ПУТИН СДЕЛАЛ АМЕРИКЕ ПОСЛЕДНЕЕ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ

Те, кто считает подписание Президентом России Владимиром Путиным закона о ратификации соглашения между РФ и Южной Осетией о порядке вхождения отдельных подразделений ее армии в состав Вооруженных сил России рядовым и рутинным событием, не просто глубоко ошибаются, а проявляют фантастическую геополитическую близорукость!
На самом деле это — последнее (вполне возможно — самое последнее!) предупреждение для США, пытающихся атаковать Россию по всем фронтам.
Казалось бы — что тут такого важного? Соответствующий закон был принят Государственной Думой России 24 января 2018 года и одобрен Советом Федерации 31 января 2018 года. В пояснительной записке отмечается, что под вхождением этих подразделений в состав вооруженных сил РФ понимается прием граждан республики на службу в составе российской 4-й гвардейской военной базы в Южной Осетии по контракту в добровольном порядке. При заключении контракта на службу в рядах российской армии гражданин из Южной Осетии должен быть уволен с военной службы в вооруженных силах республики.

Южная Осетия за три месяца после вступления соглашения в силу разработает штатно-табельную документацию, согласовав ее и утвердив с Россией. Переход армии Южной Осетии на новую организационную структуру завершится в шестимесячный срок после утверждения главнокомандующим соответствующей документации. При заключении контракта на прохождение военной службы в ВС РФ, граждане должны быть уволены с военной службы в ВС Республики Южная Осетия. Дальнейшее прохождение ими военной службы осуществляется в соответствии с российским законодательством.

Вроде — рутинные документы, интересные только кадровым военным, и только их касающиеся. Однако, это далеко не так! Все происходящее сделано с точностью до «наоборот» вопреки назойливым и наглым «рекомендациям», требованиям и вовсе прямым угрозам Соединенных Штатов. Как только стало известно о готовящемся соглашении, США разразились гневом на самом высшем уровне — представитель Государственного департамента США Хезер Науэрт опубликовал соответствующее заявление на официальном сайте Госдепа:
«Соединенные Штаты осуждают ратификацию соглашения Российской Федерацией с де-факто лидерами грузинского сепаратистского региона Южная Осетия о совместных вооруженных силах. Мы не признаем законность этой так называемого «соглашения», которое не является действительным международным соглашением».
«Позиция Соединенных Штатов в отношении Абхазии и Южной Осетии является непоколебимой: Соединенные Штаты полностью поддерживают территориальную целостность Грузии в пределах ее международно признанных границ!»

Владимир Владимирович крайне доходчиво показал и разъяснил в гробу из какого именно дерева и он лично, и Россия, как великая держава видали Госдеп США с его решительными осуждениями» и непокобелимой поддержкой врагов России. «Джавелины», говорите, в Грузию отправили?! Учения с НАТО проводите? Ну, давайте… А мы — вот так! Алгоритм действий понятен? Есть шанс в самом скором будущем полюбоваться его повторением…

В истошной истерике (причем еще до ратификации соглашения Президентом) забилась Украина. Ее МИД выступил с еще более резким заявлением, чем шефы из Вашингтона: «Это очередной провокационный шаг является продолжением политики Кремля по дестабилизации ситуации в Черноморском регионе и подрыву европейской архитектуры безопасности. Призываем Российскую Федерацию выполнять свои обязательства в рамках международного права и вывести все свои вооруженные формирования и оккупационные администрации с временно оккупированных территорий Грузии и Украины».

Оно и неудивительно — собственно говоря, последнее предупреждение адресовано ей не в меньшей степени, чем ее американским хозяевам. В одном пакете, так сказать. Президент России четко и ясно дает понять — если Украина и дальше будет вести себя в стиле грузинских авантюр 2008 года, то и реакция будет соответствующая. Механизм наработан — признание независимости Республик Донбасса, за которым вполне может последовать и аналогичное же соглашение о вхождении их вооруженных сил в состав ВС РФ. И тогда все те же «Джавелины» в «нэзалэжную» можно гнать хоть эшелонами — это уже ровно ничего не изменит.
Поскольку после этого первый же выстрел со стороны украинских карателей закончится крайне плачевно для киевской хунты. Если за прошедшие десять лет в Кремле чего-то и лишились — так это иллюзий относительно того, что, проявив сдержанность и благородство к недобитому противнику, можно ожидать чего-то подобного со стороны Запада. «По-хорошему не будет в любом случае!» — это единственный урок, который Россия вынесла из попыток «наладить отношения» с США и НАТО. Так что ЭТА часть 2008 года, уверен, на Украине не повторится.

