За бойкот ЧМ-2018 в России ФИФА вышвырнет Германию вон

Озвученное МИД РФ предупреждение о скором начале кампании, направленной на срыв чемпионата мира по футболу 2018 года, начинает сбываться. В Германии заговорили о бойкоте предстоящих соревнований. «Страна, в которой не соблюдаются элементарные гражданские права, в принципе не должна проводить какие-либо чемпионаты мира», — заявил заместитель председателя немецкой правящей парии ХДС/ХСС Михаэль Фукс.
По его словам, неблагоприятная ситуация с соблюдением прав человека в России может привести к тому, что многие футбольные болельщики не захотят ехать на турнир. Россия, считает Фукс, уже не первый год «движется в опасном направлении, а нарушение международных прав и прав человека является абсолютно неприемлемым».
В качестве предлога для бойкота политик назвал массовые задержания участников антикоррупционных митингов, случившиеся в минувшие выходные. Напомним, в одной только Москве было задержано свыше тысячи человек. При этом немецкий политик не назвал ни одной футбольной или околофутбольной причины для столь серьезной реакции Берлина.

Позицию Фукса поддержал уполномоченный правительства Германии по сотрудничеству с Россией Гернот Эрлер. По его мнению, с тех пор как в 2008 году ФИФА решила провести у нас «мундиаль» позиции российского гражданского общества резко ухудшились. В то же время политик отметил, что изменение решения о месте проведения чемпионата находится в «исключительной компетенции ФИФА».
По словам вице-премьера РФ по вопросам спорта, туризма и молодежной политики Виталия Мутко, обсуждаемый вопрос находится вне правового поля и никакая страна не имеет права бойкотировать соревнования. «Любая страна, которая что-то бойкотирует, должна быть исключена из ФИФА, допустим. Ну не приедешь на ЧМ — исключат из ФИФА», — сказал Мутко.
В свою очередь, генсек ФИФА уроженка Сенегала Фатма Самура, занявшая этот пост по приглашению нового президента организации Джанни Инфантино, успокоила общественность. «У нас нет никаких причин отбирать чемпионат мира у России», — заявила она в интервью «Ведомостям».
Прокомментировал ситуацию и официальный представитель МИД ФРГ Мартин Шефер, заявивший, что в немецкой политике нет широкой дискуссии на тему бойкота чемпионата мира по футболу, который в 2018 году пройдет в России.
Тем не менее, происходящее напоминает первый шаг заранее спланированной кампании. Например, Мутко недавно был снят с выборов в совет — бывший исполком ФИФА. Таким образом, страна, принимающая чемпионат мира, оказалась без представительства в оперативном органе международной федерации.
Ранее менеджер национальной сборной Германии Оливер Бирхофф пообещал, что Немецкий футбольный союз и сборная Германии займут четкую позицию по вопросу соблюдения прав человека в России в ходе чемпионата мира 2018 года. Он призвал не ждать когда спорт «решит проблемы, решать которые должна политика». Как видим, Фукс пошел дальше Бирхоффа и предложил немцам вовсе не ездить на соревнования.
О том, что Запад предпримет попытку сорвать ЧМ-2018 предупреждала представитель МИД РФ Мария Захарова. «Через какое-то время, очень непродолжительное, мы будем свидетелями очень активных действий западного мира на этом направлении. Будут предприниматься очень серьёзные шаги в отношении проводимого в России мероприятия и по его подготовке. И целью, конечно, будет его срыв. Для этого будут использованы все возможности — информационные, влияние на общественное мнение и будут различные сюрпризы», — цитировали Захарову СМИ.
Футбольный агент, юрист Сергей Базанов подтвердил тезис о неприемлемости бойкота чемпионата мира с точки зрения ФИФА, высказанный Виталием Мутко.
— В уставе ФИФА четко прописано, что государства, а значит и политические силы, партии, не имеют права вмешиваться в политику национальных федераций. Как только это происходит, национальная федерация автоматически отстраняется от всех мероприятий, которые проводятся под эгидой ФИФА и УЕФА. Это уже было в Белоруссии. Как только появилась угроза того, что ФИФА и УЕФА исключат Белоруссию, снимут с соревнований, государственные органы перестали вмешиваться. Поэтому национальная федерация никогда не позволит вмешиваться. Если же федерация Германии сама решится на бойкот, ее дисквалифицируют.
Кроме того, высказывания немецких политиков — это еще не государственная политика. Даже если это политики высокого ранга, их высказывания, скорее всего, так и останутся высказываниями.
«СП»: — Да, но отстранение наших спортсменов от Олимпиады в Рио, в том числе, всей паралимпийской сборной, тоже казалось невероятным, но оно случилось. Кроме того, у России отняли несколько соревнований по зимним видам спорта…
— Несмотря на то, что по международным футбольным федерациям «проехались катком» скандалов, которые были некоторое время назад, ФИФА остается одной из самых независимых спортивных федераций. На сегодняшний день я не верю, что чемпионат мира может быть отменен.
«СП»: — Какими могут быть финансовые последствия бойкота чемпионата мира?
— ФИФА выделяет огромные средства на создание инфраструктуры, в том числе, строительство стадионов в стране проведения соревнований. Это огромные средства. Плюс спонсорские контракты, вложения компаний. Там много заинтересованных сторон. В случае бойкота эти средства «сгорят».
По мнению консультанта ФИФА Валерия Чухрия, политикам будет трудно повлиять на позицию международной федерации, так как механизм противодействия теперь закреплен в ее внутренних документах.
— О бойкоте заявил немецкий политик. Важно понимать, как относятся к политике в ФИФА. Приведу пример. Нынешний наш главный спортивный руководитель Виталий Мутко занимал и занимает много постов: был министром спорта, потом его повысили до вице-премьера, еще он президент РФС, член совета ФИФА, возглавляет оргкомитет чемпионата мира по футболу. И вот сейчас его кандидатуру с очередных выборов в совет ФИФА сняли. Ясно?
Эта установка такая, что футбол должен быть отделен от политики. Она еще при Йозефе Блаттере активно проводилась. Например, из-за вмешательства политиков временно отстранялись сборные Белоруссии и Азербайджана. Последний случай — отстранение сборной Мали.
Недавно, когда меняли внутренние документы ФИФА, тогда как раз «исполком» заменили на «совет», норма о невмешательстве политики была конкретно прописана. Это теперь официальное законное требование. По этой причине кандидатуру Мутко и сняли с выборов в совет ФИФА. Потому что он — государственный чиновник. Так что заявления политиков для ФИФА ничего не стоят.
«СП»: — Причиной бойкота немецкий политик назвал плохое соблюдение прав человека в России. Но это не имеет отношения к футболу. Какие причины для ФИФА могут быть действительно значимыми, серьезными?
— Очень серьезная причина — допинг. Мы, конечно, открещиваемся, но многие пробы подтверждаются. С этим тоже надо что-то делать. Правда, в футболе допинг не особо распространен. К тому же чемпионат уже настолько близко, что переносить его не будут. Если что-то и найдут, то пойдут по пути индивидуального наказания конкретных людей. Лишать чемпионата всю страну не будут.
Еще одна серьезная причина для отказа — если страна сама не будет готова. Не построены объекты. Но тут, несмотря на сложности, все получится. Как обычно, все сделают в последний день или даже ночь, но сделают.
Директор Центра стратегических исследований в области спорта РЭУ им. Г.В. Плеханова Илья Солнцев подчеркивает важность участия грандов футбола в чемпионате мира и сомневается в возможности их замены на других участников.
— В первую очередь я бы обратил внимание на источник информации — кто именно делает заявления о потенциальном отказе от участия в ЧМ-2018. Несмотря на довольно внушительный пост (замглавы правящей партии), не стоит забывать, что в Германии есть футбольный союз, который и должен выступать от имени сборной. Что касается болельщиков, то кто может запретить им приехать в Россию? Это будет решать не правящая партия, а сами немцы. К сожалению, заявления о бойкоте ожидаемы, но это, как и в истории с допингом, больше напоминает личный пиар и не имеет под собой ни правовой основы, ни элементарной логики.
«СП»: — После бойкота Олимпиады-80 в СССР и следующей в Лос-Анжелесе, в МОК появилась норма о пропуске бойкотирующей страной последующих одной или нескольких олимпиад. А как в футболе?
— В футболе масштабных прецедентов не было. Последствия для страны, бойкотирующей те или иные соревнования, или для международных федераций, которые отказываются проводить уже запланированные турниры, должны оговариваться на стадии заявок на проведение. Если дойдет до крайних мер, мы станем свидетелями новых юридических прецедентов.
При этом надо понимать, что с чемпионатом мира по футболу по масштабу не могут сравниться даже Олимпийские игры. И любые турбуленции невыгодны никому: ни принимающей стороне, ни ФИФА, ни странам-участникам. Это событие, которого ждут болельщики по всему миру, и которое генерирует огромные денежные потоки.
«СП»: — Возможно ли в случае бойкота заменить сборные европейских стран на какие-то другие?
— Не стоит говорить о замене стран, которые потенциально бойкотируют турнир. Например, кто сможет заменить Германию? Гибралтар? Квоты для Южной Америки или Африки, где есть очень сильные команды, конечно, более узкие, чем для Европы, однако они утверждаются в рамках определенного регламента. Это потребует внесения изменения в регламент.
Да и неучастие очевидных лидеров мирового футбола сильно снижает интерес к турниру со стороны всех стейкхолдеров: и участников, и болельщиков, и спонсоров, и медиа. Это такая цепочка, нарушение которой приведет к очень печальным последствиям. Те же немцы заинтересованы в своем участии. Надеюсь, что здравый смысл возобладает.
«СП»: — За что еще могут «зацепиться» немцы?
— Если уж и говорить о возможных поводах для бойкота, то в первую очередь они должны иметь отношение к футболу, а не к политике. Например, резонным поводом могло бы стать ненадлежащее техническое состояние стадионов или другой инфраструктуры. У нас есть некоторые проблемы со строительством отдельных объектов по срокам, есть завышенная смета строительства стадиона в Петербурге, но это не те проблемы, которые ставят проведение чемпионата под угрозу или тем более могут быть основанием для бойкота.
Это, безусловно, не делает их малозначимыми, но обсуждать их нужно в другой плоскости. К тому же заявлений о неспособности России должным образом провести турнир мы и не слышим. Еще одна неприятная ситуация — отсутствие наших представителей в совете ФИФА, поскольку президент РФС не был допущен до выборов. Сложилась буквально абсурдная ситуация для страны хозяйки «мундиаля».

