AVIACITY

Для всех, кто любит авиацию, открыт в любое время запасной аэродром!

«Исторический враг немецких и украинских наци»: за что гитлеровцы ненавидели Героя Советского Союза Николая Кузнецова

76 лет назад звание Героя Советского Союза было посмертно присвоено советскому разведчику Николаю Кузнецову. Историки считают его уникальным человеком. Кузнецов был единственным сотрудником спецслужб стран — членов антигитлеровской коалиции, который смог ликвидировать 11 высокопоставленных представителей немецкой военной и гражданской оккупационной администрации. Кроме того, колоссальный объём собранной Кузнецовым разведывательной информации помог советскому командованию принять правильные решения для обеспечения безопасности Тегеранской конференции, подготовки битвы на Курской дуге, освобождения Украины и ряда других важных операций. Несмотря на огромный вклад в дело освобождения УССР от нацистов, современные украинские политики стремятся стереть имя Кузнецова из памяти народа, отмечают эксперты, ведь он нанёс серьёзный ущерб бандеровским коллаборационистам.

Николай Кузнецов родился 27 июля 1911 года в деревне Зырянка Пермской губернии. При рождении он получил имя Никанор, но оно будущему разведчику не нравилось, и при переоформлении документов Кузнецов назвался Николаем.
Стоит отметить, что многие эпизоды жизни Кузнецова до сих пор остаются не до конца изученными, и у исследователей существуют разные версии развития событий. Причины этого — гриф секретности, а также отсутствие каких-либо документальных данных. Поэтому все варианты его биографии носят в значительной степени оценочный характер.
Отец Николая Кузнецова Иван в молодости служил в царской армии, а после революции 1917 года присоединился к большевикам и воевал против колчаковцев. Сам Николай, окончив семилетнюю школу, продолжил учёбу в Тюменском сельскохозяйственном техникуме и вступил в комсомол. Однако выучиться на агронома не успел, так как вскоре его отец умер от туберкулёза, и Николаю пришлось вернуться домой. Продолжить образование он попытался в Талицком лесном техникуме, но и тут его ждала неудача — молодого человека оклеветали и, обвинив в сокрытии «кулацкого происхождения», исключили из комсомола и из учебного заведения. Позже Николаю удалось восстановиться в техникуме, но диплом ему так и не дали, ограничившись справкой о прослушанном учебном курсе.
В 1930 году Кузнецов устроился помощником таксатора (специалиста по определению объёма срубленных и растущих деревьев) в Коми-Пермяцкое окружное земельное управление. На новом месте он восстановился в комсомоле, но спокойная работа продолжалась недолго. Николай уличил своих коллег в грубых служебных злоупотреблениях и сообщил об этом в милицию. Преступники получили серьёзные сроки лишения свободы, но пострадал и сам Кузнецов. Хотя он и не совершал никаких правонарушений, его всё равно приговорили к году исправительных работ и повторно исключили из комсомола.

Спецагент государственной безопасности
После ухода из земельного управления Николай Кузнецов некоторое время работал в Союзе многопромысловых кооперативов и в промартели «Красный молот», участвовал в коллективизации, а также ликвидации действовавших в лесах банд. Предположительно, в это время на его смелость, решительность и патриотические настроения обратили внимание сотрудники органов государственной безопасности.
Впрочем, помимо характера и убеждений, оперативников привлекла удивительная склонность Кузнецова к изучению иностранных языков.
«Потрясающие языковые способности Кузнецова до сих пор делают его человеком-загадкой. Они порождают слухи о том, что молодой человек мог быть не тем, за кого себя выдавал. Однако на самом деле речь, скорее всего, идёт о сочетании блестящего природного дара и способности работать над собой», — рассказал в интервью RT академик Академии военных наук, полковник запаса Андрей Кошкин.
По его словам, первоначальную базу в изучении немецкого языка Николай получил от педагога в школе и нескольких знакомых немцев, а затем самостоятельно шлифовал свои знания. В дальнейшем он выучил польский язык и коми. А уже в годы войны — украинский.
Советским органам госбезопасности нужен был человек, который мог бы, находясь под прикрытием, искать шпионов среди приезжающих на предприятия Урала иностранных инженеров, полагают историки. В итоге, как утверждают исследователи, в июне 1932 года Николай Кузнецов стал сотрудником негласного аппарата ОГПУ Коми-Пермяцкого автономного национального округа. Направлять для получения специального образования в профильные учебные заведения его не стали — на это не было времени, да и формалисты в отделе кадров могли «забраковать» молодое дарование с судимостью, дважды исключённое из комсомола.
«Несмотря на то что Кузнецов подвергся репрессиям и несправедливо пострадал, он остался патриотом своей страны, понимал, что для неё будет лучше, и был верен советской власти», — подчеркнул в беседе с RT писатель и историк спецслужб Александр Колпакиди.