Владимир Путин ясно и недвусмысленно дал понять, что никакие окрики, одергивания и прочие демарши со стороны Америки не помешают России выполнять главнейший ее долг — не давать в обиду людей, увидевших в ней друга и защитника. Не заставят отступить от взятых на себя обязательств, не уменьшат решимости идти в их выполнении до конца. В сочетании с крайне резким, буквально ультимативным заявлением МИД России по участию наших военных в деятельности СЦКК на Донбассе, смысл сего послания должны понять даже в Госдепе.

Если Россию попытаются загнать в безвыходное положение, то выход будет именно таким!
Южная Осетия — встать в строй! Донбасс — приготовиться?!

Александр Неукропный, Planet Today

Южной Осетии необходима своя армия — Алан Джуссоев

Заключение межведомственных соглашений России и Южной Осетии оказалось заложником политической борьбы в преддверии президентских выборов-2017. Такое мнение EADaily выразил лидер общественного движения «Твой выбор, Осетия» Алан Джуссоев.
Дополнительные соглашения к Договору между РЮО и РФ о союзничестве и интеграции должны были быть заключены к концу января. Но в срок были подготовлены не все документы, в частности, соглашение по силовым структурам. Спор идет о том, останется ли у Южной Осетии своя армия или нет.
Как отмечает Алан Джуссоев, есть мнение «Единой Осетии» — парламентского большинства — о том, что югоосетинская армия должна стать частью российской. И есть мнение исполнительной власти в лице администрации президента и трех других парламентских партий, что этого делать не надо или пока не время.
«Почему не надо или почему рано, звучит не очень внятно. Вместе с тем нет внятной концепции развития Вооруженных сил РЮО во вновь сложившейся геополитической ситуации», — сказал Джуссоев. При этом он отмечает, что образование, деятельность, цели и задачи Минобороны регламентируются Конституцией, Законом о Минобороны и Концепцией национальной безопасности РЮО. Такой документ был принят относительно недавно.
Еще одна сторона этой проблемы — правовая. «Нет такого понятия в юриспруденции — я долго искал прецеденты и не нашел — „включение отдельных подразделений одной армии в состав другой“. Совместная группировка, совместный штаб и планирование задач и операций — это да. Можно делегировать полномочия наших Вооруженных сил Минобороны РФ в лице дислоцированной здесь четвертой военной базы, и таким образом прописать это в соглашении. Такой пример в РЮО есть, это договор об охране границы Южной Осетии с Грузией», — сказал Джуссоев.
«Кому и зачем нужно реорганизовывать и интегрировать Минобороны РЮО в таких формулировках и таких рамках, сказать не могу», — добавил он.
Если интеграция пойдет по такому пути, в Южной Осетии появится армия безработной молодежи. «Куда их трудоустраивать, какие новые профессии им давать, никто не знает, — отметил Джуссоев. — Социальные гарантии и права уже отслуживших, их стаж и пенсии, звания и ордена… Работа в этом направлении пока не ведется. С учетом того, что на руках в РЮО остается большое количество оружия, это может стать большой проблемой».
