же, кого убивают сейчас националисты в Донбассе.

«С тех пор было открыто много архивных документов, подлинная история уничтожения Хатыни теперь не является тайной, хотя и продолжает оставаться объектом идеологической борьбы, – продолжает Александр Зимовский. – Массив документов по Хатыни сравнительно доступен для каждого, кто интересуется историей Великой Отечественной войны и историей Беларуси, поэтому я не буду останавливаться на общеизвестных фактах.
На Украине материалы по Хатыни частично уничтожены уже после 1991 года. Некоторые оставшиеся документы были переданы из СБУ в украинский Институт национальной памяти и там бесследно пропали. Как и в случае с Волынской резней, украинские историки и политики не признают участия бандеровцев в массовых убийствах на территории Беларуси. Тут следует отметить, что и в самой Беларуси не делают акцент на украинском следе в трагедии Хатыни. «Огненная деревня», как ее называют в Беларуси, остается общенациональным символом тех жертв, которые принесла БССР на алтарь Великой Победы советского народа».

Сейчас в Хатыни немного туристов. Практически не стало и организованных экскурсий. Сюда уже давно не ездят из соседней Прибалтики и Украины, крайне редко из Москвы, Смоленска, да и автобусов с минскими номерами не так уж и много. Но колокола по-прежнему звучат, практически с точностью метронома –напоминают о тех страшных событиях, которые никогда не должны повториться.