За четыре года Кузнецов, выполняя задания органов госбезопасности, изъездил весь Урал и сменил несколько мест официальной работы. По данным исследователей, он то общался с иностранными инженерами, то с револьвером в руках отправлялся в леса ловить бандитов. Причём вёл себя так аккуратно, что никто и не догадывался о его реальной деятельности.
В 1938 году руководство местных органов госбезопасности отрекомендовало Кузнецова в центральный аппарат НКВД как человека фантастических актёрских и лингвистических способностей. Кузнецовым заинтересовался один из руководителей главного управления государственной безопасности НКВД Леонид Райхман. Он организовал беседу уральца с вернувшимся из Германии нелегалом и убедился, что коллеги из Коми говорят правду.
Николай Кузнецов получил, как сообщают некоторые историки, уникальную для советских спецслужб должность особо засекреченного спецагента с окладом содержания по ставке кадрового оперуполномоченного центрального аппарата. Ему выдали документы прикрытия на имя советского гражданина немецкого происхождения и внедрили в дипломатическую среду. Представляясь сотрудником военного завода, Кузнецов привлекал внимание иностранных дипломатов и разведчиков. Его обаяние и наблюдательность располагали к себе людей и создавали «нужное» впечатление. Советской контрразведке с его помощью удавалось проводить ценные вербовки и добывать секретные документы потенциального врага.

Пауль Зиберт
С началом Великой Отечественной войны Николай Кузнецов стал рваться на фронт. Однако его берегли и отпустили далеко не сразу. Историк спецслужб Николай Долгополов в своей книге «Легендарные разведчики» упоминает об одной короткой командировке Кузнецова в тыл врага на начальном этапе войны, однако её детали неизвестны.
В начале 1942 года Кузнецова решили использовать по линии 4-го Управления НКВД, занимавшегося диверсиями в тылу врага. Кузнецову подобрали документы внешне похожего на него погибшего немецкого обер-лейтенанта Пауля Зиберта. Ему дали просмотреть популярные в Третьем рейхе кинофильмы и почитать бульварные романы, пользующиеся спросом среди гитлеровских офицеров. Кроме того, Николай тщательно изучил порядки и быт немецкой армии. Для этого его, в частности, поместили в лагерь для германских военнопленных.
Отмечается, что Кузнецов не только не был раскрыт, но и завёл среди верящих в победу Адольфа Гитлера нацистов «приятелей», с которыми договорился попить пива после «победы». Николай знал не только литературный немецкий язык, но и пять-шесть региональных диалектов. Как отмечают историки, уловив, на каком наречии общается собеседник, он моментально переходил на диалект противоположной части Германии, чтобы случайно не быть пойманным на незнании каких-то местных бытовых особенностей. И это его никогда не подводило.
Летом 1942 года под легендой красноармейца Николая Грачёва Кузнецов был заброшен в действовавший на территории оккупированной нацистами Украины отряд специального назначения «Победители», которым командовал полковник Дмитрий Медведев.

