Нерядовые запаса

Рейтинг влиятельных «преемников» от фонда «Петербургская политика»
В рейтинге наиболее влиятельных публичных политиков-«преемников», который составил фонд «Петербургская политика», ближе всего к президенту Владимиру Путину в кадровом резерве высшего ранга находится премьер Дмитрий Медведев. В двадцатку включен и глава ФБК Алексей Навальный. Глава Фонда развития гражданского общества (ФоРГО) Константин Костин отмечает: команде, которая придет через 10–15 лет, предстоит ответить на новые вызовы в экономике и госуправлении.
Главным «преемником» Владимира Путина авторы рейтинга (его презентация состоится сегодня) считают Дмитрия Медведева (21 балл). При этом составители уточняют, что под понятием «преемник» понимают «высший ранг присутствия в ближайшем кадровом резерве» президента, но возможную будущую должность чиновника не указывают. «Прошлый опыт показывает, что возможны варианты: выдвижение в президенты, премьеры, вице-премьеры»,— говорится в докладе. Политиков, включенных в рейтинг, эксперты называют участниками будущей правящей коалиции 2018–2024 годов. Баллы складываются из показателей публичности, общественных ожиданий, активности, неконфликтности, субъектности (контроль над влиятельным кланом и ресурсными потоками) и наличия контркампании против политика. Эксперты анализируют также успехи и неудачи политиков и частоту их встреч с Владимиром Путиным за лето.
В рейтинге три региональных чиновника. Вторым после премьера идет мэр Москвы Сергей Собянин (19 баллов). По версии «Петербургской политики», столичный мэр присутствует в кругу потенциальных преемников с 2004 года и за это время значительно «продвинулся» в близости к этому статусу. На один балл от него отстал тульский губернатор Алексей Дюмин, однако в докладе говорится, что у него была всего одна встреча с президентом — 2 июня на пленарном заседании ПМЭФ-2017. И со значительным отрывом (14 баллов) на 13-м месте глава Чечни Рамзан Кадыров (по его встречам с Владимиром Путиным открытых данных нет, отмечают эксперты).
Практически равной удаленностью (15 баллов) от президента в фонде считают спикера Совета федерации Валентину Матвиенко, главу Комитета гражданских инициатив Алексея Кудрина, первого заместителя главы администрации президента (АП) Сергея Кириенко, главу АП Антона Вайно. На балл меньше получили спикер Госдумы Вячеслав Володин и президент «Роснефти» Игорь Сечин (вошли в топ-10 рейтинга). При этом авторы доклада отмечают, что в сравнении с текущим и предыдущими политическими циклами до 2024 года позиции господ Вайно, Володина и Кадырова имеют тренд к снижению, а Сергея Шойгу — к росту. Отметим, что в цикле 2012–2018 годов господа Вайно и Володин шли в первых строчках сразу после лидеров рейтинга — глав Следственного комитета и ФСБ Александра Бастрыкина и Александра Бортникова.
18-е место (10 баллов) в двадцатке «преемников» цикла 2018–2024 годов авторы рейтинга отдали главе ФБК Алексею Навальному, хотя он ни разу не встречался с президентом, а 20-е — темной лошадке. «В среднесрочном плане есть соблазн встать на путь более глубокой перезагрузки имиджа власти через масштабные ротации с усилением позиций условного кандидата hidden name»,— поясняет глава фонда Михаил Виноградов.
В рейтинг также включены глава Минпромторга Денис Мантуров, вице-премьер — полпред в Дальневосточном федеральном округе Юрий Трутнев, директор СВР Сергей Нарышкин, глава ЦБ Эльвира Набиуллина, глава Счетной палаты Татьяна Голикова, гендиректор «Ростеха» Сергей Чемезов, приволжский полпред Михаил Бабич. В фонде не включили в будущую коалицию главу Росгвардии Виктора Золотова, спецпредставителя президента Сергея Иванова, секретаря Совбеза Николая Патрушева, министра финансов Антона Силуанова, генпрокурора
Юрия Чайку, помощника президента Владислава Суркова.
О смене поколений во власти на встрече с молодыми политологами в августе говорил глава ФоРГО, советник Сергея Кириенко Константин Костин. «Все очень боятся об этом говорить, но мы должны признать, что через 10–15 лет в России будет другой президент, правительство, другие люди будут занимать командные посты»,— отметил он. Господин Костин назвал задачи, которые придется решать будущей команде: изменение структуры экономики, усовершенствование системы госуправления, объединение элиты. При этом он выделил группу молодых губернаторов-технократов, которым предстоит доказать наличие перспектив.

Ирина Нагорных
https://www.kommersant.ru/

Новая надежда Приднестровья

Россия обязана вернуться на оба берега Днестра
В Приднестровье я не был почти четыре года. Раньше ездил регулярно. На мероприятия, на празднование Дня республики в качестве гостя, и просто отдохнуть. По-настоящему влюбился в этот край, в его природу, в его людей. Но все изменил «Майдан». Мы привыкли ездить через Одессу. Дешевле, чем через Кишинев, да и надежнее и безопаснее стало после того, как в Молдавии пришли к власти «проевропейские партии». Последний раз был в 2013-м накануне «Майдана». А потом Одесса стала небезопасным местом, да и я оказался во всех украинских «черных списках» как «пособник террористов». Приднестровье оказалось закрыто для меня, как оказался закрытым выезд из него для десятков тысяч граждан России, проживающих там, которых Украина просто перестала пускать через границу.
Когда жители ПМР постоянно ездили в Одесскую область: на отдых, за покупками, к друзьям и родственникам. Помню, как-то ехал из Тирасполя в Одессу летней ночью. Стояли на границе несколько часов — была огромная очередь из машин. Люди ехали на море. Просто на выходные. В пятницу вечером уезжали, в воскресенье возвращались. Теперь этого больше нет. Выехать могут лишь те, у кого есть украинский или молдавский паспорт. Впрочем, многие жители Приднестровья давно обзавелись всеми четырьмя паспортами. Так надежнее. Многие, но не все.
Приглашение на президентские выборы в качестве международного наблюдателя было несколько неожиданным, но очень приятным. Согласился, не раздумывая, зная, что придется пережить не самые лучшие моменты в Молдавии, где сегодня бушуют собственные нешуточные политические бури, а избранный президент Игорь Додондо сих пор не вступил в должность, так как его противники всеми силами оттягивают этот момент, грозя едва ли не «Майданом». Силовые структуры пока что контролирует парламент, где пророссийские силы не имеют большинства. Так что ждать помощи в случае возникновения конфликтов нам было неоткуда. А они были неминуемы. Накануне в Приднестровье съезжались другие международные наблюдатели, и молдавские спецслужбы тщательно отфильтровывали их на границе, стараясь не пустить в страну максимальное их количество.
Билеты пришлось брать на рейс российской S7, хотя они и дороже, чем на Air Moldova, и лететь на час дольше. Зато они летят в обход «страны 404», от которой после инцидента с самолетом «Белавиа» можно ожидать, чего угодно. А тут в самолете целых трое «террористов» и пособников. Лучше перестраховаться. Береженого бог бережет.
Неприятности начались в Кишиневе сразу на паспортном контроле. Женщина-пограничник долго вертела в руках наши паспорта, после чего передала их другому сотруднику, а нам велели подождать в сторонке. Потом к нам подошли и начали задавать традиционные для таких случаев дурацкие вопросы: с какой целью, к кому, надолго ли, есть ли обратный билет, есть ли бронь в гостинице, есть ли страховка, сколько с собой денег и т. п. Ситуация была бы нормальной для какой-нибудь Германии, которая опасается пускать к себе российских граждан в каких-либо иных, кроме туристических целях. Там тоже, бывает, допытывают — сколько денег с собой, где будете жить и когда обратно. Вероятно, опасаются, что «руссо туристо» окажется вовсе не «туристо», а нелегальным мигрантом, желающим осесть в Европе и найти там работу. Собственно, именно по этой причине они всячески препятствуют процессу установления безвизового режима с Украиной. Украинские заробитчане намного опаснее российских. Впрочем, россияне без обратного билета, брони в гостинице и наличия необходимой для отдыха приличной суммы денег тоже подозрительны. Но в Германии. Не в Молдавии, у которой самой треть населения — на заработках за границей.
Понятно, что мы никакие не трудовые мигранты, а самые натуральные «политические», и едем мы прямиком в Тирасполь для участия в «незаконном» избирательном процессе. Нам предлагают еще подождать, пока в комнату, где сидят сотрудники, подтягиваются все новые и новые люди в форме. Наконец, нас приглашают в комнату. По одному. Доходит и моя очередь. Все те же расспросы: кто, куда, зачем? После этого мне предлагают написать все это в письменном виде в заявлении почему-то на имя начальника аэропорта. Я такой-то такой то, прибыл тогда-то в Республику Молдова с туристическими целями и планирую оставаться до такого-то числа. Жить буду там-то (если у друзей, укажите имена-фамилии, адрес), встречаться планирую с теми-то… Собираюсь ли посещать «Приднестровский регион»? После этого сотрудник вручил мне паспорт и радостно объявил, что теперь я «на крючке» и, в случае если объявлюсь за пределами Кишинева, у меня будут огромные проблемы, вплоть до уголовной ответственности.
Ух, как гора с плеч. Хотя осадок остался. И напоминание о том, что, несмотря на то, что президентом стал пророссийский политик (впрочем, полноценным президентом он станет даже не после инаугурации, которую его противники усиленно пытаются отложить, а после того, как проевропейские партии утратят большинство в парламенте, а следовательно — контроль над правительством и силовыми структурами), мы все еще находимся в не самой дружественной, мягко говоря, стране, и пока мы не пересечем границу с ПМР, надо держать ухо востро.
Границу пересекли спокойно. Вопреки слухам о том, что ЕС заставил-таки Кишинев развернуть там полноценные КПП, с молдавской стороны там по-прежнему дежурят лишь полицейские, которые не проверяют документы даже у тех, кто едет на машине с номерами приднестровского МИДа. Как рассказали нам встречающие сотрудники ведомства, к ним уже привыкли, хотя иногда «мурыжат» в аэропорту, когда те вылетают за границу, отнимая время, задавая глупые вопросы, ответы на которые прекрасно знают сами. Видимо, просто так положено для отчетности. Не выпустить или не впустить приднестровцев, многие из которых имеют молдавские паспорта, они просто не могут. Что там МИД, даже президент летает через аэропорт Кишинева. Хотя, когда есть возможность доставить неприятности приднестровским чиновникам, они используют эту возможность по максимуму. С гражданами России сложнее. Тем более в такие «опасные» периоды, как выборы в ПМР. Если бы мы сказали, что едем на выборы, завернули бы просто без вариантов.
С приднестровской стороны границы тем более нет никаких препятствий. Машину с министерскими номерами пропускают без проверки документов. Полтора часа и мы в Тирасполе.
Даже на уровне сравнения городов чувствуется резкий контраст. В Кишиневе живет почти миллион человек, в Тирасполе — только 133 тысячи. Но Тирасполь какой-то более ухоженный, чистый, уютный город, даже асфальт на тротуарах целее. Никаких пробок (в отличие от Кишинева), правила дорожного движения все соблюдают, водители пропускают пешеходов. И воздух как-то другой… Свободнее дышится как-то. Может, от того, что тут ближе к морю и чуточку теплее. А может, от того, что здесь чувствуешь себя в полной безопасности. Хотя и понимаешь, что ты в «котле», окруженном со всех сторон враждебными странами, и чтобы попасть в Россию отсюда, нужно будет еще пережить немало неприятных и попросту опасных моментов.
Наверное, действительно нужно долгое время не видеть город, чтобы заметить изменения. Когда ездишь каждый год — не замечаешь. Тирасполь реально меняется в лучшую сторону. Сразу бросаются в глаза новые дома. В центре практически не осталось ветхих построек — на их месте строятся новые многоэтажки. В том числе, жилые. Казалось бы, для кого, если люди едут на заработки в Россию. Строятся новые гостиницы, торговые центры, открываются новые рестораны. Опять же, для кого, если экономическая ситуация сильно ухудшилась за последнее время, а республика находится в самой жесткой блокаде за всю историю существования?
Может, не так страшен черт, как его малюют? Средняя зарплата у бюджетника — три тысячи приднестровских рублей (примерно 12 тысяч российских). Для сравнения, зарплата библиотекаря в Брянской области — восемь. Бутылка водки (извините за такое сравнение, но это показатель) — в наших деньгах 80 рублей. В России — 200. Но не только водка — все дешевле. В разы. Ситуация точно не хуже, чем в российской глубинке. Это при том, что Россия огромная, богатая страна и не в блокаде. Но тем не менее, сдерживать уменьшение зарплат и рост коммунальных платежей в условиях кризиса и блокады — очень непросто. Многие по-прежнему уезжают. По-прежнему, мало молодежи. При этом республика продолжает строиться, несмотря на козни врагов. Конечно, по большей части, благодаря России. Если бы не Россия, было бы совсем худо.
И люди по-прежнему, хотят быть с Россией, чувствуют себя форпостом «русского мира». Здесь вариантов федерализации с Молдовой, о которых говорят сегодня в Кишиневе и в Москве, никто даже не рассматривает всерьез. Люди сделали свой выбор, и он остается неизменным. Кстати, на выборах тема «одобрения Россией» используется абсолютно всеми кандидатами. Все пытаются выставить себя в качестве «кандидата» от Москвы. Это нормально.
А еще Приднестровье остается по-настоящему демократической республикой. Долгое время ее ругали за то, что ее первый президент Игорь Смирнов двадцать лет был у власти, держался до последнего. Говорил, что не уйдет, пока не признают республику. Но пять лет назад он ушел, проиграв выборы в первом туре. От него ожидали попытки устроить «Майдан», даже какие-то люди собирались на площади, когда стали известны первые результаты. Но он ушел. Выборы выиграл пока еще действующий президент Евгений Шевчук, который в то время был самым популярным политиком ПМР.
Я хорошо помню те времена. Популярность Шевчука была бешеной. Люди устали и хотели перемен. Они не хотели больше Смирнова, но не хотели и победы Анатолия Каминского, с которым Шевчук боролся во втором туре. Каминский был спикером парламента и, соответственно, представителем холдинга «Шериф» — самой могущественной корпорации республики, имеющей монополию практически на все: промышленность, магазины, заправки, казино, футбольный клуб и стадион, даже легендарный завод «Квинт».
Шевчук стал как бы третьей силой, что и принесло ему безоговорочную победу на выборах, спустя три года.
Тем не менее, именно Шевчук стал президентом «провалившихся надежд». Не берусь судить, возможно ли было вообще как-то улучшить жизнь в тех условиях, как и о том, насколько серьезно все то, в чем его обвиняют оппоненты. Его обвиняли в коррупции, в кумовстве, что он расставил везде своих людей, заменив профессионалов на молодых девочек, привезенных с заграничных курортов. Его обвиняли в том, что при нем ужесточилась цензура, усилились репрессии против политических оппонентов — это так, многие политик смирновской эпохи были вынуждены уехать из страны, хотя самого основателя республики никто не тронул — он до сих пор спокойно живет в Тирасполе. Шевчука обвиняли также в стремлении сдать государственность ПМР, в том, что он едва ли не «украинский шпион».
За пять лет у населения накопилось очень много вопросов к Шевчуку, которого сделали ответственным за все проблемы. Он сплотил против себя функционеров прежней власти, «Шериф», представителей бизнеса, бюджетников и даже пенсионеров, которым отменил бесплатный проезд в городском транспорте. И произошло предсказуемое. Год назад партия Шевчука разгромно проиграла выборы в Верховный совет, уступив все тому же «Обновлению». А в минувшее воскресенье сам Шевчук проиграл президентские выборы «обновленцу» Вадиму Красносельскому. Опять же разгромно и уже в первом туре.
Красносельский более чем в два раза обошел Шевчука. При достаточно высокой явке — в почти 60 процентов. Конечно, голосование было во многом протестным. Многие голосовали не за Красносельского, а против Шевчука. И на утро противники Шевчука не скрывали ликования в соцсетях. Лишь немногочисленные «голоса разума» высказывали обеспокоенность тем, что отныне «Шериф» сосредотачивает всю полноту власти в своих руках. Если раньше им приходилось идти на компромисс с президентом, то теперь все. Республика «Шериф», как шутили многие еще раньше.
Не знаю, каким путем пойдет теперь Приднестровье. Как распорядится «Шериф» всей полнотой власти. Каким будут отношения с избранным, но еще не вступившим в должность президентом Молдовы, который уже поздравил его с победой и предложил немедленно встретиться в Тирасполе. Какими будут отношения с Москвой, которая по-прежнему, год за годом отклоняет просьбы республики о присоединении к России, что еще более обидно, после присоединения Крыма, где прошел референдум, как и в Приднестровье еще десять лет назад.
Но одно я увидел, что нельзя не отметить. У Приднестровья есть выбор, и жители республики им пользуются. Надоел Смирнов — не переизбрали. Не понравился Шевчук — не переизбрали. Можно сколько угодно говорить о том, что это демократия, как на Украине, где очень гордятся умением свергать надоевших президентов. Но ведь тут никто никого не свергал. Да, были телодвижения в сторону приднестровского «Майдана» в 2011 году, когда на центральную площадь Тирасполя вышли проигравшие сторонники Смирнова. Да, год назад того же ожидали от Шевчука, проигравшего пока еще парламентские выборы, и тоже были попытки организовать волнения. И в этот раз от него ожидали, что он до последнего будет цепляться за власть. Но ничего этого не было. Люди пришли и продемонстрировали, что они и есть власть в республике.
Я много видел выборов в своей жизни. В Приднестровье выборы — это праздник. На входе в участке играет музыка, люди приходят целыми семьями, кое-где приходится стоять в очереди. Не могу судить о всей системе, но на тех участках, что были мы, все было организовано более, чем достойно. И никаких фальсификаций и серьезных нарушений, которых опять же ожидали от действующей властной команды. По пятибалльной шкале можно смело ставить пятерку.
Сегодня у большинства приднестровцев праздник. Они возлагают новые надежды на нового президента. Можно припомнить, что также было и пять лет назад, но об этом пока никто не хочет думать. Республика живет, и у нее вновь появляется надежда на будущее. Процессы, происходящие в Молдове тоже дают пока робкую, но надежду на то, что жизнь на обоих берегах Днестра изменится к лучшему.
В обратный путь отправляемся с этим непередаваемым чувством и гордостью за эту страну и ее людей. И вновь Кишинев, кажущийся каким-то Мордором по сравнению с Тирасполем. Здесь свои проблемы, своя жизнь. И свои политические страсти. Молдавия прекрасная страна, там живут прекрасные люди. Трудолюбивые. Которые хотят, чтобы прекратился этот произвол, устроенный «евроинтеграторами».
Ложку дегтя в бочку впечатлений ожидаемо добавляют пограничники в аэропорту. Нас снова отделяют от толпы, заводят в комнату по одному, только допрос теперь более жесткий и ведет его человек в штатском. Сходу начинают «прессовать» — все наши заготовки о том, как мы отдыхали, наслаждаясь молдавским гостеприимством, прекрасной кухней и вином, сразу оказываются бесполезными. Блицопрос: отвечать надо быстро — смотреть в глаза. Говорят: мы знаем, где вы были, что они за нами следили, видели, как нас высаживают у аэропорта из машины с мидовскими номерами ПМР (хотя мы заблаговременно пересели на такси), и что у них есть наши фотографии на избирательных участках. Требуют показать удостоверения наблюдателей, допытывают, сколько нам заплатили. Спрашивают, везем ли мы что запрещенное, угрожают перетряхнуть уже отправленный в самолет багаж. Вызывают сотрудника со служебной собакой. Под конец объявляют, что мы нарушили какие-то законы республики Молдова, и что нам запрещен въезд на пять лет. Соответствующего штампа в паспорт, впрочем, не ставят.
За 20 минут до самолета отпускают. Доставки на борт под конвоем не было, но настроение сильно испортили. Самолет взлетает в серое декабрьское небо и берет курс на морозную Москву. Мы сюда еще вернемся. Надеюсь, уже при новой власти. Молдова обязательно станет старой доброй Молдавией, с детства знакомой каждому советскому человеку своей красотой и гостеприимством. А те, кто вот уже семь лет пытается превратить ее в форпост русофобии — отправятся на свалку истории.

