О чём никогда не расскажут киевские власти

Предлагаем интервью с сотрудником Международной ассоциации подразделений антитеррора «Альфа», председателем правления «Ассоциации ветеранов спецподразделения «Беркут» МВД Украины» Владимиром Крашевским, который приоткрыл завесу тайн о «черной роте» и действиях спецназа 20 февраля.

…Люди с «материка» не бегут. Они увольняются и перебираются в Крым вместе с семьями. Приезжают бойцы практически из всех регионов Украины. Сейчас для них вырабатывается алгоритм трудоустройства в наш отряд. Отбор в крымское спецподразделение будет жесткий, так как уровень подготовки в различных регионах Украины серьезно хромал.
К примеру, в большинстве отрядов «Беркут» краповые береты носили незаконно, а это уже о многом говорит…
— Из каких спецподразделений бойцы перебираются в Крым?
— Да практически из всех. Ведь это логично, что люди не хотят служить преступному режиму и тем более — сражаться плечом к плечу с «Правым сектором», еще вчера калечившим их коллег. Мы ведь эту «власть» прекрасно знаем по эпохе правления Ющенко. Что такое революция? Это смена формаций, а здесь мы видим просто смену олигархических кругов. По логике вещей, сейчас начнется вброс всевозможных компроматов, круговорот политиков на должностях. Все как при Ющенко. Ну а так как сценарий на этот раз выбран далеко не мирный, будут друг друга отстреливать.
— А сотрудникам спецподразделений угрожали?
— Да, было. Кому-то звонили по телефону, кому-то прибивали траурные венки к дверям. К кому-то даже приходили. Но в большей степени неудобства доставляли не угрозы, а психологическое давление. Бывало такое, что детям силовиков в школах и детсадах говорили, что «твой папа бьет ни в чем не виновных людей», что «он — убийца»… Удар по самому больному — по семье.
— Где расположились бойцы, прибывшие в Крым?
— В основном у родственников и знакомых, практически по всему полуострову. Перебравшихся на самом деле не так много — точного количества не скажу, приблизительно человек 150, это если по «Беркуту». Крымская база «Беркута» приютила бы, но у нее своего общежития нет. За 22 года существования спецподразделения людям даже ни одной квартиры не дали.
— А почему они выбрали именно Крым?
— Не только Крым, есть и уехавшие в другие регионы России. Авакову выгодно говорить, что кто-то скрывается в Крыму: вот, дескать, «они и есть убийцы, и они там, в Крыму!». Мы для них как красная тряпка для быка. Да тот же Москаль: то крымский «Беркут» Майдан гоняет, то захватывает центральные органы власти на полуострове. Чушь ведь! Крымский «Беркут» не имел отношения к захвату органов власти Крыма, да и в разгоне «студентов» он участие не принимал. Ну, хочется ему казаться спецом по силовикам… жаль, не выходит, разве что пальцем в небо потыкать наугад.
— Как к вам относились на Майдане?
— Отношение было разное, но в большинстве случаев — негативное. Мы ведь понимали, что шла информационная война, причем успешная. Уместно вспомнить слова Йозефа Геббельса: «Дайте мне средства массовой информации, и я из любого народа сделаю стадо свиней». Даже в его времена это было возможно, а сейчас — тем более, когда появилась возможность делать моментальные вбросы в интернет и монтировать видео: на одном кадре сотрудник спецподразделения стреляет, на втором — падает активист Майдана. Это производит определенный резонанс в обществе, и реакция, как мы видим, не заставляет себя ждать.
— А как, по-вашему, повело себя по отношению к «Беркуту» нынешнее руководство МВД?
— Как? Если взять конкретно крымский «Беркут», то нас сливали с самых первых дней. Причем речь идет не о первых днях Майдана, а в целом. В 1992 году, когда только появилось спецподразделение, у нас было первое боевое крещение в селе Красный Рай под Алуштой. Стояла задача ликвидировать земельный самозахват. И уже тогда, в первые дни существования, мы столкнулись и с «коктейлями Молотова», и с ударами заточек и топоров… Когда мы позже встречались с отдельными представителями крымских татар, они нам сказали, что адреса и имена наших родственников у них были уже на следующий день. Просто не было команды вырезать.