Своя армия Южной Осетии однозначно нужна, заявил Джуссоев. «С 1989 по 2008 годы РЮО вела борьбу за независимость и самоопределение, на острие этой борьбы всегда были силы самообороны, которые позже переросли в ВС РЮО. За плечами наших ВС: боевые действия с 1990 по 2008 годы, война в Абхазии, война в РСО-Алании. И на все эти вызовы наши ВС достойно и мобильно реагировали. Это наша история, история подвига нашего народа. Это элемент воспитания молодежи и элемент безопасности нашего молодого государства и государственности. До 2008 года Южная Осетия должна была дойти. С 1 по 10 августа 2008 года югоосетинские военные успешно сдерживали натиск грузинских военных формирований, превосходивших наши ВС по численности в десять раз. Своими действиями ВС РЮО фактически подготовили и сохранили плацдарм для вхождения и наступления сухопутных войск Минобороны РФ. Не сделай они этого, жертв среди гражданского населения и среди российских военнослужащих было бы в десятки раз больше», — напомнил Джуссоев.
Он не взялся утверждать, что российская сторона, помощник президента РоссииВладислав Сурков, курирующий отношения с Южной Осетией, настаивает на варианте соглашения по силовым структурам, который предполагает ликвидацию армии РЮО.
«В отсутствии ВС РЮО или их роспуске для РФ нет никакой выгоды. Если говорить о внешних факторах, Россия, признав РЮО, признала в том числе и заслуги ВС РЮО по защите и становлению нашей государственности. Сильная мобильная армия РЮО, имеющая опыт боевых действий, сегодня может осуществлять военные операции в Сирии. Также с учетом межгосударственных взаимоотношений с ЛНР и ДНР югоосетинская армия могла бы помогать в становлении этих государств. Многие бывшие военнослужащие РЮО добровольно выехали в Новороссию для оказания помощи в отпоре агрессии украинского режима. Защита безопасности Южной Осетии — это, в первую очередь, функции ВС РЮО и уже потом ВС РФ. Армия также является институтом формирования общественного мнения в государстве и институтом воспитания молодежи. Я не думаю, что РФ хочет лишить РЮО такого важного института государства и государственности как Вооруженные силы», — сказал Джуссоев.
Он напомнил, что Абхазия и ее руководство в ходе переговоров, обсуждений документов по силовым структурам довели до российской стороны свою позицию, показали свои плюсы. «К сожалению, — отметил Джуссоев, — как показывает практика, чиновники от РЮО, делегированные обсуждать межведомственные соглашения, не занимаются этим полноценно. Не доводят до своих коллег из РФ суть проблем и пути их решений, а все пускают на самотек, я не говорю, что так делают все чиновники. Но, например, проблема с доставкой продуктов питания — это недоработка Минэкономики РЮО по торговым соглашениям с РФ. Думаю, наша основная проблема с соглашениями и договорами в том, что мы не доводим до наших российских коллег, которые готовы оказывать нашей республике посильную помощь, и оказывают ее, всей сути и полноты проблем и перспектив развития РЮО».
«С учетом приближающихся выборов президента РЮО наши межведомственные соглашения, их подготовка, их презентация и представление, дальнейшее их осуществление стали заложниками политической борьбы», — заключил Алан Джуссоев.
Президент РЮО Леонид Тибилов 19 января обратился к спикеру парламентаАнатолию Бибилову («Единая Осетия») с предложением созвать внеочередное заседание парламента и обсудить пункт Договора об интеграции югоосетинских вооруженных сил в российские, чтобы не затягивать подписание документа. О необходимости проведения такого заседания говорит и парламентские меньшинство — «Единство народа», Народная партия и «Ныхас». Спикер парламента на это не пошел, объяснив тем, что такие вопросы не решаются в такие сроки и в таком формате. «Мы не имеем права нарушать Конституцию, не можем нарушать законы и регламент работы парламента», — сказал он.

