Для всех, кто любит авиацию, открыт в любое время запасной аэродром!

Леонов о выходе в космос: «Я шагнул в эту бездну и… никуда не провалился»

полете, взаимовыручке и телевидении.
Человечеству пора задуматься об астероидной угрозе. А российскому телевидению — о том, почему оно плодит дебилов.
Досье
Алексей Леонов родился в 1934 г. в д. Листвянка Западно-Сибирского края. В 1965 г. совершил первый в истории выход в открытый космос. В 1975 г. был командиром советского экипажа по программе «Союз-Аполлон». Увлекается живописью. Женат, имеет дочь, двух внуков.
Так считает лётчик-космонавт Алексей Леонов. Он был другом Юрия Гагарина и первым землянином, вышедшим в открытый космос. Накануне юбилейного Дня космонавтики «АиФ» пообщался с человеком-легендой.
Шаг в бездну
Дмитрий Писаренко, «АиФ»: Алексей Архипович, сейчас говорят много высоких слов об отечественной космонавтике и её достижениях. А в мае на аукционе в Нью-Йорке будет продан скафандр, в котором вы совершили исторический полёт «Союз-Аполлон». Не обидно?
Алексей Леонов: Думаю, это всё-таки тренировочный скафандр. Насколько я знаю, НПП «Звезда», где делают системы жизнеобеспечения, бережёт наши боевые скафандры — Гагарина, Терешковой… Тот, в котором я выходил в открытый космос, тоже находится у них. И каждый раз, когда я там бываю, говорю: «Покажите-ка мне его». А вот тренировочный они давно продали, но при этом не афишировали, что он тренировочный. На Западе есть много желающих купить вещи, связанные с космосом. Ну и слава Богу, ничего зазорного в этом не вижу.
— 12 минут 9 секунд, которые вы провели в открытом космосе — это как отдельная маленькая жизнь, прожитая внутри большой. Часто вспоминаете эти мгновения?
— Не далее как 18-го числа, как раз в очередную годовщину (Леонов совершил свой выход 18 марта 1965 г. — Д.П.) увидел сон. Будто вхожу в корабль и не могу поставить ноги на подставку. И Паша Беляев, с которым мы летали, подсказывает: «Ставь по диагонали, чтобы можно было люк закрыть, потом разберёмся». Честно говоря, в годовщину такое приснилось впервые.
Все ощущения помню подробно. Когда я встал на обрезе шлюза, то оказался прямо над Чёрным морем. А когда поднял голову, увидел Балтику. Я шагнул в эту бездну и… никуда не провалился. Завораживали звёзды. Они были везде — внизу, вверху, слева, справа. Ещё до полёта я читал Циолковского, как он описывал выход человека в открытый космос. И он совершенно точно и подробно предугадал все эти ощущения. Удивительно, откуда он мог это знать?
— У вас возникли трудности с возвращением в корабль, пришлось даже нарушать инструкции. Были слухи, что Беляеву давали указания: если с Леоновым что-то случится, бросай его и возвращайся один.
— Я в это не верю. Паша был удивительный парень, надёжный. Да, после полёта кто-то пустил трёп, будто какой-то психолог посоветовал Королёву, а тот сказал Беляеву перед стартом: в случае чего отстреливай Леонова и возвращайся на Землю. Это враньё, никогда бы в жизни Паша на это не пошёл! Мы с ним предвидели всякие ситуации и даже проводили тренировки: если я потеряю сознание, то он разгерметизирует корабль, выйдет наружу и вернётся вместе со мной. Я был на 100% в нём уверен. И такая вера — великое дело. Именно потому я не думал ни о каких «вдруг» или «если».
— Спрошу ещё об одном слухе. Вас также готовили как человека, который должен был первым ступить на Луну. Ходит байка, что кто-то из космонавтов предлагал отправить себя на Луну «в один конец»? То есть назад бы он не вернулся, но зато мы опередили бы американцев.
— Полная чушь! Никто из отряда космонавтов не мог такое предложить, ведь мы все были здравомыслящие люди. Но не скрою, приходили письма от людей, простых советских граждан, которые просили отправить их и на Луну, и на орбиту, и куда угодно. А из программы подготовки к лунному полёту запомнилось, как мы отрабатывали систему посадки. На центрифуге у нас были перегрузки в 14 единиц, а, между прочим, истребитель Су-27 разрушается уже при перегрузке в 12! После тренировок на коже появлялись кровоизлияния. Но мы были молоды и энергичны. Бревно дали бы, мы бы и на нём полетели!
Космос на пользу
— Кажется, сейчас наша космонавтика вступила в чёрную полосу. Много неудачных пусков, спутники ГЛОНАСС в океан падают. Мы летаем на старых «Союзах», а американцы разрабатывают корабль нового поколения…
— Аварии бывали и раньше, правда, редко. Сейчас ошибки становятся системными, и это тревожно. В космонавтике та же проблема, что по стране в целом: опытные люди уходят, приходят новые, а им не хватает уровня подготовки и дисциплины. Надо думать, что с кадрами делать. Перминов, глава Роскосмоса, говорит, что выделенные деньги задерживаются. Тоже причина, и тоже не в пользу нашей космонавтики. Что касается нового корабля, его делают не только в США. У нас утверждён проект пятиместного корабля «Русь», так что в этом мы не уступаем.
Американцы свернули свои программы полёта на Марс и Луну. Они ведут разработки нового двигателя, и это правильно: к нему можно будет любую «телегу» пристегнуть. Вообще, марсианский проект одной стране не потянуть. В ближайших перспективах я этого не вижу. А вот полёты на Луну, создание там научной базы — это реально. Условия работы на Луне ничем не хуже, чем зимой в Антарктиде. Также через 10-15 лет, как мне кажется, на орбите появятся гостиницы, а вокруг них — множество «предприятий», где будут производить новые полезные материалы. Скажем, выращивать кристаллы, которые невозможно создать на Земле из-за гравитации. Это практическое использование космоса.
Ещё международной общественности надо задуматься об астероидной угрозе. Есть разные причины, способные вызвать отклонения траектории безопасного, казалось бы, астероида. Мы от этого не застрахованы, о чём говорит вся история Земли. Представим, что Тунгусский метеорит упал бы сейчас на Москву или Лондон, — они бы просто исчезли. Пора всем объединиться перед астероидной угрозой, это вопрос спасения человечества.
— Вы были девятым ребёнком в семье, пасли в поле коров. А в итоге стали человеком, чьё имя знает весь мир, потому что в СССР работал так называемый «социальный лифт». Сейчас такое возможно?
— Возможно. Но только не там, где хотелось бы. Вот сейчас будет 50-летие полёта Гагарина. Вы где-то в Москве видите рекламные щиты, посвящённые этому событию? Нет! Зато мы видим Марию Шарапову, которая радуется, что купила по дешёвке кроссовки. В другой рекламе какой-то дебил призывает смотреть, сколько хочешь фильмов, всего за 450 рублей. Спрашивается, зачем идти в шахтёры или подводники, если проще купить что-то подешевле, а продать подороже, и ты уже герой?
Почему-то наше ТВ быстро забыло лётчиков, которые смогли посадить в тайге самолёт. Они промелькнули в новостях, и всё. Зато, как ни включишь телевизор — одна сплошная попса! Изо дня в день: как они любят друг друга, кто с кем развёлся или сошёлся, кто кому по морде дал… Лучшее телевизионное время отдают этому! Или вот, надо же додуматься: Киркоров избил женщину, и он же 8 Марта с экрана телевизора поздравляет всех дам с праздником. И ему цветы несут. Что происходит? Люди, о-ду-май-тесь! Это же абсурд, кошмар! Или взять новую «героиню» Анну Чапман.
«Я открою вам все тайны!» Она декольтирована дальше некуда, но собирается при этом открывать мне какие-то тайны. Бред!
Я считаю, что государство должно вмешиваться в деятельность ТВ. Почему на Западе есть «полиция нравственности», а у нас нет? Вот и плодятся дебилы вместо новых героев…