Автор: Виктор Сокирко
http://tvzvezda.ru/

Как майор Вертиевец напугал Голду Меир

Эпоха противостояния капиталистического и коммунистического миров получила название «холодная война». Ее сражения разыгрывались не в границах основных ее участников – США и СССР, а в странах или даже регионах, весьма отдаленных как от Москвы, так и от Вашингтона. Разумеется, далеко не все известно нам о сражениях холодной войны. О многом мы доподлинно не узнаем никогда. Вместе с тем мировая общественность была достаточно осведомлена о ходе одной такой баталии, получившей название «Карибский кризис». Тогда, в октябре 1962 года, человечество находилось в шаге от края ядерной пропасти. Однако о том, как развивался еще один кризис, также грозивший вселенской катастрофой, нам стало известно лишь 35 лет спустя.
ИЗРАИЛЬ МЕЖДУ ПОБЕДОЙ И ПОРАЖЕНИЕМ
Вслед за оглушительной победой над Египтом в шестидневной войне 1967 года Израиль был охвачен эпидемией тотальной эйфории. Триумф гипнотически подействовал и на высшее руководство страны, которое пришло к выводу, что арабы утратили наступательный потенциал и в обозримом будущем не способны восстановить свои вооруженные силы. Головокружение от военных успехов сменилось самоуспокоением, и спецслужбы страны сосредоточили свои усилия на борьбе с «арабским терроризмом», перестав уделять должное внимание анализу информации, поступавшей из источников в соседних арабских странах. Более того, нередко сообщения агентов о форсированном восстановлении Египтом своих вооруженных сил признавались ошибочными или даже пораженческими. Израильский премьер-министр Голда Меир благодаря покровительству «старшего брата» – Соединенных Штатов – была убеждена в неуязвимости своей страны и пренебрегла предостережением Никколо Макиавелли, мэтра тайной дипломатии средневековой Европы: «Политики побежденной страны имеют много общего с малыми детьми: поднятый ими шум свидетельствует о том, что в детской все в порядке, их молчание внушает подозрение…»
И действительно, правительство Насера, а затем Садата, несмотря на потерю Синайского полуострова и утрату контроля над Суэцким каналом, не использовало даже трибуну Генеральной Ассамблеи ООН для отстаивания своих прав. А находившиеся в Каире советские советники по вопросам разведки разработали план по дезинформации израильтян, и начиная с 1970 года египтяне стали методично его реализовывать. Изо дня в день они снабжали западноевропейских журналистов, посещавших Каир, ложными сведениями о положении дел в войсках, всячески подчеркивая неспособность арабов овладеть и управлять советской военной техникой.
Цель перечисленных мероприятий состояла в том, чтобы сформировать у руководства Израиля превратное представление о собственной безопасности и убедить его в том, что арабы смирились с поражением и будут поступать в соответствии с заповедью Пророка Мохаммеда: «Сидя на крыльце своего дома, ожидай, когда воды арыка пронесут мимо труп твоего врага».
Эту тактику Египет применял в течение шести лет, и, как выяснилось в 1973 году, она себя оправдала, а с помощью СССР была воссоздана армия, оснащенная самыми современными наступательными видами вооружений. Более того, к воинским частям были прикомандированы многочисленные советские военные инструкторы, как правило, офицеры, имевшие опыт ведения боевых действий во Вьетнаме. Последние должны были не только натаскивать личный состав арабских воинских формирований, но и, согласно секретным советско-египетским договоренностям, принимать непосредственное участие в предстоящих боевых операциях.
В сентябре 1973 года глава израильской военной разведки Элиа Зеира проигнорировал агентурные сведения о готовности египетской и сирийской армий взять реванш за поражение в шестидневной войне. Подобным образом поступил и директор ЦРУ Уильям Колби. Несмотря на то что спутники-шпионы зафиксировали передислокацию арабских войск к границам Израиля, он отверг возможность нападения, посчитав новую войну на Ближнем Востоке невозможной.
ВОЙНА СУДНОГО ДНЯ
Утром 5 октября 1973 года началась разработанная египетскими генералами совместно с Генеральным штабом ВС СССР операция под кодовым названием «Убур» (преодоление водной преграды). Египтяне форсировали Суэцкий канал, а сирийские войска атаковали военные порядки израильтян в районе Голанских высот. Обе армии должны были продвигаться далее в направлении Тель-Авива и, окружив его, замкнуть кольцо.
Не случайно была выбрана дата начала операции. На 5 октября приходился Йом-Киппур – еврейский праздник Судный День. В этот день все правоверные иудеи, отложив мирские заботы, должны взаимно каяться в грехах, совершенных в течение года.
Арабы нанесли весьма ощутимый урон израильским частям: убиты 3000 солдат и офицеров, уничтожены свыше 900 танков и около 200 самолетов. Для Израиля, с учетом его людских и материальных ресурсов, это были запредельные потери.
После трех дней кровопролитных боев перед сирийскими танками открылась прямая дорога на Иерусалим, и вечером 7 октября министр обороны Моше Даян в панике обратился к Голде Меир с предложением капитулировать. Однако премьер, о которой израильтяне говорили: «В правительстве есть только один мужчина, да и тот – женщина по имени Голда!» – не разделяла пораженческих настроений генерала.
Ранним утром 8 октября на экстренном заседании Кабинета министров она огласила свой окончательный вердикт: «Никакой капитуляции. Мы применим ядерное оружие и уничтожим Каир и Дамаск!» Действительно, в распоряжении Израиля были 18 атомных бомб. Министры поняли, что «железная леди» потеряла чувство реальности и никто не сможет ее переубедить. В зале повисла гробовая тишина. Голда Меир по-своему расценила молчание соратников. Не мешкая ни секунды, она отдала приказ Моше Даяну немедленно привести в боевую готовность весь ядерный арсенал.
В тот же день резидентуры КГБ и ГРУ (военная разведка) на Ближнем Востоке от своей агентуры влияния, инфильтрованной в высшие эшелоны власти Израиля, узнали о решении Голды Меир нанести атомный удар по Египту и Сирии.
10 октября Политбюро ЦК КПСС одобрило предложенный председателем КГБ СССР Юрием Андроповым «План мероприятий по принуждению Израиля отказаться от нанесения атомного удара».
11 октября советник-посланник советского посольства в Вашингтоне Георгий Корниенко вручил госсекретарю США Генри Киссинджеру обращение всемирно известных физиков-ядерщиков Юлия Харитона, Якова Зельдовича и Ильи Лившица к американскому президенту. Советские академики назвали решение израильского премьера самоубийством. Подчеркнули, что атомная бомбардировка Каира и Дамаска будет иметь катастрофические последствия не только для Ближнего Востока, но и для всей мировой цивилизации. Патриархи нашего ядерного оружия деликатно намекнули, что СССР, будучи связанным с Египтом и Сирией договорами о военном сотрудничестве, безучастным не останется и примет меры, адекватные атомной атаке Израиля. Вместе с тем отметили, что вся ответственность за последствия такого соразмерного ответа ляжет на израильское правительство.
12 октября, ввиду того, что администрация президента США под разными предлогами неоднократно переносила дату ответа, руководство СССР приняло решение прибегнуть к запасному варианту «Плана по принуждению».
ПОЛЕТ НАД ГНЕЗДОМ АГРЕССОРА
13 октября 1973 года заместитель командира полка истребительной авиации майор Вертиевец нес боевое дежурство на командном пункте военного аэродрома «Владимировка» в Волгоградской области. В 6 часов 15 минут нарочный из штаба Приволжского военного округа вручил майору пакет с пометкой «Секретно. Вскрыть немедленно!»
Через 15 минут Вертиевец в сопровождении нарочного и бригады техников вошел в ангар, где находились особоохраняемые новые боевые машины. Как только майор забрался в кабину, нарочный подал ему второй пакет с грифом высшей секретности «Особой важности. По прочтении уничтожить!»
В 8 часов 12 минут по малоазиатскому времени на экране локатора командного пункта противовоздушной обороны (КП ПВО) Тель-Авива появляется светящаяся точка. Автоматически включаются и надрывно воют сирены. Быстро перемещаясь из северо-восточного в юго-западный сектор, точка приближается к воздушным границам города, и дежурный офицер высылает на перехват нарушителя звено сверхзвуковых истребителей «Мираж».
Из динамика доносится голос командира звена, он приказывает нарушителю совершить посадку. В ответ тишина. Дважды требование звучит по-арабски. И вновь молчание. Командир переходит на английский. Никакого эффекта.
Дежурный офицер КП ПВО наблюдает, как на экране локатора три «Миража» двигаются параллельным с нарушителем курсом. Но почему они не поднимутся выше? Действительно, «Миражи» находятся несколькими «этажами» ниже траектории полета самолета-нарушителя, но почему? Почему, наконец, дистанция между тройкой и преследуемым увеличивается с каждой секундой? Не значит ли это, что летные характеристики у нарушителя значительно лучше, чем у «Миража»? «Черт! – вопит командир звена, – нам не достать его. Он на шесть тысяч футов выше… Да и движется он в два раза быстрее!»
Вслед за этим на экране появляются белые полосы: «Миражи» стреляют «Хоками» – ракетами класса «воздух–воздух». Но что это? Ракеты исчезают в голубой бездне небосклона, так и не поразив цель, а она с немыслимой скоростью удаляется на высоте 69 тыс. футов. Нет! Возвращается вновь! Делает один, два, три… шесть (!) кругов над городом – фантастика! И ведь не боится быть сбитым!
Дежурный офицер высылает на помощь «Миражам» звено «Фантомов». Задача одна: сбить нарушителя. Увы! Ни «Фантомы», ни их ракеты не могут добраться до… До чего? Как назвать нечто, движущееся с запредельной скоростью на невероятной высоте? Да и не самолет это вовсе. Это – БЛО – безмолвный летающий объект! Все это так, но откуда он взялся? У арабов до сих пор ничего подобного не было. Значит, он из России.
Министр обороны, прибывший к премьеру с докладом об инциденте в небе над Тель-Авивом, застал ее за чтением письма-обращения советских ядерщиков. Выслушав генерала, Голда Меир сразу поняла, что эти события – обращение и вторжение загадочного летательного аппарата – суть «акты одной пьесы», а режиссеры руководят действом из Москвы.
«Железная леди» была вынуждена «перестраиваться на марше». Она обратилась к Генри Киссинджеру и другим высокопоставленным американским чиновникам с просьбой о дополнительной военной помощи. В результате массированного давления сионистского лобби с Капитолийского холма на президента Никсона между США и Тель-Авивом немедленно был создан «воздушный мост», и израильтяне получили новейшие модели боевой техники, включая самолеты, танки и ракеты. Американские корпорации, принадлежавшие евреям, в течение недели вложили в экономику Израиля 2,5 млрд. долл. В то же время израильские дипломаты начали «работать» с иорданским королем Хусейном и с королем Марокко Хасаном II, чтобы с их помощью склонить руководителей Египта и Сирии к заключению перемирия.
Коль скоро фактическое поражение Израиля в войне Судного Дня стало очевидным, Киссинджер предпринял титанические усилия, чтобы спасти его хотя бы от унизительной капитуляции. Он выступил посредником в урегулировании конфликта, добиваясь отвода египетских и сирийских войск и создания буферной зоны с Израилем. Однако эта его инициатива не нашла поддержки у постоянных членов Совета Безопасности ООН. По настоянию советских дипломатов была принята резолюция о создании чрезвычайных сил, которые предполагалось ввести в зону разъединения египетских и израильских войск.
Рейд безмолвного летающего объекта в небе над Тель-Авивом не только развеял миф о неуязвимости Израиля, но и фактически заставил Голду Меир отказаться от нанесения атомного удара по столицам Египта и Сирии. В апреле 1974 года Меир и Даян вынуждены были с позором уйти в отставку после поражения на выборах. Свой пост покинул и Элиа Зеира, начальник израильской военной разведки.
БОЛ – МиГ-25Р, детище КБ Микояна и Гуревича, до конца 1970-х, превосходил все мировые аналоги. Практический потолок полета 23 км, динамический – 37; скорость – 3600 км/час, что почти в три раза превышает скорость звука. Таким образом, наш истребитель был абсолютно недосягаем для средств ПВО вероятного противника!
В 1973 году Александр Данилович Вертиевец за полет над Тель-Авивом был удостоен звания Героя Советского Союза.

