НАТО подрезает крылья. Авиапарк альянса в Прибалтике сократится вдвое

В прошлом году прибалты очень уж просили НАТО предохранить их от опасной близости с Россией. Натовцы послушались, а зря. Ведь сразу было ясно, что антироссийские фобии местных властей нужно, как минимум, делить пополам.
С 1 сентября крылатое выражение поддержки альянса – это уже не шестнадцать, как сейчас, а восемь боевых самолетов. По четыре в Литве и в Эстонии. «Вполне достаточно, учитывая, что это по-прежнему в два раза больше, чем было до украинского кризиса», – сообщили британской Guardian в офисе североатлантического блока. И спросить бы, в чем подвох? Но некому. Хотя все же знают, что в этой конторе просто так силы не сворачивают. Либо спасают, либо бросают, либо перебрасывают. Но чтобы так, за здорово живешь, вернуть домой из рациональных соображений и без всякой ротации – случай крайне редкий.
И при этом ни слова о том, что «расширение» свою миссию выполнило. А это хоть и немое, но красноречивое признание того, что можно было вполне обойтись и без него. Но уж очень прибалты тогда просили предохранить их от опасной близости с Россией. С детской наивностью надеялись, что размеры предохраняющего средства имеют значение и влияют на потенциал. Ничуть. Только болтаются без дела. Чем, собственно, эти аппараты здесь и занимаются. И не важно, четыре их, как было с 2004, или 16, как стало от страха в 2014.
А ведь эксперты сразу предупреждали, что все эти антироссийские фобии местных властей нужно, как минимум, делить пополам. НАТО понадобилось девять месяцев, чтобы понять это буквально. Все как в жизни. Где-то в октябре залетели. А пришел срок, поняли, что не оттого. Последнее время в альянсе только и говорят о том, что Кремль Прибалтике не угрожал, не угрожает, и угрожать не будет. Как бы сама Прибалтика этого ни хотела. Так что, в этом сокращении есть своя логика. То, что делалось без объявления войны, переделывается без объявления мира.
В уменьшении авиапарка стратегического смысла столько же, сколько было в его увеличении. А если нет никакой разницы, зачем содержать больше. Получается, что все эти месяцы натовские истребители здесь напрасно «истребляли» деньги, топливо, время. Да, и тесновато им в таком-то количестве. Покрасоваться перед гражданским населением на параде, блеснуть брюхом на бреющем полете или сымитировать воздушный бой с землей. Для этих забав и тех восьми, что остаются, вполне достаточно. Тем более что на количество того, что, ползая, летать не может, это ничуть не влияет. США по-прежнему рассматривают варианты расширения своего бронетанкового присутствия в Прибалтике. Что, впрочем, тоже естественно. Еще не дошло. Все-таки по воздуху быстрее. Что касается местных режимов, то им крылья не нужны вовсе. Их и полет фантазии очень неплохо «уносит».
Хотя в искусстве «убивать словом» им пока далековато до армии Нидерландов. Как сообщают голландские СМИ, из-за нехватки боеприпасов солдатам во время учений приходится имитировать звуки стрельбы голосом. Из конфиденциального электронного письма министерства обороны журналисты выяснили, что многолетний дефицит патронов сейчас уже сказывается на боевом духе. На «пиф-паф», разве что, его еще и хватает.
Их слова да блоку в уши. Тоже, между прочим, мог бы решить, что играть в войну дешевле, чем к ней готовиться. Что до голландцев, то у них есть средства и покрепче выражений. Например, «трубкой мира», если приготовить ее в Амстердаме, можно «убить» кого угодно.

Михаил Шейнкман

РИА Новости

Страны Балтии: от политики к жульничеству

Бывшие прибалтийские республики СССР сегодня превратились в форпост антироссийской политики. Активно жонглируя претензиями к бывшему «старшему брату», их руководство, тем не менее, старается не поднимать некоторые деликатные вопросы. Один из них — о собственных нынешних границах. Pravda.Ru поинтересовалась мнением на этот счет лидера партии «Великое Отечество», писателя Николая Старикова.
— Недавно на одном из федеральных каналов Владимир Жириновский сошелся в полемике с литовским дипломатом главой представительства Евросоюза в России Вигаудасом Ушацкасом, который заявил, что Литва хочет жить по Конституции 1939 года. «Отлично! — заметил в ответ Владимир Жириновский. — По законам Конституции 1939 года — это означает без Клайпеды и Вильнюса». Литовский дипломат начал возмущаться, дескать, это территориальные претензии…