Еженедельник «Аргументы и Факты» № 14 06/04/2011

Леонов: Хрущев и Патриарх просили Гагарина молчать про Бога

Космонавту номер 1 и космонавту номер 11 всегда было о чем поговорить

Алексей Леонов рассказал о внеземной жизни, малоизвестном ЧП при выходе в космос и причинах вступления в «Единую Россию».
Полвека назад, в марте 1965 года, состоялся первый выход человека в открытый космос. Это был большой шаг и для человечества, и для 30-летнего космонавта Алексея Леонова. О том, как все было тогда и что случилось в его жизни после, дважды Герой Советского Союза рассказал «Собеседнику». «Прилетишь – расскажешь» – Алексей Архипович, для вас полувековой юбилей выхода в открытый космос – особенный? – Вспоминаю слова Гагарина: «Вся моя жизнь кажется одним прекрасным мгновением». Лучше не скажешь. Все быстро пролетело. Посмотрите, сколько разного за эти 50 лет произошло в направлении, которое я открыл. Можно удивляться, радоваться тому, что я это дело начал и не испортил. И если все получилось, как задумал Сергей Павлович Королев, это высочайшее счастье. – У вас были хоть какие-то сомнения перед стартом, что может не получиться? – Сомнений не было. Было желание быстрее это сделать. Хотя никаких учебников и инструкций не было и никто не мог мне их дать. Как сказал Сергей Павлович: «Прилетишь – расскажешь». – И что вы ему рассказали? – Выплыв из люка и зацепившись руками за поручни шлюзовой камеры, я увидел звезды: они были везде – сверху, снизу, сбоку… Человек-то находится над Землей, и Земля – это не ось координат, координаты надо было определить после выхода. Верхом было Солнце, а низ – не Земля, а нижний обрез шлюзовой камеры. Земля же где-то там условно ходила, потому что корабль менял свое положение. Очень важно было определить оси координат. И сразу думать о том, где верх, а где низ. Леонов согласен со словами Гагарина о том, что вся жизнь кажется одним прекрасным мгновением Фото: Андрей Струнин – Вы растерялись? Это было красиво? – Если бы я растерялся, здесь бы с вами сейчас не сидел. Первое, что я увидел – это все Черное море с запада на восток, весь Крымский полуостров, Румынию, Болгарию, Италию на горизонте. Голову поднял – Балтийское море, Калининградский залив.