https://news.rambler.ru/sport/

Кубок Содружества могут возродить в Азербайджане

Организаторы планируют вновь собрать все футбольные топ-клубы СНГ в одном месте, выделив внушительный призовой фонд
Кубок чемпионов Содружества, закрытый в начале 2016 года, может возродиться в Азербайджане. По информации «Известий», Ассоциация футбольных федераций Азербайджана (АФФА) обратилась в Российский футбольный союз (РФС) с просьбой о передаче прав на проведение международного турнира (соревнование проходит под эгидой РФС и ФИФА). В пресс-службе АФФА «Известиям» подтвердили эту информацию.
Если РФС согласится на предложение АФФА, то Кубок Содружества вернется к прежнему формату с участием чемпионов из стран бывшего СССР. С 2012 по 2016 год в турнире играли молодежные сборные (U-21) из стран СНГ и других государств.
Президент РФС Виталий Мутко рассказал «Известиям», что существует несколько вариантов возрождения турнира.
— Вопрос о возрождении Кубка Содружества действительно стоит на повестке дня, — сообщил Виталий Мутко. — Недавно мы обсуждали эту идею с главой УЕФА Александром Чефериным. На данный момент есть несколько вариантов развития событий. Мы возвращаемся к формату с участием топ-клубов из стран СНГ и уходим из манежей на натуральные поля (предыдущие турниры проходили в московских манежах СК «Олимпийский», ЛФК ЦСКА и петербургском СКК. — «Известия»). Учитывая, что турнир исторически проходит в январе, нам надо смещаться на юг. Возможно, новым местом проведения Кубка Содружества станет стадион «Фишт» в Сочи. Также у нас есть вариант с переносом турнира в Азербайджан. У коллег из АФФА очень интересное предложение — как с коммерческой, так и с организационной точки зрения. Интерес к футболу и спорту в целом в Азербайджане сейчас на очень высоком уровне.
Призовой фонд Кубка Содружества в Азербайджане может составить от €1 млн до €1,5 млн, что может стать дополнительной мотивацией для чемпионов России, Украины, Белоруссии, Молдавии, Узбекистана и других стран СНГ привезти в Баку свои основные составы.
Первый розыгрыш Кубка Содружества состоялся в январе 1993 года и проводился ежегодно вплоть до 2016 года. Турнир планировался как соревнование для чемпионов стран СНГ и Балтии, но по разным причинам их часто заменяли призеры соревнований.
За 24 года в турнире сыграли команды из 15 государств, роль 16-го участника в разное время выполняли сборные России — молодежная, олимпийская, юношеская, — сборная клубов высшего дивизиона ЧР, а также московское «Динамо» и дубль московского «Спартака». В 2007 году в Кубке Содружества впервые выступила команда из дальнего зарубежья — ОФК (Сербия).
Соревнования регулярно посещали экс-президент ФИФА Йозеф Блаттер и бывший руководитель УЕФА Мишель Платини.
Самым титулованным клубом в истории турнира является «Спартак» (шесть побед), четырежды побеждало в Кубке Содружества киевское «Динамо». Три победы у клубов из Азербайджана — «Нефтчи» (2006), «Хазар-Ленкорань» (2008) и бакинский «Интер» (2011). Дважды Кубок Содружества выиграл молдавский «Шериф» (2003, 2009), по одной победе — в активе узбекского «Пахтакора» (2007), тбилисского «Динамо» (2004), московского «Локомотива» (2005) и казанского «Рубина» (2010).