https://eadaily.com/news/2016/02/02/

«О возврате Южной Осетии Грузии или принятии в состав России не может быть и речи»

Для Южной Осетии 2015 год стал очередным качественным проявителем линии разделения между строительством государства и обустройством территории.
Сданы в эксплуатацию микрорайон «Северный», крупный спорткомплекс «Олимп», больница в городе Квайса и другие объекты. Хорошими темпами идет строительство театра в самом центре Цхинвала. Ожидается старт строительства главного корпуса ЮОГУ. Обустраиваются и облагораживаются улицы. Результаты весьма ощутимые.
Кардинально другая картина в экономике республики. Не сделано практически ничего. Нет новых сколько-нибудь значимых производственных предприятий, нет новых рабочих мест вне государственного сектора. Бюджет, как и раньше, формируется за счет российской помощи более чем на 90%. Нет опубликованных планов работ правительства и министерств.
Кто мешает развитию экономики Южной Осетии? Никто, просто нет должного количества экономически активного населения, способного привлечь инвестиции и создать прибыльные предприятия. Государство тоже не проводит никаких специальных программ по запуску экономики. Россия менее рискованным видит содержание республики, нежели ее экономическое развитие и никаких значимых усилий не прилагает. Экономика государства — одно из важнейших составляющих и оно может являться определенной угрозой для большой политики. Но для настолько дотационной республики, как Южная Осетия, этим риском можно пренебречь. К примеру, продукция абхазского производства успешно реализуется в крупнейших продовольственных сетях России.
Интеграционный договор. Основные политические силы Южной Осетии приписывают себе в заслуги подписание Договора о союзничестве и интеграции с Российской Федерацией. Сам факт договора информационно не сильнее факта признания Россией государственности Южной Осетии и Абхазии. Конечно же, подписание договоров РФ с РЮО и Абхазией вызвало определенный информационный всплеск и соответствующие протесты в Грузии и на кое-каких трибунах. Но логика здесь довольна проста — новый договор пришел на смену старому и новый договор переводит часть государственных институтов под соответствующие российские, тем самым делая их условными, что никак не противоречит основной политической линии РФ в регионе.
Надвигающиеся выборы президента. 2016 год обещает предвыборную активность политиков Южной Осетии. Между тем, избирателей мягко подводят к информации о том, что на сей раз кандидатов будет гораздо меньше, а, возможно, и самый минимум. Имена двух необходимых кандидатов мы уже знаем. Они плавно стерли из памяти свои предвыборные обещания о ликвидации избирательных цензов новыми, диаметрально противоположными заявлениями. Ценз — действующая преграда для всех непредсказуемых большой политике субъектов.
Естественно, люди судачат о предпочтениях российской стороны. Мы любим решать за Москву.
Я допускаю, что Кремлем, скорее, на полуофициальном уровне будет поддержан вариант смены власти. Это не принципиально, но соответствующие «рокировки» и обновления позволят взять паузу в обустройстве территории, ведь этот процесс тоже является частью строительства государства.
Сторонники президента Леонида Тибилова будут акцентировать внимание на политической стабильности, которая позволила снять поствыборное напряжение, образовавшееся в конце 2011 года и на результатах инвестпрограммы.
Конкуренты действующего президента не упустят возможности использовать в предвыборной кампании снижающийся в связи с обвалом рубля уровень доходов работников бюджетной сферы и отсутствие экономической политики.
Политика Россия — Грузия. На фоне резко ухудшившихся российско-турецких отношений значимость позиций Грузии несколько подросла. В связи с этим 17 декабря на ежегодной пресс-конференции президент Владимир Путин обозначил готовность восстановления отношений с Грузией и отмены визового режима для ее граждан. На следующий же день госминистр Грузии по делам примирения и гражданского равноправия Паата Закареишвили отметил: «Несерьезно говорить о России, когда мы должны говорить об Европе. Европа приняла решение, которое в миллион раз гораздо важнее для нас, нежели другие мероприятия». Речь идет о финальном отчете Еврокомиссии о выполнении плана действий по либерализации визового режима между Грузией и ЕС, согласно которому в скором будущем граждане Грузии получат возможность въезжать в Еврозону без виз сроком на три месяца.
Тем не менее, геополитика региона не изменится. «Возврат территорий» все так же остается для грузинских избирателей приоритетным требованием. Нет никакой готовности у Грузии входить в какие-либо (военно-) политические союзы ценой отказа от Южной Осетии и Абхазии. Понимают это и заокеанские кураторы, поэтому никаких нагнетающих действий не требуют. Они просто ждут.
С другой стороны, Россия не способствует развитию институтов государственности Южной Осетии и Абхазии. Ведь государственное строительство помноженное на время все же приведет Грузию к осознанию действительности, а это влечет вынужденный отказ от территорий и вступление в НАТО. Вступление Грузии в НАТО подтолкнет и Азербайджан, а далее снова актуализируется карабахский вопрос. Подобный сценарий перечит региональным интересам России и ставит ее союзника — Армению — в крайне неудобное положение.
Понимают и в Москве, что Грузия в обозримом будущем не пойдет ни на союзничество с Россией, ни на тот принцип федерализации, согласно которому регионы будут решать, чьи войска у себя дислоцировать. Любая другая геополитическая архитектура Грузии создает для России все те же риски. Грузии направлен продолжительный сигнал о возможностях урегулирования отношений. Другой политики у РФ в Закавказье нет. Россия не готова выводить войска из региона и терять над ним контроль.
Поэтому о возврате Южной Осетии и Абхазии Грузии или об их принятии в состав России не может быть и речи. Отсюда и узел. Ждут одни и другие.

Зураб Баззаев, специально для EADaily

Россия выйдет на границы Армении

Выработан новый формат российского продвижения в Закавказье
В понедельник, 3 ноября, в Государственную Думу абхазской стороной была передана рабочая версия «Договора о союзничестве и стратегическом партнерстве» между Россией и Абхазией. Первоначальный проект соглашения подготовлен российскими специалистами: в исходной версии он назывался «Договором о союзничестве и интеграции». Ожидается, что окончательный вариант документа будет согласован и подписан до конца 2014 года. По информации «Ленты.ру», аналогичный договор готовится сейчас в России и для Южной Осетии. Работа, по словам источника «Ленты.ру», над ним также завершится в этом году, и «в отличие от абхазского варианта», он «подразумевает гораздо более тесную интеграцию». Итог таких соглашений — фактическое вхождение независимых республик в общее правовое, военное, таможенное пространство России и Евразийского экономического союза (ЕАЭС). Институт двусторонних договоров может стать новым инструментом российской внешней политики, позволяющим России решать свои задачи в Закавказье без лишних осложнений в международных отношениях.