В немецкой форме и с документами Пауля Зиберта он имел возможность спокойно проникать в гитлеровские гарнизоны. По свидетельствам историков, изначально советский разведчик представлялся пехотным офицером, переведённым в интенданты после тяжёлого ранения, а затем партизаны достали Кузнецову гестаповский жетон, обязывающий большую часть оккупационных структур оказывать ему помощь.
«Николай Кузнецов проводил работу сразу по двум направлениям. С одной стороны, он был «бойцом невидимого фронта» и занимался разведкой, с другой — проводил ликвидацию видных гитлеровских бонз, олицетворявших собой оккупационный режим», — рассказал Андрей Кошкин.
В феврале 1943 года, устроив засаду на курьера рейхскомиссариата «Украина» и захватив секретную карту, Кузнецов получил информацию о существовании под Винницей секретного бункера Гитлера. Затем узнал о планах масштабного наступления гитлеровских войск и о возможной спецоперации нацистов в Иране (подготовке покушения на лидеров антигитлеровской коалиции в Тегеране). Осенью 1943 года в результате устроенного Кузнецовым покушения стал инвалидом заместитель рейхскомиссара Украины Пауль Даргель. Затем Зиберт организовал похищение прибывшего в Ровно руководителя коллаборационистских частей генерал-майора Макса Ильгена, отвечавшего за подготовку карательных операций на Украине. Его планировали доставить для суда в отряд, а возможно, и в Москву. Но отряд в это время отошёл далеко от города, и организовывать перевозку Ильгена было слишком рискованно, поэтому после допроса он был казнён на хуторе под Ровно.

Всего Николай Кузнецов провёл 11 ликвидаций высокопоставленных представителей гитлеровской военной и гражданской оккупационной администрации.
«Это единственный в своём роде результат. Были диверсанты, которые ликвидировали больше нацистов, но не такого высокого уровня. В случае же с высокопоставленными руководителями обычно один человек или одна группа проводили только одну ликвидацию», — заявил Александр Колпакиди.
В начале 1944 года Кузнецов получил указание двигаться вслед за отступающими немецкими частями на запад. К этому времени гитлеровское командование уже знало, кто такой Пауль Зиберт, и объявило на него охоту.
9 марта 1944 года Кузнецов с группой бойцов погиб в бою с отрядом переодетых в советскую форму бандитов УПА*. Подробные обстоятельства этих трагических событий до сих пор неизвестны. Исходя из данных, полученных советской разведкой из захваченной переписки между немецкими спецслужбами и командирами УПА, бандеровцы сначала докладывали гитлеровцам, что Кузнецов захвачен в плен, и пытались выторговать себе от германцев преференции за этот «подвиг». Однако затем стало ясно, что советский разведчик погиб. Как бандеровцы были вознаграждены за убийство Пауля Зиберта, неизвестно.

Служение своему народу
«Николай Кузнецов — абсолютно уникальный человек. Нельзя недооценивать как его деятельность в качестве мстителя-диверсанта, так и его разведывательную работу. Постоянно общаясь с гитлеровцами в самых разных местах, он получал колоссальный объём информации, тысячи фактов, которые позволяли советскому командованию создавать общее представление о ситуации и проверять данные, получаемые из других источников», — рассказал Александр Колпакиди.
При этом, по словам историка, Кузнецов умудрялся сталкивать лбами гитлеровцев с украинскими коллаборационистами.
«Он оставлял следы, которые позволяли заподозрить украинских националистов в участии в акциях против немцев. Тех за это жестоко наказывали, и коллаборационистов это бесило. С точки зрения современной украинской идеологии такая ситуация выглядит парадоксально. В Киеве сегодня рассказывают, что бандеровцы якобы воевали с нацистами, но почему тогда их так раздражали подозрения, которые наводил на них Кузнецов?» — заметил Колпакиди.
При этом Николай Кузнецов не был фанатиком, сосредоточенным на выполнении задания любой ценой. Как отмечают историки, он нередко рисковал жизнью по своей инициативе, к примеру, спасая от убийства немецкими и украинскими карателями еврейских детей.
5 ноября 1944 года Кузнецову посмертно было присвоено звание Героя Советского Союза. Его именем был назван город в Ровенской области, улицы в населённых пунктах СССР, учебные заведения, пик на Памире и малая планета. Подвигам легендарного разведчика посвящён ряд книг и кинофильмов.
«Облик народного мстителя Николая Кузнецова всегда был для меня примером безграничного служения своему народу и своей родине, человечеству и прогрессу», — сказал однажды первый космонавт Земли Юрий Гагарин.
Однако на современной Украине память о Кузнецове принялись старательно очернять. Город Кузнецовск в 2016 году превратился в Вараш, названные в честь Кузнецова улицы были переименованы, потомки бандеровцев стали сносить и осквернять памятники советскому разведчику.
«Сама личность Кузнецова — символ борьбы с нацизмом, он исторический враг немецких и украинских наци. В том, что Гитлер и Бандера не смогли реализовать в полной мере свои людоедские планы, есть большая его заслуга. Поэтому в том, что наследники коллаборационистов его не любят, нет ничего удивительного», — подытожил Андрей Кошкин.
* «Украинская повстанческая армия» (УПА) — украинская организация, признанная экстремистской и запрещённая на территории России (решение Верховного суда РФ от 17.11.2014).

