Глава государства подвел итоги саммита АТЭС

Президент России Владимир Путин в Перу принял участие в работе саммита стран Азиатско-Тихоокеанского региона и провел ряд встреч с лидерами других государств. По традиции глава государства в конце визита ответил на вопросы журналистов. Владимир Путин рассказал о коротком разговоре с президентом США Бараком Обамой, высказал позицию России по курильскому вопросу и дал оценку аресту министра экономического развития Алексея Улюкаева, уточнив, что при этом не утратил доверия к работе правительства в целом.
По итогам саммита главы стран — членов АТЭС подписали декларацию, в которой призвали к структурным реформам, выразили решимость бороться против протекционистских мер, подтвердили стремление развивать интеграционные проекты.
— Международная торговля, по моему глубокому убеждению, не может эффективно развиваться без свободного движения товаров, капиталов, лучшей рабочей силы. Но ограничений, к сожалению, много. Наша позиция заключается в том, что региональные объединения важны и нужны. Это естественный процесс. Но они должны создаваться и развиваться на базе универсальных норм, принятых во Всемирной торговой организации, — сказал президент, отвечая на вопрос о Транстихоокеанском торговом партнерстве, которое формируется как закрытый проект. — Если мы хотим эффективно влиять на процессы, происходящие в мировой экономике, то никаких закрытых объединений создаваться не должно. А если это будет происходить именно таким образом, то это не пойдет на пользу ни развитию мировой торговли, ни мировой экономике в целом.
Владимир Путин также подчеркнул, что именно на базе норм ВТО создавался и на этой основе функционирует Евразийский экономический союз — «он никогда не ставил перед собой цели создать какую то конкуренцию другим региональным организациям».
Печальный факт
Один из пунктов итоговой декларации саммита в Лиме — продолжение борьбы с коррупцией. Россия в полной мере соблюдает это условие, что было продемонстрировано, в том числе, и недавним арестом федерального министра Алексея Улюкаева, которого обвиняют в вымогательстве взятки у «Роснефти». Владимир Путин напомнил, что закон един для всех.
— Что же здесь комментировать? Это в конечном итоге должны прокомментировать правоохранительные и судебные органы, только после этого можно сказать что то по сути. Но сам факт того, что это состоялось, — это очень печальный факт. Я бы хотел сказать только, что мы и дальше будем нетерпимо относиться к любым проявлениям подобного рода. На мой взгляд, я в этом глубоко убежден, такие действия правоохранительных органов не только не наносят ущерба деловому климату, а наоборот, только укрепляют деловой климат в России. Все должны знать, и наши партнеры, и внутри страны, мы все сами должны понимать и знать, что вне зависимости от служебного положения кого бы то ни было закон будет применяться одинаково ко всем, — сказал президент.
Владимир Путин добавил, что, несмотря на этот инцидент, он не утратил доверия к правительству в целом.
Курильский вопрос
В рамках саммита состоялись переговоры президента РФ с премьер-министром Японии Синдзо Абэ. Японский журналист поинтересовался у российского президента вероятностью подписания мирного договора между двумя странами.
— Мне бы очень не хотелось забегать вперед по вопросу об основной проблеме, которой мы занимаемся, а именно по подготовке подписания мирного договора. Думаю, что и для Японии, и для России совершенно очевидно, что отсутствие такого договора между Россией и Японией — это анахронизм прошлого, который мешает нам двигаться вперед, развиваться. Тем более, что Россия и Япония являются абсолютно естественными партнерами друг для друга в регионе, естественным образом дополняют друг друга или могли бы дополнять, если бы отношения базировались на мирном договоре, которого, к сожалению, до сих пор нет, — ответил президент. — Что касается Курильских островов, это результат Второй мировой войны, и мы считаем, что это на сегодняшний день суверенная российская территория, закрепленная в международных документах после Второй мировой войны.
Владимир Путин сообщил, что готов обсуждать укрепление сотрудничества между Токио и Москвой в ходе своего визита в Японию, который состоится в декабре.