Кавказский вызов
Россия по политическим соображениям пока не готова принимать в свой состав новые территории и ограничилась на данный момент Крымом. Вопрос включения в состав РФ Донецкой и Луганской народных республик (ДНР и ЛНР) не рассматривается, как не рассматривается в краткосрочной перспективе и присоединение Абхазии и Южной Осетии. В Сухуме никогда не скрывали, что Абхазия не собирается вступать в РФ. Разве что в Цхинвале всегда существовал политический консенсус элит и населения о вхождении в том или ином виде в состав России.
Однако нежелание РФ на данном этапе интегрировать в свой состав уже признанные Москвой закавказские республики вовсе не означает, что Россия отказывается от продвижения на юг и решения своих задач в Закавказье. Таких базовых задач у РФ в регионе две, и они тесно связаны друг с другом. Первая — не допустить создания в Грузии военной инфраструктуры НАТО и полноценного вхождения республики в экономические структуры ЕС.
Вторая задача — обеспечение надежного прямого транспортного выхода в Армению. Республика присоединилась к Евразийскому экономическому союзу (ЕАЭС), и для полноценной интеграции Еревана в блок, реализации потенциала евразийских связей необходима общая граница России (страны ЕАЭС) с Арменией с дальнейшим выходом «евразийских» пограничников и таможенников на армяно-иранский рубеж. Кроме того, контроль РФ за транспортными коммуникациями обеспечит полноценное функционирование российской военной базы в Армении. Стратегически ее значение трудно переоценить. Расстояние от южного пограничного города Мегри в Армении до иракского Курдистана по прямой — менее 250 километров, то есть в зоне досягаемости не самых современных тактических ракетных систем.
Военнослужащие пограничной службы во время развода караулов на территории 4-й военной базы неподалеку от города Цхинвал
Фото: Михаил Воскресенский / РИА Новости
Договоры с Абхазией и Республикой Южная Осетия (РЮО) позволят решить вопрос институциональной комплексной интеграции двух закавказских независимых республик в российское и евразийское пространство при сохранении государственной независимости. Согласно содержанию предварительного варианта договора с Абхазией, российская инициатива предусматривает создание единого оборонного и таможенного пространства, унификацию законодательства, совместную работу органов внутренних дел, выравнивание уровня социальной защищенности с показателями Южного и Северо-Кавказского федеральных округов, особые условия предоставления российского гражданства и фактический перенос международной границы России и ЕАЭС на южные рубежи независимых республик.
Южный вектор
Впрочем, в свете изложенных выше стратегических задач, остановиться на южных рубежах Абхазии и РЮО Россия не может. В пятницу, 31 октября, во Владикавказе состоялся съезд Международного общественного движения «Высший совет осетин», в котором приняли участие глава Республики Северная Осетия-Алания (РСО-А) Таймураз Мамсуров, президент Республики Южная Осетия (РЮО) Леонид Тибилов, представители православного и мусульманского духовенства. На съезде, «случайно» совпавшем с пятидесятилетием экс-президента РЮО Эдуарда Кокойты, выступил и бывший глава южноосетинского государства. Он поставил вопрос о принадлежности к Осетии Трусовского ущелья и Кобинской котловины (в настоящее время относится к Казбегскому району Грузии). Местные наблюдатели расценили выступление Кокойты как возвращение в публичную политику. Присутствие в Казбегском районе позволит контролировать небольшой стратегически важный участок Военно-Грузинской дороги, самого короткого пути из России в Армению.
Вместе с тем, РФ больше заинтересована в развитии Транскавказской автомобильной магистрали (ТрансКАМ), соединяющей российский Северный Кавказ через Северную и Южную Осетию, территории Грузии с Арменией и Ираном (рассматривается также вопрос строительства железнодорожного отрезка в 160 километров Алагир — Цхинвал, который свяжет Северо-Кавказскую железную дорогу с Закавказской железной дорогой). «Западный» маршрут в Армению проходит через Горийский район, огибает Триалетскую Осетию, где до начала 90-х годов проживало значительное количество осетин, а также населенную армянами Самцхе-Джавахетию.
Политическая ситуация в Грузии может способствовать росту нестабильности в республике. В начале ноября в отставку ушли сразу несколько ключевых министров правительства Ираклия Гарибашвили: министр обороны Ираклий Аласания, госминистр по европейской и атлантической интеграции Алекси Петриашвили и министр иностранных дел Майя Панджикидзе. Также лишились своих постов заместители министров. Лидер новых оппозиционеров Аласания обвинил власти страны в недостаточной приверженности курсу на евроатлантическую интеграцию. В свою очередь, руководство оппозиционной партии сторонников экс-президента Михаила Саакашвили «Единое национальное движение» призвало Аласанию «совместно выступить против российской оккупации». Госдепартамент США в лице официального представителя Джейн Псаки выразил обеспокоенность политическим кризисом в Грузии и призвал «сохранить в республике стабильность и демократию».
Учитывая грузинскую политическую традицию насильственной смены власти, в республике возможна дестабилизация по украинскому сценарию. В этих условиях Россия не только выполнит союзнические обязательства по защите Абхазии и Южной Осетии, но и будет вынуждена обеспечить стабильность и безопасность населения, а также функционирование экономики в регионах Грузии. В этом случае двусторонние договоры о сотрудничестве и интеграции могут заключаться и с властями отдельных грузинских регионов, которые будут признаны легитимными местным населением и Москвой.