К чему я это говорю? В Киеве была точно такая же ситуация. Предатели из силовых ведомств и органов власти сливали все, что мы делали или даже готовились сделать. На Майдане заранее знали о том, что мы предпримем в ближайшее время. Там, в Киеве, мы были мальчиками для битья. Закон «О милиции» просто не работал. Какое может быть отношение к руководству МВД? Догадайтесь…
К сожалению, и во время правления Януковича, и до него с постов руководства силовых ведомств вытуривали профессионалов и ставили дилетантов (землячество, родственные связи, общий бизнес…). Много профессионалов было выбито из силовых ведомств бесконечными пенсионными реформами. В «Альфе» ребята уходили на пенсию в самом продуктивном для спецназовца возрасте 30-35 лет.
— Легко ли подавить «Правый сектор»? Говорят, в его рядах много настоящих боевиков?
— Технически — да. Тем более что новой власти «Правый сектор» не нужен. И сейчас она ищет любые методы избавиться от них. «Правый сектор» был интересен только как инструмент достижения цели, а как политическая сила — ни в коем случае, тем более что европейская общественность не приемлет подобных фашиствующих политсил. Они последователи идей ОУН-УПА. К сожалению, в Украине историю переписали с чистого листа, и то, что было черным, стало белым. Это началось после развала СССР, а уже при Ющенко произошла героизация фашистских прихвостней на государственном уровне.
И опять на ум приходит одна из цитат Геббельса: «Отними у народа историю — и через поколение он превратится в толпу, а еще через поколение им можно управлять, как стадом». Это все мы лицезрели на Майдане.
Скажу больше, «Правый сектор» — это очередной пустой украинский бренд. Такой же пустой, как и «Небесная сотня», и такой же пустой, как УПА, которая на самом деле не являлась ни украинской, ни повстанческой, а о термине «армия» я вообще молчу…
— Насколько были правомерны действия спецподразделений на Майдане?
— Да, были превышения полномочий: избивали безоружных людей и журналистов. От этого никто не отрекается. Оправданий этим действиям нет и быть не может. Но о чем это говорит? О низком уровне подготовки сотрудников спецподразделений, в первую очередь морально-психологическом. Во многих регионах просто не хватало спецов, которые бы их обучали. Так же как и не хватало материально-технического обеспечения: все осталось с тех времен, когда подразделения только создавались. Оружие раза в три старше сотрудников, приходящих сейчас на службу, бронещиты еще образца 80-х годов. Все более-менее современное закупалось за свои деньги или приобреталось с помощью спонсоров, чаще — бывших спецназовцев.
— А где сейчас находится командир киевского «Беркута» Сергей Кусюк? Почему сбежал?
— Ну, в Крыму его скорее всего нет. Во всяком случае, у нас в отряде не появлялся. А если бы и появлялся, никто бы вам этого не сказал. Почему сбежал? Можно ли это назвать бегством? Он скрывается от следствия, хотя бы потому, что никакого объективного расследования ждать не приходится. Этот человек служил в киевском ОМОНе с 1988 года, с самого начала. Что можно сказать о человеке, который всю жизнь посвятил спецподразделению и служению народу? Что он озверел и ни с того ни сего отправил подразделение избивать 45-летних «студентов» 30 ноября? Это же смешно! Он прекрасно понимает, что его сольют и сделают козлом отпущения.
— Что можете сказать о действиях коллег 20 февраля и о Дмитрии Садовнике? Почему «Беркут» убежал с Институтской?
— Дмитрий Садовник — офицер с большой буквы. Он, кстати, в Крыму сдавал на краповый берет и заслужил право на его ношение, несмотря на то, что у него была повреждена кисть правой руки, а точнее ее практически не было. В «Беркуте» он служит довольно долго, причем в роте специального назначения, которую Аваков и его коллеги прозвали «черной». Позже Дмитрий эту роту возглавил.
Садовник
Дмитрий Садовник, командир РСН
— Кстати, а что это за легендарное подразделение?
— Ну, если бы господин Аваков хоть раз потрудился изучить официальные документы, то он бы не стал использовать такое мистическое клише, как «черная рота».