С 2012 года в турнире участвовали только молодежные сборные (U-21). Трижды Кубок Содружества выиграла сборная России (2012, 2012, 2016) и по одному разу — команды Украины (2014) и ЮАР (2015).

http://izvestia.ru/news/

Рыба твоей мечты

Сборная Исландии стала одним из главных ньюсмейкеров Евро-2016 задолго до триумфального матча с англичанами. Даже тот факт, что команда скромного островного государства смогла поехать во Францию, стал сенсацией. До начала турнира об исландском футболе компетентно рассуждали, пожалуй, лишь сами исландцы. Когда сборная проснулась знаменитой, о «рыбаках» заговорил весь мир. «Лента.ру» собрала интересные факты о самом загадочном и симпатичном коллективе чемпионата Европы по футболу.
В это сложно поверить, но в конце прошлого века о здоровом образе жизни в этой стране помышляли мало. Суровый арктический климат и приличная удаленность от цивилизации — вот две основные причины волны депрессии, с которой на острове боролись очень по-русски: с помощью алкоголя, сигарет и наркотиков. Особенно остро проблемы затронули молодежь, которая быстро двигалась по кривой дорожке к темным закоулкам. Согласно проведенному в 1998 году анонимному опросу, число исландских подростков в возрасте 12-16 лет, употреблявших алкоголь хотя бы раз в месяц, составляло 42 процента; еще 17 процентов когда-либо пробовали наркотики, ежедневно курили — 23.
Бороться с заразой, косившей население страны, в которой не разрешают заключить брак, пока не проверишь любимого на предмет возможного родства, было решено оригинальным способом — с помощью футбола. В наше время на острове насчитывается 75 профессиональных клубов, которые играют в пяти дивизионах. Несмотря на присущую большинству не самых футбольных стран тенденцию, согласно которой лучших игроков забирают в богатые клубы еще до достижения совершеннолетия, в среднем каждый тур элитного дивизиона посещают 47 тысяч человек — седьмая часть населения страны. К слову, из 23 футболистов сборной Исландии, выступающих на Евро-2016, нет ни одного, который играл бы в национальном первенстве. Зато есть один участник чемпионата России — 30-летний защитник Рагнар Сигурдссон из «Краснодара».
Согласно официальной статистике, население Исландии насчитывает около 332 тысяч человек. Как только Исландия узнала, что ее сборная впервые в истории пробилась в финальную часть чемпионата Европы, едва ли не треть ее населения засобиралась во Францию. Руководители доброй половины предприятий страны жаловались, что в июне их ждет настоящая кадровая катастрофа: сотрудники массово подавали заявления на отпуск. В итоге армия болельщиков островитян на континенте составила около 20 тысяч человек. Иначе говоря, на Евро-2016 исландскую сборную на трибунах постоянно поддерживает почти 1/15 часть населения страны.
Так как в футбол в Исландии играть можно лишь четыре месяца в году, в холодное время игроки грелись в спортивных залах, где активно занимались гандболом. Да так, что, к примеру, сборная Германии по гандболу получила из вратаря юношеской сборной Исландии по футболу тренера, с которым выиграла чемпионат Европы. Нынешний капитан сборной Исландии Арон Гуннарссон до 15 лет занимался ручным мячом и считался восходящей звездой этого вида спорта. Однако затем решил уйти в футбол, объяснив это тем, что гандбол слишком прост и быстро надоедает.
Футболисты в Исландии частенько имеют вторую специальность, никак не связанную со спортом. Хеймир Халльгримссон, помощник главного тренера исландской сборной Ларса Лагербека, долгое время работал дантистом. Родня Халльгримсона немало расстроилась, когда узнала, что сыну придется оставить основную работу, — Халльгримсон был одним из двух стоматологов на всю островную общину Вестманнаэйяр. Спорт исландцы зачастую вообще считают второй работой. Возможно, именно этот факт позволяет им преуспевать в командных видах: они считают его просто одним из способов хорошо провести время с друзьями.
Один из самых уважаемых в сборной Исландии — ее основной вратарь Ханнес Тор Халльдорссон. По основной профессии он режиссер. Голкипер приложил свою руку не только к знаменитой на всю Европу рекламе йогуртов и исландских авиалиний, но и к нескольким документальным лентам. В 2012-м он ставил номер Исландии на Евровидении и отложил съемки собственного художественного фильма только после того, как появился шанс поиграть в зарубежном чемпионате. Сейчас он выступает за норвежский «Буде Глимт».
Один из любимчиком Лагербека Йон Дади Бедварссон сегодня не знает проблем, играя в Германии за приличный «Кайзерслаутерн». Но еще несколько лет назад, выступая за исландский «Селфосс», он работал в порту. Перспективный защитник бельгийского «Локерена» Сверрир Инги Ингасон считается одним из самых опасных игроков при розыгрыше угловых, а еще два с половиной года назад подметал улицы родного Коупавогюра.
Самый известный футболист в составе сборной Исландии — 37-летний Эйдур Гудьонсен, выступавший за английский «Челси» и испанскую «Барселону». Гудьонсен является соавтором одного из самых оригинальных рекордов: 24 апреля 1996 года в составе сборной Исландии в матче с командой Эстонии он вышел на замену вместо Арнора Гудьонсена, который приходится ему родным отцом. Это первый случай в истории футбола, когда отец и сын принимали участие в одном международном матче.
Еще одной звездой Исландии, помимо футболистов, на Евро-2016 стал комментатор Гудмундур Бенедиктссон. После победы над командой Австрии он столь эмоционально праздновал успех, что сорвал голос. И стал настоящим интернет-мемом. Спустя пару дней Бенедиктссона уволили с основной работы — он был помощником главного тренера клуба «Рейкьявик», и за то время, что Гудмундур был поглощен игрой национальной команды, его собственная потерпела пять поражений, что не помешало ему так же эмоционально отметить победу над англичанами.
Lenta.ru

Зинедин Зидан: обет молчания

 На сто девятой минуте матча на первенство мира 2006 года Зинедин Зидан ударил головой в грудь защитника итальянской сборной Марко Матерацци. Тот упал как подкошенный и корчился на траве, но телеоператоры прозевали удар, и арбитр тоже ничего не увидел.

 

 Матч продолжился, Матерацци остался лежать на земле, вратарь итальянцев Джанлуиджи Буффон вышел из ворот, сыпля отборными ругательствами. На сто десятой минуте судья Орасио Элисондо остановил матч, но неразбериха только усилилась: никто не знал, кого надо наказывать. 

 

 Помощник арбитра разводил руками, игроки, наперебой споря друг с другом, толпились вокруг судьи… И тут оказалось, что одна из телекамер все-таки сняла то, что произошло: немецкий режиссер Вольфганг Штрауб показал запись судье, тот взмахнул перед носом Зидана красной карточкой, и капитан французской сборной поплелся в раздевалку, так и не ответив на вопрос арбитра:

 

 — Что же произошло?..