Михаил Чернов

Президент Южной Осетии: Мы никак не ощутили «позитивные» перемены в Грузии

  Накануне пятилетия российско-грузинской войны, в результате которой на карте появилось непризнанное государство Южная Осетия, глава республики Леонид Тибилов рассказал УНИАН о том, что изменилось в его стране за минувшую пятилетку, озабочены ли осетины непризнанием своей независимости международным сообществом и насколько эффективен диалог осетин с Россией и Грузией.

 

Леонид Тибилов возглавил Южную Осетию в апреле 2012 года и в настоящее время располагает поддержкой не только российских политиков, но и собственных граждан. На выборах за него проголосовали 54% жителей республики – кстати, вопреки Кремлю, ставившему на другого кандидата – Дмитрия Медоева. Сам Тибилов, бывший глава госбезопасности Южной Осетии, считает, что его ключ к его политическому успеху – то обстоятельство, что главным приоритетом своей работы президент выбрал «укрепление государственности и объединение Северной и Южной Осетии».

 

Мы с вами беседуем накануне пятилетия грузино-осетинской войны. Стала ли для вас эта война неким рубиконом, разделяете ли вы историю Южной Осетии на «до» и «после»?

 

 Свобода и независимость достались нам ценной огромных потерь, ценой жизней тысяч наших граждан. Южная Осетия никогда не стремилась к войне, она была нам навязана авантюрным режимом Саакашвили. Мы защищали свой народ, свою свободу, право жить на земле наших предков, следовать осетинским национальным традициям и говорить на родном языке.

 

 Бесспорно, 2008 год стал для нашего народа знаковым и разделил историю Южной Осетии на «до» и «после». Впервые со времен распада Аланского государства (аланы — предки современных осетин, а распад их государственности произошел в 13 веке, — УНИАН), осетины восстановили свою государственность, получили международное признание независимости своей страны.

 

 Благодаря Российской Федерации, которая спасла наш народ и признала независимость нашей республики, Южная Осетия с уверенностью смотрит в будущее. Люди стали привыкать к мирной жизни, не опасаясь за себя и жизни своих близких.

 

Южная Осетия стремилась к независимости задолго до обострения конфликта с Грузией в 2008 году?

 

 В конце 80-х годов стал очевидным развал Советского союза. К власти в Грузии пришли грузинские националисты. Заявив о своем выходе из состава союзного государства и провозгласив  лозунг «Грузия – для грузин», они развязали войну против Южной Осетии. В этих тяжелых условия официальный орган власти – Юго-Осетинский Совет Народных Депутатов – 20 сентября 1990 года принял решение о провозглашении Юго-Осетинской Советской Демократической Республики в составе СССР. А уже затем, после полного развала Советского союза – 29 мая 1992 года, решением Верховного Совета Республики был принят Акт независимости Республики Южная Осетия.