Иван Рубахин
http://svpressa.ru/politic/

События в Сирии — путь к военному перевороту в США?

Неповиновение военных президенту Обаме уже налицо
Недавняя пресс-конференция генерала Марка Милли, нынешнего начальника штаба армии США, напомнила мне о вымышленном персонаже, сыгранного Бертом Ланкастером [1] в фильме 1964 года «Семь дней в мае». В центре сценария Джеймс Скотт (персонаж Ланкастера) — председатель Комитета начальником штабов. Он, не желая служить президенту, считающемуся слабаком из-за его стремления заключить соглашение с Советским Союзом, организует заговор с целью свержения гражданского правительства.
Фильм «Семь дней в мае» был основан на одноименной книге, вдохновением для которой послужили реальные политические и военные деятели периода «холодной войны» начала 1960-х годов. В то время в Пентагоне доминировали крайне правые и фашистски настроенные генералы — такие, как армейский генерал Лаймэн Лемнитцер [2], один из пентагоновских лидеров, а также генералы ВВС Кёртис Лемей [3] и Томми Пауэр [4]. А один из генералов — Эдвин Уокер [5] — пытался насадить в подчиненных ему войсках идеологию крайне правого движения Общества Джона Берча [6].
Именно царящая тогда атмосфера яростного антикоммунизма способствовала тому, что эти генералы вели подрывную деятельность против правительства Джона Кеннедии даже организовали заговор с целью его свержения. Пропагандируемые ими взгляды были довольно широко распространены, и разделяли их не просто несколько сенаторов и журналистов того времени. В возможность заговора и переворота, кажется, поверил даже Кремль. Причем до такой степени, что, как утверждают, это повлияло на решениеНикиты Хрущева достичь соглашения с Кеннеди по урегулированию Кубинского ракетного кризиса [7]. Советы опасались, что военное американское правительство, которое могло бы прийти к власти в результате переворота, могло бы перевести вопрос о ядерной войне из разряда простой вероятности в абсолютную и неоспоримую реальность.
Известно, что Лемнитцер доверял теории, которую развивал военный стратег Герман Кан [8] о том, что США смогли бы победить в ядерной войне, напав первыми.
Лемей, который в 1949 году разрабатывал планы уничтожения 77 российских городов за один день бомбардировок, открыто призывал к войне с Советским Союзом. Он же признавал, что Томми Пауэр, которого он часто характеризовал как психически «нестабильного» и «садиста», «придерживается еще более твердой линии, чем он сам».
Все трое считали Кеннеди слабаком потому, что он не осуществил вторжение на Кубу и дал Советам секретное обещание не вторгаться на остров в обмен на то, что Советы уберут свои ракеты с Кубы.
Показательно, что Артур Шлезинджер [9], один из членов команды Джона Кеннеди, позднее признавался: «…мы не контролировали Комитет начальников штабов.
Как представляется, именно такова и сегодняшняя ситуация.
Имеются доказательства того, что против президента Барака Обамы и госсекретаряДжона Керри ведется подрывная деятельность не только такими фигурами сегодняшнего Пентагона, как генерал Милли и генерал Джозеф Данфорд [10], нынешний председатель Комитета начальников штабов, но также и министром обороныЭштоном Картером.
Многочисленные свидетельства убедительно говорят о том, что недавняя бомбардировка силами Соединенных Штатов и НАТО позиций сирийской армии в восточной провинции Дейр эз-Зор, в которой погибли более 60 и ранены более 100 сирийских солдат, была вовсе не ошибкой, как об этом было официально объявлено. Это была тщательно спланированная акция, имевшая своей целью разрушить перемирие, достигнутое Лавровым и Керри, и предоставить силам джихадистов возможность перейти в наступление против Сирийской арабской армии.
Использование джихадистских группировок в качестве «доверенных лиц» в борьбе против своих противников является давней, но все еще действующей политической линией Соединенных Штатов. Она с успехом применялась для того, чтобы добиться вывода советских вооруженных сил из Афганистана, а также для свержения режима полковника Каддафи в Ливии. Власти Соединенных Штатов применили тот же политический шаблон в Сирии, несмотря на свою анти-джихадистскую позицию и свою же анти-игиловскую пропаганду. Российское вмешательство вскрыло двуличие и лживость этой политики. Именно поэтому теперь Россия — враг, и именно поэтому теперь США не желают, чтобы Алеппо пал под натиском Сирийской арабской армии.
Вряд ли американские генералы не имеют представления об этой циничной геостратегической политике тайной поддержки Соединенными Штатами Исламского государства [11], Джебхат ан-Нусры [12] и, практически, всех суннитских повстанческих вооруженных группировок. Нелепые утверждения о существовании каких-то «умеренных» боевиков; утверждения, которые на протяжении сирийского конфликта были несколько раз полностью дискредитированы, недавно вдруг воскресили, чтобы создать основания для того, чтобы у США появились аргументы против действий России, наносящей удары по позициям боевиков вблизи Алеппо.
Российская военно-воздушная мощь оказала существенное содействие Сирийской арабской армии в возвращении территорий, ранее захваченных Исламским государством и ан-Нусрой. Поэтому призывы к установлению «бесполетной зоны» со стороны таких деятелей президентской администрации, как Картер, и такими политиками, как сенатор Джон Маккейн, Хилари Клинтон, Тим Кэйн [13] и напарник Дональда Трампа Майк Пенс, являются приглашением на войну с Россией. Своим недвусмысленным заявлением в сенате генерал Данфорд подтвердил, что провозглашение такой зоны «будет означать войну с Россией». И это будет служить интересам джихадистских группировок.
Однако наиболее важным моментом — на который так и не обратили должного внимания основные СМИ США — является значение слов, произнесенных самым высокопоставленным генералом Америки на слушаниях в сенатском комитете по вооруженным силам, посвященным стратегии США на Ближнем Востоке, которые состоялись 22 сентября.
Как отмечалось в сообщении агентства «Рейтер» об этих слушаниях, Данфорд сказал: «…было бы неразумно делиться разведывательными данными с Россией». И далее — Данфорд подчеркнул, что перед американскими военными никогда и не ставилась задача совместной работы с русскими против исламистских боевиков в Сирии. Когда его спросили о том, поддержал ли бы он предложение делиться развединформацией с Россией — о чем между Керри и Лавровым была достигнута договоренность 9 сентября — Данфорд ответил: «У нас нет никаких намерений, чтобы иметь соглашение об обмене развединформацией с русскими».
На тех слушаниях и Данфорд, и Картер вступили в открытое противоречие с официальной политической позицией Вашингтона. А недавнее бряцание оружием генерала Милли на пресс-брифинге, которое включало в себя неприкрытую угрозу в адрес России, когда он пообещал «уничтожить любого врага где угодно и когда угодно», дает яркое представление об отношении военных руководителей США к идее сотрудничества с русскими в Сирии или где-либо еще. И, конечно же, это ставит серьезные вопросы о так называемой «ошибочной» бомбардировке сирийской армии, которая, как известно, длилась более часа.
Если такие армейские генералы, как Данфорд и Милли не подчиняются приказам и политическим инструкциям из Белого дома, то к ним следовало бы относиться в соответствии с положениями свода военных законов об узурпации власти или неповиновении вышестоящему военному руководству. Если строго следовать военным правилам, то оба они должны получить выговор с указанием опровергнуть свои слова. Если бы они этого не сделали, их должны были бы разжаловать, предать суду военного трибунала и уволить с военной службы. А вообще-то, военный мятеж карается смертной казнью, в данном случае — расстрелом.
В прошлом Барак Обама уже удалял тех генералов, которые были с ним не согласны. Ярким примером этого был генерал Стэнли Маккристал [14]. Бездействие Обамы в данном случае может проистекать из его статуса «хромой утки», которой в последние месяцы своего президентства становятся все президенты. При том, что политикой Обамы остается американская линия на использование исламистских боевиков для свержения тех арабских режимов, которые не действуют согласно пожеланиям США и Израиля, сложно поверить, чтобы он хотел войти в историю в качестве президента, начавшего Третью мировую войну.
________________________________________
Автор (англ. Adeyinka Makinde) — писатель, живущий в Лондоне.
Оригинал статьи. Copyright (c) Adeyinka Makinde, 2016.
Публикуется с разрешения издателя.
Перевод Сергея Духанова.
[1] Бертон Сти́вен «Берт» Ла́нкастер (англ. Burton Stephen «Burt» Lancaster; 1913−1994) — один из самых успешных актёров в истории американского кино, обладатель премий «Оскар» и «Золотой глобус» (1961), призёр Венецианского (1962) и Берлинского кинофестивалей (1956).
[2] Лаймэн Лемницер (англ. Lyman Louis Lemnitzer, 1899−1988) — американский генерал. После окончания Второй мировой войны был назначен в отдел стратегических исследований в комитете начальников штабов, а затем заместителем коменданта Национального военного колледжа. В ноябре 1951 года был направлен в Корею в качестве командира 7-й пехотной дивизии. С 1955 года по 1957 год — командующий 8-й армией. В 1957—1959 годах — зам. начальника штаба Армии США. В 1959—1960 годах — начальник штаба сухопутных войск США. В 1960—1962 годах — председатель Объединённого комитета начальников штабов. С 1 января 1963 по 1 июля 1969 года — верховный главнокомандующий ОВС НАТО в Европе — главнокомандующий объединёнными силами в Европе.
[3] Кёртис Эмерсон Лемей (англ. Curtis Emerson LeMay; 1906−1990) — генерал ВВС США, во время Второй мировой войны планировал и проводил массированные бомбардировки японских городов, после войны командовал ВВС США в Европе, а также курировал организацию воздушного моста для снабжения блокированного советскими войсками Западного Берлина, с 1948 по 1957 года командовал Стратегическими силами ВВС США.
[4] Томас Сарсфилд Пауэр (англ. Thomas Sarsfield Power, 1905−1970) — американский генерал, командующий Стратегическим авиационным командованием.
[5] Эдвин Уокер (англ. Edwin Anderson Walker, 1909−1993) — американский генерал, участник Второй мировой и Корейской войн. Известен тем, что допускал резкие политические заявления, находясь на действительной воинской службе (называл Элеонор Рузвельт и Гарри Трумэна «розовыми»). Неоднократно подавал в отставку, которую принял Дж. Кеннеди. Стал единственным американским генералом в ХХ веке, ушедшим в отставку.
[6] «Общество Джона Бёрча» (англ. John Birch Society) — правоконсервативная политическая группа в США, стоящая на платформе антикоммунизма, ограничения влияния государства, конституционной республики и личных свобод. В американском политическом спектре движение считается одним из основных представителей радикального правого крыла.
[7] Кари́бский кризис — исторический термин, определяющий чрезвычайно напряжённое политическое, дипломатическое и военное противостояние между СССР и США в октябре 1962 года, которое было вызвано размещением США ядерного оружия в Турции в 1961 году и впоследствии тайной переброской и размещением на Кубе военных частей и подразделений Вооружённых Сил СССР, техники и вооружения, включая ядерное оружие. Кризис мог привести к глобальной ядерной войне. В США распространено название «Кубинский ракетный кризис» (англ. Cuban missile crisis).
[8] Герман Кан (англ. Herman Kahn, 1922−1983) — основатель Гудзоновского института, военный теоретик. Один из создателей ядерной стратегии США. Послужил прототипом персонажа д-ра Стрейнджлава в фильме Стэнли Кубрика.
[9] Артур Мейер Шлезингер (англ. Arthur Meier Schlesinger Jr, 1917−2007) — американский историк, писатель, социальный критик и либеральный политический деятель (советник Эдлая Стивенсона и Джона Кеннеди). Трижды лауреат Пулитцеровской премии: в 1946 году за книгу «Век Джексона», в 1966 году за книгу «Тысяча дней» и в 1979 году за книгу «Роберт Кеннеди и его времена».
[10] Джозеф Данфорд (англ.Joseph F. Dunford; 1955) — военнослужащий ВС США, генерал Корпуса морской пехоты США. 29 июля 2015 года Сенат США утвердил Данфорда в должности Председателя объединённого комитета начальников штабов. 25 сентября 2015 года Данфорд стал самым высокопоставленным офицером в Вооруженных Силах США.
[11] «Исламское государство» — террористическая группировка, деятельность которой на территории России запрещена решением Верховного суда РФ от 29.12.2014.
[12] «Джебхат ан-Нусра» — террористическая организация, деятельность которой на территории россии запрещена решением Верховного суда РФ от 29.12.2014.
[13] Тимоти Майкл «Тим» Кейн (англ.Timothy Michael «Tim» Kaine, 1958) -американский политик, 70-й губернатор штата Виргиния (2006−2010) и председатель Национального комитета Демократической партии (2009−2011), сенатор от штата Виргиния (с 2013 года). Кандидат на пост вице-президента США от Демократической партии на выборах 2016 года.
[14] Стэнли Маккристал (англ. Stanley A. McChrystal; 1954) — американский генерал. В2003−2008 годах. — начальник управления специальных операций Главного управления СпН МО США/Главком войск СпН США. В2009−2010 годах — командующий Международными силами содействия безопасности в Афганистане. 22 июня 2010 года в журналеRolling Stoneвышла статья, в которой Маккристал допустил ряд резких высказываний в адрес посла США в Афганистане Карла Эйкенберри. Также он язвительно отозвался о вице-президенте Д. Байденеи спецпредставителе США в Афганистане и ПакистанеР. Холбруке. Несмотря на то, что Маккристал сразу после этого извинился за свои слова, эта скандальная публикация вызвала гнев президента СШАБ. Обамы, после чего генерал подал в отставку, которая была принята, хотя, согласно американским законам, полный генерал мог выйти в отставку только спустя три года после производства в чин, в Белом доме сделали для Маккристала исключение.