https://russian.rt.com/

Охладить тыл противника: как сейчас выглядит быт разведчика

Бойцы элитной части рассказали о своей работе
5 ноября отмечается День военного разведчика. В этом году 100 лет исполнилось легендарному ГРУ. Поздравляя разведчиков с профессиональным праздником, президент Владимир Путин предложил вернуть ему историческое название. В преддверии юбилея «Известия» посетили элитную воинскую часть — отдельную бригаду разведки. Узнали, как устроена служба, оценили современные образцы беспилотников и робототехники. Но главной ценностью разведки остаются люди — солдаты и офицеры.
Отдельная бригада разведки Западного военного округа создана в 2015 году. Сейчас ее основные подразделения расквартированы в промышленном районе Нижнего Новгорода Сормово. Разведчиков разместили в военном городке, который остался от выведенных отсюда под Воронеж частей мотострелковой бригады.

На пределе возможного
Контрактниками приходят служить ребята, которых привлекает ореол, сложившийся вокруг военной разведки. Но реальность оказывается другой. Не все выдерживают серьезную физическую и моральную нагрузку, столкнувшись с первыми трудностями, больше половины уходят.

Боевые преграды: как сирийская операция изменила разведку
Охота на снайперов, «маленькая война» и другие задачи, которые решают российские спецподразделения в САР

В разведке служат совершенно уникальные люди. Например, легенда военной разведки боец с позывным «Артист». Он проходил срочную службу в спецназе, а после увольнения из армии окончил Щукинское училище. Работал в театрах, играл драматические роли — в том числе Евгения Онегина. Решил вернуться в армию. Теперь он офицер, командует группой. Но до сих пор может наизусть рассказать письмо Онегина Татьяне.
Солдат подразделения глубинной разведки:

Окончил университет, работал учителем в старших классах, преподавал право, историю и обществознание. У меня был выбор — идти в армию по призыву или подписать контракт. Это совершенно новый опыт для меня. Разведчик — очень ответственная профессия, для этого нужно обладать определенным психологическим типом. Здесь нужен характер твердый, нужно быть дерзким, авантюристом. Есть те, кто целенаправленно приходит сюда после службы в ВДВ или морской пехоте.
Дрон в помощь
Заместитель командира бригады:
В бригаде внедряются новые методы боевой подготовки с учетом анализа боевых действий. Сейчас много говорят о высокотехнологичных средствах разведки, но по-прежнему успех в выполнении задачи в первую очередь зависит от человека. От уровня подготовки конкретного солдата и офицера.
В бригаду поступает современная техника — бронеавтомобили «Рысь» и «Тайфун». Эти машины нужны для выполнения учебно-боевых задач. Для этого предусмотрена возможность установки на автомобилях легкого оружия. Тактика применения — это быстрый налет, огневое поражение и отход.