Это рота специального назначения киевского полка «Беркут». Она была создана в конце 1993 года для проведения спецопераций повышенной сложности и задержания особо опасных вооруженных преступников. За два десятилетия таких мероприятий было проведено сотни, и стоит отметить, без единой потери. Состав роты — 90 человек, 4 штурмовых взвода. На момент создания ее возглавлял ветеран Афганистана Дмитрий Силяков.
Чтобы вы поняли, что представлял человек, заложивший фундамент роты, зачитаю небольшую выдержку из его личного дела:
«В Республике Афганистан с 22 апреля 1987 года. Является командиром парашютно-десантной группы спасателей. Выполнил 214 боевых вылетов, с общим налетом 238 часов, в районы расположения сил военной оппозиции на поисково-спасательное прикрытие и корректировку бомбо-штурмовых ударов авиации, эвакуацию военнослужащих, получивших ранения со сторожевых застав Сухопутных войск, прикрытие механизированных колонн и досмотр вьючных караванов. Выполнял боевые вылеты по уничтожению группировок военной оппозиции в ходе войсковых операций «Центр», «Факел», «Завеса», «Выстрел», «Магистраль», в районах ущелья Панджшер, зеленой зоны н.п. Чарикар, Кабула, Хоста. Руководя действиями группы, эвакуировал из расположения формирований военной оппозиции 9 летчиков с самолетов сбитых ПЗРК, 31 тяжелораненого военнослужащего со сторожевых застав Сухопутных войск армии, проявляя при этом высокие морально-волевые качества».
Но вернемся к РСН сегодняшней — это профессионалы высокого класса. Большинство прошли стажировку в зарубежных спецподразделениях и обкатку в составе подразделений SPU (Special Police Unit), а также антитеррористического отряда UN SPECIAL TEAM SIX (ST 6) в Косово. В состав последнего входили представители таких акул антитеррора, как GSG-9 (Германия), SEK (Германия), EKO COBRA (Австрия), WEGA (Австрия), DELTA (Норвегия), GIGN (Франция), URNA (Чехия), Zásahová jednotka (Чехия), Specialna Enota (Словения), Karhu Team (Финляндия), Alfa (Хорватия), BOA (Польша), Nationell Insatsstyrkan (Швеция), Viking Squad (Исландия), ETF (Канада).
20 февраля командовал этими парнями как раз Дмитрий Садовник.
— Что на самом деле произошло 20 февраля?
— В 8 утра на Институтской стоял автобус с 23 вооруженными бойцами роты спецназа. Для чего они там стояли? Для прикрытия основных сил «Беркута» и ВВ, на тот случай, если автоматическое оружие, захваченное боевиками «Правого сектора» на западе Украины, доберется до Киева и начнет стрелять. Выстрелы со стороны Майдана были слышны еще днем 18 февраля. Уже тогда появились первые раненые. Вечером и ночью интенсивность огня была такой, что только в крымском отряде «Беркут» оказалось 28 раненых с огнестрелами и один погибший.
Помните, «Беркут» побежал по Институтской улице? Почему? Да потому что в них начали стрелять. На видео слышно, как в рупор неоднократно кричат со стороны Майдана: «Не стреляйте своим в спину!» Выходят группы демонстрантов со щитами и начинают забрасывать отходящих силовиков фейерверками и различной пиротехникой. Звук разрывающихся петард и салютов перемешивается со звуком выстрелов. Поэтому правоохранители и начинают спешную эвакуацию.
Тут же бойцы РСН отправляются в Октябрьский дворец, чтобы разбудить около 300 безоружных силовиков, которые в тот момент отдыхали там. В итоге удалось эвакуировать примерно 250 человек, поскольку во дворце они спали на всех трех этажах и в подвале, не всех смогли найти. Замешкавшиеся попали в плен. Пока ребята с Майдана и Октябрьского дворца отходили, их прикрывали с помощью пяти помповых ружей «Форт-500». Стреляли «резинками». Да, у них были автоматы, но на видео прекрасно видно, что стреляли они именно из «фортов». По логике, что им мешало вскинуть автоматы и положить всех вокруг? Да, по сути, ничего, и поверьте, они бы не промахнулись.
В то же время, пока парни прикрывали отход своих, снайперским дуплетом был убит один из бойцов РСН — Николай Симисюк. Опять же на видео это есть: Николай извлекает из разгрузки газовую гранату «Терен-6», выдергивает чеку, и в него попадают две пули — одна в ногу, вторая — под срез каски, в голову. К нему подбегают коллеги, и раздается взрыв. Когда газ рассеялся, Николая эвакуировали…