 

 На поле и трибунах между тем творилось невообразимое, градус безумия зашкаливал, даже вменяемые люди начали делать странные вещи. Джанлуиджи Буффон поцеловал Зидана в висок, тренер французов Раймон Доменек стал ему аплодировать. Понять, что в этот момент творилось у них в головах, не смог никто, а они так это и не объяснили. Доменек не хотел брать Зидана в сборную, несколько минут назад тот перечеркнул все, над чем работала команда, но смертельно бледный тренер хлопал подставившему его игроку. Он чувствовал то же, что и те два миллиарда человек, которые 9 июля 2006 года смотрели трансляцию с Олимпийского стадиона в Берлине: финальный матч чемпионата мира обернулся шоу другого порядка — на десерт публика получила трагедию.

 

 Зинедин Зидан обвел взглядом оцепеневшие трибуны: в официальном секторе, рядом с воротами, сидит его семья: жена Вероника, брат Нурдин и старший сын Энцо. Он поплелся в раздевалку и сел перед шкафчиком со своей одеждой, уставившись в стену. В соседней клетушке работал телевизор, и Зидан услышал, что судья назначил пенальти. Меньше чем через полчаса итальянская сборная стала чемпионом мира. 

 

 Предположить такого не мог никто. Зинедин Зидан был разумным и расчетливым человеком: давно собирался уйти из футбола и хотел сделать это сейчас, после победы на первенстве мира 2006 года.

 

 Он мечтал пробежать по стадиону, размахивая над головой своей легендарной майкой с цифрой 10, слушая, как трибуны скандируют:

 

 — Зи-зу! Зи-зу!

 

 Подержать в руках заветный кубок — тяжелый, отливающий золотом.

 

 Он точно знал, что президент Ширак собирается устроить торжественный обед для игроков сборной, а потом их наградят орденами Почетного легиона. Он решил повесить бутсы на гвоздь, и все шло к тому, что его уход будет триумфальным. Еще несколько месяцев назад предположить иное было нельзя. Судьба всегда была к нему добра, а в 2006 году фортуна вдруг от него отвернулась.

 

 Он все чаще получал травмы, мадридский «Реал», где он играл, больше не зарабатывал титулов. Французская национальная сборная находилась в тяжелом кризисе: ведущие игроки состарились, молодежь так и не вышла в «звезды», и новый тренер Доменек безжалостно чистил ее состав. Поначалу они не договорились, и Зидана не включили в сборную, в «Реале» он играл все хуже и хуже — два последних сезона были провальными, а потом все изменилось. Доменек пришел к нему на поклон: в своей последней игре за «Реал», 7 мая 2006 года, Зидан забил фантастический гол, спас команду от поражения и ушел со стадиона под крики «Оле-е-е!», посылая ликующей публике воздушные 

 

 поцелуи. Когда начались игры Кубка мира, от французской сборной никто не ждал ничего хорошего — команда была самой старой из всех, что приехали в Германию. На отборочных турнирах команда Доменека показала себя такой слабой, что на нее все махнули рукой. Ее спонсором не захотела быть ни одна известная марка одежды. Со Швейцарией и Южной Кореей французы сыграли вничью, с трудом переползли в одну восьмую финала, обыграв команду Того, — а потом начались чудеса.

 

 Команда Доменека вдребезги разгромила фаворитов турнира — испанцев, обыграла Бразилию, положила на обе лопатки Португалию — и вышла в финал. Светопреставление в Париже началось сразу после игры с Испанией: Елисейские поля заполонила раскрашенная в цвета французского флага толпа, а Зидан, сделавший решающую передачу в игре с бразильцами, стал национальным героем.

 

 Ему исполнилось тридцать четыре года, он был слишком стар для профессионального футболиста и донельзя измотан травмами. Газеты писали, что у него нашли редкое генетическое заболевание — этим-де и объясняются его худоба и вспышки ярости во время игры. Все свыклись с мыслью, что лев одряхлел, — но в этих матчах Зидан снова играл как бог, и парижане дружно скандировали: «Зи-зу!» Накануне игры с Италией он сказал жене, что все его мечты сбылись и до того, как осуществится последняя, остался всего один шаг.

 

 Их семья счастлива, у них прекрасные дети, он стал опорой для своих родственников. Зинедин Зидан знаменит, богат и уйдет с футбольного поля чемпионом — мог ли надеяться на это мальчишка из семьи иммигрантов, учившийся играть в футбол на марсельских пустырях? Два парня из его первой, уличной команды спились, трое не выходят из тюрем, остальные стали обычными работягами и вкалывают, где придется… А он вытянул счастливый билет.

 

 Все могло сложиться по-другому. Его отец Смаил, бедный как церковная мышь алжирский рабочий, заработал во Франции кое-какие деньги и собрался домой — его тянуло назад, в родную деревню Агмун. Ярко-голубое небо, апельсиновые рощи, степенные мужчины в длинных белых джеллабах, по вечерам собирающиеся в кафе, — чудесная, размеренная, спокойная жизнь: Смаил ее любил, и ничего другого ему не было надо. Он уже купил билет на пароход и приготовил подарки родным — через несколько дней Смаил обнимет отца и мать… Но в  одном из марсельских кафе работала молодая девушка с большими зелеными глазами, какие часто встречаются у алжирских кабилов. Малика принесла ему поднос с завтраком: кусок пиццы, кофе, зеленый салат. Смаил пошутил, но девушка не ответила: она была воспитана в строгих правилах, родители запретили ей знакомиться с посетителями кафе. Тем же вечером Смаил ждал ее после работы — он проводил девушку до дома, разговорил, а на следующий день попросил Малику познакомить его с родителями.

 

 Их роман был скоротечным: предложение Смаил сделал уже через неделю, Малика его приняла, ее родители не возражали. Единственным их условием было, чтобы молодые остались во Франции.

 

 Смаил Зидан прожил хорошую жизнь. Иногда ему снились апельсиновые рощи и поля вокруг Агмуна, белые, словно лист почтовой бумаги, домики… Но к полудню, когда работы становилось невпроворот, тоска проходила. Он работал охранником в супермаркете и часто помогал грузчикам и продавцам — если не делать больше, чем от тебя ждут, можно лишиться работы, а этого Смаил позволить себе не мог.

 

 Начальство его ценило, время от времени Смаилу повышали зарплату. Ему удалось накопить на цветной телевизор. У них была совсем маленькая, но уютная квартирка, а их дети — три сына и дочь Лила — учились в приличных школах. Нурдин хорошо играл в футбол, Зинедин раз в неделю занимался дзюдо в социальном центре и даже получил зеленый пояс, у Фарида был черный, а про Лилу учителя говорили, что ей надо поступать в университет… 

 

 Вспоминая прошлое, Зинедин часто думал о том, что было бы, если б отец согласился на просьбу Нурдина и отпустил его играть в профессиональной команде — к старшему брату всерьез приглядывалась «Бордо». Но Смаил не разрешил, он не верил в то, что мужчина может заработать на жизнь футболом, спорт казался ему делом ненадежным. К тому же сын должен был уехать из дома, а Смаил Зидан боялся, что среди чужих людей мальчик начнет курить или, чего доброго, пить и проторит дорожку к падшим женщинам.