Игорь Григорьевич Атаманенко — журналист, писатель, Независимая газета

Самое загадочное преступление в истории авиации

24 ноября 1971 года в небе над американским Портлендом произошло одно из самых загадочных преступлений в истории авиатерроризма. Некто Д. Б. Купер, угрожая бомбой, захватил пассажирский Boeing 727, получил выкуп в размере 200 000 $ и – исчез навсегда, выпрыгнув из летящего самолета на высоте 3000 метров. Любовная записка, или Ультиматум террориста Пассажирское место С18 было зарезервировано на имя Дэна Купера. По иронии рядом с ним находилось место стюардессы, которой Купер передал записку. Девушка подумала, что пассажир хочет познакомиться, и, не читая, убрала записку в карман. Но мужчина оказался настойчив и уговорил стюардессу прочесть послание. Там было сказано, что в самолете находится бомба и, если власти не передадут Куперу 200 000 $, он взорвет самолет прямо в воздухе. На борту, не считая персонал, находилось 36 человек…
Деньги и парашюты
Власти пошли на контакт с террористом и решили удовлетворить его «просьбу». Самолет приземлился в аэропорту Сиэтл – Такома, штат Вашингтон. Купер потребовал предоставить выкуп 20-долларовыми купюрами и, кроме того, передать ему… четыре парашюта. Когда требования террориста были выполнены, угонщик отпустил заложников, оставив на борту двух пилотов, стюардессу и бортинженера. Полет продолжался…
Ночная погоня
Самолет поднялся в воздух. Власти подошли к инциденту серьезно: по приказу ФБР истребители F-106 ВВС США начали преследование авиалайнера. Драматизма придавало несколько факторов: бушующая в небе над Сиэтлом и Орегоном гроза и полное непонимание, куда ведет самолет террорист, вооруженный бомбой и снаряженный четырьмя парашютами.
Прыжок в ночи
Развязка драмы произошла спустя полчаса после возобновления полета. Купер потребовал, чтобы экипаж собрался в кабине пилота и не покидал ее. В 20:13 бортовые индикаторы показали, что произошла разгерметизация салона: Купер открыл дверь в хвостовом отсеке. Посовещавшись с агентами ФБР, пилот принял решение продолжать полет до тех пор, пока не закончатся запасы топлива, потому что никто не был уверен в том, что террорист покинул самолет.

Источник: Самое загадочное преступление в истории авиации
© Русская Семерка russian7.ru

Медовик – друг медведей

История пятая. Из книги «Когда это было».

МДМ МК
Как сейчас помню, был такой случай, который произошёл в Амдерме…

А может и не в Амдерме…

А может и не происходил…

Свое здоровье надо беречь собственными усилиями. Если ты не готов изменить свою жизнь, тебе невозможно помочь.

Гиппократ

Время, даже по меркам полярного дня, было позднее.
И гостиничный люд, раз в трое суток прибывающий в посёлок самолётом Архангельск – Амдерма, уже угомонился и готовился ко сну.
Гостиница была старенькая, одноэтажная, номеров на двадцать. Она являлась своеобразным перевалочным пунктом для офицеров и членов их семей, прилетавших на замену тем, кто уже выслужил свои три года.

По сложившимся правилам, каждый «сменщик» вначале селился в это гостиничное недоразумение. Почему я его так называю, потому, что даже объект типа «М» и «Ж» был общим, с одним входом, но разными кабинками. Не говоря уже об умывальнике. Душ, при большом желании, можно было принять в гостинице у метеорологов. Но это чуть выше по местности, в километре от данного гостиничного комплекса.

Итак, сменщики угомонились и готовились ко сну. Посередине длинного коридора, у входной двери, стоял стол с настольной лампой. Это было место несения службы дежурного администратора или вахтёрши. Сегодня было дежурство тёти Нюры.
Это была колоритная женщина, жена прапорщика, который уже третий раз завоёвывал право остаться в этом заполярном крае. Колоритность тёти Нюры заключалась в том, что это была женщина необъятных форм и с замечательным характером. По-видимому, все толстушки добры от Бога. Прелестью женщины было и то, что она постоянно «шокала», и это выдавало в ней жительницу Украины.
Её любимым занятием было вязание шерстяных носков.
Благодаря этому постоянному творческому процессу, она сумела одеть в свою продукцию “Made Newsha” всю Амдерму. Её изделия c благодарностью
носили от мала до велика. От детишек в яслях до командира авиагарнизона.
Поговаривали, что к ней даже записывались в очередь. И это понятно, ведь зимы в Заполярье – это сезон года, значительно отличающийся от зимы в средней полосе Союза.
Снег выпадает уже в сентябре и ещё в июне лежит горами в районе аэродрома.

Так вот, о чём это я, старый склеротик? Ах, да о тёте Нюре. Сегодня её дежурство, и она, конечно же, занята любимым занятием — вязанием. Голова склонилась на грудь, очки сползли на кончик носа. Такое впечатление, что хранитель спокойного сна постояльцев сама спит. Но это совсем не так. Вот по коридору важно прошествовала кошка Мурка и тётя Нюра удостоила её не только взглядом, но и ласковым словом: «Мурочка, ну шо ты нияк не вгамуешься? Иди себе спать».

И вновь наступила тишина и покой.
Всю эту картину я наблюдал, стоя у двери кабинета «М» и «Ж», ожидая, когда освободиться кабинка.
— А-а-а-а! Помогите!
Неистовый женский голос разорвал тишину уходящей в дрёму гостиницы. Крик доносился из комнаты недалеко от входа, выходящей окнами в сторону моря. Спустя пару секунд, из комнаты выскочила молодая женщина в накинутом на плечи халатике и, увидев тётю Нюру и меня, бросилась к нам.
— Помогите, так кто-то ломиться в окно, — дрожащим от страха голосом молила женщина. В это время коридор стал наполняться постояльцами.

Одни желали помочь, другим просто было интересно, сто случилось?
— Спокойно, только без паники, — взял руководство событиями в свои руки я, и бегом направился к комнате, из которой выбежала молодая особа. В комнате никого не было, только в открытую форточку врывался ночной ветерок и слегка шевелил тюль. Я подошёл к окну, выглянул в форточку, насколько это было возможно, но ничего подозрительного не увидел. Комнату уже начали наполнять любопытствующие постояльцы.

Наряд у всех был оригинальным, босые и в тапках, в брюках и ночных рубашках, в халатах и без оных. Всё понятно. Народ готов оказать первую помощь, а в чём она будет оказываться — это дело десятое.
— Товарищи, всё нормально. Спасибо за быструю реакцию и готовность к помощи. Ничего страшного. Расходимся отдыхать.
Я стал потихоньку выпроваживать народ в коридор.
Тётя Нюра, обняв молодую женщину одной рукой за плечи, другой вытирала её слёзы маленьким носовым платочком и приговаривала:
— Успокойся донечка, всё хорошо. Мы рядом, ты с нами. Зараз в усём разберёмся. Давай рассказывай, шо такое сталось?
— Я уже начала засыпать, когда услышала какой-то шум под окном, – начала свой рассказ женщина. — Серёжа, мой муж, на аэродроме.
Он сказал, что придёт поздно. Вначале я подумала, что это он у окна и встала, чтобы узнать, что он там делает. В это время форточка открылась, и я увидела когтистую лапу. Затем лапа пропала, а в форточке появилось что-то лохматое и белое.
Я испугалась и выскочила в коридор.

У новоявленных амдерминцев, ещё не видевших белых медведей, но уже знающих об этих аборигенах, и о том, что они спокойно разгуливают по посёлку, после рассказа испуганной женщины, глаза округлились и челюсти отвисли. Видимо, многие представили себя на её месте.

— Успокойся, солнышко, шо тут дивного. Ведь в Амдерме медведи гуляют по посёлку, шо в моей родной Жмеринке куры.

А, так то, мабуть, Умка приходил. Его сюды привадили Генка с Жоркой. Воны до тебя жили в ций комнате и часто пидгодовувалы медвежонка то
сгущёнкой, то тушёнкой. Хлопци, вже скоро неделя, як перебрались в общежитие, а вин по привычке всэ шастае.
Да он, мабуть, уже давно утёк, — успокаивала тётя Нюра постоялицу.