Боец РСН Николай Симисюк погиб на Майдане. По единогласному решению Совета краповых беретов крымского отряда «Беркут» он был награжден краповым беретом и нагрудным знаком «За службу и храбрость» — посмертно
Потом ранили еще двух бойцов из этой группы, а одному пуля угодила в рукоятку ножа и раздробила ее. Кстати, там неподалеку многие видели снайпера. Это был сотрудник контртеррористического спецподразделения ВВ МВД Украины «Омега». С ним была группа прикрытия. Почему он там находился? Не для стрельбы по митингующим! Это разведка. Он с помощью оптических приборов пытался найти снайперов «Правого сектора», которые, по информации, находились в здании гостиницы «Украина». Уже позже, когда боекомплект на «Форт-500» подошел к концу, а расстояние между митингующими и спецназом увеличилось, бойцам РСН пришлось применить огнестрельное оружие, но стрельбу вели на упреждение. Опять-таки на видео можно увидеть фонтанчики земли в трех-четырех метрах от наступавших. Что мешало стрелять на поражение? Повторюсь, они могли положить всех наступавших — и, кстати, на вполне законных основаниях, по закону Украины «О милиции», раздел 3, статья 15.
Благодаря этим парням потери среди силовиков были сведены к минимуму.
— А что за желтые повязки были у них на руках? Изначально кто-то говорил, что на них была символика «СС-Галичина»…
— Это система «свой-чужой». Отличительный знак, для визуальной идентификации. Мы ведь прекрасно понимали, что среди демонстрантов вполне могли быть люди, одетые в подобную форму. И вот чтобы не перепутать их со своими, бойцы намотали желтый скотч на рукава униформы. Никакой символики на повязках не было.
— Аваков говорил, что именно бойцы «черной роты» стреляли по митингующим…
— Если даже чисто гипотетически это предположить, то там была бы не «небесная сотня», а скорее «небесный фронт». Никому бы не дали шансов уйти! То же самое, если бы работали «Альфа» или «Омега». Ведь видно, что попадания в демонстрантов идут со спины и с флангов, а там правоохранителей просто не было! Сейчас бойцы всех подразделений требуют провести экспертизу оружия. Где логика, неужели убийца будет настаивать на экспертизе, которая может его обличить? Одно я могу сказать точно — и по митингующим, и по силовикам стреляли из одного и того же снайперского оружия. Есть данные экспертизы, но в массы такой результат просто никто не даст, во всяком случае — пока не даст.
— Кстати, Геннадий Москаль заявлял о проведении на Майдане операции «Волна», что это?
— Операция «Волна» — это просто условное имя мероприятий по локализации массовых беспорядков. Каждые полгода в различных областях проводятся тактико-специальные учения по этой самой «Волне». Ничего секретного или сенсационного он в очередной раз общественности не поведал.
— А реально было бы разогнать Майдан?
— Конечно, причем без крови. Только действовать надо было иначе: перекрыть «краны», в первую очередь — финансовый. Затем — дрова, продовольствие, горючка для «коктейлей Молотова». Почему туда все это завозилось? Недоработка… Предатели в подразделениях и органах власти. Отсутствие единого центра координации действий силовиков из различных ведомств. Слив информации… Вот и результат.
— Почему «Альфа» не взяла штурмом Дворец профсоюзов?
— Благодаря боевикам «Правого сектора», которые в начале штурма решили уничтожить улики — оружие, склад с «коктейлями Молотова»… Они разбивали бутылки об стены в надежде успеть эвакуироваться. Вот здание и загорелось. А дальше и штурмовать-то стало некого…
— Что можете сказать о спецподразделениях Крыма? Готовы ли сотрудники украинского спецназа служить в российских подразделениях?
— Уже служат, и предателями себя не считают. Они вдоволь и абсолютно честно отслужили Украине, теперь послужат Родине. Кто мыслит иначе, просто не знает истории вхождения Крыма в УССР. Я прекрасно помню, что в начале-середине 90-х все нарукавные нашивки «Беркута», «Сокола» и даже НГУ были выполнены на фоне крымского флага. Позже, когда их ношение запретили, украинские флаги попросту спарывали с нашивок, а кокарды с «тризубами» стали носить только в 1997-м.
В кабинете командира роты спецназа крымского «Беркута», между портретами Маргелова и Лысюка, уже более десяти лет висит портрет Путина. А сам командирроты на все захваты ходил с российским флагом в разгрузке, в кармане ближе к сердцу.
— А каково количество перешедших на сторону России силовиков?
— По количеству я вас не сориентирую, а в общем и целом на Родину вернулось 99% личного состава различных спецподразделений. Боец спецназа — «товар штучный», и никакой металлолом в виде военной техники его не заменит, тем более устаревшей. Так вот, Украина потеряла целое Управление ЦСО «А» СБУ в Симферополе и отдел «А» СБУ в Севастополе (оба подразделения — среди самых боеспособных в «Альфе»), батальон «Беркут» в Симферополе и филиалах в Ялте, Евпатории, Керчи, роту в Севастополе, отделы «Сокол», подразделения судебной милиции «Грифон», отряд спецназа ВВ МВД (в прошлом — «Тень», «Лаванда», «Скат»), полк специального назначения «Тигр» ВВ МВД, 801-й ОБ ПДСС и многие другие…