 

 Нурдин никуда не уехал и зажил обычной неприметной жизнью, той, что хотел для него отец. Несмотря на разницу в возрасте, братья начинали в одной и той же уличной команде, и порой Зинедину казалось, что старший брат его ревнует: то и дело осаживал, не давал ему свои бутсы… Позже Зизу часто думал, что это было не случайно: Нурдин чувствовал: его судьба достанется брату.

 

 В девять лет он играл за клуб своего квартала, в двенадцать — за пригород, а через четыре года на матче в Экс-ан-Провансе его заметил человек, искавший новых игроков для «Канна», и сказал директору клуба, что видел парня, у которого ноги работают так же ловко, как и руки.

 

 Когда в их квартирку пришел менеджер «Канна», отец заколебался: теперь он знал, как живут добившиеся успеха футболисты, и ему было не по себе из-за того, что сломал судьбу своему первенцу. Нурдин не упрекнул его ни единым словом, но отец понимал, что он чувствует, когда по радио рассказывали об успехах его друзей, попавших в профессиональный клуб. 

 

 Смаил был добрым человеком — так же распорядиться судьбой младшего сына он не смог.

 

 Люди из «Канна» приняли все его условия: до совершеннолетия Зинедин должен жить не в общежитии среди таких же, как он, сорванцов, а в семье. Отец должен знать, как мальчик себя ведет. В десять часов вечера Зинедин обязан быть в постели…

 

 Зидан часто думал о том, что жизнь — цепочка случайностей: если бы отец не зашел в маленькое марсельское кафе, на свет не появились бы он, его братья и сестра, если бы Нурдин уехал в «Бордо», отец не отпустил бы из дома второго сына, и Зинедин стал бы продавцом или автомехаником.

 

 Давным-давно, рассказывая об этом своей невесте, Зинедин добавил: — …И тогда я не встретился бы с тобой. Я был бы несчастнейшим человеком на свете…

 

 Вероника Лентиско-Фернандес улыбнулась и погладила его по голове. Худенький зеленоглазый футболист отличался роскошной шевелюрой — в молодежном общежитии в Каннах, где они жили, Зидана прозвали «одуванчиком». Тогда Зинедин был стажером футбольного клуба «Канн» и получал восемьсот франков в месяц, а Вероника училась танцам в школе Розеллы Хайтауэр на улице Фессоль. Они давно нравились друг другу, но были так застенчивы, что расходились в коридорах общежития, не поднимая глаз. Зидана тянуло к ней, но заговорить первым он не смел — ему не исполнилось и семнадцати лет и у него никогда не было девушки. Так продолжалось несколько месяцев, в конце концов Веронике это надоело.

Она заговорила первой:

 

 — Привет! Меня зовут…

 

 И он тут же пригласил ее посмотреть игру «Канна» и «Нанта» — свой первый матч в высшем дивизионе.

 

 Вскоре они перебрались в студию на третьем этаже общежития — с окнами в сад и телефоном. Через несколько месяцев президент «Канна» подарил Зидану красный Renault Clio, и он сделал Веронике предложение. Но поженились они чуть позже, когда он играл за «Бордо», — Зидан купил двухкомнатную квартирку в одном из дальних районов города. Все только начиналось. Поверила бы она, если бы ей сказали, что через десять с небольшим лет ее муж станет лицом Christian Dior и подписанный его именем рекламный контракт будет стоить десятки миллионов евро?

 

 У родителей Вероники были испанские корни, арабов они не любили, но Зинедин сразу пришелся им по душе: спокойный, уважительный, домашний — о лучшем зяте нельзя и мечтать. Вероника была с ними согласна — в первые годы брака ее муж все свободное время проводил с ней: никаких посиделок с друзьями, кафе, поздних возвращений домой… У него были строгие родители, семейство Элино, где он поначалу жил, держало его в ежовых рукавицах. Вероника знала: ее муж человек добрый и покладистый, но то, о чем она иногда читала в газетах, пугало. На футбольном поле Зинедин порой становился сущим дьяволом: он больно бил, мог ударить лежащего… Вероника пыталась ему втолковать, что этим он вредит себе. Зидан слушал не прерывая, с непроницаемым лицом, и она понимала, что ее слова ничего для него не значат. Принадлежащая ему компания Zidane Diffusion, где братья и сестра получают зарплаты топ-менеджеров. Их великолепный дом в Мадриде с дизайнерской мебелью, Porsche и Mersedes, яхта, которую Зинедин купил, чтобы катать по морю детей… У них было все, но в душе он так и остался парнем с марсельской улицы, где на тычок надо отвечать ударом в печень, уступчивость считается слабостью и вызывает презрение. Ее муж мягко стелил, но хватка у Зинедина оставалась железной. Он умел получать то, что ему нужно, от владельцев футбольных клубов, спортивных журналистов и деловых партнеров. Уличная марсельская закваска осталась с ним навсегда. Иногда Вероника побаивалась Зинедина.

 

 Его старший брат Нурдин стал правой рукой мужа. Он занимался его рекламными контрактами, контактами с журналистами, контролировал все, что имело отношение к Zidane Diffusion. Отец хотел, чтобы Нурдин стал врачом или адвокатом, — этого не произошло, но теперь он зарабатывал больше многих из них. И все же Вероника подозревала, что ее родич не слишком доволен своей жизнью. И то сказать: легко ли быть тенью младшего брата, если когда-то ты подавал куда большие надежды?

 

 Однажды Нурдин рассказал ей, как однажды с другом заглянул в ночной клуб. Приятель пообещал сюрприз — и, когда музыка стихла, залез на стул и крикнул:

 

 — …Среди нас Нурдин, старший брат Зинедина Зидана! Он познакомит с ним ту, что приглянется ему больше всего!

 

 О том, что было дальше, спокойный и рассудительный Нурдин говорил Веронике с ужасом и восторгом:

 

 — Хочешь верь, хочешь нет, но наш столик облепило около сотни девиц! И при этом они были не слишком пьяны и не под наркотиками! Я мусульманин и все знаю о гуриях из рая, но в тот вечер подумал, что от них не слишком много радости. Зинедин только что принес Франции победу на чемпионате мира 1998 года, имя брата было у всех на слуху, молодежь от него фанатела. По рекламному контракту с дисконтными магазинами Leader Price, в их торговых залах стояли его фигуры в полный рост, и их то и дело воровали.

 

 Девушки визжали от восторга, протягивали ко мне руки, я испугался, что сейчас меня разденут. Но вышло иначе: одна сорвала с себя футболку, и началось безумие. Остальные последовали ее примеру, через секунду перед моими глазами запрыгали Тут благовоспитанный Нурдин опомнился и замолчал.

 

 Веронике почудилось, что его глаза блестят как-то не по-доброму. А чего бы ему, казалось, расстраиваться? Зидан платит старшему брату больше десяти тысяч евро в месяц, а сколько он зарабатывает на откатах, можно только гадать, но Нурдин все равно примеряет на себя чужую корону…

 

 Нурдин рассказывал Веронике и о том, как они жили в Марселе. Узкие прокаленные солнцем улочки, убогие муниципальные дома, запах гниющих водорослей из порта. Здесь все играют в футбол, но для приличных людей слова «футболист» и «хулиган» — синонимы: кожаный мяч отскакивает от стен и со звоном разбивает окно, а через секунду он крепко стукнет по голове похожего на мелкого чиновника лысеющего блондина в дешевом пиджаке и с портфелем в руках. Тот схватится за лоб и завопит:

 

 — Арабское отродье! Мерзавцы! Полиция!