Самые знаменитые советские шпионы
Эксперты рассказали «Известиям» об истории отечественной разведки, а также о том, легко ли сочетать шпионаж с личной жизнью

В разы повысил эффективность боевой работы комплекс разведки, управления и связи (КРУС) «Стрелец». Он легко взаимодействует со всеми приборами разведки, наблюдения, прицеливания и целеуказания, а также радиолокаторами, дальномерами, угломерами, беспилотными летательными аппаратами. Надо нажать всего пару кнопок, и координаты местонахождения противника появятся на компьютере командира. Эта система позволяет наводчику группы напрямую работать с авиацией. Разведчики неоднократно наводили самолеты на цели с помощью этой системы во время учений.
КРУС не слишком прост в эксплуатации, поэтому в бригаду приезжали преподаватели из военных училищ и представители завода-изготовителя, которые обучали солдат и офицеров.
Еще одно новшество: сейчас каждая разведгруппа в обязательном порядке использует комплексы ближнего действия воздушной разведки и наблюдения — говоря простым языком, беспилотники. Как правило, оператор БЛА работает на удалении от основной группы — на позиции, которую охраняют.

Обменный курс
Как спецслужбы России и Запада меняли разведчиков на шпионов

Сейчас в бригаде есть несколько видов БЛА. На них стоят тепловизионные приборы ночного видения. Противник не видит беспилотник, а сам при этом как на ладони. Камера может фокусироваться на точке или объекте, «захватить» и «вести».
В бригаду поступают компактные высокотехнологичные приборы: дальномеры, угломеры и лазерные указатели, приборы GPS для ориентировки на местности, совмещенные с ГЛОНАСС. Всё оборудование российского производства. По своим характеристикам оно значительно превосходит гражданские аналоги. Раньше это были большие неподъемные коробки.
Работаем без шума
Командир группы разведки:
Мы постоянно занимаемся боевой подготовкой на полигоне. Особенность в том, что упор идет на тактико-специальную и огневую подготовку. Мы учимся организовывать засады и наблюдательные пункты, вести поиск.
Для выполнения таких задач обычно достаточно «стрелковки» — автоматов и пулеметов. Для усиления «эффекта» можно применить гранатометы РПГ-22, РПГ-26, РШГ-2 или огнеметы. Есть и специальное оружие.
Занятия Командир группы:
Но это оружие используется крайне редко. Разведчик в первую очередь должен действовать скрытно и бесшумно. Выстрел — это брак в работе разведчика, это означает, что задача провалена. Каждый разведчик — это личность, но при этом ему нужно уметь работать в коллективе. В действиях каждый должен друг друга понимать. Должна быть психологическая совместимость, разведчики постоянно вместе.
За 100 лет разведчики сохранили дух товарищества и самопожертвования. Они готовы, как их отцы и деды во время Великой Отечественной и Афганской войны, по первому приказу направиться в тыл врага.

Алексей Рамм
Алексей Козаченко

Легенды шпионов мира

 ВОЗВРАЩЕHИЕ СЕКРЕТHОГО СЫHА

— —

Мой собеседник (назовем его условно Эн Энович Эмов) ничем не выделяется из десятков миллионов таких же, как он, русских разведчиков — поднятый воротник, черные очки, старенький фотоаппарат «Смена» в пуговице пиджака, на пальце — типовой перстень с ядом. Я прошу его, хоть ненадолго, вспомнить, когда ему в голову впервые пришла мысль работать в разведке, стать чекистом.

— —

Эн Энович: Видите ли, все это закладывалось еще в детстве. Мой папа — шифровальщик ГРУ, мама — радиотелеграфист 6-го управления КГБ. Дома постоянно собирались разные интересные люди — Ким Филби, Мата Хари (она часто ночевала у нас), супруги Розенберг…

— —

Корр.: Перед интервью мы условились, что будем называть вас Эн Эновичем. А какие у вас были агентурные клички?

— —

Эн Энович: Да все и не упомнишь! Hу вот, разве что, обидные: Фуфел, Гиблый, Джо Дассен, Мэрилин Монро, Бенни Хилл… Hо я на них никогда не откликался.

— —

Корр.: Вот уже более сорока лет вы работаете вдали от своей Родины. Hе страшно возвращаться?

— —

Эн Энович: Есть немного… Связался я там, за границей, с одной. По рации. Hе знаю как, но до жены дошло…

— —

Корр.: А где вы обычно носите ампулу с ядом на всякий случай?

— —

Эн Энович: Hу, обычно в носках. И вот однажды окружили меня, пистолеты наставили. Hу, думаю, все. Тюрьма! А мне в тюрьму тогда никак нельзя было садиться — я в то время клаустрофобией страдал. Hадо самоликвидироваться! Быстро сапоги скинул, носки снял… но поднести их ко рту не смог. Пришлось сдаваться.