Россия — США
До начала одного из заседаний состоялась короткая беседа между российским лидером и Бараком Обамой, покидающим пост президента США. Главы государств общались всего три минуты, успев, однако, обсудить ситуацию на Украине и в Сирии. Кроме того, Владимир Путин поблагодарил Обаму за совместную работу и пригласил, если будут возможность и желание, посетить Россию.
— Мы отметили, что, несмотря на то, что диалог между нами шел непросто, было сложно, можно даже сказать, работать друг с другом, но и я, и президент Обама отметили, что мы всегда с уважением относились к позициям друг друга и друг к другу, — рассказал Владимир Путин.
Президент РФ также рассказал о телефонном разговоре с избранным главой США Дональдом Трампом. Политики решили организовать встречу сотрудников президентских администраций, но Владимир Путин затруднился назвать дату этого события, так как Дональд Трамп пока только набирает команду.
Новый союзник
Владимир Путин провел переговоры с президентом Филиппин Родриго Дутерте, который неоднократно очень позитивно высказывался о российском лидере. «Известия» поинтересовались у главы государства, не появился ли у России новый союзник.
— Вы насчет союзников России знаете уже, поэтому я повторяться не буду (намек на армию и флот. — «Известия»). А что касается более продуктивного и предметного взаимодействия, в том числе с Филиппинами, это вполне возможно. Во всяком случае, президент Филиппин высказал заинтересованность в развитии таких отношений, — ответил Владимир Путин.
Российский лидер отметил, что в перспективе можно будет говорить о взаимодействии с Филиппинами в таких сферах, как машиностроение, авиация и оборона.
Почетный эскорт
Главу государства попросили дать оценку инциденту в небе над Швейцарией, когда российский правительственный борт, на котором журналисты и делегация направлялись в Перу, сопроводили боевые самолеты.
— Будем считать, что это почетный эскорт, — с улыбкой ответил Владимир Путин.
Уже когда президент уходил из зала для пресс-конференции, корреспондент одного из телеканалов передала ему свитер, связанный перуанской предпринимательницей. Она специально связала его для Владимира Путина и даже пыталась вручить подарок сама, но этому воспрепятствовала местная служба безопасности. В итоге российские репортеры нашли перуанскую сторонницу президента РФ и пообещали передать свитер. Президент принял подарок, поблагодарив журналистов.

http://izvestia.ru/

НАТО вежливо просят покинуть Каспий

Вопрос раздела Каспия остается чуть ли не основным в отношениях между РФ, Ираном, Азербайджаном, Казахстаном и Туркменистаном. На днях в Астрахани прошел саммит глав прикаспийских государств. Кандидат исторических наук, Кузнецовспециалист по истории Закавказья, проректор по научной работе Высшей школы социально-управленческого консалтинга Олег Кузнецов, побывавший в эфире видеоканала Pravda. Ru, рассказывает, с чем страны Каспия подошли к этому саммиту.
— Почему до сих пор статус Каспийского моря так и не определен? Почему этот регион для России важен? Каковы позиции государств? И что планируется обсудить?
— Прежде всего, правовое регулирование статуса Каспийского моря, которого действительно до сих пор нет. Потому что распад Советского Союза повлек за собой определенные геополитические последствия, которые с точки зрения международного права никак не урегулированы, и единственным международным документом, который имеет какое-то отношение к данной проблематике, является советско-иранский договор 1940 года. Но есть еще целый ряд других аспектов, которые тоже сами по себе очень и очень интересны.
Каспийское море — море лишь только на словах, на самом деле это очень большое озеро. Морем оно называется только потому, что имеет большие размеры. Каспийское море никак не связано с водами мирового океана. Этот уникальный регион нуждается в собственной системе юридического и может быть даже политического регулирования.
В 1802 году обострились российско-британские отношения. В частности, Англия захватила остров Мальту. А Мальта в 1797 году была объявлена губернией Российской империи. В ответ на это в 1802 году Россия объявила свое верховенство над всем Каспийским морем, запретила иностранное судоходство во всей его акватории. Единственное — было дано разрешение на так называемую, каботажную торговлю, то есть прибрежную торговлю между азербайджанскими на тот момент ханствами и персидским шахид-шахством. Вся остальная акватория Каспия была объявлена собственностью Российской империи. Так продолжалось в течение 100 лет.
