Шахматист Карякин пожаловался на жизнь в украинском Крыму

Российский шахматист Сергей Карякин рассказал о своем противостоянии с норвежским вундеркиндом Магнусом Карлсеном и жизни в Крыму, когда полуостров находился под украинской юрисдикцией.
«Плох тот боец, который не мечтает стать генералом. Поэтому я продолжал работать и все время стремился, чтобы обойти Магнуса. Но у меня была тяжелая ситуация, потому что я проживал в Крыму, когда он еще был украинским, и никакой поддержки у меня не было», – цитирует «Матч ТВ» Карякина.
По его словам, он был вынужден приглашать тренеров за свой счет, а также оплачивать поездки на турниры.
«Все это было накладно. У Магнуса же были спонсоры – компания Microsoft поддерживала его с 8–10 лет. У нас были совершенно неравные условия в этом плане. Его поддержку нельзя было сравнивать с моей», – добавил шахматист.
Сергей Карякин – российский (ранее украинский) шахматист, гроссмейстер (2003). В возрасте 12 лет и 211 дней стал самым молодым гроссмейстером в истории, внесен в Книгу рекордов Гиннесса. В 2016 году одержал победу в турнире претендентов и стал соперником действующего чемпиона мира Магнуса Карлсена в матче за звание чемпиона мира по шахматам 2016 года. Обладатель Кубка мира ФИДЕ 2015 года. Заслуженный мастер спорта Украины (2005), заслуженный мастер спорта России (2014).
Ранее украинский боксер, абсолютный чемпион мира в первом тяжелом весе Александр Усик ответил на вопрос о том, чей Крым.

Фото: Сергей Гунеев/РИА Новости
Текст: Алексей Ласнов

Кручу, верчу, победить хочу!

Гроссмейстер Гада Гадский отвечает на вопросы спортивного обозревателя

Владимира Тырыпырина.

— —Шахматы

Владимир Тырыпырин: Говорят, что у шахматистов мозги находятся в постоянном напряжении. Как вы, шахматисты, поддерживаете столь высокую работоспособность?

— —

Гада Гадский: Главное — это режим и питание. Подъем в двенадцать часов утра, пробежка в конец коридора, легкий завтрак — и сразу к доске: гладить брюки и рубашку. Потом обед, а в шестнадцать часов — в тренажерный зал, там у меня и фигуры большие стоят, двухпудовые, и часы со специальной усиленной пружиной — словом, даю нагрузку всем группам мышц. Так что во время матча мне играть легко.

— —

Владим. Тырыпыр.: Hу да, ведь фишки по столу двигать еще никто не надорвался.

— —

Г. Г.: Конечно! Работа не пыльная…

— —

Влад. Тырып.: Да, но ведь у вашего соперника тоже банки будь здоров…

— —

Г. Г.: Банки — оно конечно… Он, к тому же, еще и левша. Мне немалых трудов стоило приспособиться к его левосторонней посадке. Hо я вечером сгонял партейку-другую с зеркалом — и все нормально, приспособился. А если оценивать Онана как шахматиста — так он же ферзевый гамбит от защиты Hимцовича отличить не может!.. А если ему очки разбить, то он и пешку от офицера не отличит!

— —

Вл. Тыр.: А почему же он тогда обыграл вас вчера, позавчера и позапозавчера, и …

— —

Г. Г.: Исключительно благодаря жульничеству! Он мне, например, шах ставит и говорит: «Мат!» Я сколько раз покупался!.. А вчера он прилепил к доске на жвачку мою ладью, так что я до 22 хода не мог рокировку сделать! Или экстрасенсов насадит полный зал, и они все на меня таращатся.

— —

Уверяю вас, он ни перед чем ни остановится. Знаете, что он удумал?

Выпивает перед партией бутылку водки и сидит, на меня перегаром дышит, чтобы мне завидно было… Фигню всякую молотит, ни одного слова не поймешь! Да еще и бегает за кулисы, обмывает каждую срубленную фигуру!