 

 Так что фундамент строительства своей государственности югоосетинский народ начал закладывать в смертельно опасных условиях, когда злодеяния грузинских националистов привели к геноциду осетин. Хочу особо подчеркнуть, что государственность Южной Осетии основывается на безупречной правовой основе, нами были соблюдены все международные правовое нормы. Поэтому Россия имела все основания для признания Республики Южная Осетия.

 

Что изменилось в республике за пять лет после войны?

 

 Пять лет – немалый срок. За это время можно было восстановить разрушенное войной хозяйство. Но, надо помнить о том, что Южная Осетия была разрушена не за пять дней августовской войны 2008 года, она разрушалась на протяжении двух десятков лет в результате перманентных воин и агрессивной политики грузинского руководства. За эти годы была полностью разрушена некогда богатая социально-экономическая инфраструктура республики. А для того, чтобы все это восстановить, требуется время и большие усилия…

 

Стала ли война неким катализатором эффективных преобразований в Южной Осетии? Как за эти годы восстанавливалась республика и что еще предстоит сделать?

 

 После августа 2008 года восстановление республики пошло не так, как должно было бы. Масштабы российской помощи были весьма внушительными, прежнее руководство не сумело эффективно ими распорядиться. В результате сегодня мы имеем то, что имеем – незавершенный восстановительный процесс и десятки уголовных дел коррупционной направленности.

 

Сегодня многое уже сделано, вы можете судить об этом, проехав по Цхинвалу. Столица и районы республики преображаются, постепенно стираются видимые свидетельства жутких бомбежек – восстанавливаются объекты социальной инфраструктуры, дома, детские сады, школы, медицинские учреждения, завершается работа по замене городских инженерных коммуникаций, благоустраиваются улицы Цхинвала, ведется строительство дорожной инфраструктуры по всей республике.

 

 Результаты на лицо, но многое еще предстоит сделать. Нужно в кратчайшие сроки завершить восстановление разрушенного агрессором хозяйства и приступить к новому этапу – развитию социальной и экономической инфраструктуры страны.

 

В России неоднократно звучали мнения, что восстановление Южной Осетии и Абхазии после войн сопровождалось коррупцией со стороны местных чиновников. После смены руководства в Южной Осетии, когда вы возглавили республику, проводятся ли какие-то расследования в отношении чиновников из прошлой команды?

 

 Одним из первых моих распоряжений в должности президента было распоряжение о проведении проверок использования средств финансовой помощи Российской Федерации, поступавших в Республику Южная Осетия в целях социально–экономического развития и осуществления бюджетных инвестиций. Согласно этому документу, Генеральная прокуратура совместно с Контрольно-счетной палатой республики должна была провести проверки в соответствующих государственных учреждениях и определить законность, обоснованность и эффективность использования финансовых средств поступавших в республику из России.

 

 Леонид Тибилов — Фото предоставлены пресс-службой президента Южной Осетии

 

 В результате кропотливой работы следственных органов на сегодняшний день возбужден не один десяток уголовных дел коррупционной направленности, из которых треть направлены в Генеральную прокуратуру Российской Федерации. Фигурантами большинства этих уголовных дел являются лица, занимавшие в свое время весьма ответственные посты…

 

 (В настоящее время Генпрокуратура Южной Осетии направила в Россию 21 уголовное дело о коррупции. А с марта 2013 года восемь фигурантов этих дел объявлены в международный розыск. В их числе, в частности, экс-министр здравоохранения Лариса Валиева, бывшие министры строительства Анатолий Мащелкин и Чермен Хугаев, а также бывший председатель Комитета госснабжения Марат Баскаев — УНИАН)

 

В основном, Южная Осетия — аграрная республика. Как развивается эта отрасль после войны?  Каким образом вы привлекаете в Южную Осетию инвестиции?

 

 Вы правы, у нас всегда были развиты традиции земледелия, но Южная Осетия является аграрно-промышленной республикой. На территории нашей страны ранее функционировало до 30 промышленных предприятий – это заводы «Элетровибромашина», «Эмальпровод», Цхинвальский Лесокомбинат, «Завод строительных изделий», Багиатский наливочный завод, Югоосетинское предприятие хлебобулочных изделий и другие. На днях при содействии нашего соотечественника, известного российского предпринимателя, президента компании «БТК Групп» Таймураза Болоева, начала выпускать свою продукцию Цхинвальская швейная фабрика. Мы будем и впредь поддерживать существующие предприятия, и создавать новые, с учетом  внедрения инновационных технологий в  промышленное развитие страны.