— А потому что на этот счет у Литвы нет аргументов. Все сегодня воспринимают Литву в нынешних границах, в которых она была в составе СССР. А вообще-то, все началось еще с незаконного распада Российской империи, произошедшего не в результате народного волеизъявления, а из-за того, что в стране началась гражданская война. В итоге образовались независимая Литва, с которой большевики подписали договор, и независимая Польша.
Вильнюс страны Антанты решили передать Литве, но очень скоро Польша разыграла очень хитрую комбинацию: некие войска, не подчинившиеся Пилсудскому, якобы взбунтовались, зашли на территорию Литвы, оккупировали Виленский край и провозгласили Виленскую народную республику. У Литвы сил справиться с ними не было, а Польша, в свою очередь, развела руками, дескать, как получилось, так и получилось.
Самопровозглашенное государство просуществовало несколько лет, а затем Польский сейм принял решение о его вхождении в состав Польши. До 1939 года Вильна и Виленский край входили в состав Польши. Замечу, что Вильна — родина Юзефа Пилсудского, фактического диктатора Польши.
Наступает 1939 год, Германия нападает на Польшу. В середине сентября войска в Польшу вводит Советский Союз, чтобы защитить жителей Западной Белоруссии и Западной Украины. СССР отходит ряд территорий, в их числе и Виленский край. После чего Советский Союз, включив его в состав РСФСР, предлагает договор Литве, одним из пунктов которого является передача в ее состав Виленского края, Литва соглашается. Договор был подписан, если не ошибаюсь, в октябре 1939 года.

Нам сейчас говорят, что кровавый сталинский режим в 1939 году отнял у Польши часть территории. Извините, но Литва приняла часть территории Польши, и никаких возражений это у нее не вызвало. Более того, ни одно из государств тогда не объявило войну Литве, как, впрочем, и Советскому Союзу, войну объявили гитлеровской Германии. А уже после войны в 1945 году в состав Литвы была включена Клайпеда, прежний немецкий город Мемель.
Поэтому, если говорить о принципиальности, ребята, хотите быть независимыми — верните то, что вы получили от Советского Союза. Или тогда не говорите, что он был кровавым оккупантом. Что это за оккупанты, которые приходят и прирезают территории? Я не знаю таких оккупантов.
— Эта тема может всплыть на политическом небосклоне?
— Выскажу мысль, многократно описанную в мемуарах различных политиков, в том числе Шарля де Голля: границы государств — это всегда результат того статус-кво, который складывается на данный момент времени.
Когда был мощный Советский Союз, кто-нибудь мог поставить под сомнение его границы? Нет. Советский Союз был уничтожен Горбачевым, и сразу возникли территориальные претензии. Как только мы опять станем сильными, изменится нынешний статус-кво, изменятся и границы. Граница — это самое изменчивое, что есть. И когда нам говорят: «Давайте соблюдать границы, международное право», — мы «за». Только давайте для начала определимся, с какой даты будем начинать отсчет времени вступления в силу международного законодательства.
Жириновский правильно заметил этому литовскому дипломату. 1939 год? Не вопрос: Вильнюс отдайте, Клайпеду тоже отдайте, и будем все соблюдать. Не хотите? Хотите соблюдать с какого-то числа, какое вам выгодно? А я, например, считаю, иначе. Давайте соблюдать международное законодательство с конца августа 1914 года. Кто-то считал тогда Российскую империю незаконной? Нет. С Финляндией как-нибудь разберемся сами, без Литвы. Польша — да, исторически имеет право на самоопределение и территориальную целостность. А все остальное, когда оно вдруг стало не нашим?
Нынешние прибалтийские республики Россия купила, в буквальном смысле, по Ништадскому миру у шведов. Посмотрите текст договора и увидите, что мы заплатили несколько миллионов золотых талеров шведам. Заплатили, победив в той войне благодаря британским дипломатам, которые торговались на стороне Швеции. Кто-нибудь эти миллионы нам вернул?
Вот представьте, у нас есть квартира, мы ее купили, потом заболели и оказались в больнице, а когда, наконец, вышли, выяснилось, что одна комната у нас отделилась и говорит: «Я теперь независимая». Как, кто подписал бумаги? А строители, которых наняли делать ремонт.
Ведь Ленин — это человек, который совершил государственный переворот. И вы его признаете законной властью? Признаете, если вам это выгодно, потому что он подписал договор о вашем отделении. Но тогда признайте законной властью и Сталина, ведь он наследник Ленина. Один отписал вам комнатку, на которую не имел права, другой комнатку обратно к квартире присоединил. Легитимность власти, что у Ленина, что у Сталина, была одинаковая. А вы, когда вам выгодно, говорите: этот договор правильный, а тот, что подписал Сталин, неправильный. Все это к политике не имеет никакого отношения. Это простое жульничество.
— Продолжим о Прибалтике. Примерно с месяц назад на сайте «Петиция.ком» появился призыв подписать петицию к депутатам сейма и министрам с призывом остановить русскую «пятую колонную» и выселить ее в отдельное гетто. Как это понимать?
— Это опасная история, особенно в контексте Латвии. Тамошние власти говорят, что никакого фашизма в Латвии не было. И концлагеря «Саласпилс» тоже не было, а был обычный трудовой лагерь. Люди в нем, конечно, умирали, но только своей смертью. А теперь вопрос, кто погиб в этом лагере? Латышские евреи, советские военнопленные, латыши-коммунисты, сочувствующие Советской власти. И… литовские военнослужащие.
В годы войны в Прибалтике были латышские легионеры СС, эстонские, а литовских не было. Литовские военные отказались создавать военные формирования в составе немецкой армии. За это руководство литовской армии и было сослано в «Саласпилс». Сейчас, правда, они об этом в Прибалтике не любят вспоминать. Поэтому и говорят, что это был какой-то трудовой лагерь.

Интервью к публикации подготовил Сергей Шаров
Беседовала
Инна Новикова