Адейинка Макинде
http://svpressa.ru/war21/

Выборы на Донбассе. Подготовка и перспективы

На фоне сохранения боевых действий в низкоинтенсивной позиционной фазе возрастает значимость сторонних факторов, которые, по мнению участников конфликта, способны изменить общую обстановку на Донбассе и обеспечить почву для достижения дипломатических и политических компромиссов. По сути, это поиски выхода из тупика, куда ситуацию завели военный пат и отсутствие прогресса в выполнении минских соглашений.
Если с точки зрения внешнего воздействия на ситуацию большое значение придается предстоящим переговорам России и США, которые пройдут в конце сентября (на них будет, в первую очередь, обсуждаться ситуация в Сирии в общем контексте российско-американских отношений), то с точки зрения внутренней механики конфликта, ближайшей точкой бифуркации, очевидно, являются местные выборы на Донбассе, от которых обе стороны ожидают серьезного изменения ситуации.
В силу невыполнения Киевом минских соглашений, никаких договоренностей между народными республиками и Украиной по поводу проведения выборов на сегодня нет. Попытки России вынудить Киев напрямую разговаривать с Донецком и Луганском натыкаются на ультимативную позицию США, покрывающих действия Киева.
В том виде, в котором допускается возможность согласования выборов с Киевом, эти выборы конечно пройти не могут, ибо если проводить выборы по действующему украинскому законодательству, то это означает не только фактическое признание верховенства украинских законов, но и допуск на выборы украинских партий, включая националистические и даже фашистские, включая и те, деятельность которых на территории ДНР и ЛНР запрещена республиканскими законами.
Предложения из Донецка и Луганска на тему согласования выборов с Киевом фактически ставят Киев перед неприятной дилеммой. Если соглашаться на консультации с республиканскими властями, значит идти на поводу у России, вынуждающей Киев напрямую договариваться с республиками, что ставит под сомнение пропагандистские установки украинской пропаганды, согласно которым на Украине идет не гражданская война, а вторжение России.
Прямой диалог с народными республиками будет означать, что Украина признает ДНР и ЛНР субъектами гражданской войны на Украине. Если же придерживаться этой генеральной установки и отказываться от диалога с ДНР и ЛНР в условиях невозможности проведения выборов на Донбассе по текущим украинским законам, то все сводится к варианту, когда ДНР и ЛНР проводят местные выборы так, как сами считают нужным (в русле российской политике на Украине), и фактически отдельно от Украины, легитимизируя на местах власть, избранную народом отдельно от Украины.
В силу тупика в переговорах с Киевом, в ДНР форсировали ситуацию и объявили, что выборы в ДНР пройдут 18 октября по действующих республиканским законам, что означает, что украинские партии в выборах участия не примут, следовательно, руководящие должности займут представители местных политических объединений «Донецкая Республика» и «Свободный Донбасс», у которых де-факто просто не будет какой-либо украинской альтернативы.
В Киеве эта неприятная дилемма осознается и предпринимаются попытки не допустить проведения выборов в принципе. Открыто заявляется, что проведение выборов в том виде, в котором они скорее всего пройдут, будет означать пересечение Россией «красной черты», за которой последуют ужесточение санкций и дальнейшая эскалация конфликта. Данная линия имеет как безусловную поддержку в Вашингтоне, так и определенную поддержку в Европе, где так же указывается, что если Россия допустит проведение этих выборов по «донецкому сценарию», то это поставит под угрозу минские соглашения и приведет к обострению конфликта. Это, по сути, попытка информационно-дипломатического давления на Россию с целью вынудить ее пойти на уступки в переговорном процессе и избавить Киев от затруднения, связанного с сложившейся ситуацией с выборами.
Россия на текущий момент на уступки не идет и по факту на фоне перепалок дипломатов и представителей СМИ на Донбассе происходит подготовка к проведению выборов в отрыве от Украины, что ведет к тому, что на Донбассе будет фактически реализован либо приднестровский, либо абхазо-осетинский сценарий, когда официально признаваемые частью другого государства непризнанные государственные образования будут иметь свою собственную вертикаль власти, независимую от центрального правительства.
В этом, собственно, и состоит главная интрига местных выборов — в каком виде и в рамках какой юридической легитимности будет выстроена местная власть в народных республиках? Разумеется, помимо внутренней легитимности, которую должны обеспечить голоса избирателей и местные законы, существует и внешняя, когда на выборы пытаются завлечь иностранных наблюдателей, как от отдельных стран, так и от международных организаций вроде ОБСЕ. На данный момент ситуация в этом вопросе складывается примерно так же, как с референдумом в Крыму в 2014 году. Большинство стран, связанных с США и НАТО, на официальном уровне эти выборы проигнорируют, но более чем вероятно участие наблюдателей из стран ОДКБ и стран-нейтралов, не занимающих жесткой позиции в рамках конфликта США и РФ.
Вполне очевидно, что в случае реализации «донецкого сценария» выборов, они не будут признаны на Западе, их объявят «нелегитимными», «сфальсифицированными», и отношение к ним будет примерно такое же, как к крымскому референдуму и референдуму о независимости Донбасса. Но голоса тех международных наблюдателей, которые приедут и дадут реальную картину местных выборов, позволят прорвать информационную блокаду и не дадут сформировать однозначно негативного мнения о выборах среди нейтральных стран.
Главная проблема для народных республик даже не организационная. Ее успешно решили даже в тяжелейших условиях мая 2014 года, когда был проведен судьбоносный референдум, отделивший Донбасс от Украины. Многое будет зависеть от явки на выборы, дабы достигнуть максимально-возможной легитимности местной власти, к которой позднее будут апеллировать. Велик, конечно, соблазн надувать явку административными методами ради политической целесообразности, но, с другой стороны, есть проблема демонстрации чистоты выборов для их международной легитимизации. На мой взгляд, с учетом того, что конфликт на Донбассе является частью более глобального конфликта, выбор будет сделан в пользу легитимизации даже ценой не самой высокой явки.
Что касается настроений жителей республик, то тут, конечно, стоит отметить некоторое разочарование граждан тем, что в политическом отношении республики не смогли в полной мере реализовать многие базовые цели, которые постулировались в начале восстания. Не удалось в полной мере избавиться от олигархов, проект Большой Новороссии заморожен, а Малая Новороссия на базе ДНР и ЛНР существует пока лишь в перспективе. Но вместе с тем, люди уже привыкли жить без Украины, и свое будущее они видят хоть и по-разному, но отдельно от Киева. Многие хотят присоединения к России, другие хотят продолжать строительство Новороссии, третьих устраивает жизнь в независимых народных республиках. Это, конечно, принципиально разные позиции, но это различия в рамках выбора своего собственного пути, не связанного с Украиной. И местные выборы, где люди будут выбирать власть в своих городах, это способ еще раз подтвердить выбор, сделанный на референдуме о независимости и выборах руководства республик в 2014 году, когда Украине сказали «нет».
Решат ли эти выборы все проблемы Донбасса? Конечно, нет. Прекратят ли эти выборы войну и закончат конфликт? Тоже нет. Это просто шаг, который Донбассу необходимо сделать в своем государственном строительстве. Таких шагов еще предстоит сделать немало, чтобы под международной вывеской непризнанного государственного образования сформировалось полноценное государство, которое просто ждет международной легитимизации. Каждый из этих шагов будет встречать сопротивление на разных уровнях — начиная от дипломатического давления со стороны США и стран НАТО и заканчивая действиями (в том числе и силовыми) Украины, которая не признает факта существования новых государств на своих бывших территориях.

Борис Рожин, военный обозреватель, Севастополь

https://eadaily.com/

«Тягныбоку и Яценюку не стоит надеяться на победу» — Дмитрий Выдрин 1 часть

Во вторник, 21 мая, в онлайн-студии «Inpress-клуб» состоялось интервью в прямом эфире с известным украинским политологом, писателем, философом, советником всех президентов Украины Дмитрием Выдриным.

 

Тема разговора — «Почему не встала Украина? Проблемы и перспективы оппозиционных проектов»

 

Вопросы Дмитрию Игнатьевичу задавали ведущая онлайн-студии «Inpress-клуб» Елена Райман, журналисты и читатели информационно-аналитического портала Inpress.ua.

 

Информационно-аналитический портал Inpress.ua открывает онлайн-студию «Inpress-клуб». В прямом эфире без купюр и монтажа читатели нашего портала смогут стать наблюдателями и участниками интересных бесед, острых дискуссий, обстоятельных интервью. Гостями «Inpress-клуба» станут лидеры общественного мнения, популярные ньюсмейкеры, любимцы публики, признанные авторитеты и другие интересные люди, чье мнение интересно широкой аудитории.

 

Ведущая: — Дмитрий Игнатьевич, давайте начнем с блиц-опроса. Сколько лет Вы изучаете политику?

 

Д.Выдрин:  — Честно говоря, я не знаю, когда родилась политика. Поэтому, поскольку не зафиксирована точная дата рождения политики, мне очень сложно сказать, сколько лет я ее изучаю. Приблизительно лет тридцать. Может быть, реально лет двадцать, потому что 10 лет то, что считалось политикой, сегодня, наверно, таковой не является. Скажем, между, 20 и 30 годами.

 

Ведущая: — Какое Ваше политическое кредо?

 

Д.Выдрин:  — Я знаю, что все ожидают от меня «всегда», но, наверно, «никогда».

 

Ведущая: — А как Вы можете охарактеризовать украинскую политику на сегодняшний день?

 

Д.Выдрин:  — У меня на каждый случай есть собственный афоризм, поэтому я, если позволите, собственным афоризмом охарактеризую. Украинская политика — это политика, в которой, в отличие от России, где сжигают рукописи, которые не горят, и пытаются сжечь мосты, которые тоже не горят, украинская политика — это построение моста, который не горит.

 

Ведущая: —  Теперь давайте перейдем непосредственно к теме нашей сегодняшней беседы – «Почему не встала Украина? Проблемы и перспективы оппозиционных проектов». И первый вопрос. Господин Выдрин, подавляющее большинство экспертов говорят о слабости, бессистемности и даже приспособленчестве оппозиции к нынешней власти. В одном из последних комментариев нашему порталу Вы сказали, что современная украинская оппозиция никакая. Вы можете как-то объяснить свои слова?

 

Д.Выдрин:  — Поскольку у меня есть свои авторитеты, таким авторитетом для меня, безусловно, является, например, господин Черчилль, который часто повторял: «Я могу представить красивую, процветающую страну без слабой власти, но не могу представить красивую процветающую страну, где слабая оппозиция». Поэтому, может быть, у меня чрезмерно большие претензии к оппозиции, поскольку я хочу жить в процветающей стране, мне хотелось бы, чтобы оппозиция была сильная. Претензии у меня есть, и они связаны с тем, что  наша оппозиция до сих пор не поняла свою миссию, свою роль и свои главные задачи.

 

Я уже много раз говорил и писал, что многие проблемы решаются не на политическом, а на филологическом уровне. Стоит правильно перевести какое-то слово с древнего языка — и все становится ясным. Когда переводишь на сербский язык слово «безопасность» (а по сербски это «безбедност»), то сразу понимаешь, что все последствия от бедности. Когда переводишь слово «оппозиция» с древних языков, то получается «противопоставление» — противопоставление взглядов, идей, дорожных карт, в конце концов. А наша оппозиция почему-то перевела это слово как противостояние. Она стоит напротив власти, но ничего не противопоставляет. И в этом причина ее слабости.

 

Ведущая: —  Политологи разделяют оппозицию на системную и несистемную, и получается, что коммунисты, которые вроде бы являются идейной системной оппозицией, входят в правящую коалицию. Тогда «Батькивщина», УДАР, «Свобода», не так уж сильно идеологически расходящиеся с ПР, оказываются в оппозиции. Почему так сложилось, как Вы считаете?

 

Д.Выдрин:  — Я уже практически объяснил — потому что они не противопоставляют, они просто стоят, иногда просто тупо стоят напротив власти, ожидая, что от власти в силу каких-либо ошибок отвалятся те куски, которые можно подобрать — куски бюджетные, административные, кадровые. Это напоминает мне политику голубей, которые не охотятся, не ищут пищу, а ждут, что от этих безумных существ — людей, отваливаются то куски хлеба, то куски мороженого упавшего. Наверно, поэтому голубь является символом мира, потому что это самая бессмысленная птица, которая не умеет не сражаться за свои интересы и не знает свои интересы.

 

Поэтому наша оппозиция — это такие бессмысленные голуби мира, которые постоянно хлопают крыльями и говорят, что «мы сильные», но при этом не умеют даже бороться за ту часть здоровой политической пищи, которая им положена по их оппозиционному праву борьбы за свою политическую нишу, за свое существование. Все это приводит к тому, что оппозиция пока не принадлежит ни к какой категории — ни системной, ни несистемной, ни бессмысленной. Есть такой термин — системные половые связи, а есть бессистемные половые связи. Вот что-то из этой сферы абсурда.

 

Ведущая: —  А насколько она монолитна?

 

Д.Выдрин:  — Какая монолитность? Монолитность зиждется на нескольких бесспорных вещах. Монолитность бывает идеологическая, когда «клеем» является единство идей, взглядов. Этого нет. Монолитность оппозиции может основываться на кадровом единстве, когда создается некое кадровое ядро, продуцирующее идею, или которое продуцирует людей, или которое продуцирует лидера. Нет единого лидера, нет единой команды. Оппозиция может быть единой как геополитической инструмент. Например, образцом для подражания может быть работа Бундестага, для кого-то кнессет образец для подражания, для кого-то американский конгресс. Поэтому ни в чем единства нет у этих друзей: ни идейного единства, ни кадрового, ни геополитического единства, да и никакого другого.

 

Игорь Лесев, Inpress.ua: — В 1996 году Ельцин за полгода до выборов имел рейтинг 5 %, и все равно он побеждает Зюганова. У Януковича за 2 года до выборов рейтинг падает ниже 20 %. Что нужно сделать Кличко, Тягныбоку, Яценюку, чтобы победить Януковича за два года до выборов?

 

Д.Выдрин:  — Странно, что Вы задаете мне этот вопрос. Мне дали характеристику как философа, а философы — люди иногда умные, по крайней мере, иногда не глупые, и бесплатные советы не дают, поскольку цель — это продукт интеллекта, поэтому я ожидал бы от вас вопрос типа: «Я представляют партию «Свобода», и меня уполномочили заявить, что мы готовы передать вам деньги (вот они кешем лежат в чемоданчике), и скажите по секрету (разве что в интернет вывесим), что можно сделать, чтобы победить?». Поэтому самое сокровенное, самое дорогое не скажу, иначе как я потом заработаю? Могу дать несколько банальных, ни к чему не обязывающих советов.

 

Во-первых, Тягныбоку и Яценюку не надеяться на победу, поскольку они же надеются не только сами, они же еще поддерживают еще своих жен: начинается смена гардероба, потому что каждая первая леди должна иметь специальный гардероб. Дети уже начинают присматриваться к Гарвардской школе бизнеса, челядь, охрана замахнется на что-то. Поэтому кому-то, наверно, не стоит обнадеживаться, а кому-то стоит сделать переоценку ценностей.