— Переведем дискуссию в иное русло. Как вы относитесь к творчеству Андрея Макаревича? В частности, к его музыкальному произведению «омоновский вальсок»?
— Он человек творческий. Ему, наверное, можно… Хотя «Макароныча» лично я никогда не слушал. Вырос на творчестве лидера питерской «Алисы» Константина Кинчева, и отвечу его словами:
Кто за что в ответе,
С тем и проживет,
Время покажет, кто чего стоил в этой пурге.
Кто там, на том свете,
Кружит хоровод,
Объяснит в момент палец на курке.
— Намек?
— Намек на то, что все только начинается, и основная работа у нас еще впереди.

Правда «Беркута»

 Сейчас много говорят «Беркуте». Одни ненавидят его бойцов, другие ими восхищаются. Но несомненно то, что в СМИ гораздо больше негатива о сотрудниках этого подразделения, чем хотя бы просто взвешенной информации. Разумеется, можно (и нужно!) сказать, об однобокости в подаче материалов и расстановке акцентов в так называемых «оппозиционных СМИ», хотя СМИ, по идее, должны быть нейтральны. С другой стороны, «Беркут» достаточно закрытая структура, его сотрудниками не скачут перед микрофонами, в отличие от оппозиционных политиков и даже откровенных экстремистов, которые так и норовят высказать свою точку зрения, даже когда никто о ней спрашивает. Поэтому мало информации о том, что по поводу происходящего думают сами «беркутовцы». Да и не спешат к ним «оппозиционные журналисты», не хотят портить милую своим сердцам черно-белую картинку о «спецназовцах-убийцах» и «экстремистах-шалунах». Между тем, у «Беркута» есть своя правда. В нее модно верить или не верить, принимать ее или отмахиваться от нее, но она — есть. И лучше знать ее, чтобы представлять себе картину в целом, а упираться взглядом в отдельные ее части.

 

 Ниже мы представляем вашему вниманию материал Ростислава Буняка, опубликованного в The Kiev Times. Это интервью с раненым бойцом «Беркута». Повторяем: ему можно верить или не верить, это личное дело каждого, но, согласитесь, что дело умного человека — знать. Итак, интервью…

* * *

 

 Эскалация конфликта продолжается. Оппозиция пытается построить новую демократическую Украину руками штурмовиков, которые громят, уничтожают, поджигают и забрасывают камнями солдат.

 

 Бойцы внутренних войск и спецподразделения «Беркут» вызывают у народа гнев, а за их головы обещают вознаграждение.

 

 Мир перевернулся. Украина перестала быть доброй страной.

 

 Несколько тысяч штурмовиков без идеологии, а вернее с нацистской идеологией, опираясь на оппозиционные медиа, превращают Украину в страну войны.

 

 Украина разделена на две стороны баррикад, а не на власть и оппозицию. Пока телекартинка продуцирует новых героев из штурмовиков, которые поймали кураж в борьбе против всех, десятки раненых солдат со страшными ожогами, травмами от металлических труб и от взрывпакетов, начиненных болтами, лежат в госпитале МВД.