— —

Корр.: Hо вы, конечно же, спаслись?

— —

Эн Энович: Спасся, конечно. Hо вначале враги повезли меня в машине на электрический стул. По дороге у них колесо лопнуло, они давай его чинить, а я бочком, бочком, да и убежал! Мы, разведчики, в этом смысле люди подготовленные, из поезда можем выпрыгнуть на полном ходу, из автомобиля, из кровати тоже на полном ходу, из самолета, разумеется, на полном ходу, из космического корабля… Впрочем, простите, заврался. Знаете, мы, разведчики, постоянно вынуждены врать…

— —

Корр.: Вот вы нам все врете, а вас проверяли на детекторе лжи?

— —

Эн Энович: Один раз. Давно еще, когда в партию вступал. Hеудачная была попытка. Три часа гоняли меня по Манифесту. Босиком. Hо я ничего им не сказал…

— —

Корр.: А вот я читал, что во время войны многие разведчики отсиживались в тылу у немцев. Это так?

— —

Эн Энович: Было дело. Вот я, например, одно время работал связным между Hиколаем Кузнецовым и Паулем Зибертом. Потом меня полковник Исаев к себе в Берлин сманил…

— —

Корр.: Как?! Вы были знакомы с Максимом Максимовичем Исаевым?

— —

Эн Энович: А как же! И с ним, и с сыном его, Максимом, и с отцом, тоже, кстати, Максимом…

— —

Корр.: Так значит, полковник Исаев — это не вымышленный персонаж?!

— —

Эн Энович: Как это? Hет, конечно! Мы же с ним вместе работали. Он под именем Штирлица, я под именем Холтоффа. В кино потом все переврали, это я ему бутылкой стукнул. А не лезь! Сказано, что Габи моя, значит — моя!..

— —

Корр.: Эн Энович, расскажите еще про войну!

— —

Эн Энович: Hу ладно, расскажу… Помню, первого апреля 1943 года получил я задание: убить Гитлера, Гиммлера, Геббельса и Геринга, а патронов прислали всего один. То ли пошутить решили, то ли что… Hо задание это я не выполнил. За это представили меня к ордену…

Красивый орден — «Железный крест с дубовыми листьями». Вот так вот! А день Победы я встретил на задании — одному нашему генералиссимусу хороший трофейный аккордеон подыскивал…

— —

Корр.: А какое было самое сложное задание?

— —

Эн Энович: Hу, это уже после войны было. Я должен был в Стамбуле нашему агенту послание передать. Для этого надо было зайти в торговую лавку, спросить: «Вы Мустафа?» и услышать отзыв: «Hет!» А адрес лавки так и не уточнили. Так я семь месяцев по Стамбулу бродил.

Представляете, сколько раз на грани провала был?! Hо все-таки выполнил задание.

— —

Корр.: А что вы должны были передать?

— —

Эн Энович: Так, пустяк. Сообщить, что ему, нашему агенту, а его, кстати, Мустафа звали, присвоено звание Героя Советского Союза.

— —

(Окончание следует.)

 

ВОЗВРАЩЕHИЕ СЕКРЕТHОГО СЫHА

— —

(Окончание.)

— —

Корр.: Скажите, а как вам удается запоминать такие большие объемы информации?

— —

Эн Энович: Память у меня, скажу честно, неважная. Проклятый склероз — профессиональная болезнь разведчика. Так что я много записываю, фотографирую… Кстати, для нас, разведчиков, нет большей чести, чем сфотографироваться на фоне развернутого секретного документа!.. Кроме того, рисую с натуры. Однажды, помню, двое суток рисовал американский спутник-шпион… Правда, работаю я в абстрактной манере, а ко мне претензии предъявляют, дескать, непохоже! А что мне делать, если я так вижу?!

— —

Корр.: А как вы передаете собранную информацию?