– Вы смогли все так точно определить? – Конечно, я еще в школе учился по географии на «отлично». Вся так называемая подстилающая поверхность была хорошо изучена, и я в любой момент с закрытыми глазами мог угадать, что это на Земле. Меня спрашивали, над чем я пролетаю. Я говорю: Кавказ, сейчас прошли Главный хребет, Цемесская бухта, дальше Волга-Волга подо мною. И необыкновенная тишина. Я на всю жизнь эту тишину запомнил, потому что слышал, как работает сердце, слышал свое тяжелое дыхание. – Алексей Архипович… а Бога вы там видели? – Нет, к сожалению, не видел. 14 апреля 1961 года во время приема в Кремле Никита Сергеевич (Хрущев. – Авт.) после третьей-четвертой здравицы осторожно спросил Гагарина: «Юра, а ты Бога видел»? Тот ответил в шутку: «Видел». Хрущев: «Прошу тебя, никому об этом не говори». Через некоторое время к Гагарину подошел Патриарх и спросил о том же. Ему уже неудобно было шутить, и он ответил: «Нет, отец, к сожалению, не видел». Патриарх: «Прошу тебя, Юра, никому об этом не говори». Это Юра мне сам рассказывал. «Земля не может быть исключением» – Когда человек выходит в космос, вопрос происхождения Вселенной становится для него яснее? – (Вздыхает.) Нет. Природа едина, Вселенная бесконечна во времени и пространстве – лучше сказать нельзя. Вот, например, считают, что все произошло от какого-то взрыва. Я одного ученого, который делал доклад об этом, спросил: «А что взорвалось-то?» Это вечный вопрос: что было первым? Как, кто образовал Вселенную? Почему есть такая могучая логика во всем? Многое мы знаем, а еще больше не знаем. На сегодняшний день известно 100 миллиардов галактик. А в них 400 миллиардов звезд. Это триллион только звездных скоплений. Никто не представляет, что это такое и как это произошло. Какая материя взорвалась при большом взрыве? Кто ее принес? Откуда она пришла? Алексей Леонов: Природа едина, Вселенная бесконечна во времени и пространстве – лучше сказать нельзя Фото: Global Look Press В Африке есть комарик, у которого вместо крови – лимфа, содержащая сахарозу. И во время засухи он превращается в кристаллик. В сезон дождей этот кристаллик оживает и существо начинает жить. Его поместили в специальную емкость с внешней стороны станции, и он был в космосе полгода. А когда вернули на Землю и поместили в соответствующие условия, 80 процентов личинок ожили. Это модель, которая допускает, что эти формы жизни могли прилететь на Землю из просторов Вселенной. Время для кристаллов не ограничено. В последнее время было много интересных открытий, например открыли, что каждая звезда имеет свой голос. И Лондонский оркестр исполняет симфонию звезд. Их голоса адаптировали для человеческого уха – каждая звезда имеет свой шум, свою песню. Откуда это все берется?
– Вы сами как думаете, откуда? – Самая близкая звезда к нам после Солнца – Проксима Центавра, но до нее надо лететь пять световых лет. Мы так не умеем летать. Вполне вероятно, там тоже есть жизнь, но мы не можем этого пока понять. Космический шум все заглушает, оптические системы еще несовершенны. – А на Марсе, к которому сейчас приковано все внимание, есть жизнь? – Это спорный вопрос. Ясно, что какая-то микробная жизнь там есть. В гейзерах при температуре 100 градусов живут и процветают водоросли, хотя в таких условиях белок сворачивается. Жизнь может быть не только на биологической основе, но и на кремниевой. Она будет медленной, но это все-таки жизнь. Возможны и другие виды жизни. – Вам хотелось бы, чтобы жизнь была где-то еще, не только на Земле? – Конечно, хотелось бы. Мы можем точно сказать, что не имеем родственников в пределах Солнечной системы. В другом месте нашей галактики надо искать такие же системы. Не может быть Земля исключением. Жизнь есть где-то еще, но туда очень далеко лететь. – А в параллельный мир вы верите? – Это домыслы, к сожалению. Хорошо было бы, пожив в нашем мире, попасть в параллельный. Но пока такая возможность не будет описана математиками, в нее невозможно поверить. «Глупости страшно мешают жить» – Вы говорите, что 50 лет назад у вас не было никаких инструкций. Но одна все-таки была, и вы ее нарушили… – Да, я не вышел на связь. Я должен был запросить разрешение на пониженное давление (во время выхода в открытый космос у Леонова деформировался скафандр. – Авт.). Но для этого я должен был объяснить причину, а связь была открытой – весь мир услышал бы, что у меня проблемы. Немедленно начали бы формировать комиссию на Земле. И это была бы длительная по времени операция, которая могла стоить мне жизни. Я понимал, что неправильно передавать на Землю, что я чего-то не могу. Это вызвало бы панику. А решение могло быть только одно – сбросить давление в скафандре, и я умел это делать. Поэтому я просто исключил всю эту промежуточную возню.