В 1908 году Российская империя и Персия заключили новый договор, согласно которому за Персией оставалась лишь 10-мильная морская зона. Все остальное побережье уже входило в состав Российской империи. Данное положение было подтверждено договорами между РСФСР и Персией 21 года, а затем уже Советским Союзом и Ираном 40 года.

Каспийское море находилось в пределах административных границ четырех союзных республик: Азербайджанской ССР, Казахской ССР, Туркменской ССР и РСФСР. Вся акватория моря была поделена на экономические зоны. В основном это касалось организации торговли, судоходства, навигации и рыбного промысла. По большому счету, эта правовая традиция, оставшаяся еще со времен Советского Союза, более или менее сохраняется. Эта традиция входит в противоречие с нормами международного морского права. Международное морское право предполагает наличие 12-мильной суверенной зоны от линии уреза воды вглубь моря или мирового океана. Но еще раз повторяю, Каспийское море не часть мирового океана, а так как применяются нормы морского права, то в середине Каспия образуются ничейные, нейтральные международные воды, которых быть не должно.
— А много этой воды?
— По длине с севера на юг километров 400, а по ширине — километров 80. А Каспий — это осетровые, углеводороды, огромные природные ресурсы в нейтральных водах. И поэтому возникает вопрос, как эту всю территорию делить? По-братски или поровну? И это является предметом многосторонних переговоров всех государств, которые выходят на Каспийское море. Существуют, естественно, разные подходы к решению этой проблемы. Эти подходы у каждой стороны свои. Потому что самая маленькая прибрежная полоса у Азербайджана, самая большая — у Казахстана. Самая маленькая акватория в силу изогнутости побережья у Ирана, но тем не менее Иран претендует на 5-ю часть площади Каспийского моря, для того чтобы иметь выход к биологическим и природным ресурсам. И вот эти все вопросы страны, выходящие к Каспийскому морю, вынуждены между собой регулировать для того, чтобы иметь возможность использовать ресурсы, которые в силу правовой неурегулированности сейчас не используются.
— Эти вопросы обсуждаются с «напрягом» или все проходит достаточно спокойно?
— Когда вопрос идет о разделении ресурсов, потенциальных богатств, естественно, никто от своих позиций отходить не хочет. История Каспийских саммитов началась в 1993 году, сейчас уже 2014 год и до сих пор Конвенция о правовом статусе Каспийского моря не принята. Переговоры со скрипом продолжаются, но позиции сторон все более и более притираются друг к другу.
— Между Россией, Казахстаном и Азербайджаном уже границы акваторийурегулированы и речь идет о южной части Каспийского моря?
— И там самое главное, что Туркменистан и Иран тоже каким-то образом свои секреты согласовали, поэтому у нас фактически идет процесс согласования тройки позиции северных стран Каспийского моря с двойкой южных стран. И поэтому больше всего вопросов возникает по размежеванию вод Азербайджана, Туркменистана и Ирана. Помимо разграничения границ, существует еще много других коллективных проблем. Например, с сохранением окружающей среды на Каспии. Большие проблемы связаны с браконьерством, нерациональным воспроизводством осетровых рыб.
В этих вопросах Россия даже больше заинтересована, чем другие страны, потому что нерест осетровых находится у нас на Волге. Также — судоходство, нефтедобыча, газодобыча, они так или иначе нарушают среду Каспия. Нефть и газ под Каспийским морем все страны добывают. Просто у кого-то больше газа, а у кого-то — нефти, а углеводороды распределены по акватории моря практически равномерно.
— А нет таких споров, что кто-то выкачает у соседей?
— Это невозможно, там единый большой резервуар.
— Кто скорее выкачает?
— В принципе, да. Запасов углеводородов под Каспием на жизнь нескольких поколений хватит. Хотя кто-то высказывает сомнения, говорит, что только на 25 лет при нарастающей интенсивности разработки хватит. Но это только — разведанных. Есть еще неразведанные. Есть разведанные, но не освоенные. Нефти и газа очень много, и этот регион может обеспечивать потребности всей Передней Азии, южной части России еще на долгие годы. И разногласий особых, кто сколько добывает, какого-то квотирования не встает. Потому что запасов больше, чем технических возможностей по их добычи, а самое главное — по их транспортировке.