 

 Он чужой человек в районе Кастеллана, где живут магрибцы из Алжира, испанцы, негры и выходцы с Коморских островов. Людей с таким цветом кожи здесь не жаловали, и блондин полетел в одну сторону, а его портфель — в другую.

 

 Испанцы терпеть не могли магрибцев, и те, и другие не выносили африканцев, выходцы с Коморских островов были сами по себе, но когда границы Кастелланы нарушала чужая банда, все объединялись. Дрались жестоко, сломанные руки и ребра были не в диковину, но ножи — выкидные стилеты с длинным узким лезвием и любимые испанцами навахи — шли в дело только в крайнем случае. Закон в Кастеллане не уважали, а вот тюрьмы боялись и точно знали грань, которую лучше не переходить. То, что это не имеет отношения к его, казалось бы, сдержанному, благоразумному младшему брату, Нурдин понял, когда стая Зидана наведалась на соседнюю с Кастелланой улицу — им всем было по восемь-девять лет, они зашли в кафе «Петух и курица» и заказали лимонад и мороженое. И это в «белом» квартале, где правила банда хромого Дидье! Нурдин говорил Зинедину, что этого делать нельзя, но мелкие выпендривались друг перед другом, демонстрировали храбрость… Вот и допрыгались: Дидье и двое его парней заглянули в кафе и привели с собой нескольких ребят постарше, к тому же те были много крупнее. Они вывели мальчишек из Кастелланы на улицу и устроили бойцовский турнир. Хозяин кафе не хотел проблем с соседним кварталом и позвонил Нурдину. Когда он кликнул Джамеля и Фарида, вице-чемпиона Алжира по дзюдо, и примчался с ними на улицу Бальзака, трое друзей Зинедина, хныча, утирали разбитые в кровь носы, а его брата оттаскивали от лежащего на земле мальчишки. Зинедина держали трое здоровых парней, а он вертелся, как бесенок, кусался, бил их локтями и при этом ухитрялся пинать своего противника. Белый как мел Дидье оглянулся на Нурдина и крикнул:

 

 — Забирай поскорее своего чертенка! Кажется, он его убил!

 

 Нурдин обхватил Зизу за плечи и оттащил в сторону. У брата была рассечена бровь, но он изо всех сил вырывался и был готов снова броситься в бой.

Его противник занимался боксом: он пару раз навесил братишке слева, а потом Зидан нагнулся, врезал ему головой в живот, повалил и начал бить затылком об асфальт. Убить он его не убил, но сознание парень потерял, и в больницу его все-таки отвезли. В Кастеллане Нурдин как следует отругал Зизу и пригрозил все рассказать отцу: «Он хочет, чтобы мы чего-то добились в жизни, а ты что творишь? Будущие адвокаты не дерутся на улицах».

 

 Зинедин сказал, что противник оскорбил их мать, и Нурдин замолчал, а потом хлопнул его по плечу. К таким вещам в Кастеллане относились серьезно — этого не прощали ни испанцы, ни магрибцы, ни негры, ни выходцы с Коморских островов. За это в их краях могли зарезать.

 

 И все же в тот день братишка Нурдина поразил: он дрался, будто был готов 

 

 умереть. Через двадцать два года, вспоминая об этом в малой гостиной их мадридского дома, где стены оклеены тисненой кордовской кожей, а в огромные, от пола до потолка окна видны деревья сада, Нурдин сказал Веронике, что Зизу всю жизнь старается притушить горящий в нем огонь, но время от времени тот прорывается наружу.

 

 Взять хотя бы его тренировки в «Ювентусе»: «Бордо», купивший Зидана у «Канна», продал своего лучшего игрока итальянцам в тридцать раз дороже, чем тот ему обошелся, чуть больше двух миллионов евро пошли в карман самого Зизу. Но по стандартам «Ювентуса» Зидан был слабоват, и на тренировках в альпийском спортивном центре качался так, что в конце каждого занятия его рвало.

 

 Он умеет работать на разрыв аорты, быть жестким переговорщиком — и при этом мягок и обходителен, как девушка. Поэтому у Зизу великолепный имидж, и крупнейшие компании готовы платить бешеные деньги за его имя — лицо братишки резко поднимает продажи…

 

 Тут Нурдин наклонился к Веронике и сжал ее руку:

 

 — …Теперь Зизу больше, чем человек, — это легенда и очень большой бизнес. Но внутри у него все тот же огонь, и ты должна следить за тем, чтобы он не прорвался наружу. Если он, не дай бог, сорвется и люди увидят его таким, каким двадцать лет назад я застал на террасе «Петуха и курицы», мы очень многое потеряем. Все без ума от великого Зидана — мягкого и доброго, прекрасного мужа и отца. О его красных карточках, о том, что кое-кому после знакомства с его кулаком пришлось накладывать швы на лицо, они почему-то забывают…

 

 Этот разговор состоялся в 2002 году, когда маленькое интервью с Зиданом делало тираж любой газете. За четыре года до этого он получил «Золотой мяч» как лучший футболист Европы и был объявлен лучшим футболистом мира, в 2001 году «Реал» купил его у «Ювентуса» за 75 миллионов евро. Фанаты были готовы носить его на руках — гол Зидана в матче против «Байера» помог «Реалу» выиграть «Лигу чемпионов». У него бывали удачные и неудачные сезоны, иногда он играл провально, но ему все прощали — Зидан был футбольным гением, это стало ясно еще в 1994 году, после дебюта в сборной Франции, когда он за две минуты забил два гола в матче против Чехии. А еще он был хорошим, заботливым мужем, и Вероника ни разу не пожалела о том, что когда-то 

 

 заговорила с застенчивым пареньком в молодежном общежитии. Ему все давалось легко — и спорт, и бизнес, и отношения с людьми… Но к 2006 году он смертельно устал, и Вероника боялась, что это плохо кончится.

 

 Успех меняет человека, а за последние годы Зинедина окружила куча прихлебателей, посредников и коммерческих агентов. Вероника не знала, что с этим делать: бизнесом должны заниматься его братья и сестра, но каждый второй из приятелей мужа тоже хотел урвать свой кусок. Они договаривались об интервью и брали с журналов деньги за посредничество, приносили сомнительные рекламные контракты, продавали телевидению информацию о ее муже, а когда он переставал отвечать на их звонки, сетовали, что успех окончательно испортил Зизу. Это выводило его из себя, и он отгораживался от людей, все чаще меняя номера телефонов. Мир Зидана суживался, скоро в нем останутся она, их дети, родители, сестра и братья.