 

Я считал Виталия Кличко перспективным политиком до тех пор, пока он не стал ломиться в чужую нишу. Он же замечательный боксер, и как боксер он  он знает, что у каждого боксера есть своя весовая категория, и было бы смешно, если бы Кличко решил бороться за титул чемпиона в самом легком весе. Сейчас такое впечатление, что он вломился в чужую весовую категорию. У него была прекрасная главная весовая категория в политической Украине — это возможность стать лидером, борющимся, как это ни банально звучит, за общие демократические ценности: права человека, защищенность личности, какие-то базовые устои гражданского общества. А он почему-то ломанулся в нишу легковесов, либо в нишу радикальных националистов, либо в нишу радикальных ксенофобов. И что ему там делать с его размахом плеч и  с его двухметровым ростом, мне абсолютно непонятно. Поэтому у двух указанных персон не хватает, мне кажется, не хватает политического веса для того, чтобы бороться за первое место, а у Кличко обратная проблема — у него избыточный  политический вес для тех ниш, куда он пытается войти. Он не вмещается в эти ниши. Поэтому реально сегодня нет ни одного претендента, который мог бы бороться за звание общенационального лидера.

 

Андрей Родкин, Inpress.ua: — Часто звучат заявления, что ни власть, ни оппозиция не способны предложить какие-то новые сценарии по изменению ситуации. Как Вы думаете, есть ли какие-силы в Украине, которые способны предложить что-то новое, хотя бы на уровне общественных движений или организаций?

 

Д.Выдрин:  — Если бы они были , они бы уже появились. Шила же в мешке не утаишь. Помните, как в том анекдоте: я могу сбрить усы, шевелюру, но как я спрячу свои мысли? Если бы у кого-то такие мысли были, то они бы уже на каком-то этапе проявились. Я как политолог пока не нахожу даже проблески будущих лидеров в политической схеме, и уже не как политолог, а как писатель, вижу эти проблески в не политических сферах.

 

Когда я, например, смотрю сайт по мобильным телефонам, я иногда в комментариях, где когда какой-то новый телефон характеризуют люди, нахожу креатива, остроумия, здоровой мысли в 10 раз больше, чем на политических сайтах, где обсуждают лидеров, политиков, дорожные карты. Поэтому у меня даже было желание обратиться к ребятам, которые комментируют гаджеты: а слабо вам, ребята, откомментировать, например земельную или социальную реформу? И вдруг эти ребята так бы откомментировали, что нам ничего и не нужно было бы искать, оказалось бы, что там столько лидеров.

 

В России тот же Навальный вылез из леса, он изучал какой-то там лес, и вдруг оказалось, что все его идеи были, видимо связаны с тем, что когда лес рубят, щепки не должны лететь, даже маленькие. Может быть, сучья нельзя отрубать, если есть зеленые листочки. Он взял и эти идеи перекластировал в политику, и появился в России крупный политик. Поэтому у меня есть надежда, что мы найдем политических лидеров не в политических нишах. Вдруг выскочит, как черт из табакерки, из какой-то экзотической ниши. Человек выращивал всю жизнь, может быть, аквариумных рыбок, а потом применил эту технологию и создал политическую партию. Просто технологии перекластированы. Я верю в то, что совершенно не соприкасающиеся сферы иногда могут оплодотворить друг друга совершенно неожиданным уникальным опытом.

 

Вы говорили  в начале, что я был советником многих людей, и когда я давал им какие-то нетрадиционные советы, и даже мои коллеги меня спрашивали: «Откуда ты это все взял, выдумал?». А выдумать в нашем мире практически ничего нельзя, уже все выдумано. Я признался в одном из своих романов «Последний полковник» — многие восприняли это как шутку, а это была истинная правда. Идут выборы одного из президентов, я иду в букинистический магазин, случайно нахожу книгу столетней давности без обложки (потом, правда, нашел обложку), открываю книгу и вижу, что там вся программа президента, в принципе, расписана. Только термины нужно поменять. Например, заменить «вагонетки» на «коробки из-под ксерокса», а уголь из вагонеток на дензнаки, которые заполняют эти коробки. Оказалось, что эта книга называется «Справочник Маркшейдера» 1897 года издания, и я взял целый блок из этой книги, поменял терминологию и подсказал своему клиенту, как построить президентскую кампанию. Она строилась не по каким-то политологическим и технологическим разработкам, а по справочнику маркшейдера 1897 года издания.

 

Можете поставить опыт: возьмите любой справочник, если вы что-то на даче пилите-рубите, может быть, у вас есть справочник плотника, и попробуйте прочитать справочник плотника как пособие для украинской оппозиции, и может быть, вы в нем найдете значительно больше здоровых идей, чем читая громадные талмуды, как создать оппозиционную партию, как построить идеальную партию. В эти книги не верьте, а справочнику плотника верьте.

 

Ведущая: —  Пришел вопрос от Григория Ивановича из Умани, достаточно возмущенный. Дмитрий Игнатьевич, как Вы объясните пассивность украинцев, когда речь заходит о будущем их детей и внуков? Есть ли у нашей пассивности точка невозврата, после которой возмождна только резня?

 

Д.Выдрин:  — Спасибо, Григорий Иванович — на этом можно было бы и закончить, потому что он сам задал вопрос и сам на него и ответил. Очень сложно посоветовать гражданам, людям, избирателям то, что противоречит их социальному темпераменту, социальному генотипу. Очень сложно посоветовать эскимосу какие-то ритуальные танцы жителей Гвинеи, потому что у одних танцы под один климат, а у других — под другой климат. У нас есть свой социальный темперамент, свой социальный генотип, своя социальная история.

 

Любая массовая политика — это разворачивание или в этом зале, или на улице того архетипа, который заложен в нашей природе. Требовать чего-то большего, наверно, нельзя. Не зря французы говорят, что даже самая красивая женщина не может дать больше, чем может дать самая красивая женщина. Поэтому даже самый активный украинец может дать улице, площади не больше, чем это может дать самый активный украинец. Поэтому то, что мы делаем, видимо, закодировано в нашей социальной природе. Нами закодирована проблема выбора. Если есть выбор — идти на площадь с транспарантом или на огород с тяпкой в то время, когда все сажают картошку, то 90 % выберет тяпку, а не транспарант. В этом, наверно, гражданская слабость, но в этом и сила, потому что украинец знает, что транспарант не прокормит, а тяпка может прокормить гипотетически.

 

Хотя, может быть, когда-то сделают такой транспарант, что не понадобится тяпка, будет работать какой-то механизм. Но это дело стратегическое. Вообще человек в своей жизни тактик, а не стратег, мало кто живет стратегией. Поэтому у меня нет ни оптимистического сценария, что проснется народ, напишут какие-то красивые вещи, выйдут, покажут друг другу и реализуют. И у меня нет негативного состояния, что все вдруг разочаруются, половина людей сожжет себя (есть акты самосожжения в Болгарии), а остальные начнут резать друг друга. Такого состояния у меня тоже нет. Это не закодировано  в нашей природе. Поэтому придется смириться с тем, что вся наша политика — вязкая, медленная, очень-очень поступательная.

 

Наш ментальный оброк, наши ментальные кандалы называются «чернозем». Мы считаем, что чернозем — это абсолютное благо, но иногда чернозем — это земля, которая родит, а иногда это 3-метровый слой грязи, в котором тонет все, что способно утонуть. Я даже выдвинул гипотезу, что танки Гудериана  просто утонули в украинском черноземе, потому что пройти было просто невозможно, особенно если нет дорог. Поэтому вот это преодоление биологического цикла, постоянное нахождение по пояс в черноземе привело к тому, что у нас все идет очень медленно. Это и хорошо, и плохо. Мы никогда не будем, как итальянцы, носиться каждую неделю с транспарантами, но мы и никогда не будем, как северные народы, находиться в социальной летаргической спячке. Такие мы есть. Что сделать, я не знаю.

 

Ведущая: —  Вопрос от читателя из Тернополя. Яценюк заявляет, что следующая акция оппозиции состоится в День независимости 24 августа. Как Вы считаете, чем будет заниматься оппозиция в ближайшие 3 месяца? Неужели в нашей стране после акции «Восстань, Украина» дела настолько улучшились, что оппозиция может спокойно отдыхать?

 

Д.Выдрин:  — Может быть, позвоним сейчас Арсению Яценюку и спросим, какие у него планы на лето, на отдых? Во-первых, начался яхтенный сезон. Можете поехать в Вышгород, там стоят яхты представителей оппозиции, многих лидеров оппозиции, насколько я знаю. Мой сын любит на кайте за парашютом кататься, поэтому я иногда сопровождаю его и чуть-чуть погружен в эту сферу. Я знаю, что многие лидеры оппозиции поменяли уже яхты. А смена яхты — это большая история: это смена такелажа, смена команды. Надо утвердить массу вещей на лето, начиная от камбуза, потому что меняются вкусы, надо переходить на летнее питание. Чтобы сбросить жирок, надо уменьшить количество углеводов и сказать коку на камбузе, что зима прошла, так что меньше сала, меньше жира, больше морепродуктов, все-таки уже готовимся к выходу в море. Эти хлопоты поглотят значительную часть энергии оппозиции, оппозиционных лидеров, по крайней мере. Поэтому, наверно, логично, что все планируется уже на сентябрь. Когда закончится яхтинг-сезон, когда яхты будут ставить на профилактику, тогда уже можно спуститься на сушу и планировать снова кого-то поднимать, так что все логично.

 

Вообще, у нас очень много привязано к биологическим часам. Я был советником одного из президентов Украины, который для меня абсолютное выражение нашего коренного архетипа. А в нашем архетипе прислушиваются не к механике, а к биологии. Когда он въехал в здание президента, первое, что он сделал — он заставил вынести все часы из администрации, ни в одном кабинете не было часов, потому что часы с точки зрения этого человека, который выражает, на мой взгляд, наш коренной архетип, — это некое порождение дьявольской городской механики.

 

Что такое город? Есть большое село. Если в центре большого села поставить часы, то большое село превращается в маленький город: в 8 утра надо встать, в 8.15 у тебя встреча с партнерами, переговоры — 30 минут. А если часов нет, то когда встретиться — ну, наверно, на рассвете. А когда будут переговоры? Ну, петухи когда прокукарекают. А когда закончим? Ну когда захочется поесть, перекусим. А потом? А потом закат — и все в люлю. Мы плотский, мясистый народ. Мы очень сильно вмонтированы в биологию, живем вместе с этой биологией. Поэтому ждать от нас каких-то механических действий… Мы же не заводные механические апельсины, мы люди от земли, от исконных ценностей.

 

Я живу рядом с рестораном, и часто мои зарубежные партнеры, которые любят украинскую кухню, назначают встречу в этом ресторане, и там символ ресторана — огромная свинья с маленькими крыльями. Вроде бы ей крылья не нужны, ясно, что по органомике полета эти крылья не способны ее поднять, но они ее тешат — что есть даже крылья для полета. Иногда мне все напоминает в нашей политике свинство с крыльями: все плотское, но все-таки маленькие крылышки есть.

 

Ведущая: —  Почему во время акции 18 мая не было упомянуто имя Тимошенко? Не означает ли это, что оппозиции выгоднее, чтобы она была за решеткой, а не на свободе?

 

Д.Выдрин:  — У меня особая теория, связанная с Юлией Владимировной. Я много лет с ней сотрудничал и был одним из ее острых оппонентов. Существуют явные правила игры в политике, которые описаны в различных документах. Эти документы могут называться по-разному: это и Конституция, УПК, различные административные распоряжения. И есть неявные правила. Я как политолог за много лет убедился, что  соблюдать неявные правила важнее, чем соблюдать явные. Вот в чем проблема. Есть неявное правило, которое звучит примерно так: демократия — это такая система, где политики не требуют убить друг друга физически. Это правило нигде не зафиксировано, оно устоялось на уровне подсознания, примерно так думают политики. Когда возникает человек, который говорит: «А давайте мы кого-то убьем», то этого человека пытаются самого физически устранить.

 

Это правило зиждется на признании друг друга политиками. У одного политика спрашивают: «А кто этот ваш оппонент?» Он говорит: «Это плохой политик». Но политик. А когда говорят: «Кто премьер-министр?». Он говорит: «Политик, но я с ним не согласен». — «А кто президент?» — «Это политик, которого я не люблю». Когда идет дискурс таким образом, тогда все нормально. А когда возникает человек и спрашивают «а кто это?» и показывают на премьер-министра, а он говорит: «Не знаю, какой-то человек, он называет себя премьер-министром, а я не признаю, что он премьер-министр». — «А это кто?» — «А этот человек называет себя президентом, но я не признаю, что он президент», то такого человека интуитивно выталкивают за пределы политического поля.

 

Поэтому когда Юлия Владимировна не признала ни одного из своих оппонентов в качестве политиков, то возник негласный консенсус по ее выталкиванию за круг политического поля, потому что никто из оппозиционеров не хочет сам оказаться в такой ситуации, когда его не признают пусть за плохого, но за политика. Поэтому есть, мне кажется, негласный интуитивный сговор власти и оппозиции. Он не артикулирован, не вербализирован, он нигде не прописан, но, как Брехт говорил: часть политики совершается на уровне переговоров, а часть на уровне подмаргиваний. Вот когда люди друг другу подмаргивают, они понимают, о чем они подмаргивают, а многие другие не понимают. Власть и оппозиция друг другу давно подмаргивают, что «давайте мы эту пассажирку вынесем за пределы политического поля, и у нас все будет хорошо, потому что мы все друг друга признаем». Поэтому Юлю просто вывели за пределы политического поля, и пока она не начнет признавать своих оппонентов, она в это политическое поле не вернется, и сговор между власть и оппозицией будет продолжаться.

 

 

 

Владимир Кучер, Inpress.ua: — Я бы хотел обратиться к вопросу о скандале с избиением журналистов 18 мая. Принято считать, что если было совершено какое-то преступление, то нужно искать, кому оно могло бы быть выгодно. Кому могло быть выгодно это избиение, как Вы считаете?

 

Д.Выдрин:  — Мне кажется, что это та ситуация, которая никому не выгодна. Это не выгодно власти, прежде всего потому, что власть спит и видит осень 2013 года и ассоциацию с ЕС. Поэтому власть меньше всего заинтересована в том, чтобы возникали даже какие-то микроскопические инциденты, которые могут отдалить эту ассоциацию. Тем более, что ЕС стал для власти новой религией, новым еврокоммунизмом. Все мечтают о новом светлом будущем.

 

Я уже дал свое определение еврокоммунизму. Еврокоммунизм — это  от каждого немца по труду, о каждого француза по способностям, а каждому украинцу по потребностям. Поэтому все думают, что когда мы войдем в Европу, то там немцы будут вкалывать, а у нас виллы в Каннах, красные дорожки для кинофестивалей. Ну и слава богу, вера должна быть. Я и сам в это верю, честно говоря. Я верю, что сразу после подписания буду не в комиссии человека года в Украине, а как минимум в комиссии Каннского кинофестиваля. Человек без веры никто, он этим и отличается от животного. У нас есть такая святая вера, и власть за эту веру порвет любого. Поэтому, я думаю, власть порвет и тех, кто совершил и допустил такие вещи, которые позволили дать дополнительные поводы для критики нашим европейским партнерам.

 

Хотя я думаю, что виновато, наверно, гражданское общество, прежде всего, которое у нас однобоко формируется. Есть со стороны Запада термин «избирательное право» — это когда власть избирательно наказывает и избирательно защищает тех или иных людей в законодательном поле. Мне кажется, что этот термин применим и для гражданского общества. У нас очень избирательное гражданское общество.

 

Была очень некрасивая ситуация, когда в Мукачево людей из венгерской диаспоры, которые праздновали день венгерской революции, пытались разогнать и избить молодчики (вы знаете, из какой партии и с какой символикой). И побили маленького мальчика — 12 лет, разбили ему голову. Я обращался к журналистам, к коллегам, говорил: давайте создадим какую-то группу, проведем журналистское расследование. Когда они узнавали, кто избивал — нет, это бравые ребята, с ними не стоит связываться. Поэтому когда ты избирательно защищаешь одних, то, мне кажется, теряешь моральное право обвинять других. Власть должна, прежде всего, опираться на активность гражданского общества. Если бы это гражданское общество закричало: «Власть, ты чего там тупишь или чего медлишь? А ну подойдите те, кто избивал этих людей!», но гражданское общество промолчало. Если промолчало один раз, то власть спустя рукава будет относиться и к другим случаям. Власть, как невестка, всегда виновата. Будем считать, что власть всегда брутальная, нерасторопная, виноватая. Но мало винить власть. Надо винить друг друга как элементы гражданского общества. Поэтому если мы с вами дали один раз слабину, один раз не проявили активность, то, скорее всего, все эти вещи будут тиражироваться и продолжаться в будущем.

 

 

 

Юрий Григоренко, Inpress.ua: — Чего сейчас больше всего стоит опасаться власти? Роста протестных настроений, неких других политических факторов или банальной экономики?