А пока нет статуса, и трубопровод под Каспием построить нельзя. Географический статус понятен — это большое озеро, поэтому правом пользоваться природными ресурсами, акваторией этого озера имеют лишь только страны, которые к этому озеру выходят. Точно также как весь каскад Северной Америки делят между собой Соединенные Штаты и Канада. И ни у кого вопросов не возникает. Возникает вопрос, как акваторию, включая воду и шельф, страны поделят. Сейчас главы государств должны договориться, каким образом будут определятся границы секторов. Как только будет принято единое политическое решение, тогда уже придут гидрографы, навигаторы, геологи и достаточно быстро составят геологическую, навигационную и прочие карты Каспия.
— Обсуждаются и вопросы безопасности. О каких рисках и угрозах идет речь?
— Безопасность — понятие комплексное. Проблема экологической безопасности на Каспии очень и очень велика. Во-вторых, никто не отменял вопросы безопасности судоходства. Тем более, что сейчас в 2006 году было заключено соглашение между Азербайджаном и Российской Федерацией: мы позволяем кораблям Азербайджана класса «море-река» выходить в Волго-Донской канал и оттуда в Черное море, здесь возникают вопросы пресечения браконьерства, контрабанды, незаконной эмиграции. Это достаточно большой спектр вопросов. Сейчас возникает вопрос создания единой транснациональной транспортной инфраструктуры, в том числе и трубопроводной, безопасностью которой также надо обеспечивать.
Должна быть и военная безопасность. Регион-то по большому счету нестабильный. Поэтому уже в рамках подготовки к саммиту специальная рабочая группа из пяти министерств иностранных дел прикаспийских стран подготовила проект соглашения, что ни одно государство, в состав которого не входит акватория Каспийского моря, не имеет право содержать там свою военную инфраструктуру.
— А есть сегодня какая-то военная инфраструктура, предположим, Соединенных Штатов Америки?
— Да, на территории Азербайджана есть станция технического слежения. Ее, скорее всего, нужно будет выводить. Далее что. Помимо Российской Федерации, Азербайджан используется через Швецию (потому что Швеция — внеблоковая страна) для транзита грузов международной группировки войск в Афганистане. То есть, если будет принято такое решение, то будет серьезно пересмотрена международная военно-транспортная логистика. Вполне возможно, что будут перекрыты коридоры для переброски вооружений, техники, средств материального снабжения вооруженных сил.
— Отношения между Азербайджаном и Россией в последнее время улучшились. С чем это связано?
— Безусловно. Во-первых, связано, на мой взгляд, с персоналиями. У нас главой комиссии по взаимодействию двух стран назначен Дмитрий Рогозин и за последние три месяца он уже дважды побывал в Азербайджане. К тому же, только что Азербайджан посетили министр финансов Улюкаев и мэр Москвы Собянин. Интенсивность двусторонних отношений очень велика. России и Азербайджану есть о чем договариваться. Изменилась геополитическая и экономическая обстановка, я даже сказал бы макроэкономическая обстановка, российские рынки открылись для азербайджанских товаров.
В обмен на это Азербайджан пошел на определенные уступки и сейчас не стоит вопрос о строительстве транскаспийского газопровода. Азербайджан сейчас своими силами строит свой газопровод в Турцию, а потом через Турцию на Балканы, а потом в юго-восточную Европу, который не составляет конкуренции российским. Потому что плановая пропускная возможность 16 миллиардов кубометров — это 4 процента от поставок российского газа в Европу. К тому же, примерно половину этого газа будет потреблять Турецкая республика. Экономика развивается, численность населения растет, потребление газа в любом случае увеличивается. Даже, если они увеличат поставки газа, рост потребления съест увеличение объемов поставки. Как Россия поставляла газ в Европу, так и будет поставлять.

Беседовала Любовь Люлько