— И впрямь, утёк. Вы тётушка Нюра, как всегда, правы!
Докладываю, что проведённая разведка выявила убегающего Умку. Направление отступления – берег Карского моря. Так, что жители нашего пятизвёздочного отеля «Амдермяк», могут спокойно расходиться по своим люксовым номерам для отдыха. Кому не спиться — могут спуститься в ресторан с баром под вывеской «Заполярье». Это недалеко. Семьсот метров на юго-восток. Там сегодня завезли свежее пиво, что является большой редкостью, — не умолкал балагур, вошедший в гостиницу и стоящий в дверях.
— Ладно тебе, Остапушка, не будоражь, народ. Нехай отдыхают, находятся ще по ресторанам, — остановила словоохотливого «разведчика» тётя Нюра.

С первых слов мужчины, мне его голос показался знакомым.
Когда же дежурная назвала его по имени, я чуть не завопил от счастья. Ведь это же Пирожок, он же мой дружок по ШМАСу (школе младших авиационных специалистов).
— Своим глазам не верю, Остапище, ты ли это? – раскинув руки, я ринулся на своего закадычного армейского друга. Это был всё тот же, невысокого роста, но уже не такой полный, как я его помнил по службе в Алуксне, Остап Доля.
(Читатели знают о нём по рассказу «В армии всё правильно!»).
Конечно же, это он, юморист, любимец публики, в лице солдат и офицеров, неугомонный «Пирожок». Хотя на это сладкое и пышное звание он уже не вытягивал.
Я практически полностью обхватил его в объятиях. Не было животика, круглых боков. Да и лицо стало менее округлым.

Видно, нелегко даётся ему офицерская служба.
— Ну, хватит, хватит, а то сам, как медведь, схватил в охапку и не выпускаешь. Дай, хоть взгляну на тебя, — умолял Остап.

В это время жильцы гостиницы стали расходиться по своим номерам-комнатам. Тётя Нюра повела «героиню» ночи отпаивать чаем.
Кузьмич, захватив меня одной рукой за локоть, поволок к себе в комнату. В другой руке он держал кусок хлеба и банку с коричневой смесью внутри.
— Да, погоди ты, дай хоть жену предупрежу. Или лучше пошли к нам. Мы только вчера прилетели. А ты давно уже здесь? – сыпал я на Остапа вопросы. Надо же, как классно, здесь на краю земли, встретить своего друга, с которым не виделись 10 лет.

Пока мы решали, к кому идти, из комнаты вышла моя жена, и, улыбаясь, приблизилась к нам.
— Знакомьтесь. Моя жена – Людмила. А это — мой друг Остап, – представил я их друг другу. Кузьмич галантно приложился губами к руке моей жены, затем выпрямился и, щёлкнув каблуками, представился:- Доля Остап Кузьмич. Самый старший лейтенант истребительной авиации Войск ПВО страны. От роду 28 лет. Не женат. Детей нет.
К суду и следствию не привлекался. Сахара в крови нет. Родственников за границей не имею. Наоборот, я сам за границей полярного круга. Практически всего нет, кроме богатства в лице вас, мои дорогие друзья, Людмила и Олег.
Позвольте поинтересоваться сударыня, а нет ли у вас родной незамужней сестры. Покорённый вашей красотой, при положительном ответе, готов незамедлительно предложить ей руку и сердце.
Остап сел на своего конька, на что я заметил: – Кузьмич, ты ничуть не изменился и всё такой же балабол и сердцеед!
— Куда мне до тебя, парировал он, — У тебя вон жена-красавица, да и дети, наверное, есть. Что, разве я не прав?
— Прав, конечно же. Всё верно. Сын Алёшка уже сны смотрит, так что познакомитесь завтра. Я взглянул на часы. Половина первого ночи.

Затем перевёл взгляд на окна, сквозь которые проникал солнечный свет.
Невероятно!
— Пойдёмте на улицу – я потянул Людмилу с Остапом из гостиницы, чтобы посмотреть на ночное солнце.

Гостиница стояла на пригорке. По одну сторону от неё располагался военный городок, по другую – Карское море.
Именно в сторону моря я и устремился. Картина была необыкновенная. Уходящие к горизонту тучи, сгустились свинцовой темнотой у кромки неба и моря. Над ними диском выглядывало солнце, освещая голубизну неба и золотя гладь моря. Далеко в море плавали белые льды. Красота необыкновенная!

Сегодня 24 июня. 00 часов 35 минут. Белая ночь или полярный день? Вернее солнечная ночь в полярный день. Солнце, не уходя за горизонт, светило нам с севера. Втроём, мы ещё долго стояли, очарованные невиданным ранее зрелищем.

Первым пришёл в себя Остап.
– Ладно, ребята, пошли ко мне. За три года ещё насмотримся.
Я в комнате один, так что никого не потревожим. Я прилетел ещё 19 числа. И поселили меня к Генке и Жоре – авиатехникам. Как раз в ту комнату, из которой выскочила испуганная женщина. Ведь у меня была почти такая же история. Даже подкармливал медведя через форточку кусочками хлеба с мёдом. Если бы не ребята, я бы сам не меньше струхнул в первую ночь. Но через сутки ребята перебрались на постоянное жительство в общежитие для холостяков, — Остап показал рукой в направлении кирпичного здания.
Когда же прибыл Сергей с женой, мне предложили занять одноместную комнату, а ребят поселили в нашу. Как я не догадался предупредить её мужа о визитах Умки.
Зато сейчас знаю, чем порадовать медведя. – Остап показал нам хлеб и банку. – Это мёд. Медведю, хоть он и белый, по душе куски хлеба,
смоченные мёдом. Вот я, как только услышал крик, сразу понял, в чём дело и выскочил на улицу, захватив угощение.
Но опоздал – медведь сам испугался крика и убежал к морю.

Лето — это время замены. Те, кто отслужил здесь свои три года – освобождают квартиры в благоустроенных домах и улетают, как гуси на юг. В их квартиры вселяют тех, кто приехал им на замену. Вы уже видели квартиру, в которой будете жить? — спросил он нас.
— Да, вчера прежние хозяева приглашали нас на просмотр, — ответила Людмила. — Вон в том доме на первом этаже. Нормальная квартира. Туалет с ванной и титаном для нагрева воды. Даже есть газовый баллон с плиткой.

— Ну, так вы просто счастливчики. Газовый баллон для посёлка – это роскошь. В основном все готовят на электроплитках, — внёс разъяснение Остап. – А что-нибудь из мебели есть в квартире?
— Немного, но самое необходимое для проживания: кухонный стол и стол для посуды, диван-кровать, шкаф для одежды, стол и «амдерминка» для сына. Зато в окнах – тройное стекло! — восторгалась описанием супруга.
— Who is it «amderminka»? – сделал удивлённое лицо Остап.
— Ты знаешь, местные умельцы, с учётом недостатка в мебели, научились производить односпальные кровати, которые именуют «амдерминка» — я решил просветить друга. — Конструкция кровати проста до невероятности. Каркас из четырёх досок и резиновые ленты из автомобильных шин, которые крепятся к каркасу. Вот и вся «амдерминка». Для сына вполне приличное место для сна.
— Искренне рад за вас, дорогие мои. А мне предстоит из пятизвёздочного отеля перебраться в трёхэтажную гостиницу для холостяков. Командир обещал, что первая освободившаяся комната для одного человека будет моя. Генка, с Жорой будут держать на контроле процесс освобождения комнат подходящих для меня.
Кстати, очень классные ребята, «двухгодичники», после Харьковского авиационного института. Отслужив обязательные два года на материке, решили остаться в кадрах и попросились в Заполярье. Мои земляки. Рассказали, что в посёлке много представителей славной Украины. Так что будет с кем исполнять хором «Розпрягайтэ, хлопци конэй».