 

Д.Выдрин:  — Если проанализировать модели смены власти, то не так часто власть меняли внешние обстоятельства. Я думаю, что в 90 % (может быть, ошибаюсь, вы сами посчитайте) власть сама себя выгрызала изнутри, когда возникали внутренние склоки, когда возникала внутривидовая конкуренция. Вы же знаете из курса биологии, что внутривидовая борьба намного жестче, чем межвидовая. Поэтому главная угроза — если внутри власти появится группа, нацеленная на самопожирание и на безмерную конкуренцию.

 

Конкуренция должна быть, но она не должна переходить в каннибализм, когда власть начинает сама себя пожирать. Для меня символом самопожирающей власти является очень страшный образ из Джека Лондона. Он в одном из своих блестящих романов описывает, как охотятся эскимосы на волков. Они берут обоюдоострый нож, острый, как бритва, вставляют рукояткой в лед и обмазывают его китовым салом — вкусным и ароматным. Подходит волк и начинает лизать кинжал, и режет язык. Из языка течет кровь, и волку кажется, что из кинжала течет очень вкусная кровяная жидкость, и он таким образом выпивает всю свою кровь и погибает.

 

Страшный образ, и это образ, который постоянно должна помнить власть. Когда власть начинает сама себя пожирать внутренними скандалами, безмерной конкуренцией, когда внутри власти возникают группы, которые заказывают друг на друга негативный пиар (мы видим, как одни группы власти заказывают гадостный пиар против других  групп власти) — вот это я называю феноменом волка, который питается собственной кровью. Поэтому нынешнюю власть, довольно монолитную, сплоченную и довольно организованную, вряд ли может погубить внешнее воздействие. Ее может погубить только внутренняя драма или внутренняя свара, которая перейдет какие-то разумные пределы.

 

Ведущая: —  Вопрос от Инны Георгиевны из Киева.  Как закончится противостояние оппозиции и власти и  куда, вероятнее всего, будет двигаться Украина?

 

Д.Выдрин:    Я очень многие вещи понимаю почему-то через анекдоты. У меня метафорическое мышление, и у меня почти на каждый случай всплывает анекдот. Я очень часто вспоминаю блестящий анекдот из серии «армянское радио», когда у армянского радио спросили, могут ли долго, бескорыстно, нежно, платонически дружить двое красивых мужчин. И армянское радио ответило, что «могут долго, пока природа не возьмет свое». Поэтому рано или поздно природа возьмет сове. Сейчас представителей власти и оппозиции мы встречаем, может быть, раз в месяц, в ресторане «Феллини», где они сидят за столиками и о чем-то шепчутся. Я думаю, осенью будем видеть их каждую неделю, ближе к зиме — каждый день. Поэтому все закончится, как в армянском радио, — любовью власти и оппозиции. Поэтому я думаю, что  все-таки эти люди договорятся, потому что они птицы из одного гнезда, они люди одной ментальности, люди одной школы, одних соблазнов, одного образа жизни.

 

Есть американская пословица: птицы одной масти собираются вместе. Я говорю, что мужчины одного бренда собираются вместе. Раньше, лет 30 назад, это был эксклюзивный цех фабрики «Красный коммунар», по-моему. Сейчас это для мужчин «Бриони», для женщин другие бренды. Когда я вижу мужчин в пиджаках от «Бриони» и во власти, и в оппозции, я понимаю, что они уже сели договариваться. Поэтому это уже группа не в полосатых купальниках, а группа «Бриони», они, конечно же, договорятся. У них одни модельеры, одни модели автомобилей, одно представление о будущем. Они соседи в Каннах, живут через заборы или через стриженные газоны на своих виллах, поэтому у них есть о чем поговорить и о чем договориться. Они договорятся.

 

Ведущая: —  Судя по результатам оппозиции, они уже даже между собой не могут договориться, если брать прошлую субботу, когда они приняли резолюцию, в которой говорится, что они выдвинут единого кандидата в президенты только в том случае, если выборы будут проходить в один тур. А поскольку вероятность этого приближается к нулю, то это вызывает некоторое недоумение. Как Вы считаете, будет ли выдвинут единый кандидат от оппозиции?

 

Д.Выдрин:  — Я думаю, что нет, потому что все это сообщающиеся сосуды. Чем чаще оппозиция появляется где-то в переговорах с властью, тем сложнее им договариваться между собой. Поэтому раз они не договорились, значит, многие из них уже договорились с властью. Вы же знаете: где-то убыло, где-то прибыло. Если прибыло где-то между оппозицией и властью, значит, убыло между кем-то из оппозиции с другим оппозиционером.

 

Ведущая: —  А когда лидеры оппозиции забудут о едином кандидате и начнут выдвигать кандидатуры на 2015 год?

 

Д.Выдрин:  — Де-факто это уже происходит сейчас, потому что все, что делается, это либо репетиция, либо моделирование будущих президентских выборов. Я уже в одной из своих статей писал, что сейчас каждый из претендентов на  пост президента ищет свою фишку, ищет свою игру, ищет свою стилистику. И уже большинство из них нашли. Ясно, что «Свобода» чувствует себя наиболее комфортно на улицах. Это уличная партия, они выросли на площадке улицы, с уличными лозунгами, с уличной стилистикой.

 

Я уже высказывал гипотезу, почему их так невероятно раздражают заборы — потому что забор всегда перегораживает уличное пространство, это как какой-то страшный раздражитель. Если есть забор — надо его повалить. Наверняка у них на гербе рано или поздно появится болгарка как символ безграничной уличной свободы, чтобы пилить все, что можно распилить. Ясно, что для них главным аргументом, главной стилистической фишкой будут уличные акции. Неважно, как они будут называться  — факельное шествие или плакатное шествие и т.д.

 

Ясно, что у Кличко уже есть своя стилистика. Я на одном из своих сайтов описывал, что  Виталий сделал для себя открытие, когда первый раз оказался на возвышении в ВР — в президиуме, что размер президиума ВР и размер ринга абсолютно одинаковы, с точностью до сантиметров. Поэтому это завораживает, и наверняка его стилистика будет — постоянное блокирование ВР, он президиум не отдаст никому. Может быть, закончится тем, что повесят канаты по периметру, уберут неуклюжие деревянные ограждения, и будут нормальные красивые канаты. И тогда будет ясно, что это «наша территория, и я туда, кроме своих, никого не пущу». Поэтому он будет отрабатывать модель на локальном пространстве 6х6 президиума. С Арсением Петровичем тяжело: то он тяготеет к улице как безмерному пространству, то его привлекают маленькие, хорошо обустроенные пространства — не важно, как называется: яхта, президиум ВР. Поэтому он пока колеблется, свою стилистику не нашел, но в ближайшее время найдет. Поэтому все, что делается сейчас, это отработка кластеров будущей президентской кампании.

 

 

Наша самая эгоистичная страсть

Итак, Центризбирком подвел итоги выборов: у «регионалов» в новой Раде будет 185 мандатов, у «Батькивщины» 101, «УДАРа» 40, «Свободы» 37, КПУ — 32. 7 мест досталось представителям мелких партий, чьи выдвиженцы выиграли выборы в мажоритарных округах (3 из них представляют «Единый центр», 2 Народную партию, по одному — «Союз» и Радикальную партию), еще 43 места достались самовыдвиженцам. А в 5 округах, где ЦИК заявил о невозможности определить победителя, должны пройти повторные выборы.

О закромах, по которым наскребут большинство

 

Формальный итог такого распределения мест — это видимое отсутствие большинства. У ПР 185 мандатов, у трех оппозиционных сил — 178. Однако у «регионалов» вместе с коммунистами уже 217 мандатов (на 9 меньше, чем нужно для большинства). Да, КПУ заявила, что не войдет ни в какую коалицию. Однако действующая Конституция никаких коалиций для подтверждения дееспособности парламента не требует, и традиционное голосование КПУ по многим вопросам солидарно с «регионалами» легко предположить. Ведь это голосование имело место и на первом поствыборном заседании парламента, в том числе по таким принципиальным вопросам, как закон о референдуме, изменения регламента, создание ВСК по нарушениям на выборах.

 

Теперь посмотрим внимательней на формально не принадлежащим к главным политическим силам мажоритарщиков. Среди них есть 3 члена Партии регионов, которые баллотировались как самовыдвиженцы, но не имели в округах соперников из числа однопартийцев. Поэтому место таких депутатов в составе фракции ПР предопределено. Это победившие соответственно на Винничине и на Черкащине действующие депутаты Григорий Калетник и Владимир Зубик, а также выигравший в Хмельницкой области Владимир Мельниченко, о котором часто пишут как о гражданском муже Инны Богословской.

 

Также надо отметить самовыдвиженцев и представителей других партий, которые одержали победу в тех округах, где в бюллетене кандидат- «регионал» отсутствовал. Это лидер партии «Союз» Лев Миримский в Крыму, народники Владимир Литвин (Житомирская обл.) и Сергей Гриневецкий (Одесская обл.), а также беспартийные Давид Жвания (Одесская обл.), Олег Кулинич (Полтавская обл.), Игорь Рыбаков и Иван Куровский (оба на Черниговщине). Итого 7 депутатов, из них все — кроме Миримского и Кулинича — действующие парламентарии, которые обычно голосуют вместе с «регионалами».

 

Формально в такую категорию попадает и Петр Порошенко, но полагаем все же, что реально относить его к ней не стоит. Также непонятна ориентация избранного на Киевщине Виталия Чудновского. Чудновский избирался, не имея конкурента-«регионала», программа, с которой он шел на выборы, не являлась оппозиционной, «Батькивщина» же отдала этот округ «Свободе», которая обвиняет победителя в фальсификациях. Но Чудновский и сейчас остается членом фракции БЮТ.

 

Еще одна группа — это депутаты, которые избирались в соперничестве с «регионалами», но по идее не должны иметь с ними серьезных противоречий. Это победивший в Днепропетровске член ПР Яков Безбах, избранный на Одещине парламентарий 4-го созыва Антон Киссе, который входит во фракцию ПР в облсовете (хотя и не являчется членом партии), а все слухи о его исключении оттуда в преддверии выборов не подтвердились.

 

Избранный на Полтавщине Владимир Пилипенко традиционно относится к неформальной группе Андрея Портнова. Вместе с другими ее членами он покинул БЮТ сразу после ухода Портнова в АП.Пилипенко является внефракционным, но традиционно голосует с парламентским большинством. Сюда же надо отнести и двух победителей в Винницкой области — Виктора Жеребнюка и Оксану Калетник (последняя — племянница уже упомянутого Григория Калетника), а также избранного на Черниговщине бывшего министра транспорта в правительстве антикризисной коалиции 2006—2007гг. Николая Рудьковского.

 

Среди этих 6 депутатов только первые двое имели сильных конкурентов из ПР.В остальных случаях результат официальных «регионалов» был символическим, многократно уступающим проценту голосов за их партию. Следовательно, победители в данных случаях привлекли большую часть электората ПР.

 

Наконец, есть пять самовыдвиженцев, избранных на юго-востоке, которым логично не отходить к оппозиционному лагерю хотя бы потому, что такой шаг противоречил бы позиции большинства их избирателей.

 

Это бердянский предприниматель Александр Пономарев (кстати, конкурента-«регионала» он не имел, ибо ПР отдало этот округ главе бюджетного комитета и бывшему мэру города народнику Валерию Баранову), победившие на Луганщине Николай Струк и Валерий Мошенский (последний — член Народной партии), а также предприниматель из Херсонщины Федор Негой. И совершенно невозможно представить переход на сторону оппозиции победителя выборов в Одессе Игоря Маркова, лидера откровенно пророссийской партии «Родина».

 

Итак, из 50 самовыдвиженцев и представителей мелких партий насчитывается 21 (без Порошенко и Чудновского), которые по анкетным данным очень подходят на роль союзников «регионалов» по большинству (при этом 10 из них или члены партии, или люди, совместно голосующие с ПР в нынешней Раде). Оппозиция же из этой полусотни депутатов может твердо рассчитывать лишь на выигравших в качестве самовыдвиженцев действующих депутатов Олеся Дония (Ивано-Франковская область), Сергея Мищенко (Киевская), Константина Жеваго (Полтавская) и победившего на Сумщине бывшего парламентария Александра Волкова. Скорее всего, в оппозиции будут и предприниматели Ярослав Дубневич и Юрий Деревянко — избрание в Галичине толкает к такой ориентации. Разумеется, место среди противников власти займет и Олег Ляшко, которого пока трудно представить формальным членом одной из трех оппозиционных фракций.

 

А позицию еще 22 депутатов, избранных в Центральной Украине, Закарпатье и на Волыни, предугадать трудно. В их числе 4 человека, которые ориентируются на Петра Порошенко (включая самого министра экономики), 3 штыка Виктора Балоги (включая самого главу МинЧС), 3 победивших в Волынской области — представители группы «Континуум», чей лидер Игорь Еремеев считается близким к народникам, во всяком случае в Раде 2002 — 2006 гг. он был одним из ведущих представителей этой фракции.

О коалиции в разных вариантах

 

Но не будем гадать на кофейной гуще. Очевидно, что существует лишь 2реальных варианта большинства при отсутствии перебежек из оппозиции в партию власти.

 

Первый — «регионалы», коммунисты и часть мажоритарщиков. Формально — последних достаточно 9, а 21, подходящие по анкетным данным, дают уже 238 мандатов: примерно такое большинство, с которым сложилась коалиция сразу после избрания Януковича президентом.

 

Второй вариант — большинство только из «регионалов» и мажоритарщиков. Но в этом случае их требуется подавляющее большинство мажоритарщиков — 41 из 50, то есть практически все, за исключением семерки, близкой к оппозиционерам.

 

Наконец, теоретически возможный вариант большинства из националистической оппозиции, коммунистов и части мажоритарщиков возможен лишь как ситуативное совпадение позиций при голосовании за какой-либо из социальных законопроектов. Арифметическое большинство получается и от соединения мандатов оппозиционеров и 48 из 50 мажоритарников. Но оно нереально практически, поскольку 4 человека из этой полусотни являются членами ПР.

 

Варианты же 1 и 2 не противоречат друг другу. Чтобы организационно запустить работу парламента, то есть избрать спикера и его замов и принимать акты по политическим вопросам — большинство из ПР, КПУ и части мажоритарщиков вполне реально.

 

Чтобы принимать неоднозначные акты по социальным вопросам, ПР может рассчитывать на вариант 2. Даже несколько близких к оппозиции формально независимых мажоритарщиков могут дать голоса за документы, выгодные для них как для бизнесменов. А то, что это будет невыгодно избирателям — так округа можно гречкой засеять.

 

Заметим также, что работа парламента начнется с организационной части. Увидев, что у «регионалов» есть большинство под избрание спикера, отдельные оппозиционеры могут дрогнуть, как, например, происходило в 2002-м, когда парламент проголосовал за спикерство Литвина. И уже тогда могут появиться первые перебежчики, и конфигурация большинства изменится.

 

И на фоне такого расклада удивляет сделанный 8 ноября премьером Николаем Азаровым призыв ко всем политическим силам «начать переговорный процесс с целью создания широкой коалиции на основе европейских ценностей для консолидации всех здоровых сил общества с целью дальнейшего развития Украины и реализации политики европейской интеграции».

 

Потому мы хотим обратить особое внимание на странное, мягко говоря, возвращение в украинский политический лексикон термина «широкая коалиция», она же «ширка».

 

Странное потому, что Конституция не предполагает создания коалиции, а посему — какой смысл говорить о ней? Да, при нынешней модели организации власти любому правительству приятно иметь в парламенте стабильное большинство. Тем не менее, весной 2002-го ни Леонид Кучма, ни Анатолий Кинах не выступали с подобными призывами. Хотя тогда после выборов, с одной стороны, позиции партии власти выглядели более слабыми, чем сейчас, а с другой — Виктор Ющенко и его «Наша Украина» отнюдь не казались такими непримиримыми оппозиционерами, как любая из партий нынешней оппозиционной тройки.

 

В 2007-м парламент избирался при Конституции, требовавшей создания коалиции. И суммарное большинство мандатов у блоков, намеревавшихся создать «демократическую коалицию», выглядело сугубо формальным. Ясно было, что несколько человек в НУНСе не станут поддерживать Тимошенко. Тем не менее у Юлии Владимировны хватило выдержки не стремиться к привлечению в коалицию Блока Литвина, хотя последний был явно не против этого, и кабинет ее оказался устойчивым.