 

 Их не замечают оппозиционные СМИ. «Столько было желающих взять интервью, а никто не приходит», — первое, что говорит мне боец спецподразделения «Беркут», когда я пришел к нему в больницу. Он уже неделю, как на лечении. Ощутимо хромает. «Это случилось в прошлое воскресенье, на Грушевского. Слышу гул — взрыв… упал…», — объясняет он и просит меня не называть его имени.

 

— Боитесь?

 

— Нам запрещено общаться с прессой.

 

— Зачем Вы меня позвали?

 

— Хочу, чтобы народ услышал мою правду.

 

 Не понимаю, какой же силы должна быть петарда, чтобы свалить с ног «беркутовца» в полном обмундировании, мужчину лет сорока под два метра ростом, ширина плеч которого впечатляет. Лицо спокойное, но в глазах читается смертельная усталость. Общаясь, я для себя опровергаю самую свежую из обид оппозиционных лидеров по отношению к силовикам. Мой собеседник умен. Как бы ни хотела этого народный депутат Украины Леся Оробец, солдат «Беркута» умен и логичен.

 

«Как там в стране?», — спрашивает «беркутовец». «Все так же», — отвечаю, мы идем по коридору больницы в поисках тихого места для разговора. Мне стало страшно: навстречу идет парень лет 20, у которого практически половина лица в ожогах. «Таких тут много», — улавливает мое мимолетное оцепенение «беркутовец».

 

— За кого стоите? — мы садимся, начинаем разговор.

 

— За легитимно избранную власть. Виктор Янукович — легитимный президент. Ведь что такое силовики? Они обеспечивают безопасность страны. Взять, например, США. Там разве нет силовиков, которые защищают государство и власть — местную, региональную, государственную?

 

— Вас не смущает недовольство народа легитимной властью?

 

— Мы ведь ничего не имеем против протестов. Но протесты должны проходить на законных основаниях! Почему оппозиция не проводит сборы в городах, на предприятиях, рекламируя своего кандидата? Я более чем уверен, что в том числе и многие бойцы «Беркута» сделали бы свой выбор 29 марта 2015 года в их пользу. В милиции ведь тоже люди, нас многое не устраивает, мы ждем перемен. Но мы ждем не переворотов.

 

 Нас отвлекает врач, который, проходя по холлу, просит говорить тише. В это время собеседник достает из кармана клетчатой пижамы телефон. «Сейчас покажу видео. Отснял 1 декабря во время штурма Администрации Президента», — он протягивает мне телефон, заранее предупреждая, что с собой запись мне забрать не удастся. На земле лежит мужчина, скованный наручниками. Он такой не один. Сбоку — штабелями биты, железные трубы, кастеты, ножи. Это меня не трогает, за последнее время привык. Поставила в тупик пачка денег. «В карманах у него было 15 тысяч гривен. Снимал не только я, но и несколько журналистов. Правда, почему-то они этого не показали», — лицо собеседника стало жестким.

 

«Какие каналы Вы смотрите?» — пытаюсь уловить настроение. «5-й канал и 1+1 в последнее время не смотрю принципиально. Ложь и тенденциозность».

 

— Нас перебросили в Киев в середине ноября. Я был 30 ноября на Майдане Незалежности, но в операции участия не принимал. Стоял 1 декабря возле Администрации Президента. Я получил ранение на Грушевского. Обидно, когда из тебя делают врага народа. Милиционер не провокатор. Милиционер — по закону — лицо неприкосновенное. Почему-то телевидение не удосужилось показать, как 30 ноября нашим ребятам в лицо бросали стеклянные банки с горохом, били палками и битами. Никто не показал, что стычка началась не по вине «Беркута», а тогда, когда возникла угроза людям. «Беркут» тогда применял силу только к провокаторам. Однако на это всем плевать. Плевать и на то, что на Грушевского одному из наших надорвали печень, еще одному — с пневматики прострелили глаз! Он стал инвалидом!

 

— Вас обвиняют в намеренном избиении журналистов.

 

— Да это смешно! Я молчу о том, что журналисты давно перешли черту. Когда 1 декабря мы пошли вперед, один из них начал кричать: «Я журналист, не трогайте!». А потом положил камеру на землю, взял камень и попал рядом двигающемуся солдату в голову. Этого журналиста можно назвать экстремистом?