Кузьмич оказался прав.
В дальнейшем, благодаря его активному участию, в гарнизоне сформировался отличный офицерский вокально-инструментальный ансамбль. В дни праздников, в Доме офицеров, не то, что бы присесть, яблоку негде было упасть. (В том числе и по причине их отсутствия) Сюда собирался весь посёлок. Молодые голосистые ребята, всегда на «бис» исполняли украинские лирические песни. Не скрою, я и сам с радостью принимал участие в концертах. Исполнял под гитару «Ой, під вишнею», «Била мене мати», «Їхав козак за Дунай». Особенно любимыми у зрителей
были песни из репертуара «Трио Маренич», которые в те годы были очень популярны в стране.

Однако, как говорят аборигены, ночь, хотя и солнечная, неумолимо спешила на встречу с утром, если его так можно назвать. А гарнизонный распорядок требовал неукоснительного присутствия на построении личного состава в 09.00. Поэтому, несмотря на желание продолжать встречу, все мы пришли к единому мнению – пора отдыхать.

Вечером этого же дня, едва я успел переступить порог гостиницы, как в коридоре меня окликнул Остап.
— Забирай семью, идём ко мне. Спорить бессмысленно. У меня уже всё готово. В комнате Людмила с сыном сидели на кровати. Людмила, раскрыв книжку,
читала сказку, а Алёшка, привалившись к подушке у стены, внимательно слушал.
— Как только принц увидел Золушку на балу, он весь вечер не мог оторвать от неё глаз.
— Привет, заполярцы! Чи всі живі, всі здорові, любі друзі Остапові? – выпалил скороговоркой Кузьмич.
Людмила, улыбаясь, поздоровалась с ним. Сын же, внимательно всматривался в незнакомца.
— Ты, кто? – нахмурившись, глядя на Остапа, спросил малыш.
— Я тот, кто всё знает. Например, тебя зовут Алёша, тебе уже 6 лет, а твою маму зовут — Людмила.
— Тогда, скажи, как называется сказка, которую мне читает мама?
Людмила незаметно для сына, показала Остапу обложку книги.
— Это проще пареной репы! – улыбаясь ответил Кузьмич. – Сказка называется «Золушка».
— Ты, наверное, услышал,- промолвил Алёшка. – Ладно, если ты всё знаешь, тогда скажи, почему, когда принц увидел Золушку на балу, он весь вечер не мог оторвать от неё глаз. Зачем принцу Золушкин глаз?
Мы, все втроём розразились раскатистым хохотом. Внятного ответа ни у кого из нас не было. Поэтому, Кузьмич, протянув руку Алёше, сказал: — Давай познакомимся. Меня зовут Остап. — Держа маленькую ладошку в своей руке, Кузьмич продолжал. — Твой вопрос очень сложный. Таких тяжёлых вопросов мне ещё не задавал никто. Но я обязательно найду на него ответ. Я попрошу помощи у своих друзей, белых медведей. Уж они наверняка знают ответ. Договорились?
Упоминание о белых медведях, смягчило твёрдость сына, и он ответил согласием.
— А сейчас, я приглашаю вас к себе в гости. Мои друзья медведи попросили передать вам всем подарки. – Сделав приглашающий жест, Остап открыл дверь в коридор.

Все дети любят подарки, и Алёшка не был исключением. Быстро соскочив с кровати, Алёшка стремглав бросился к выходу.
В своей комнате Кузьмич вручил малышу коробку шоколадных конфет «Мишка на севере» и игрушечного медвежонка.
Людмиле была преподнесена трёх-литровая банка мёда и белые шерстяные носки. Как, потом оказалось, связанные тётей Нюрой.
Мне был вручен замечательный охотничий нож.

Подарки, для условий Заполярья, были просто королевские.

— Кстати, это у меня гречишный мёд. Он нормализует артериальное давление. Очень полезен при анемии и кровотечениях.
Как только съедите этот мёд, я угощу вас мёдом из акации.
Он даст фору антибиотикам. Помогает сердцу, желудку, снимает воспаления. Эффективен при лечении болезней глаз. Это мёд собранный моим дедом. Он держит небольшую пасеку в селе под Харьковом.
Ну, а сейчас, рассаживайтесь у стола, начнём пир по поводу встречи и знакомства.
Комната, в которой разместился Остап, по площади была меньше нашей, но свободней. У нас всё пространство было заполнено чемоданами и тюками, как на вокзале, в зале ожидания.

У холостяка Кузьмича интерьер выглядел иначе.
Солдатская кровать, застеленная синим одеялом. Стол с напитками и холостяцкой закуской, два стула. Шкаф, на котором красовался большой чемодан. И небольшой холодильник, вызвавший живой интерес Алёшки. Другой мебели и примет, говорящих о недавнем прибытии, заметно не
было.
— Дядя Остап, а где у тебя живут мишки? — спросил Алёшка, открыв дверцу холодильника. – А что они кушают? Ребёнку хотелось побольше узнать о белах медведях и их кулинарных запросах.

— Алёша, я тебе завтра всё о них расскажу, а сейчас прошу всех к столу.
Придвинув стол к кровати, мы дополнили ассортимент на столе принесеннями с собой напитками и снедью. Красочно смотрелась принесённая бутылка настойки «Спотыкач». Ещё до прилёта в Амдерму, находясь в отпуске в Киеве, я запасся несколькими бутылками этого вкусного напитка. Он мне нравился, как никакой другой.

— О, наслышан, наслышан о «Спотыкаче», хотя сам ни разу не пробовал, — высказался Остап.
— Ну, вот сегодня и попробуешь, — улыбнулся я.
— Тогда я вам налью свой фирменный напиток – «Массандра на меду», — открыв дверцу шкафа, Остап извлёк оттуда бутылку невиданной формы с ручкой, и поставил её рядом с другими на столе.
— «Медовуха», что ли? – поинтересовался я.
— Ну… не пробовал мёд в ухо, сквозь уста лью прямо в брюхо! – срифмовал Кузьмич. – Это мой фирменный авианапиток. Особенно, если на дедовом медке из акации. Так что отведайте «Медовой массандры», уверен, вам понравится.

Если вы, уважаемый читатель, немного далеки от авиации, то позвольте, дать несколько пояснений относительно «массандры».
Ассоциации, связанные с крымским вином, сразу отвергаем.
Хотя, оба вещества находяться в жидком состоянии и имеют крепость в градусах. Крымская ординарная жидкость значительно уступает авиационной по своей крепости. Однако орденов и медалей в авиационной масандре обмыто не одну тысячу!
«Массандра авиационная» — это спирто-водяная смесь, применяемая в авиации для технических нужд. Столь же успешно, на протяжении многих
десятилетий, она применяется, как внутреннее средство для поднятия жизненного тонуса у лётно-технического состава.
В зависимости от дислокации авиагарнизонов, «массандра авиационная» может изменяться по виду и вкусу. Всё зависит от компонентов, добавляемых в естественную среду.