 

Разумеется, Азарову не нужно было делать и воинственных заявлений. Но достаточно было призвать «жить дружно», говорить не о коалиции, а о сотрудничестве, о том, что «регионалы» готовы рассматривать инициативы других партий и поддержать их в случае близости позиций по конкретным вопросам. Ведь одно дело — констатировать простое совпадение позиций по очевидным вещам, другое дело — плевать в душу своим избирателям, говоря, что Юрий Михальчишин подходит на пост главы МЧС, как сделал Владимир Олейник в последней программе Шустера.

 

И случайно ли именно в дни, когда вопрос об «обнулении» наиболее активно обсуждался в СМИ, появилось заявление Владимира Олейника о том, что должности заместителя и первого заместителя председателя ВР могут быть отданы оппозиционным политическим силам. То же, по его словам, касается и председателей профильных комитетов (Новости 2000).

 

И судя по «нюансам» в заявлениях представителей «Свободы» и «УДАРа», о которых мы говорили выше, этими политическими силами сигнал от власти принят. Тема «обнуления» была успешно заболтана. Желание «УДАРа» и особенно «Свободы» зайти в парламент выглядело настолько очевидным, что трудно было бы ожидать от них даже партийных решений, которые потребовали бы от победителей выборов не брать мандаты. А массовое выполнение таких решений просто нельзя было бы и предполагать.

 

Примирительная тональность и Азарова, и Олейника, и многих других создает явное впечатление о слабости власти, что имеет для нее самой неприятные последствия. Для Запада это стимул к усилению давления, а для независимых мажоритарщиков — сигнал к тому, что надо не спешить определять ориентацию, а подождать, чем дело кончится: ведь такие разговоры премьера могут означать, что у «регионалов» не все ладно с внутрипартийным единством.

 

И если слухи о расколе «регионалов» — только слухи, то образование вокруг ПР большинства не должно представлять серьезной проблемы. Безусловно, у многих потенциальных членов этого большинства немалые амбиции и претензии, и договориться с ними может быть не слишком легко. Но в данном случае уместно напомнить классическую формулировку о политике как искусстве возможного. А возможность сотрудничества ПР и ее потенциальных союзников предопределена тем, что все они заинтересованы в работоспособном парламенте.

 

Правда, остается открытым вопрос о том, насколько «регионалы» готовы допустить формальную самостоятельность своих союзников из числа самовыдвиженцев и представителей не прошедших процентный барьер партий. И принятые ВР 6 ноября изменения к регламенту как раз пока дают больше вопросов, чем ответов.

О вариантах формирования фракций и групп

 

Так, из регламента исчезло положение о фиксированной минимальной численности фракции и депутатской группы (сейчас оно составляет 15 человек). Там указано лишь, что фракции формируются на партийной основе, а группы создаются внефракционными депутатами. При этом минимальная численность группы должна соответствовать числу депутатов в самой малочисленной фракции на первой сессии нового созыва парламента.

 

Казалось бы, все просто. Из политсил, избранных по партспискам, самую малую фракцию будет иметь КПУ: 32 депутата (если туда не пожелает войти никто из независимых мажоритарщиков). В таком случае минимальная численность депутатской группы — 32 человека. А поскольку мажоритарщиков и представителей мелких партий в парламенте лишь полсотни, значит, группа может появиться лишь одна. Если только какая-нибудь из фракций не выделит из своего состава минимум полтора десятка депутатов, чтобы помочь создать группу-сателлит.

 

Это маловероятно. Правда, подобное делегирование имело место в парламентах, созванных до политреформы, но в куда меньших масштабах — ведь порог численности фракции был гораздо меньше.

 

В такой ситуации логическим выходом для многих одномандатников было бы присоединение к какой-либо из партийных фракций, так как права депутата, не входящего во фракцию или группу, весьма ограничены. И действительно, сейчас появляется немало информации о том, что Владимиру Литвину и его однопартийцам предложили войти во фракцию ПР.

 

Однако в положении о фракции на партийной основе не было никаких указаний на то, что такие фракции могут создавать лишь партии, преодолевшие 5%ный барьер. При первом чтении закона, до выборов, на это не обратили внимания. А вот когда голосовалось второе чтение, многим депутатам бросилось в глаза, что и тройка единоцентристов, и Олег Ляшко вошли в парламент как выдвиженцы своих партий. Стало быть, и они могут формировать фракцию, а фракция — состоять из одного человека!

 

В итоге поначалу для принятия документа во втором чтении не хватило 9 голосов. Не проголосовала КПУ. После перерыва был принят компромиссный вариант по нескольким позициям. Относительно формирования фракций он, по словам первого вице-спикера Адама Мартынюка, предполагал следующее (цитируем по официальной стенограмме парламента):

 

«Депутатські фракції формуються із числа народних депутатів, обраних за виборчими списками політичних партій та народних депутатів, які були висунуті політичною партією в одномандатних округах… Тобто формує партія, яка пройшла по списку, яка висувала по партійних списках в одномандатні округи на цій основі, але до них можуть приєднатися ті самовисуванці, які хочуть приєднатися до цієї фракції…»

 

Значит, партии, появившиеся в парламенте только благодаря одномандатникам, вроде бы не смогут формировать фракции. «Вроде бы», потому что слова Мартынюка в том виде, как их занесли в стенограмму, не предполагают однозначной трактовки. И главное — эти слова не являются точной цитатой внесенных в проект изменений, а на официальном сайте ВР документ в той редакции, которая набрала большинство голосов, отсутствует. Поэтому все станет на свои места только после его подписания президентом, и с учетом прошлого опыта ВР вполне правомерно предполагать неожиданности.

 

Возможно, «регионалы» не знают, что им выгодно. С одной стороны, соблазнительно абсорбировать в свою фракцию максимум беспартийных или принадлежащих к мелким партиям мажоритарщиков. Но вдруг проглотить их в большом масштабе не получится, а высокий порог создания депутатской группы усилит позиции того политика, вокруг которого эта группа сможет собраться. Например, Петра Порошенко. Нужно ли это «регионалам»?

 

С другой стороны, путь создания мелких фракций-сателлитов на базе НП или ЕЦ (последнее, правда, менее вероятно) выглядит более эффективным инструментом откалывания нестойких оппозиционеров. Переходя не в ПР, а в такую фракцию, проще сохранить лицо. Да, чем больше фракций, тем сложнее управлять парламентом. Тем более что появление малых фракций приведет и к появлению малых групп.

 

Однако если дробление Рады покажется в таком случае чрезмерным, можно будет в дальнейшем изменить регламент, подняв порог численности фракции.

 

Мы-то знаем, что в нашем парламенте торжествует известный принцип — «Нельзя! Но если очень хочется — то можно».

О радикалах, снижающих градус

 

Еще одним мотивом минувшей недели были громкие заявления о возможности отказа от мандатов избранных оппозиционеров.

 

Правда, обошли молчанием эту «деликатную» тему ВО «Свобода» и ее лидер, а когда «тема» была закрыта совместным заявлением трех политсил, именно представитель «Свободы» Андрей Ильенко дал наиболее пространное объяснение, заключавшееся в том, что «предложение об обнулении списков «возникло не как решение каких-то партийных органов, какой-то из трех политических сил, не как решение, скажем принятое совместным заседанием лидеров этих партии, это была инициатива, которая была вывешена в блоге в интернете» (УП).

 

А несколько ранее замглавы ВО «Свобода» Андрей Мохник заявил, что под ЦИК не стоит требовать освобождения Юлии Тимошенко. «Зачем все в одну кошелку скидывать? Сейчас вопрос стоит в нарушениях избирательных комиссий, в фальсификации выборов. Требование должно быть адресным, оно должно быть в компетенции человека, к которому мы его выдвигаем…» (Новости 2000).

 

Таким образом, уже можно говорить об определенной тенденции: именно «Свобода» даже в публичных заявлениях снижает градус своей риторики и выглядит менее радикально, чем партнеры по оппозиции. Достаточно очевидный сигнал власти о своей «договороспособности», впрочем, мало заметный для не вникающего в тонкости электората, для которого «Свобода» остается наиболее радикальной силой в оппозиции. Характерно, что ярость «народного возмущения» относительно «зрады» и «капитулянства» в первых комментариях обрушилась на Яценюка и Кличко, но никак не Тягнибока.

 

Нужно отметить, что между лидерами трех партий было, видимо, достигнуто «джентльменское» соглашение о «солидарной ответственности» за принятое решение, о том, что друг друга виноватыми они делать не будут (правда, посмотрим, на сколько этого соглашения хватит). «Совместное заявление трех оппозиционных партий на заседании было поддержано единогласно», — сообщил Николай Томенко. Но самое показательное, что текст заявления был помещен на партийных сайтах практически синхронно, в «анонсированное» время, в 18.00 12 ноября.

 

Бидзина Иванишвили. Биография

Предприниматель, богатейший человек Грузии, лидер блока «Грузинская мечта»

 

 Грузинский предприниматель, по оценке журнала Forbes (март 2012 года) — богатейший человек в Грузии. Владелец грузинского банка «Карту», до 2012 года был обладателем многих активов в России, включая банк «Российский кредит» и сеть аптек «Доктор Столетов». Упоминался в СМИ как один из основных спонсоров реформ, осуществляемых правительством Михаила Саакашвили. В 2011 году объявил о намерении заняться политической деятельностью в Грузии, основал избирательный блок «Грузинская мечта», который победил на парламентских выборах 2012 года. Кандидат экономических наук.

 

 Бидзина (Борис) Григорьевич Иванишвили родился 18 февраля 1956 года в в селе Чорвила Сачхерского района Грузинской ССР.

 

 В 1978 году или, по другим данным, в 1980 году Иванишвили с отличием окончил инженерно-экономический факультет Тбилисского государственного университета. В студенческие годы работал на Литейно-механическом заводе имени Камо — был уборщиком, подсобным рабочим, шлифовальщиком, после получения высшего образования продолжил работать на том же предприятии: был старшим инженером, а затем начальником лаборатории по научной организации труда.

 

 В 1982-1986 годах Иванишвили учился в аспирантуре НИИ труда и социальных вопросов в Москве. В 1986 году он защитил диссертацию, посвященную научной организации и экономике труда, став кандидатом экономических наук.

 

 В 1986 году Иванишвили вернулся в Тбилиси и устроился на должность старшего научного сотрудника местного филиала НИИ труда. В 1987 году он зарегистрировал собственный кооператив, занявшийся торговлей компьютерами. После первой крупной сделки грузинская прокуратура арестовала счета Иванишвили, и он перебрался в Москву.

 

 В 1988-1990 годах Иванишвили являлся заместителем начальника отдела Всесоюзного центра коммерческой информации (ВЦКИ) Федерации непрофессиональных кинематографистов Общества друзей кино. В это же время он работал в кооперативе «Агропрогресс», занимавшемся продажей электроники. За два года кооператив стал «одной из крупнейших в стране компаний по продаже электронной техники»: в его собственности «была даже фабрика по производству кнопочных телефонов и кассетных магнитофонов, расположенная в Китае».

 

 В 1990 году Иванишвили вместе с партнерами по «Агропрогрессу» Виталием Малкиным и Сергеем Мосиным выступил одним из основателей банка «Российский кредит»; после того, как Иванишвили выкупил долю Мосина, его доля в банке составила 67 процентов. Банк достаточно скоро «обзавелся обширной филиальной сетью и стал крупным игроком на рынке золота, а также в сфере экспорта цветных и драгоценных металлов». В 1990-1994 годах Иванишвили был президентом «Российского кредита», в 1995-2005 годах — его вице-президентом, а в дальнейшем — членом совета директоров. В 2012 году Иванишвили продал банк «Российский кредит» группе российских бизнесменов. В 1992 году Иванишвили также вошел в состав совета директоров АКБ «МаркПольБанк», а в 1993 году вместе с Малкиным выступил в качестве соучредителя Импэксбанка. В 2003 году Иванишвили вошел в состав совета директоров Импэксбанка и оставался в нем до продажи банка группе Raiffeisen International в 2006 году.

 

 С 1990-х годов Иванишвили также выступал как совладелец ряда горнообогатительных комбинатов (ГОКов) — Лебединского, Стойленского и Михайловского; в начале 2000-х годов он был первым заместителем генерального директора ОАО «Стойленский ГОК». Свою долю в комбинатах бизнесмен продал в 2000 и 2004 годах. Кроме того, в прессе Иванишвили назывался и владельцем — или совладельцем — крупных предприятий, в том числе «Тулачермета», Орловского сталепрокатного завода, а также московских гостиниц «Минск» и «Центральная». В 2000 году Иванишвили основал агропромышленную корпорацию «Стойленская Нива», в 2002 году — открыл сеть аптек «Доктор Столетов». Среди российских активов Иванишвили упоминались также Уральский завод резинотехнических изделий, страховая компания «РК-Гарант», негосударственный пенсионный фонд «Промагрофонд», завод «РТИ-Каучук», а также крупные девелоперские проекты. Для управления промышленными активами и недвижимостью Иванишвили в 1997 году организовал холдинговую компанию «Металлоинвест». В 2004 году функции управления активами Иванишвили были переданы управляющей компании «Уникор».

 

 В 2004 году, вскоре после избрания Михаила Саакашвили президентом Грузии, Иванишвили вернулся на родину и поселился в родном селе. В том же году он получил грузинское гражданство. В Грузии Иванишвили активно занимался благотворительностью, оказывал финансовую поддержку администрации Саакашвили. Еще с 1990-х годов бизнесмен имел ряд активов в стране. В середине 2000-х годов в принадлежащую ему финансово-промышленную группу «Карту Групп», которая была создана в 1995 году, входили, в частности, крупная пищевая компания «Толиа» («Чайка»), банк «Карту», сельскохозяйственные и строительные компании. При этом, однако, еще в 2005 году Иванишвили рассказывал о намерении продать весь свой бизнес в Грузии за исключением банка «Карту», а в 2011 году представители «Карту групп» заявляли, что группа не вела коммерческой деятельности — за исключением функционирования банка — и занималась только благотворительностью.

 

 В 2011 году отношения между Иванишвили и Саакашвили ухудшились. В октябре того же года бизнесмен объявил о намерении создать собственную политическую партию, оппозиционную Саакашвили. Одновременно с этим он рассказал, что собирается отказаться от гражданства России и Франции и распродать свои российские активы. Спустя четыре дня после заявления Иванишвили об уходе в политику грузинские власти сообщили о лишении бизнесмена грузинского гражданства в связи с наличием у него французского и российского паспортов. В конце декабря 2011 года Иванишвили был лишен и российского гражданства — на основании собственного заявления.

 

 В декабре 2011 года Иванишвили объявил о создании движения «Грузинская мечта». В апреле 2012 года миллиардером была учреждена партия «Грузинская мечта — Демократическая Грузия», которую временно возглавила юрист Манана Кобахидзе.

 

 В мае 2012 года было объявлено о продаже Иванишвили банка «Российский кредит» и сети аптек «Доктор Столетов». После этих сделок бизнесмен заявил, что намерен до конца месяца избавиться и от остальных своих российских активов. Cвой последний российский актив — агрохолдинг «Стойленская нива» Иванишвили продал в сентябре 2012 года.

 

 1 октября 2012 года в Грузии состоялись парламентские выборы, на которых «Грузинская мечта» набрала большинство голосов, по предварительным данным, почти 55 процентов. В том же месяце приказом президента Саакашвили Иванишвили было возвращено грузинское гражданство.

 

 По оценке журнала Forbes, на март 2012 года состояние Иванишвили составляло 6,4 миллиарда долларов (153 место). При этом он был назван самым богатым человеком Грузии.

 

 Иванишвили женат, у него трое сыновей и дочь. Сообщалось, что и супруга, и дети Иванишвили — граждане Франции.

Грузия выбрала себе бурный год

Попытки восторженных тбилисских тинэйджеров поднять столицу на вторую ночь празднования поражения Саакашвили успеха не имели. Пережив бурные сутки выборов, город вернулся к своим обычным ритмам. О том, что эти сутки в себя вместили, город спорил без запальчивости, как положено городу, который свергал всех – коммунистов, Гамсахурдиа, Шеварднадзе.

 

Теперь получилось победить Саакашвили, причем на выборах, и грузины заслужили право этим гордиться. И улыбаться самим себе, знающим, что больше трех лет править они все равно никому не дадут. И пожилой грузин, видевший все, а теперь пришедший на митинг посмотреть на Бидзину Иванишвили, поучаствовав в овации, заключил: «Мишу мы уже знаем, и Миша нам не нравится. Теперь имеем право попробовать что-то другое. Не понравится – уберем…».