 

 К тому же успех дается ему мужу все тяжелее: он все дольше восстанавливается после игр, то и дело дают о себе знать старые травмы, она чувствует, как напряжены его нервы…. Будь на то воля Вероники, муж ушел бы из футбола до лета 2006 года, но Зинедин Зидан хотел еще одного триумфа. В то, что это произойдет, Вероника не верила: французская сборная, лидером которой он был, состарилась, в 2002 году она не забила ни одного мяча и потеряла корону.

 

 Вероника помнила их молодыми: добряк Десайи с бесенятами в глазах — когда-то Зизу рассек ему бровь, но это не помешало им стать друзьями, Лизаразю с тонкими щегольскими усиками… Команда мужа, сорвиголовы, прославившиеся одновременно с ним. К 2006 году все разбогатели, отяжелели и утратили былой задор — чемпионат мира начали вяло, а Зидан даже получил две желтые карточки… Но потом началось то, о чем Вероника и не мечтала.

 

 9 июля 2006 года она не сразу поняла, что произошло. Игра остановилась, потом началась опять, судья и его помощник о чем-то спорили с футболистами: Орасио Элисондо размахивал руками, как ветряная мельница, полузащитник Диарра, судя по всему, кричал. Потом в кармане сидевшего рядом с ней Нурдина зазвонил мобильный — он ответил и схватился за голову:

 

 — Проклятие! Сукин сын Матерацци! Что теперь будет с контрактами с Ford и Adidas? Что скажет Danon?

 

 Вероника встала, чтобы пройти к мужу, но Нурдин схватил ее за локоть:

 

 — Останься. Сейчас ему лучше побыть одному.

 

 Вероника знала: на ее мужа можно рассчитывать и в большом, и в малом. За все время их брака он только один раз дал ей повод заподозрить его в неверности, и она не была уверена, что эту историю не раздули журналисты. Плохо, что о его романе с певицей Надией в Интернете начали писать как раз перед чемпионатом мира — это выводило мужа из себя.

 

 Интернет гудел о том, что их видели вдвоем, что Зизу делает ей подарки и вот-вот разведется… Муж уверял ее, что все это ложь, и Вероника ему верила — печально то, что все остальные верили Интернету.

На это можно было бы махнуть рукой, но Нурдин говорил, что это вредит его репутации и бизнесу Zidane Diffusion: рекламодатели считают Зизу курицей, несущей золотые яйца, и это в немалой степени связано с его имиджем идеального мужа.

 

 Глядя на то, что творится на поле, Вероника подумала: Нурдин обязательно помянет Надию. Она не ошиблась.

 

 — А тут еще эта дура певица! Ну ничего. Рано или поздно об этом напишет какой-нибудь журнал, мы вчиним ему иск на миллион евро и выиграем дело. Тогда от всей этой истории мокрого места не останется… Но что же сукин сын Матерацци сказал Зинедину?

 

 И Вероника решила, что Нурдин не только жадина, но и дурак: погубить свою карьеру Зизу мог только в одном случае. Матерацци скорее всего оскорбил кого-то из их семьи.

 

 На поле между тем продолжало твориться что-то невообразимое. Итальянцы победили по пенальти, но занявшая второе место французская сборная отказалась присутствовать при вручении кубка мира победителям: остались только тренер и пятеро игроков запасного состава. Чудеса происходили и в раздевалке французской сборной: набившиеся в нее игроки были так возбуждены, что туда не пустили министра внутренних дел Николя Саркози. Двери открылись лишь перед президентом Франции Жаком Шираком: он отвел Зидана в сторону и говорил с ним десять минут. Когда президент ушел, Зидан извинился перед командой, а потом тренер Доменек произнес речь в его честь. Кто-то из игроков ругался сквозь зубы, другие рыдали. Зинедин выглядел полумертвым. Он не знал, что его настоящая слава только начинается.

 

 На следующий день весь мир ломал голову над тем, что же Марко Матерацци сказал Зидану. Первым получившим самое широкое распространение вариантом легенды было: «твоя мать шлюха-террористка». В это сразу поверили земляки Зинедина, французские алжирцы и алжирцы из Алжира, уроженцы Юго-Восточной Азии, африканцы — они решили, что итальянец оскорбил одного из них, а Зидан отомстил за всех сразу. Все хотели знать подробности, но Зидан молчал, и случившееся обрастало новыми толкованиями.

 

 — …Чтоб ты сдох, проклятый араб…

 

 — …Твоя сестра Лила работает на панели…

 

 —… Пойди умойся, чумазый…

 

 Таблоиды выходили из себя, телеведущие разводили руками — но Зидан молчал, и мало-помалу Марко Матерацци, прекрасный игрок и известный футбольный хулиган, стал казаться воплощением зла. Все знали, что Зидан бывает жесток. Он и сам об этом говорил: тот, кто вырос на марсельских улицах, должен отвечать ударом на удар, иначе ему не выжить. Но все знали и то, что Зизу разумный человек и соизмеряет свои поступки с последствиями. Для того чтобы заставить его погубить финал своей карьеры, Матерацци должен был сказать что-то совершенно ужасное.

 

 — …Иди в задницу, черножопый…

 

 — Твоя мать — потаскуха…

 

 Зидан молчал, и Матерацци стал казаться исчадием ада.

 

 О том, что он услышал от Матерацци, Зидан сказал обиняками во время телеэфира, извинившись перед всеми детьми, которые видели эту сцену.

 

 — …Матерацци так тяжко оскорбил мою семью, что я не выдержал…

 

 Перед взрослыми он извиняться не стал, и его выступление лишь подлило масла в огонь.

 

 Матерацци был откровеннее. В одном из интервью он сказал, что во время игры часто хватал Зидана за майку. В конце концов тот огрызнулся:

 

 — Если она тебе так нравится, я подарю тебе ее после игры!

 

 А в ответ услышал:

 

 — Подари мне лучше свою шлюху-сестру, педрила!

 

 Но Зидан по-прежнему молчал, и Матерацци мало кто поверил. Все решили, что итальянец себя выгораживает, и на самом деле сказанное им куда страшнее.

 

 Через несколько месяцев после того, как он сбил с ног Матерацци, Зинедин Зидан стал суперзвездой. Во время зарубежных поездок его приветствовали толпы людей, президенты арабских и азиатских стран предлагали ему свои личные самолеты, поднимали тосты за храбреца, не побоявшегося поставить на кон свою карьеру, чтобы отстоять семейную честь. Мало-помалу Зизу начал принимать это как должное.

 

 Впереди была такая слава, которой Зинедин до тех пор не знал, но вечером после игры с итальянцами Зидан чувствовал себя полностью раздавленным — ничтожеством, погубившим себя, подставившим товарищей, опозорившим собственную семью.

 

 Он сидел, тупо уставившись в стену, а рядом хлопотала Вероника. Сына Нурдин увел в кафе, и они остались вдвоем, кроме нее муж никого не хотел видеть. Ни он, ни она не знали, что впереди и как их встретит Париж: Зидан думал, что его освищут на улицах, что все рекламные контракты будут разорваны и он никогда больше не сможет работать в футболе. Он хотел стать тренером или спортивным директором какого-нибудь знаменитого футбольного клуба, но чему может научить футболистов тот, кто поступил так, как он?