 

— Целостен ли «Беркут»?

 

— Я понял, что вы имеете в виду. Переход на сторону оппозиции исключен. Есть легитимно избранный президент — не важно, плохой или хороший, но он — есть. Сегодня нас зовет Яценюк «перейдем», а завтра — Вася с Петей, и мы снова должны перейти?

 

«Беркут» защищал всех президентов и, спешу напомнить, тех же политиков, которые сейчас рвутся к власти.

 

— Почему во Львове увольняются «беркутовцы»?

 

— Многие из них мои давние друзья. Во-первых, увольняются те, кто уже пенсионного возраста. Во-вторых, вам никогда не сообщат независимые СМИ, что их семьи запугивают. Вот что делать, когда ты в Киеве, а к супруге в дверь вламываются молодчики и ставят ультиматумы?

 

— Будь условный Яценюк президентом, Вы бы его защищали?

 

— Если Яценюк станет президентом в такой способ, я уйду в отставку. Распустить спецподразделение «Кобра» за какой-то палец?.. Его сегодняшняя дорога залита кровью.

 

 К нам второй раз подходит врач и просит отдалиться от палат с больными. Я снова встречаю в коридоре несколько бойцов внутренних войск с обожженными лицами. «Почему никто из журналистов не возьмет разрешение у главного врача и не придет отснять раненных? — удивляется «беркутовец». — Видео с голым задержанным помните? Думаете, его специально раздели? Нет, они все пропитаны огнеопасными веществами. Почему сзади шел пожарник с огнетушителем? А вдруг кто-то кинет петарду — его потом не затушишь. Так что лучше — подержать его 5-10 минут на морозе или рисковать сожжением, в чем, несомненно, обвинят силовиков? …А что у него было в руках? Саперская лопатка, которой он проломил каску ребенку из внутренних войск. Парень — в больнице, «герой» — на воле, раздает интервью. Такая правда никому не нужна…».

 

— Каким оружием вы пользуетесь?

 

— Присмотритесь, нам даже приказали поснимать кобуры! Светошумовые гранаты имеют в разы меньшую мощь, чем петарды, которые привязывают к болтам и камням, а потом бросают в нашу сторону. А резиновые пули того образца, который получили, никакой опасности для жизни человека не несут.

 

— Да, но вам приписывают убийства.

 

— У нас нет огнестрельного оружия. И во время митингов никогда не было. Политики хотели крови — они ее получили.

 

 Я смотрю на собеседника, мимика его лица оживляется, он переступает с ноги на ногу. Обвинения в убийстве зацепили. А быть может, понимание того, что ему вряд ли кто-то поверит.

 

— Почему вас ненавидят?

 

— А какая собака любит палку? В Америке полицейским улыбаются, но за спиной ненавидят.

 

— В интернете ходят слухи о разном размере обещанной вам премии — от повышения зарплаты на 700 гривен до 15 000 долларов, если власть удержится. Уточните сумму, чтобы у нас была достоверная информация, которая не нанесет ущерба Вашей чести.

 

— Откуда у вас такие данные? Никаких премий, я получаю зарплату, стою за государство. Вот радикалы, угрожающие нашим жизням и здоровью, получают хорошие деньги. Но опять-таки, это недоказуемо.

 

— Говорят, «Беркуту» хватит 5-10 минут, чтобы зачистить Майдан.

 

— 10 минут? Нет. Минут 30-40. Что самое главное? Поймать зачинщиков. Но те, кто призывают, к сожалению, быстрей всего и убегают. Парадокс: у нас милиция пользуется дубинками, мы входим в тактильный контакт, а в Европе это никогда не допускается. Там применяют спецтехнику и оружие. Так давайте интегрироваться в Европу, начиная с применения европейской практики во время митингов!

 

— А баррикады?

 

— Бутафория. Мы все тренированные бойцы, большинство — бывшие спортсмены, участвующие в антитеррористических операциях…

 

— Что случилось с Украиной за 10 лет, с момента Оранжевой революции?

 

— Политики меняют людей. В 2004-м я мог спокойно прийти на Майдан Незалежности, не опасаясь за свою жизнь.