 

Человек, который спустился с горы

 

Бидзину Иванишвили не знает никто. Кроме, может быть, грузина средних лет и явно ниже среднего достатка, тоже пришедшего на митинг и уверенного в том, что Иванишвили – за людей. «Мы соседи» – объяснил он это свое знание, и добавил – «Из одной деревни…».

 

Будущий основатель «Грузинской мечты» давно покинул родное село Сачхере, и сегодня мало кто может похвастаться, что играет по-соседски с Иванишвили в нарды, и это часть образа. Он возвел себе на горе дворец, достойный выставки великих чудачеств, который стал для Тбилиси такой же архитектурной доминантой, как Мать-Грузия и парк имени И.В.Сталина горе Мтацминда. Сейчас у Бидзины Иванишвили нет соседей.

 

 

Долгие годы Иванишвили был для грузин только этой застывшей в высях музыкой, воплощением несметных богатств и непревзойденной щедрости. Он, действительно, не жалел денег, и даже злейшие его враги сегодня не вспоминают никого, кому бы он отказал. Иванишвили тратил деньги красиво и, что было так же важно, аполитично. В Грузии не знали Иванишвили, зато все были в курсе, кто платит за реформу полиции, за роскошные военные городки, и при этом не собирается заказывать музыку.

 

И дело даже не в том, что никто и сегодня не знает, зачем он бросил вызов власти, и все удовлетворились версией про то, как больше не было сил терпеть душевную боль за поруганную, в том числе, и на его деньги страну.

 

Дело в том, что никто этого вопроса и не задает.

 

Мечта о маленькой коррупции

 

Саакашвили проиграл выборы, которые считал выигранными отнюдь не только он. Фильм ужасов из тюрьмы в Глдани все перевернул, и никого не смущала очевидность предвыборного расчета.

 

Накануне выборов в одном из кахетинских сел пропала десятимесячная девочка, и через день ее тело было обнаружено в квеври – огромном кувшине для вина. Местная кандидатка в депутаты от оппозиции заявила: девочку убили активисты партии власти, потому что ее мать была за оппозицию. В руководстве оппозиции, видимо, почувствовали, что такая агитация выходит даже за те пределы, которые она обозначила в тюремном сюжете, но это было уже не важно: границы того, что может считаться в предвыборной борьбе приличным, уже раздвинулись.

 

И не стоит упрекать в этом одного Бидзину Иванишвили. Может быть, Саакашвили и в самом деле проиграл из-за тюремных веников. Но он сам, выстроив свою модель власти, сделал неизбежными те технологии, по которым играла оппозиция, в том числе и в Глдани, и в Кахетии. Саакашвили сделал все для того, чтобы рано или поздно появился человек, который найдет способ понравиться всем, и способ окажется очень простым – тоже благодаря Саакашвили.

 

И у Иванишвили не было ни одной причины оспаривать ту репутацию, с которой он спустился из своего замка.

 

«Почему в Баку бензин – 60 копеек, а у нас евро?» – спрашивали меня на митинге в честь победы Иванишвили, и ответ про нефть, про нефтезаводы, которые есть в Азербайджане, и которых нет в Грузии, собеседники явно считали надуманным. А теперь они знали наверняка: пенсия удвоится, свет и газ подешевеют. «Он такой человек. Он всем дает деньги…»

  

Есть те, кому не нужны его деньги. «Я сам заработаю», – объяснял мне человек, который не ходит на митинги, потому что не верит, что Бидзина будет лучше Миши. Но голосовал за оппозицию. «Потому что уже в ноябре откроется граница с Россией, и я буду возить со Ставрополья пшеницу, а из Северной Осетии – молибден…»

 

А человек, который только что пригнал из Швейцарии подержанный «форд», поднял тему экономического протеста до уровня философии, которая, конечно, неоднозначна. С одной стороны, хорошо, что полиция стала работать нормально, что у нее даже нет радаров для измерения скорости, и вообще, если ты поедешь хоть по встречке, но это никому не помешает, тебе ничего не будет. За пять лет он заплатил пятьсот лари штрафов – чуть больше 300 долларов, и это нормально. «Но все уходит в бюджет, и куда потом оно девается, никто не знает. А раньше я давал рубль постовому, он отдавал часть начальнику, так по цепи, и так везде, и так все – значит, что деньги распределялись по всей стране, и у всех они были. Нужна маленькая коррупция, а Миша ее уничтожил. Да и взяток бы я заплатил намного меньше пятисот лари…»

 

Либералы для «Грузинской мечты»

 

В кругах грузинских либеральных интеллектуалов все это уже давно повод и для анекдотов, и для тревог. Но в состав «Грузинской мечты» входят и две вполне прозападные и либеральные партии, – республиканцы, начинавшие вместе с Саакашвили «розовую революцию», и «Свободные демократы» Ираклия Аласания, бывшего грузинского постпреда в ООН. Это те, кто обвиняет Саакашвили не в радикализме реформ, а, наоборот, в непоследовательности. И, в отличие от него, они уверены: то, что надо делать обязательно, нельзя делать любой ценой.

 

Но если деньги способны побеждать власть, то так оно, наверное, и должно выглядеть: Иванишвили собрал тех, кто недоволен Саакашвили, и причины этого недовольства его совершенно не интересуют. Как не интересуют его обиды республиканцев, которые они не скрывали и до выборов. Он знает, что они все равно никуда не денутся, а если уйдут из коалиции уже в парламенте, то не велика беда, нужное большинство он соберет и без них.

 

А пока, кроме обиженных, уволенных, взыскующих маленькой коррупции, к нему примыкают и те, кто, в общем-то, был готов проголосовать за Саакашвили – сжав зубы и зажмурившись, просто потому, что реванш, который, возможно, идет вместе с Иванишвили, для них страшнее неутешительной реальности.

 

«Риски реванша колоссальны, – соглашался один из лидеров республиканцев. – Риски того, что Иванишвили не удержит реформу, мы тоже осознаем. Но, с другой стороны, что ему удерживать?» Он показывает диаграмму, на которой в процентах описана динамика реформаторских успехов Грузии: инвестиции, борьба с коррупцией…

 

То, что выглядит впечатляющим в первый срок Саакашвили, на втором вызывает только сожаление. Второй срок прошел без драйва и с войной. Все, что было после 2008-го года – только удержание достигнутого, и с этим не спорит сама власть.

 

Реформы, которые закладывали основы нового государства – самые болезненные – прошли. Реформы, которые распределяли бы бюджетные деньги эффективнее, чем маленькая коррупция, то есть которые могли бы компенсировать страдания – нет. Риски того, что Иванишвили сделает эти страдания и вовсе напрасными, велики.

 

Добро пожаловать в Глдани

 

Иванишвили удалось объединить не просто разные мотивации протеста – он смог взять под контроль два разных уровня общественной полемики. Первая – о дешевом газе, и там бессмысленно спрашивать, откуда возьмутся деньги на удвоение пенсии, но некоторые спрашивают, и спор бесконечен.

 

Но есть и другой спор – о реальном выборе для страны, которая за девять лет научилась пристегиваться в автомобилях, платить налоги и задаваться вопросом о дальнейшем пребывании в уютных руинах былого благолепия. И здесь спор даже не о деньгах, а о гигиене рук, которыми делается реформа. И действительно ли пусть лучше рухнет мир, но восторжествуют честные выборы?

 

Нужно ли было, уничтожая преступность (а здесь успехи вполне очевидны), вводить принцип «нулевой толерантности», в соответствии с которым 15-летнего мальчишку сажают за кражу двух бутылок пива на три года, и он выходит вполне татуированным членом соответствующего сообщества? Нужно ли было сажать за мелочные нарушения 70-летнего руководителя Госстандарта, никак не желавшего согласиться с мнением – наверняка, правильным, – о том, что Госстандарт не нужен, и потому отказывавшегося уходить на пенсию?

 

 

Тюремное кино ведь имело такой успех и потому, что членов семей, друзей, сослуживцев, соседей тех, для кого это не кино, а реальная повседневность, в Грузии социологи насчитывают едва ли полмиллиона. Тоже вполне достаточно, чтобы решить судьбу любых выборов.

 

Нужно ли было так открыто выражать свое презрение Ваке, району Тбилиси, традиционно считающемуся средоточием тбилисской интеллигенции? Тем более, что и целиком задуманную академическую чистку все равно провести не удалось, и крупнейший тбилисский университет им.Джавахишвили оказался Саакашвили не по зубам, в связи с чем пришлось создавать еще один государственный университет Ильи – в честь Ильи Чавчавадзе. И власть не скрывает, что вообще очень многие реформы так и не удалось довести до конца из политических соображений.

 

Нужно ли было совершать ошибки, которые никто не заставлял делать, давить прессу и строить вертикаль в то время, когда рейтинг зашкаливал и вся Грузия скандировала «Миша! Миша!», и времени было в достатке?

 

Политика проб и ошибок

 

Теперь в Грузии начинается социальный эксперимент, ничуть не менее значимый, чем тот, что начался 9 лет назад. Что будет делать человек, который побеждает после Саакашвили? При том, что еще ничего не решено и ничего не известно, кроме того, что год до президентских выборов обещает быть нескучным.

 

Ведь взгляд Саакашвили, на мгновение погасший, уже во время его заявления об уходе в оппозицию горел так, что всем, кто его неплохо знает, вспомнился 2003-й год, когда все только начиналось.

 

И это важно, потому что людей, на которых он может положиться, возможно, осталось не так уж много, и чтобы начать сначала, нужно всех убедить, что он вовсе не уходит. По крайней мере, еще год.

 

Грузия должна быть пророссийской. Читать на сайте InoСМИ >>

 

Поэтому, как полагают наблюдатели, признание поражения в то время, когда была посчитана лишь половина голосов – сигнал, и довольно сильный: он принимает решения в одиночку, и в оппозицию уходит именно он, а пока все остальные не поддались соблазну приветствовать нового победителя, им только и остается привычно следовать за ним.

 

По конституции именно он представляет правительство и премьер-министра. И силовых министров. Но он готов дать Иванишвили карт-бланш. Секретарь Совбеза Гига Бокерия уже заявил о том, что президент не будет возражать против кандидатуры премьер-министра, предложенной «Грузинской мечтой». Свой сигнал о компромиссе посылает Иванишвили, отрядив на переговоры с Саакашвили своих либералов, которые когда-то были его союзниками.

 

Конечно, все понимают, что никакого компромисса не будет, что борьба будет затяжной и позиционной, значит, надо выигрывать время и занимать плацдармы. И прощупывать друг друга угрозами: Иванишвили говорит об импичменте, Саакашвили – о роспуске парламента.

 

Пока же, судя по всему, Иванишвили решил действовать там, где можно без риска следовать в фарватере Саакашвили. На своей первой пресс-конференции во вторник он время от времени переходит на неплохой английский, он говорит о НАТО, и первый визит он намерен совершить в Вашингтон – только после тамошних выборов, видимо, в расчете на победу демократов, Саакашвили открыто недолюбливающих. Он бьет по тем тылам Саакашвили, попадание в которые его ни к чему пока тоже не обязывают. По сведениям радио «Эхо Кавказа», он готов пересмотреть формат отношений с Южной Осетией и Абхазией и искать компромиссы по всем вопросам, кроме признания.

 

Тем временем, как уверены грузинские политологи, будет он искать договоренностей с соратниками Саакашвили, которым уже пора определяться в ожидании больших изменений. Они официально назначены на ноябрь следующего года, когда вместе с новым президентом появится совершенно новая политическая модель.

 

Но на самом деле изменения эти могут произойти в любой момент, и это тоже все знают и пытаются быть в форме. Потому что все знают, что без ошибок в такой игре больше трех-четырех ходов не сыграешь, а как будет выглядеть доска через два, никто не предскажет, и точно только одно: больше трех лет править, не вызывая желания себя свергнуть, в Грузии не удавалось еще никому.

 

Вадим Дубнов, политический обозреватель РИА Новости, Тбилиси-Москва.

 

http://ria.ru/analytics/

Предвыборный шик Кличко. Кто оплачивает банкет?

В прошлой публикации мы с вами детально разобрали происхождение финансового благополучия коммунистов, которые   щедро сорят купюрами  в текущей избирательной кампании. Сегодня в фокусе нашего внимания не менее интересный проект – «Удар» Виталия Кличко. Тем более что в последнее время именно из лагеря  ударовцев звучит очень много оправданий, связанных с финансированием собственной политической деятельности.

 

И если при общении со СМИ Виталий Кличко божится, что львиную часть расходов он самоотверженно принял на свой карман, то трезвая аналитическая оценка и ряд закулисных сведений говорят совершенно о другом.

 

На «Удар» возлагают много надежд. Причем, самых разных. Одни искренне видят в команде Кличко новую силу, другие – перспективного партнера при формировании большинства, третьи – отличную инвестицию в будущее. Увы, ближе к правде только третьи. Привлекательные  имиджевые характеристики и высокий уровень узнаваемости в сочетании, что уж греха таить, с откровенной непривередливостью нашего народа, сделали свое дело. За какой-то неполный год мифическая партия «Удар», не имеющая ни идеологии, ни программы, ни организованной партийной структуры, вырвалась на третье место народных симпатий. Природа этого феномена – тема для отдельной публикации, интереснее другое – такой лакомый кусочек, конечно же, не мог остаться без внимания акул украинской политики, крупных бизнесменов и банальных перебежчиков. Все три категории сегодня, так или иначе, имеют отношение к партии «Удар» и выполняют в ней свою функцию.

 

Озвученная Кличко цифра в 90 млн. грн. вряд ли может восприниматься всерьез как финальная отметка финансовых расходов «Удара». Реально она в два раза больше. И я надеюсь, в нашей стране не так много наивных людей, считающих, что человек будет тратить огромные суммы, заработанные, между прочим, на собственном здоровье, для ведения политической агитации. Тем более что есть те, которые это могут сделать за него. Требуя взамен небольшой бонус, конечно.

 

Давайте начнем с партийного списка, именно он  открывает глаза на очень многое. Кличко не соврал – олигархов в его списке действительно нет. В первых рядах. А вот если копнуть глубже…

 

Для начала освежу в памяти читателя трендовую технологию этого сезона —  вместо того, чтобы ставить олигархов прямо в список (как это было в 2007-м году), теперь модно ставить третьих лиц, которые либо являются доверенными людьми спонсора, либо соучредителями, либо менеджерами. Очень удобно – олигархов нет, фамилии лоббистов неизвестны, так сказать, кругом «новые лица». И вот именно таких лиц в списке «Удара» довольно много. Ниточка тянется к группе Коломойского, который, «погорев» в свое время на БЮТ, видимо, решил инвестировать в будущее. Так явными людьми Коломойского являются Андрей Вершецкий, Юрий Савчук, Александр Шевченко и др. Все они, так или иначе, связаны с активами Коломойского. Лобби-группа укомплектована в проходной части списка. Как вы думаете, бесплатно? 

 

Аналогичный подход к партии Кличко и у другого отечественного олигарха, Дмитрия Фирташа, который  получил представительство в «Ударе» через таких людей, как Павел Рябикин и Сергей Куницын. Помимо сугубо денежного аспекта, здесь есть и организационный козырь. Обе упомянутые персоналии очень уверенно «стоят» в своих регионах – в Крыму и Николаевской области. Что, естественно, может значительно улучшить на этих территориях результат «Удара».

 

В каком же качестве Коломойский и Фирташ планируют использовать Кличко? Ориентировочный результат «Удара» в 12% плюс несколько выигранных мажоритарных округов в сумме выливаются в 35-40 парламентских штыков. Такая фракция, безусловно, будет играть значимую роль при формировании большинства, а значит — влиять на принятие решений. А в каких решениях заинтересованы Коломойский и Фирташ, догадаться не сложно.

 

Фирташ делает ставку на энергетику, активно скупая Облгазы. Кроме того, в списке его интересов находится скупка нефтеперерабатывающих заводов (НПЗ) и автозаправочных станций (АЗС). И если Фирташ, имея пока еще не критические отношения с властью, планирует развиваться, то Коломойского заботит в первую очередь сохранность его существующей бизнес-империи, на которую, в случае потери парламентских позиций, быстро найдутся желающие. Решить ряд вопросов бизнесового характера могла бы помочь своя фракция в парламенте.

 

Вот яркий пример. Коломойский уже несколько месяцев ведет ферросплавную войну с правительством, которое не хочет поддержать его инициативу по введению ограничений на ввоз ферросиликомарганца. Сейчас у миллиардера не хватает лоббистов в парламенте. Удачные инвестиции перед выборами могут значительно улучшить его позиции в этом вопросе. А значит и ферросплавная проблема, как и многие другие, будет решена.