Так, например, на севере, массово применяют в виде добавок клюкву, малину, бруснику. В Заполярье – кофе и чай. На юге популярны фруктовые компоненты – абрикосы, виноград, персики.
В центральной полосе широко используются сливы, вишни, яблоки. А уж специалистов по приготовлению – в каждом авиагарнизоне не по одному десятку.
— Ну, что ж, дружище, на пирожок, коим был в ШМАСе, ты вовсе уже не похож. Да и не солидно так величать офицера. На службе, ты для меня ДОК. Это абревиатура твоих фамилии, имени и отчества.
В же нашей дружной компании, ты – Медовуха! – подвёл я итог.
— Подождите, не спешите! Разве может мужчина, да ещё и офицер бать Медовухой, – вмешалась в мои философские размышления жена. – Он что – женщина?
— Да, пожалуй ты права, — согласился я. – Значит быть ему Медовиком!
— Тогда тебе, Ильич быть Спотыкачём, — внёс своё предложение Кузьмич.
— Одобрямс, одобрямс. За это, давайте выпьем и «Медовухи» и «Спотыкача».
Забрякали чайные чашки с «Медовухой», затем со «Спотыкачём».
Закусив, я спросил: — Остап, а как ты оказался в Амдерме?
— О, это интересная история!

Буквально через неделю после назначения на должность заместителя командира авиаэскадрильи по инженерно-авиационной службе, меня направили в командировку на завод.
Нужно было получить новый авиадвигатель для самолёта нашего полка. С этой целью командующий выделил транспортный борт.

Экипаж самолета насчитывал пять мужиков. В обязанности борттехника входило занести в самолет пеpед взлетом пять паpашютов для экипажа и плюс один для меня. Тащить паpашюты было достаточно далеко, а борттехник, надо сказать, был уже не мальчик. Сделав несколько pейсов, за паpашютами экипажа, он устал поpядком, и за шестым идти поленился.
А если пpыгать пpидётся, тогда что? – спpашивает командир экипажа.
— Hу, я уже стаpый. Это вам, молодым, жить да жить. Я, так и быть, останусь — ответствовал борттехник. Затем повалился на сложенные в кучу паpашюты, и кpепко уснул.
Тем вpеменем, самолет пpилетел куда положено и благополучно сел. Борттехник все еще кpепко спал. Одному шутнику и пpишла в голову идея подшутить над ним. Все с кpиками «Сpочно покидаем самолет!!!» оттолкнули борттехника, бpосились надевать паpашюты и пpыгать в откpытый люк.

За боpтом ночь, ни хpена не видно, двигатели pевут (выключать их, понятно не стали). Коpоче, остался один паpашют, и стоят над ним командиp и борттехник.
Hу, что ж, ты сам говоpил… Пpощай! — гоpько сказал командир и взялся за паpашют.
В ответ он неожиданно получил сильный удаp в лоб подвеpнувшейся борттехнику под pуку железякой и упал без сознания. В следующее мгновение, борттехник надел паpашют, и, шиpоко pаскинув pуки, плашмя, как учили, выбpосился с двухметpовой высоты на асфальт аэpодpома.
Итог: у командира экипажа — сотpясение мозга, у борттехника -пеpелом носа и рёбер, множественные ушибы. Hе служить ему больше в авиации. Не обошлось и без оргвыводов. А тот, кому пришла в голову идея шутки – это я…

— Да, но ведь сюда, можно попасть только по согласию, написав рапорт, с просьбой о замене, — после долгого молчания задал я вопрос. – Или тебя не спрашивали? Выбора не было?
— Выбор всегда есть. И у меня он тоже был. Вторым вариантом был аэродром Эмба, в Казахстане, в степи. Ты, наверное, о нём слышал. Здесь, хоть год за два и двойной оклад. Хорошо ещё, что не разжаловали до лейтенанта. Хотя могли. Видно пожалели. Ведь всего два месяца, как обмыли назначение на должность. Ну, да ладно.
Что не делается, всё к лучшему! Так говорила моя бабушка и она, оказывается, была права. Ведь, мы снова вместе!

Забрякали чайные чашки с «Медовухой», затем со «Спотыкачём», следом с пятизвёздочным «Араратом».
Пробки из шампанского вылетали словно ядра из пушек. Полусладкое «Советское шампанское» было любимым напитков у всех нас троих.

Далеко за полночь, когда мы собрались в свои апартаменты, Алёшка, измазанный шоколадными конфетами, обняв игрушечного мишку, крепко спал.
Провожая нас по коридору, Остап случайно споткнулся о кошку Мурку, сидящую возле столика дежурной. Кошка, дико заорав, умчалась в сторону выхода из гостиницы.

— У… забодай тебя комар, кошка Мурка! – вырвалось у Кузьмича.
Тётя Нюра осуждающе покачала головой.
— Извините, друзья! – попросил прощения Остап.
— Тёть Нюр, вот вы можете сказать мне, кто такой настоящий джентльмен? Не знаете? Это тот, кто кошку всегда называет кошкой, даже если он об нее споткнулся и упал. А я её назвал Муркой! Вот так-то. Тёть Нюр, не обижайтесь. Хотите я вам анекдот расскажу. Сегодня услышал, вернее вчера. Генка с Жоркой просветили. Встречаются два ненца.
— Слушал «Битлз», не понравилось, однако. Картавят, фальшивят, что только в них находят?
— А где ты их слушал?
— Однако, мне жена напела.

Тётя Нюра заулыбалась, значит, мы были прощены. Извинившись за шум, мы разошлись по своим комнатам спать.
Благо дело, что наступила субота – парково-хозяйственный и банно-стаканный день в авиационных гарнизонах.

Часов в 10 утра, к нам в комнату постучали. В приоткрывшуюся дверь заглянула голова Остапа.
— Ну, что, соколики, как ваши головушки? Лечиться будем?
— Из-за спины показалась рука с двумя бутылками пива.- Архангельское. Вчера в ресторане взял.

Пока мы наслаждались пивом, Кузьмич рассказал несколько рецептов своей бабушки, как раз для ситуаций подобной нашей.

Рассказываю о рецептах Остаповой бабушки. Но пусть лучше они вам не пригодятся!

От головной боли

* Во время еды 3-4 раза в день (или хотя бы 1-2 раза) съедать чайную ложку меда и чайную ложку яблочного уксуса (если позволяет кислотность желудка).

* Разомните руку в V-образной области, где встречаются косточки указательного и большого пальцев. Осторожно, на протяжении 5-7 минут, нажимайте большим пальцем противоположной руки на эту точку.

* Концентрация на предмете
Выберите предмет, который символизирует для вас что-нибудь приятное. Это может быть свеча, ваза, красивый камень, дерево, цветок, картина – все что угодно.

Ну, что усвоили? Спасибо Остаповой бабушке, и ему самому, поведавшему нам о народных рецептах!

Вот так состоялась наша вторая, уже офицерская встреча, с Остапом, на которой он стал Медовиком, а я Спотыкачём.
Но об этом – никому! Это только между нами!

Будьте здоровы»!