 

— Вам страшно?

 

— Семью я буду защищать всеми законными средствами… Считаете, в Интернете нет адресов Яценюка, Тягнибока, германского адреса Кличко? Они все должны понимать, что может последовать ответная реакция, если с нашими семьями что-то случится.

 

— Нет ли недопонимания по отношению к командирам, которые не дают приказ?

 

— Какой приказ? Законный? Приказы не обсуждаются. Впрочем, мы никогда не будем стрелять в мирных людей.

 

— Но ведь с вами митингующие делают все, что хотят.

 

— Они плюют не в меня, а в государство. Хотели бы изменений в стране — проголосовали бы на выборах так, как считали нужным.

 

— Вы верите политикам?

 

— Уже нет. Думаете, мне легко было переломить себя, остаться в органах, когда пришел Янукович? Сейчас мне кто-то предлагает конкретный план действий? Янукович за 4 года так и не вывел страну из кризиса, и я точно не буду за него голосовать. Но и за Яценюка, у которого руки в крови, я голосовать тоже не буду. Быстрее пойду на выборы и порву бюллетень.

 

— Ну, а если Яценюк станет президентом на очередных выборах?

 

— Значит, будем защищать. Мы сами выбирали себе работу.

 

 В это время у собеседника звонит телефон. Разговор прерывается на несколько минут: он кому-то объясняет, что находится в больнице. У меня есть время всмотреться в лицо человека, которого мой многоуважаемый коллега Даниил Яневский нарек бойцом Айнзатцгруппы. Он это замечает, отвечая взглядом в глаза.

 

— Будем стоять столько, сколько нужно. Неделю, месяц, год.

 

— А где живете?

 

— В Кабинете Министров.

 

— Как долго стоят бойцы на передовой?

 

— Достаточно, чтобы потом хорошо отдохнуть.

 

— Когда в последний раз Вы виделись с семьей?

 

— Больше месяца назад. Супруга даже не знает, что я в госпитале.

 

 На этом мы заканчиваем интервью. «Беркутовец» проводит меня до выхода, просит передать всем журналистам быть хотя бы чуточку объективнее, заглядывая по ту сторону баррикад.

 

 На прощание я с уважением жму руку человеку, которого многие из моих знакомых готовы линчевать. Мир сошел с ума!

28 Января 2014г.

 

Источник: The Kiev Times.

Беркутовцы о боевиках Майдана: «Они пришли нас резать»

 

Радикально настроенные митингующие используют гайки, болты, «ежи» с шипами и другие опасные предметы. Один из активистов пришел с ножом и был задержан. Об этом сообщила пресс-служба МВД и предоставила новые фото и видео.

 

По данным МВД, провоцируя правоохранителей, злоумышленники начали применять против работников милиции дымовые шашки, файеры, биты, деревянные палки с гвоздями, камни, железные инструменты, опасные для жизни и здоровья, а также другие предметы.

 

Кроме этого, митингующие бросают в сторону правоохранителей металлические шарики, гайки, болты и другие предметы, которые могут быть опасными для окружающих.

 

 

Разбитые каски милиционеров

 

 

Работники спецподразделения продемонстрировали разбитые шлемы, раны на голове и изуродованную одежду. По их словам, агрессивно настроенные демонстранты пришли не с миром: с самого начала угрожали жечь и резать. Один из митингующих, который с кухонным ножом пришел к месту проведения акции, заявил: «Я пришел вас резать!».

 

Со слов работников Беркута, кроме всего прочего радикалы активно использовали и так называемые «ежи» – полосы с шипами. Они были разбросаны по всему периметру. Таким образом, активисты сделали «коридор» из шипов вдоль дороги. Ноги пробивало насквозь. Среди разбросанных камней заметить «ежа» крайне сложно.

 

Правоохранители отметили: было такое ощущение, что они попали в средневековье.

 

Наиболее активных активистов работники милиции задержали. Напомним, что 19 января по этим фактам были возбуждены уголовные производство по ст. 294 УК (Массовые беспорядки). Виновникам грозит наказание в виде лишения свободы на срок до 15 лет.

 

coltmgm

January 22nd, 13:06

Оригинал взят у businessmsk в Беркутовцы о боевиках Майдана: «Они пришли нас резать»