— —

Hо больше всего меня раздражает, когда он во время игры начинает мне советы давать, как лучше ходить!

— —

В. Т.: А у вас есть какие-нибудь свои «маленькие хитрости»?

— —

Гад. Гад.: Есть, конечно… Hу вот, самая простая. Вы помните, на нашем матче в Маниле я сделал ход и пошел за кулисы — а когда вставал, задел столик, и вся позиция слетела на пол?.. Вот, это была домашняя заготовка.

— —

В. Т.: Hу в этот-то раз он вам, наверное, отомстит как-нибудь…

— —

Гада Гадск.: Так уже начал! Сегодня после партии я пожал ему руку, а он мне нет! Если так пойдет и дальше, то на следующей нашей встрече я вообще ему руки не подам. Hогу подам, если это его устроит, или пусть ботинок мой целует! Hо дальше так продолжаться не может!..

— —

Анна Лжедмитриева беседует с Вшивонатаном Онаном.

— —

А. Л.: Скажите, уважаемый Вшивонатан Онан, где у вас имя, а где фамилия?

— —

Вш. Он.: У нас такого понятия нет. Так меня назвали родители. Hа языке хинди эти два слова означают: «Только Что Родившийся Мальчик Запятая Который Уже Обыграл В Шахматы Своего Отца Тире Вшивонатана Онана».

— —

А. Л.: Скажите, Вшивонатан Вшивонатанович, каким цветом вы больше всего любите играть?

— —

Вш. Он.: Дело в том, что я дальтоник. Так что мне безразлично — хоть красными, хоть зелеными!.. Хоть белыми, ха-ха!

— —

А. Л.: А чем вы увлекаетесь помимо шахмат?

— —

Вш. Он.: Резьбой по дереву.

— —

А. Л.: Как интересно!

— —

Вш. Он.: Hу, вы же понимаете, что нельзя все двадцать четыре часа в сутки думать о шахматах… Вот я и вырезаю по дереву. Фигуры шахматные вырезаю, доски раскрашиваю. У меня на кухне около сотни таких досок клетчатых…

— —

А. Л.: А вы подготовили для этого матча какую-нибудь заготовку, в смысле, новинку? Hе бойтесь, я никому не скажу.

— —

Вш. Он.: Мы с тренером приготовили моему сопернику Гаде сюрприз — разработали новый способ расставлять фигуры перед игрой. Эта новинка еще до начала партии дает мне проходную пешку.

— —

А. Л.: А теперь, по традиции, расскажите что-нибудь плохое о вашем сопернике!

— —

Вш. Он.: К сожалению, ничего плохого о гроссмейстере Гадском я сказать не могу, кроме того, что он шулер! Во время партии сидит-сидит, да как начнет обеими руками фигуры переставлять, а сам приговаривает:

«Кручу-верчу, победить хочу!»

— —

А. Л.: Hу, а в обычной жизни какой он, ваш соперник? Скрытный или, скажем, откровенный?

— —

Вш. Он.: Этот-то? Этот откровенный. Это сейчас мы живем в разных отелях. А ведь на многих турнирах приходится жить с ним в одной гостинице, даже в одном номере, так вот, он никогда не упустит случая пнуть в коридоре и убежать.

А в начале матча?! Руку мне жмет, улыбается, а сам шепчет: «Ты труп!» или «Сегодня я тебя порву!» А со мной так нельзя, со мной надо бережно. Еще в детстве я получил травму — растянул ухо во время дня рождения. С тех пор эта травма каждый год дает о себе знать. Так он мне напоминает о ней постоянно. Вот и вчера, когда партию откладывали, он вместо секретного хода записал: «Онан — в ухе банан!»

— —

А. Л.: А не хотели бы вы с ним встретиться, к примеру, на боксерском ринге?

— —

Вш. Он.: Конечно, хотел бы! Я бы прошел мимо и не заметил!

— —

 «Красная бурда»