Макар Кофеин

Амдерма.
Июнь,1982 год

Крымская война: опровержение антироссийской лжи

20 июня 1855 года был ранен Эдуард Тотлебен, один из тех людей, которых называли душой обороны Севастополя периода Крымской войны. Хотя прошло много времени, но до сих пор о тех событиях судят на уровне штампов, заложенных в головы многолетней антироссийской пропагандой.
Тут и «техническая отсталость» царской России, и «позорное поражение царизма», и «унизительный мирный договор». Истинный масштаб и значение войны остаются малоизвестными. Многим кажется, что это было какое-то периферийное, чуть ли не колониальное противостояние, далекое от основных центров России.
Упрощенная схема выглядит незамысловато: противник высадил десант в Крыму, нанес там поражение русской армии и, добившись своих целей, торжественно эвакуировался. Но так ли это? Давайте разберемся.
Во-первых, кто и как доказал, что поражение России было именно позорным? Сам факт проигрыша еще ничего не говорит о позоре. В конце концов, Германия во Второй мировой потеряла столицу, была полностью оккупирована и подписала безоговорочную капитуляцию. Но вы хоть раз слышали, чтобы кто-нибудь назвал это позорным поражением?
Давайте с этой точки зрения посмотрим на события Крымской войны. Против России тогда выступили три империи (Британская, Французская и Османская) и одно королевство (Пьемонт-Сардиния). Что такое Британия тех времен? Это гигантская страна, промышленный лидер, лучший в мире военный флот. Что такое Франция? Это третья экономика мира, второй флот, многочисленная и хорошо обученная сухопутная армия. Нетрудно заметить, что союз этих двух государств уже давал такой резонансный эффект, что объединенные силы коалиции располагали совершенно невероятной мощью.
А ведь была еще и Османская империя. Да, к середине XIX века ее золотой период остался в прошлом, и ее даже стали называть «больным человеком Европы». Но не стоит забывать, что это говорилось в сравнении с самыми развитыми странами мира. Турецкий флот располагал пароходами, армия была многочисленна и частично вооружена нарезным оружием, офицеров направляли учиться в западные страны, а кроме того, иностранные инструкторы работали и на территории самой Османской империи.
Между прочим, во время Первой мировой войны, уже лишившийся почти всех своих европейских владений, «больной человек Европы» победил Британию и Францию в галлиполийской кампании. И если такой была Османская империя на излете своего существования, то надо полагать, что в Крымской войне она была еще более опасным противником.
Роль Сардинского королевства обычно вообще не учитывают, а ведь эта небольшая страна выставила против нас двадцатитысячную хорошо вооруженную армию.
Таким образом, России противостояла мощнейшая коалиция. Запомним этот момент.
Теперь посмотрим, какие цели преследовал противник. Согласно его планам, от России должны были быть отторгнуты Аландские острова, Финляндия, Прибалтийский край, Крым и Кавказ. Кроме того, восстанавливалось Польское королевство, а на Кавказе создавалось независимое государство Черкессия, вассальное по отношению к Турции. Это еще не все. Дунайские княжества Молдавия и Валахия находились под протекторатом России, но теперь предполагалось передать их Австрии. Иными словами, австрийские войска выходили бы на юго-западные границы нашей страны.
Обычно считается, что этот план лоббировал влиятельный член британского кабинета Пальмерстон, а французский император придерживался другой точки зрения. Однако дадим слово самому Наполеону III. Вот что он сказал одному из русских дипломатов:
«Я намерен… приложить все усилия, чтобы воспрепятствовать распространению вашего влияния и заставить вас вернуться в Азию, откуда вы и пришли. Россия – не европейская страна, она не должна быть и не будет таковой, если Франция не забудет о той роли, которую ей надлежит играть в европейской истории… Стоит ослабить ваши связи с Европой, и вы сами по себе начнете движение на Восток, чтобы вновь превратиться в азиатскую страну. Лишить вас Финляндии, балтийских земель, Польши и Крыма не составит труда» (цитируется по книге «Крымская война» Трубецкого).
Вот такую судьбу готовили России Англия и Франция. Не правда ли, знакомые мотивы? Нашему поколению «посчастливилось» дожить до реализации этого плана, а теперь представьте, что идеи Пальмерстона и Наполеона III воплотились бы в жизнь не в 1991 году, а в середине XIX века. Представьте себе, что Россия вступает в Первую мировую в ситуации, когда Прибалтика уже в руках Германии, Австро-Венгрия располагает плацдармом в Молдавии и Валахии, а турецкие гарнизоны стоят в Крыму. А уж Великая Отечественная война 1941-45 годов при таком геополитическом раскладе и вовсе превращается в заведомую катастрофу.
Но «отсталая, бессильная и прогнившая» Россия не оставила от этих проектов камня на камне. Ничего из этого не было реализовано. Черту под Крымской войной подвел Парижский конгресс 1856 года. Согласно заключенному договору, Россия теряла крохотную часть Бессарабии и соглашалась на свободное судоходство по Дунаю и нейтрализацию Черного моря. Да, нейтрализация означала запрет для России и Османской империи иметь военно-морские арсеналы на Черноморском побережье и держать военный черноморский флот, но сравните условия договора с тем, какие цели изначально преследовала антироссийская коалиция. Это, по-вашему, позор? Это унизительное поражение?..
Теперь перейдем ко второму важному вопросу – к «технической отсталости крепостной России». Когда речь заходит об этом, всегда вспоминают нарезное оружие и паровой флот. Мол, у Британии и Франции армия была вооружена нарезными ружьями, а русские солдаты – устаревшими гладкоствольными. В то время, как передовая Англия и передовая Франция давно перешли на пароходы, русские корабли ходили под парусом. Казалось бы, все очевидно и отсталость налицо.
Вы будете смеяться, но в русском флоте были паровые корабли, а в армии – нарезные ружья. Да, флоты Британии и Франции значительно опережали российский по числу пароходов, но, позвольте, это же две ведущие морские державы! Это страны, которые на море превосходили весь мир сотнями лет, и всегда российский флот был слабее.
Надо признать, что и нарезных ружей у противника было намного больше. Это правда, но правда и то, что в русской армии было ракетное оружие, причем боевые ракеты системы Константинова значительно превосходили западные аналоги. Кроме того, Балтийское море надежно прикрывали отечественные мины Бориса Якоби. Это оружие также относилось к числу лучших в мире образцов.
Впрочем, давайте проанализируем степень военной «отсталости» России в целом. Для этого нет смысла перебирать все виды вооружений, сравнивая каждую техническую характеристику тех или иных образцов: достаточно просто посмотреть соотношение потерь в живой силе. Если по вооружениям Россия действительно серьезно отставала от противника, то очевидно, что и потери на войне у нас должны были быть принципиально выше.
Цифры общих потерь сильно различаются в разных источниках, а вот число убитых примерно одинаково, поэтому обратимся к этому параметру.
Итак, за всю войну в армии Франции убито 10 240 человек, Англии – 2755, Турции – 10 000, России – 24 577. К потерям России еще добавляют около 5000 человек. Эта цифра показывает число погибших среди пропавших без вести. Таким образом, общее число убитых считают равным 30 000.
Как видите, никакого катастрофического соотношения потерь нет, особенно если учесть, что Россия воевала на полгода дольше Англии и Франции.