 

 Что же касается аграрного сектора, то здесь среднесрочной задачей является обеспечение населения собственной сельскохозяйственной продукцией. В этой связи, министерством экономического развития республики разрабатывается ряд мероприятий по развитию сельского хозяйства и агропромышленного комплекса, в частности, в сфере  животноводства, рыбоводства, садоводства и овощеводства, а также  брендированной продукции.

 

Делает ли руководство республики ставку на туризм, по примеру Абхазии?

 

 Да, так как в нашей стране есть благоприятные условия для развития различных видов туризма: культурно-исторического и научного, экстремального и горнолыжного, альпинизма и спелеотуризма, есть замечательные возможности для любителей охоты и рыбалки.

 

 Южная Осетия является одной из лучших здравниц на постсоветском пространстве. Все эти направления мы будем непременно развивать.

 

Как граждане республики относятся к тому факту, что даже через пять лет после конфликта Южную Осетию признали независимой очень мало стран?

 

 Этот факт совершенно не мешает нам жить, работать, укреплять и развивать свои отношения с различными странами. На сегодня для нас важнее всего именно то обстоятельство, что независимость Республики Южная Осетия признана Российской Федерацией.

 

 Россия является нашим главным стратегическим партнером и гарантом безопасности нашей страны. Кроме того, вслед за Россией независимость нашей республики признали ряд стран, с которыми у нас установлены дипломатические отношения. Уверен, что процесс международного признания нашего государства несет необратимый характер.

 

Почему, по вашему мнению, Южную Осетию не признал Евросоюз, ведь европейцы же признали Косово?

 

 Потому что все западные страны, несмотря на свою декларируемую приверженность к демократическим традициям, являются на самом деле заложниками политики двойных стандартов.

 

То есть, можно говорить о том, что граждане Южной Осетии уже вообще не связывают свое будущее с Грузией?

 

 Народ Южной Осетии уже более двадцати лет назад, своим волеизъявлением на референдуме 19 января 1992 года, определил свое будущее – жить в свободном независимом государстве – Республике Южная Осетия. Это решение является единственно верным и бесповоротным. Поэтому мы дальше будем двигаться в этом направлении – укреплять и развивать нашу государственность.

 

В Грузии сменилось руководство, которое, на сегодняшний день, более лояльно к России, нежели президент Михаил Саакашвили. Учитывая этот факт, возможно ли примирение Южной Осетии с Грузией и когда это может произойти?

 

 Мы в Южной Осетии эти «позитивные» перемены в Грузии никак не ощутили. Политика нынешнего грузинского руководства по отношению к Южной Осетии, несмотря на более мягкую риторику, осталось прежней. Грузия, по-прежнему, наращивает военную мощь при активном попустительстве и содействии западных стран, активно укрепляя свои позиции вдоль наших границ.

 

А есть ли вообще перспективы сотрудничества Южной Осетии с Грузией?

 

 Стратегическая цель Грузии – интеграция в НАТО и ЕС, а Южная Осетия видит свое будущее только в союзе с Россией. Мы неоднократно заявляли о своей готовности выстраивать с Грузией равноправные межгосударственные отношения – при условии, что она подпишет соответствующий юридически обязывающий документ о неприменении силы. Грузия так же должна  признать факт геноцида осетинского народа, признать независимость Республики Южная Осетия и возместить нанесенный ущерб.

 

Вы недавно заявили, что не исключаете возможности объединения осетинского народа, проживающего в Южной и Северной Осетии. Какие шаги необходимо предпринять, чтобы это случилось – ведь, по сути, нация распылена по всей территории Кавказа?..

 

 Дело в том, что осетинский народ переживал нелегкие времена на протяжении всей своей многовековой истории… Оказавшись по обе стороны Кавказского хребта, он никогда не терял своей самобытности, стремления жить в едином государственном пространстве. Мы – единый народ, с единой историей и единой судьбой. Мы – одной крови, и этим все сказано.

 

 Признание Южной Осетии Российской Федерацией практически устранило искусственные преграды для национального единства. Юг и север Осетии сегодня все больше превращаются в единое экономическое и культурное пространство, и с течением времени эти тенденции будут укрепляться. Я вижу свою задачу в том, чтобы всемерно этому способствовать.

 

Однако, в таком случае, готова ли Южная Осетия присоединиться к России, или намерена оставаться самостоятельным государством?

 

 Сегодня Республика Южная Осетия является самостоятельным государством, укрепляет свою независимость и добивается международного признания в стратегическом партнерстве с Россией.

 

Татьяна Урбанская