– Много этой промежуточной возни в вашей жизни сегодня? – Много страшной чепухи. Например, сейчас прилетает Международный исполком астронавтов. Это пять иностранцев, которые у нас учились на аэродроме Чкаловский. Я их хочу свозить на родину Павла Беляева (напарник Леонова в экспедиции 1965 года. – Авт.). И оказывается, мы не можем их взять с собой на борт, потому что для этого нужно было оформлять разрешение еще 2 месяца назад. Что за секретность? Сейчас открой «Гугл» и увидишь любую машину, которая передвигается по земле. А мы не можем взять астронавтов на борт самолета, который садится на военный аэродром возле Вологды! Это чушь и позор! Что они там увидят в Вологде? Это же люди, которые с нашего военного аэродрома улетали на космодром!
– Может, боятся, что они что-нибудь не то сфотографируют? – Да я возьму сейчас свой телефон и с помощью интернета рассмотрю весь этот аэродром до последнего сарая! Спутники летают и снимают что угодно с разрешающей способностью 5 см. Эти люди здесь жили 3 года, и мы от них скрываем вологодский аэродром! Такие глупости страшно мешают жить. И они везде. Все эти промежуточные вещи – бе¬зобразные и глупые, они характеризуют нашу страну и наш народ как край пуганых идиотов. – Сейчас такие времена – сноуденов. – Я бы со Сноуденом не целовался. Он мужественный человек, но пусть занимается своими делами. Не может сержант делать мировую политику! А у нас в рейтинге известных людей пресса его поставила выше Лаврова. Выше министра иностранных дел! Я бы Сноудена так не раскручивал на вашем месте.
– Знаю, что вы сами раскручивали дело другого персонажа – Сердюкова. Вы забросили свое расследование его деятельности? – Когда начался шабаш… этого… не знаю, как его назвать… министра по уничтожению системы военного образования, по разрушению системы подготовки летного состава, я выступал в Общественной палате, членом которой являлся, с докладами. Собрал все документы, написал обращение к президенту с просьбой навести порядок и ликвидировать этого неспециалист
Письмо-обращение было подписано членами Общественной палаты – Александром Каньшиным (зам. председателя Общественного совета при Министерстве обороны. – Авт.), Николаем Сванидзе, Виктором Гусевым, Генрихом Новожиловым (выдающийся советский авиаконструктор. – Авт.). Но все мои попытки связаться с Песковым ни к чему не привели. В то время они учили летать журавлей, амфоры доставали… Не до Сердюкова было. Мне сказали отослать обращение в администрацию президента. Я отправил и через неделю получил ответ: ваше обращение рассмотрено и направлено министру транспорта Левитину и министру обороны. То есть наш же доклад против него ему и отослали! Молодцы, что сказать. Это было за полгода до того, как Сердюкова сняли. Кстати, все, кто подписал письмо-обращение к президенту, были уволены из Общественной палаты, в том числе и Алексей Архипович Леонов. Вот и вся демократия. – Так вы не сами ушли, как писали в СМИ? – Нет, меня просто не внесли в очередной список. При этом мне никто не сказал ни «спасибо», ни «до свидания». И всех остальных тоже убрали, и мне теперь очень неудобно, что я их втравил в это дело. – При этом вы – член высшего совета «Единой России». – Да. Я, например, выступал с докладом о том, что готовится разрушительная реформа высшего образования, что готовятся реконструировать Центр подготовки космонавтов, объяснял, что это будет дорого, хуже во много раз. Нельзя разрушать эту систему. Однако как будто ничего не произошло. Американцы, японцы, китайцы полностью взяли нашу схему – построили свои «звездные городки», даже с такими же водоемами. Их центры подготовки космонавтов – точные копии нашего. А мы разрушили то, что имели. Алексей Леонов: Я буду состоять в своей партии до конца, я верю людям, которые там находятся Фото: Андрей Струнин – Что же вас держит в партии, если так обстоят дела? – С 18 лет я был членом Компартии. Потом ее не стало. Когда началось новое партийное движение, меня пригласили, рассказали о программе. Я живу в России и понял, что это единственная сила, организация, которая может что-то решать. И она что-то решает. – То есть «Единая Россия» – это новая КПСС для вас? – Нет, стиль работы совершенно другой. Я ни разу не слышал, чтобы на съездах решались вопросы промышленности, сельского хозяйства. Постоянно идет разговор о том, как провести выборы. Но я член высшего политсовета «Единой России». Как я могу предать партию?! Нет, я буду в ней до конца, я верю людям, которые там находятся, – они замечательные, талантливые. Но стиль работы должен быть совершенно д¬ругой.