Разумеется, в ответ можно сказать, что основные потери в войне пришлись на оборону Севастополя: здесь противник штурмовал укрепления, и это приводило у него к сравнительно повышенным потерям. То есть «техническую отсталость» России частично удалось компенсировать выгодной позицией обороны.
Хорошо, рассмотрим тогда первое же сражение вне Севастополя – битву при Альме. Армия коалиции численностью около 62 000 человек (абсолютное большинство – французы и англичане) высадилась в Крыму и двинулась на город. Чтобы задержать противника и выиграть время для подготовки оборонительных сооружений Севастополя, русский командующий Александр Меншиков решил дать бой у реки Альма. На тот момент ему удалось собрать всего лишь 37 000 человек. Пушек у него тоже было меньше, чем у коалиции, что и неудивительно: ведь против России выступили сразу три страны. Кроме того, противника поддерживал с моря еще и корабельный огонь.
«По одним показаниям, союзники потеряли в день Альмы 4300, по другим – 4500 человек. По позднейшим подсчетам, наши войска потеряли в битве на Альме 145 офицеров и 5600 нижних чинов», – такие данные приводит академик Тарле в своем фундаментальном труде «Крымская война». Постоянно подчеркивается, что в ходе сражения сказалась нехватка у нас нарезного оружия, но обратите внимание, что потери сторон вполне сопоставимы. Да, наши потери оказались больше, но ведь у коалиции был значительный перевес в живой силе. При чем же здесь техническая отсталость русской армии?
Интересное дело: и численность нашей армии оказалась почти в два раза меньше, и пушек меньше, и флот врага с моря обстреливает наши позиции, вдобавок и оружие у России отсталое. Казалось бы, при таких обстоятельствах разгром русских должен был быть неизбежен. А каков реальный результат сражения? После боя русская армия отступила, сохраняя порядок, измотанный противник не решился организовать преследование, то есть его движение на Севастополь замедлилось, что дало гарнизону города время на подготовку к обороне.
Слова командира британской Первой дивизии герцога Кембриджского как нельзя лучше характеризуют состояние «победителей»: «Еще одна такая победа, и у Англии не будет армии». Вот такое вот «поражение», вот такая вот «отсталость крепостной России»!
Я думаю, от внимательного читателя не ускользнул один нетривиальный факт, а именно численность русских в сражении на Альме. Почему у противника значительный перевес в живой силе? Почему у Меншикова только 37 000 человек? Где в это время находилась остальная армия? Ответить на последний вопрос очень просто:
«В конце 1854 г. вся пограничная полоса России была разделена на участки, подчиненные каждый особому начальнику на правах главнокомандующего армией либо отдельным корпусом. Участки эти были следующие:
а) Прибрежье Балтийского моря (Финляндия, С.-Петербургская и Остзейские губернии), военные силы в котором состояли из 179 батальонов, 144 эскадронов и сотен, при 384 орудиях;
б) Царство Польское и Западные губернии – 146 батальонов, 100 эскадронов и сотен, при 308 орудиях;
в) Пространство по Дунаю и Черному морю до реки Буг – 182 батальона, 285 эскадронов и сотен, при 612 орудиях;
г) Крым и прибрежье Черного моря от Буга до Перекопа – 27 батальонов, 19 эскадронов и сотен, 48 орудий;
д) берега Азовского моря и Черноморье – 31½ батальон, 140 сотен и эскадронов, 54 орудия;
е) Кавказский и Закавказский край – 152 батальона, 281 сотня и эскадрон, 289 орудий…», – сообщает Энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона.
Нетрудно заметить, что самая мощная группировка наших войск находилась на юго-западном направлении, а вовсе не в Крыму. На втором месте идет армия, прикрывающая Балтику, третья по силе – на Кавказе, а четвертая – на западных рубежах.
Чем объясняется такое, на первый взгляд, странное расположение русских? Чтобы ответить на этот вопрос, покинем временно поля сражений и перенесемся в дипломатические кабинеты, где развернулись не менее важные битвы и где, в конце концов, и решилась судьба всей Крымской войны.
Британская дипломатия задалась целью перетянуть на свою сторону Пруссию, Швецию и Австрийскую империю. В этом случае России пришлось бы воевать уже практически со всем миром. Англичане действовали успешно: Пруссия и Австрия начали склоняться к антироссийской позиции. Царь Николай I – человек несгибаемой воли, он не собирался сдаваться ни при каких раскладах и начал готовиться к самому катастрофическому сценарию. Именно поэтому основные силы русской армии приходилось держать далеко от Крыма вдоль пограничной «дуги» север – запад – юго-запад.
Время шло, война затягивалась. Почти год продолжалась осада Севастополя. В конце концов ценой тяжелых потерь противник занял часть города. Да-да, никакого «падения Севастополя» так и не произошло: русские войска просто перешли с южной на северную часть города и приготовились к дальнейшей обороне. Несмотря на все усилия, коалиция практически ничего не добилась.
За все время боевых действий противник захватил небольшую часть Крыма, Бомарзунд на Аландских островах и Кинбурн на Черном море, но при этом потерпел поражение на Кавказе. Между тем в начале 1856 года Россия сконцентрировала свыше 600 000 человек на западных и южных границах, и это не считая кавказской и черноморских линий. Кроме того, удалось создать многочисленные резервы и собрать ополчения.
А что же в это время делали представители так называемой прогрессивной общественности? Как водится, развернули антироссийскую пропаганду и распространяли листовки – прокламации.
«Написанные бойким языком, с полным старанием сделать их доступными пониманию простого народа и преимущественно солдата, прокламации эти делились на две части: одни были подписаны Герценом, Головиным, Сазоновым и прочими лицами, покинувшими свое отечество; другие – поляками Зенковичем, Забицким и Ворцелем», – отмечал дореволюционный историк, генерал Дубровин.
Тем не менее, в армии царила железная дисциплина, и мало кто поддался пропаганде врагов нашего государства. Россия поднималась на Вторую отечественную войну со всеми вытекающими для противника последствиями. И вот тут с дипломатического фронта пришла тревожная новость: к Британии, Франции, Османской империи и Сардинскому королевству открыто присоединилась Австрия. Спустя несколько дней с угрозами Петербургу выступила и Пруссия. К тому времени Николай I умер, и на престоле находился его сын Александр II. Взвесив все за и против, царь принял решение начать переговоры с коалицией.
Как уже было сказано выше, договор, завершивший войну, получился отнюдь не унизительным. Об этом знает весь мир. В западной историографии исход Крымской войны для нашей страны оценивается гораздо объективнее, чем в самой России.
«Итоги кампании мало повлияли на расстановку международных сил. Дунай было решено сделать международной водной артерией, а Черное море – объявить нейтральным. Но Севастополь пришлось вернуть русским. Россия, ранее занимавшая в Центральной Европе доминирующие позиции, на ближайшие несколько лет лишилась своего былого влияния, но ненадолго. Турецкая империя была спасена, и тоже только на время. Союз Англии и Франции не достиг своих целей. Проблема Святых земель, которую он должен был решить, даже не была упомянута в мирном договоре. А сам договор русский царь аннулировал через четырнадцать лет», – вот так охарактеризовал итоги Крымской войны Кристофер Хибберт. Это британский историк. Для России он нашел куда более корректные слова, чем многие отечественные деятели.

/Дмитрий Зыкин, www.km.ru/