 

Продолжая тему роли Коломойского в кампании «Удара»,  стоит обратить внимание на следующий интересный момент. Не секрет, что оппозиция иногда откровенно «забивает» на борьбу в заведомо непроходных мажоритарных округах. Действительно, к чему тратить деньги и усилия? Но есть и приоритетные округи, на которые бросается максимум ресурсов. По идее,  там должны быть самые лучшие, идейные и верные лидеру ударовцы. Но реально приоритеты другие. По перспективному 83-му Ивано-Франковскому округу от «Удара» идет Александр Шевченко. Если детально покопаться в его биографии, то несложно выяснить, что он напрямую связан с группой «Приват» Игоря Коломойского. Спросите, почему именно этот округ? Он наиболее важен для укрепления бизнес-позиций Коломойского, который должен контролировать власть в местах, где сконцентрированы его предприятия.

 

Таким образом, «Удар» фактически отдал наиболее проходные округа людям из крупного бизнеса, которые таким образом решают вопросы сохранения своих позиций на рынке. А вы спрашиваете, откуда билборды?

 

В кадровом отношении «Удар» стал настоящей солянкой под густым нашеукраинским соусом. Кого сюда только судьба ни привела. «Наша Украина», конечно, стоит здесь особняком. Такие персоналии как Наливайченко, Геращенко, Павленко – это отражение пятилетних «успехов» оранжевого периода. «Удар» же позиционирует себя как альтернатива и новая политическая сила.

 

Здесь же мы видим следование модной нынче традиции брать в список деятелей культуры – писательница Мария Матиос получила второе место. Есть здесь и бывшие бютовцы – Виктор Пинзеник, Владимир Куренной, Виталий Чепинога. Не обидел Кличко и соратников по Киевсовету – Роман Романюк, Наталья Новак, Мария Ионова тоже получили проходные места. Что называется с миру по нитке. Как это стало возможным? Очень просто. На момент своего создания «Удар» представлял собой в кадровом плане полный ноль. Заполнять этот вакуум пришлось обиженными и гонимыми. Но зато до сих пор амбициозными и жаждущими власти.

 

К чему этот кадровый экскурс? Все очень просто: эти люди — будущие парламентарии. Общего стержня между ними нет. Кличко в этом отношении ни на что не влияет. Можете себе представить, как будет себя вести такая фракция в парламенте? Это идеальный объект для скупки голосов, лоббизма, вербовки и слива информации. Очень вероятно, что придя в Раду под брендом Кличко, эта фракция не доживет до конца VII созыва. Но для технических задач очень даже пригодится.

 

Тем временем, «Удар» ведет в медиапространстве довольно агрессивную рекламную кампанию. И довольно давно. Сама стратегия этой политической силы проста до безобразия. Общий посыл – мы против власти, и против оппозиции, мы за…И тут идет набор заезженных дутых слов и выражений, девальвированных  за последние несколько лет до безобразия. «Демократия», «либерализм», «свобода», «европейскость», «справедливость» — вот джентльменский набор Кличко. Эта бутафория, к сожалению, все еще продается.

 

Кто ее придумывает? Партия Виталия Кличко «Удар», будучи молодой политической силой, не может, в отличие от своих более опытных оппонентов, похвастаться наработанными связями с проверенными консультантами. Из-за этого команда Кличко откровенно много «косячит» в технологическом плане. Был опыт работы с западными специалистами в частности из PBN Hill-Knowlton Strategies, но, судя по всему, неудачный. В дальнейшем «Удар» делал ставку исключительно на своих специалистов. Формальным лидером кампании является руководитель штаба Виталий Ковальчук, технологический мозг – бывший креатор давно канувших в Лету побед «Нашей Украины» Ростислав Павленко. Буквально недавно появился «слив» информации о   появлении российских специалистов в штабе «Удара». Ирина Геращенко, отвечающая за контакты со СМИ, эту информацию опровергла. Хотя, зная нелюбовь политтехнологов к публичности и их умение заметать следы, отбрасывать  эти  сведения все же не стоит.

 

Теперь немного о политических шахматах. Не секрет, что в Украине институт «серых» кардиналов всегда делал погоду в политике. Такие люди просчитывают ходы, перспективы и риски на годы вперед, корректируя политическую карту страны в выгодном для себя русле. Несколько источников в украинском парламенте утверждают, что свои виды на Кличко имеет такая одиозная фигура как Виктор Медведчук, который якобы с помощью своего «Украинского выбора» создает для «Удара» горизонтальную сеть общественных организаций. В сочетании с работой российских политтехнологов это обстоятельство наталкивает на определённые выводы. Недаром ведь Медведчука называют глазами Кремля.

 

Все вышесказанное, конечно же, не может на 100% ставиться в упрек лично Виталию Кличко. Внутренняя политическая кухня дает основания говорить о том, что далеко не всегда он сам в курсе двойных игр, в которые его хотят втянуть. Тем не менее, сейчас он может выпустить из бутылки и запустить в парламент  джинна, который лишь продолжит  укреплять те правила игры, которые вот уже двадцать лет действуют в украинской политике.

 

И снова глас вопиющего в пустыне. Вся подобная легкость конструирования политических надувных шариков, лопающихся от выборов к выборам, возможна только благодаря нашей с вами всеядности. Именно народ утверждает такую повестку дня, что несколько красочных роликов, запущенных в прайм-тайм, общих фраз и узнаваемого бренда, созданного далеко не в смежной сфере, оказывается достаточно, чтобы получить рейтинг в 12%. При этом палец об палец не ударив в вопросе создания своего проекта видения страны, адекватной программы, политических принципов и т.д. Это все позволяем мы с вами. А потом недоумеваем, а куда делась «Сильная Украина» Сергея Тигипко? Ребята, думайте.

 

 Виталий Филипповский

Предвыборный шик Королевской. Кто оплачивает банкет?

Нынешняя предвыборная кампания бьет все рекорды по уровню финансовых затрат. Мы с вами уже смогли в этом убедиться при анализе расходов украинских коммунистов и «Удара» Виталия Кличко. Естественно, столь щедрые подарки со спонсорского плеча в дальнейшем выльются в не менее щедрую парламентскую лояльность и лоббирование интересов спонсора.

 

Сегодня варианты этой лояльности будем искать, анализируя предвыборную смету другого амбициозного политического игрока – партии «Украина-Вперед!» Натальи Королевской, которая, будучи одним из самых молодых политических проектов, тратит на PR отнюдь не пионерские деньги.

 

Не думаю, что стоит уводить читателя в глубокие дебри политического пути Натальи Юрьевны. На самом деле, показательным там является лишь один момент, но очень важный.

 

Королевская является представителем той плеяды политиков, которая протоптала себе путь на Олимп через успешный бизнесовый старт-ап. В случае Королевской – этот наличие высокопоставленного родственника (родной брат занимал высокий пост в правительстве Москвы, а потом и в правительстве РФ – ред.), что уже резко снижает уровень и без того весьма условной  близости к народу. Нас в этом аспекте интересует лишь то, что у Натальи Юрьевны остался весомый багаж профессиональных связей с крупными бизнесменами и политиками, которые сейчас ей очень и очень помогают, естественно, не безвозмездно.

 

Как и в ситуации с Кличко, политический старт партии «Украина-Вперед!» начался буквально недавно – меньше года назад. Естественно, ни команды, ни партийной структуры, ни идеологии у такой силы быть не могло. Тем не менее, за короткий промежуток времени, благодаря массированной и проникающей во все информационные щели рекламе, партия Королевской за какие-то несколько месяцев приблизилась к преодолению проходного барьера.

 

Как? Деньги и человеческая наивность творят чудеса. С наивностью – к психологу, здесь помочь, увы, не смогу. А вот деньги… Спрятать что-то в нашей стране – дело безнадёжное, поэтому и спонсоры Натальи Юрьевны, желающие остаться инкогнито, тоже не стали исключением.

 

Цена вопроса – минимум 100 млн. долл. Некоторые политтехнологи называют даже цифру 150 млн. долл. Такая гигантская сумма набегает, в том числе, из-за того, что активную PR- деятельность Королевская начала не в июле-августе, как большинство политических сил, а еще в январе. Как понимаете, рассказы Королевской о заботе о «малом и среднем бизнесе» с этой цифрой явно не стыкуются.

 

Основные статьи расходов – рекламные ролики на ТВ, наружная реклама и «джинса» в СМИ. Плюс оплата политтехнологов, содержание штаба, агитаторов. Процент медиа-присутствия партии Королевской сегодня достаточно высок, что говорит не о так называемом дозированном финансировании, а о беспрерывной реке финансовых вливаний. А это свидетельствует о том, что ставки на Наталью Юрьевну сделаны очень серьезные.

 

Фамилия Ахметова в контексте финансирования партии «Украина-Вперед!» встречается уже давно. И если раньше эти слухи можно было  списывать на грязные технологии и борьбу с неугодными, то после публикации списка партии Королевской  все стало на свои места. Минимум семь человек имеют отношение к Ринату Леонидовичу. Все они    в проходной части списка. Наиболее явными креатурами Рината Ахметова можно считать Леонида Швецова (№9 списка), Оксану Кононову (№12) и Наталью Игнатченко (№19). Все эти люди либо лично связаны со структурой СКМ, либо имеют отношение к Ринату Леонидовичу через протекцию близких к нему лиц.

 

Есть в списке Королевской и бывшие регионалы, например, экс-министр здравоохранения, который был уволен со своего поста с громким скандалом, —  Илья Емец. Королевская, по старой дружбе (говорят, он, еще будучи министром, тесно сотрудничал с экс-бютовкой) отдала ему почетное пятое место в своем списке.   Первую десятку списка вообще  составляют преимущественно люди-витрины, на имидже которых можно пиариться, а вот вторая проходная десятка, при условии преодоления 5% барьера, конечно, – люди из бизнеса, идущие в Раду для отстаивания нужной корпоративной линии.

 

Вот только, если в случае с «Ударом» Виталия Кличко его спонсоры рассчитывают на реальную отдачу, то приоритет для инвесторов Королевской – оттягивание голосов. Такая задача ставилась изначально. Но, учитывая многомиллионные вложения, говорить просто о технической функции партии «Украина – Вперед!» уже стало нерентабельно и даже странно. Целью стало попадание в парламент. Причем именно по списку.

 

По мажоритарным округам у Королевской шансов минимум – даже при лояльности власти налицо такая банальная причина, как отсутствие более или  менее сильных кандидатов на местах. Поэтому мажоритарка была сдана как ненужный лом бывшим бютовцам. Мол, делайте ребята, что хотите. А вот по списку еще нужно наверстать недостающий процент.

 

Для этого был произведен такой шаг как «трансфер» Андрея Шевченко. О подробностях (в том числе, возможно, и финансового характера) этой сделки достоверно, конечно, неизвестно. Но не думаю, что Андрей Николаевич просто так отказался от выгодных футбольных предложений в Украине и из-за рубежа. А близость Шевченко к братьям Суркисам, которые в свое время провернули аналогичную вербовку Андрея в ряды СДПУ(о), говорит само за себя. Вот только эффекта пока нет. Рейтинг партии «Украина – Вперед!» упрямо застрял на уровне предательских 3,8%.

 

Серьезной статьей финансовых затрат является и работа политтехнологов, на которых Королевская явно не экономит. Однако  тратит спонсорские деньги новая версия Тимошенко не очень-то рационально – за неполный год в стане Королевской уже сменилась, как  минимум, третья команда технологов. Спонсоры Натальи Юрьевны, видимо, не очень  довольны темпами роста рейтинга, что заставляет делать новые маневры и таки менять коней на переправе.

 

Николай Гастелло и Николай Доронин, сменившие своих неудачных предшественников, сегодня сами рискуют потерять кресло главных креативщиков партии «Украина-Вперед!». Спасать рейтинг Королевской уже готовы российские специалисты —  Ефим Островский и Петр Щедровицкий. Стоит сказать, что Королевская практикует PR-сопровождение разных аспектов своей деятельности, что, как понимаете, тоже выходит в копеечку. Над имиджем Королевской в свое время работал одиозный Казбек Бектурсунов, райтером трудится не менее одиозный Андрей Кислинский, отдельно функционирует команда технологов. Воистину сказочные условия, которые себе позволить могут только партии-тяжеловесы.

 

Не жалеются деньги и на «джинсу». Институт массовой информации приводит данные мониторинга, согласно которым Королевская покрывает 23% от общего количества заказных материалов в стране. А ведь это далеко не дешевое удовольствие. Если на уровне региона такой материал стоит до 1 тыс. долл., то разворот в столичной прессе может обойтись в несколько десятков тысяч вечнозеленых американских президентов. И хотя  из-за подобной активности Наталья Юрьевна уже не раз попадала в громкие скандалы, поток «джинсы» все равно не прекращается. Что, конечно же, говорит, в том числе, и об избытке денежных средств, и о невероятно высоких амбициях впередовки.

 

Чем может быть полезна партия «Украина-Вперед!» как фракция? Генеральный момент состоит в формировании большинства. Естественно, это очередной плюс регионалам, которые, благодаря нескольким десяткам депутатов Королевской,  будут себя чувствовать вполне уверенно. А если Королевской еще и достанется роль «золотой акции», то все вложенные миллионы долларов отобьются в одночасье.

 

Что касается лично интереса группы СКМ Рината Ахметова, то ставки на лоббизм в классическом смысле этого слова  здесь нет. Их экономические  вопросы решаются в других местах. А вот представительство нужных людей в рядах команды Королевской – это способ контроля и мониторинга. Тем более что даже в случае неудачи на парламентских выборах, Наталья Юрьевна все равно останется перспективным политическим проектом. Руки развяжутся, имидж сформирован – задел на будущее есть. Но это так, пессимистический вариант.

 

Ко всему прочему, контакты с группой Рината Леонидовича чрезвычайно полезны и для самой Королевской, бизнес-империя которой имеет и собственные аппетиты. Напомним, муж Натальи Королевской Юрий Солод активно занимается бизнесом. Протекция таких лиц как Ринат Леонидович сегодня залог бизнес-успеха. 

 

Есть в партии «Украина-Вперед!» и свои бизнес-семьи. Например, семья Сусловых. Напомним, седьмой номер списка Евгений Суслов является сыном Ивана Суслова, президента ОАО «Агропромышленная корпорация», который имеет большие амбиции в сфере АПК. Сам Евгений был фигурантом скандала вокруг якобы незаконного приобретения 20 га земли в Крыму, на основании чего было открыто уголовное дело. Не стоит забывать, что в прошлом Суслов – член фракции БЮТ, которую он со спокойной совестью покинул вслед за Натальей Королевской. Естественно, что у семейного подряда Сусловых есть и свой бизнесовый мотив, и собственные планы на парламентскую деятельность.

 

Но очень вероятно, что всех, кого Наталья Юрьевна столь сильно обнадежила своим вояжем в парламент, может ждать горькое разочарование. До показателя в 5% еще ползти и ползти, и то не факт, что времени хватит. И денег… Которые все равно выделяются. Интересно, какие Королевскую ждут последствия в случае фиаско? Скорее всего, карту новой леди Ю будут разыгрывать в любом случае, а непрекращающаяся PR-кампания говорит о том, что спонсоры таки решили идти ва-банк. Слишком  много уже потрачено – обратного пути нет.

 

Поэтому не исключаю, что ближе к концу избирательной кампании Королевская нам приготовит очередную информационную «бомбу» а-ля вербовка Андрея Шевченко. Это будет уже финальный марш-бросок, который либо таки протолкнет новоиспеченную партию в Раду, либо   похоронит мечты о парламентском лоббизме и «золотой акции» — по крайней мере, в парламенте следующего созыва.

 

И опять же – все зависит только от нас. Либо мы будем клевать на удочку, из-за которой торчат навострённые спонсорские уши, либо вместо воздушных обещаний будем требовать реального предметного разговора. Разговора, который должен нам прояснить перспективу развития страны, утолщения собственного кошелька, наполненности собственного холодильника  и трудоустройства собственных детей. Весь остальной  шик и  лоск в виде бабушек с котиками и роликов в стиле «у мене є мрія» — не более чем довольно дешевые предвыборные технологии, которые должны терять свою актуальность в стране, которая стоит на грани выживания в среднесрочной перспективы. Но почему-то не теряет. Как вы думаете, кто в этом виноват? Явно не котики,  бабушки и не Родина-мать.

 

Виталий Филипповский

http://polemika.com.ua/