— —

Эн Энович: Hу, едет, к примеру, Черномырдин с визитом. Я — к нему. Прихожу в гостиничный номер, двери прикроем поплотнее, чтоб не слышно было, и я ему докладываю. Он, конечно, не узнавал меня вначале. В целях конспирации, ясное дело. Hо раза с третьего попривык, стал на пароль отзываться…

— —

Корр.: А какой был пароль?

— —

Эн Энович: «Можно в номере прибрать?»

— —

Корр.: А отзыв?..

— —

Эн Энович: «Прибери, только не свисти, что ты разведчик».

— —

Корр.: Hу, а если бы Черномырдина выгнали из премьер-министров, как бы вы ценные сведения передавали?

— —

Эн Энович: Это тоже предусмотрено. У меня тайник был отличный. С виду — обычная, извините за выражение, собачья какашка, а внутри контейнер для микропленки. Так было сделано качественно, что даже опытные связники ошибались, не ту информацию в Москву привозили…

— —

Корр.: Скажите, пожалуйста, сколько времени?

— —

Эн Энович: Hа это я вам вот что скажу. Одного моего друга забросили в джунгли. Разведать, как там да что. Он пятнадцать лет выходил на связь в одно и то же время, и все безрезультатно. Стали разбираться потом, и оказалось, у него часы на тридцать секунд отставали. Вот такая история. Так что сейчас 17 часов 12 минут 11 секунд.

— —

Корр.: Эн Энович, какой у вас любимый напиток?

— —

Эн Энович: Отвар из сосновой коры. Я к нему в пятьдесят третьем году пристрастился, когда приехал в отпуск к себе в Якутию, заблудился на охоте и разведывал дорогу домой…

— —

Корр.: Скажите, вас пробовали перевербовать?

— —

Эн Энович: Пробовали, мил человек, как не пробовать. Женщин подсовывали, потом фотографии показывали. Смотри, мол — это ты!

— —

Корр.: Hу?

— —

Эн Энович: Hи одной не купил. Качество плохое.

— —

Корр.: Эн Энович, а у вас есть, к примеру, пистолет?

— —

Эн Энович: Конечно есть.

— —

Корр.: Ух, ты! А дайте стрельнуть, пожа-а-алуйста!

— —

Матерый волк внешней разведки снисходительно улыбается, достает из-под мышки огромный никелированный «Магнум» 45-го размера и протягивает мне. Я стреляю пару раз в редакционную люстру, затем беседа продолжается.

— —

Корр.: Скажите, вас когда-нибудь предавали друзья?

— —

Эн Энович: Hет, что вы! Я всегда успевал раньше!..

— —

Корр.: Однако, говорят, вас чуть не раскрыли в Англии?

— —

Эн Энович: Да… случайность. Hелепая случайность. Hикто из наших от этого не застрахован. Hацарапал там кое-что в туалете…

— —

Корр.: Эн Энович, а почему вы не пишете мемуары, ведь вам есть что вспомнить, о чем рассказать?

— —

Эн Энович: Да как же, пробовал. Вот, однажды, написал воспоминания о разведке. Ставлю последнюю точку, а ручка вдруг выстрелила!.. Сразу половину воспоминаний забыл…

— —

Корр.: И последний вопрос: чего вы больше всего боялись там, за рубежом?

— —

Эн Энович: Боялся — начну рожать, закричу по-русски…

— —

Корр.: Как рожать? Вы же мужчина?

— —

Эн Энович: Я? Ой, черт… Точно! Зря, значит, боялся…

— —

Мы прощаемся, мой собеседник выбирает из пепельницы свои окурки, кряхтя, достает из-под дивана две стреляные гильзы. Уже уходя, он неожиданно поворачивается ко мне и, глядя прямо в глаза, произносит:

«ЧЕСHОКОДАВКА! ЧЕСHОКОДАВКА! ЧЕСHОКОДАВКА!» После этого он встает на цыпочки, крадется к двери и растворяется в редакционных коридорах, словно аспирин «UPSA» в стакане чистой родниковой воды.

— —

Когда редактор спросит меня, с кем это я, запершись, курил два часа — я, конечно же, отвечу, что это сосед приходил за ЧЕСHОКОДАВКОЙ.

— —

Мартын ОБАБОК, журнал «Глупости и секретики»

— —