«Раньше нас на Луне будут китайцы»
– Стоит ли рваться на Марс? – Не надо рваться на Марс. Надо, чтобы заработал космодром Восточный. Про Марс – только разговоры. Чтобы туда лететь, нужно твердое решение правительства со сроками и позициями: кто, где, когда и кому. Если этого не будет, то никакие спонсоры нам денег не дадут. – Космос вообще надо осваивать дальше или уже освоено все, что возможно на данном этапе развития науки? – Космос – это человеческая жизнь! Там можно сделать то, что на Земле никогда не сделаешь. Работал бы ваш телефон без космоса? – Нет, но ведь уже работает. Нам что-то еще нужно? – Предела совершенству нет. Космос вступил в эпоху прикладного значения. Американцы подсчитали: один доллар, вложенный в космические программы, возвращается тремя долларами прибыли.
– А на Луну нам нужно? – Думаю, раньше нас там будут китайцы. Пока у нас нет космодрома для запуска соответствующих кораблей – тяжелых ракет. Первый запуск может быть в этом году, но это будет ракета среднего класса. А тяжелая будет запущена где-то в 2018 году.
– Вы-то наверняка знаете, были ли американцы на Луне на самом деле? – Только неграмотные люди могут говорить, что американцы не были на Луне. Лишь две страны не смотрели высадку Армстронга на ее поверхность – СССР и Китай. Как участник советской лунной программы, я был приглашен на Комсомольскую (улица в Москве. – Авт.), где была воинская часть, занимавшаяся дальней космической связью. Мы все это видели, и видели члены политбюро, как Армстронг выходил на лунную поверхность. Глупость не позволила нам показать всем это достижение человечества. – Много было разговоров, что эта трансляция – монтаж. Не монтаж? – Этот вопрос в рейтинге глупости получит первое место. – Что все-таки было самым прекрасным в вашей жизни – космос или семья? – Это невозможно сравнить. У меня есть внучка Карина и внук Деник, правнучка Арианочка и правнук Алексей. Моя дочка, сама уже юная бабушка, сейчас с ними. А мы с супругой Светланой – прабабушка и прадедушка. Это необычайное чувство, когда видишь этих крох – одна уже бегает, другой только стоит, но все время лопочет. Это просто чудо!

Мильчановска Елена
http://sobesednik.ru/