 

 Зинедин Зидан был сильным и трезвым  человеком, но сейчас он расклеился. Веронике показалось, что на глазах у мужа выступили слезы, она обхватила его за плечи и поцеловала в затылок. Позже они часто вспоминали этот вечер: Зинедин и Вероника пили вино и говорили о первых годах супружества, когда у них было совсем мало денег и они жили в типовой квартирке с маленькой кухней и тесной прихожей.

 

 Она стряпала нехитрую еду, какой ее научила мать, а он спешил домой после тренировок и каждый раз приносил маленький подарок: цветы, флакон недорогих духов или коробку конфет. На большее у Зинедина не было денег. Потом к мужу пришел успех, и они смогли позволить себе все на свете, но то, что связывало их во времена «Канна» и «Бордо», мало-помалу уходило. Теперь им казалось, что прошлое вернулось и они снова стали влюбленными друг в друга детьми: 

 

 Зинедин и Вероника вспоминали свою свадьбу, на которой он щеголял в только что купленном галстуке в белый горох, как она подрабатывала продавщицей в магазине на улице Святой Екатерины. Вероника погладила мужа по руке и сказала, что никогда не вышла бы за него замуж, если бы знала, что он станет таким знаменитым, — ведь она всегда мечтала о тихой, спокойной жизни. Зидан улыбнулся и накрыл ее руку своей:

 

 — Прости меня за то, что я тебя подвел…

 

 Вероника улыбнулась, и Зинедин Зидан почувствовал себя совершенно счастливым.

 Алекс Макдермотт

История болезни

Год назад после событий на Манежной о футбольных фанатах узнала вся страна.

 

 

Cлово «болельщик» происходит от слова «болеть». Болеть за любимую команду, за любимого спортсмена или за спортивные успехи страны. Однако у нас это понятие приобрело буквальный смысл. Болельщиков теперь воспринимают просто как больных.

 

Началось это не вчера. Уже лет десять на трибунах вы не встретите семьи с детьми. Не увидите обыкновенных любителей футбола, пришедших этот футбол посмотреть — и не для чего больше. Трибуны полностью во власти фанатов. Они скандируют всякие непотребства, дерутся друг с другом и с полицией. Но до какого-то момента на это не обращали внимания, считая происходящее проблемой спорта (в первую очередь футбола как самого популярного и самого посещаемого публикой состязания), воспринимая его как некий зоопарк, где бесятся человеко-образные обезьяны, к нам, обывателям, никакого отношения не имеющие.

 

И вот год назад про фанатов узнала вся страна. Когда после убийства Егора Свиридова они заполнили Манежную площадь и речь зашла об антикавказских погромах. За этот год про фанатов вспоминали еще не раз. На стадионах они бросали бананы чернокожим футболистам, они дрались с ОМОНом, они проводили акции после каждого мало-мальски заметного происшествия, в котором так или иначе фигурировали выходцы с Кавказа. И обыватели с удивлением обнаружили, что «обезьяны» из клеток сбежали!

 

Краткий итог 2012 года можно подвести по нескольким пунктам.

 

Во-первых, выяснилось, что фанаты — это самая активная часть общества. Я имею в виду активность публичную. В конце 2012 года  было немало мероприятий, посвященных 20-летию распада СССР, ГКЧП, и все вспоминали, какие в конце 80-х — начале 90-х были стотысячные митинги. Сегодня политические акции собирают не сотни тысяч, а просто сотни. А все формально массовые шествия похожи на празднование Первомая при советской власти. И только фанаты способны выставить не по разнарядке, а по убеждениям тысячи людей.

 

Националистические, фашистские, расистские взгляды в этой среде не просто популярны — они в ней доминируют. И радикальные организации именно в среде футбольных фанатов вербуют своих сторонников.

 

Преобладает заблуждение, что фанаты — это сплошь обитатели социального дна, спальных районов, дети из неблагополучных семей, безработные и т. п. Однако статистика беспорядков на Манежной показала, что среди бунтовавших был очень большой процент студентов, ребят из вполне пристойных семей. Вы удивитесь, но немалую часть фанатов составляют отцы семейств, менеджеры, мужчины в возрасте за тридцать, которые после нудной рабочей недели выпускают пар на трибунах стадиона и в драках.

 

Если вы ничего толком не знаете о своих оппонентах, то вы не можете им квалифицированно противостоять. Впрочем, желания противостоять что-то не заметно. Высшая власть в истории со Свиридовым довольно четко показала, на чьей она стороне, встретившись и весьма благожелательно пообщавшись с фанатскими лидерами. Власть футбольная после очередного безобразия неизменно говорит о «кучке отморозков, далеких от футбола». Но это глупость, потому что далеки от футбола обычные болельщики, а вот фанаты как раз и оккупировали трибуны, и трудно назвать кучкой тысячи людей.

 

Еще любят говорить, что «это кому-то выгодно», мол, все происходит по чьему-то наущению и наверняка небесплатно. Но кому это выгодно и кто за это платит? И откуда у него столько денег, чтобы заставить тысячи молодых людей скандировать полууголовные речовки?

 

Когда в Питере легендарному бразильцу Роберто Карлосу показали с трибун банан, виновного не нашли и не наказали. Хотя уверяли как раз в обратном: нашли, наказали. Но имени этого человека не назвали, подробностей не сообщили, так что, похоже, никого и не искали. И вот в Самаре в Карлоса банан уже бросили. И снова никого не нашли.

 

Когда-то в Англии с фанатами тоже была беда. Люди гибли в стадионных трагедиях, и среди болельщиков тоже преобладали хулиганы. Но там сделали две важные вещи. С одной стороны, приняли максимальные меры, чтобы радикалы не попали на стадионы. И на британских аренах человек не мог ускользнуть от видеонаблюдения. А с другой стороны, обеспечив высокую степень неотвратимости наказания, с трибун убрали полицию — мощнейший раздражающий фактор.

 

У нас все наоборот. Чем теоретически взрывоопаснее игра, тем больше полиции и ОМОНа. Правоохранители же, несмотря на суровые лица, позволяют проносить на трибуны провокационные баннеры и пиротехнику, превращающую арену в полигон, но при этом, по сути, числят фанатов преступниками, избивая их дубинками, прогоняя сквозь строй после матчей, поливая из водометов. Причем по итогам задержания всякий раз выясняется, что закоперщики стадионного мата и национализма опять почему-то в сеть не попались, а попадаются те, кто просто не успел смыться.

 

А усугубляется ситуация двумя важными вещами. В обществе нет понимания того, чем добро отличается от зла. В ситуации с Роберто Карлосом большинство искренне не понимает, в чем тут криминал. Если кто-то и кинул банан — не убил же, не гранату швырнул. Милиционеры же, извините, полицейские, они из того же теста, что и мы все. И полиция просто не имеет желания кого-то ловить, искать, наказывать.

 

Я считаю, что проблема радикализма, национализма — самая острая в стране. Острее бедности, водки и медицины. Потому что именно это может развалить страну. И нет никого, кто этому реально противостоит. А единственной массовой действующей силой в стране оказались объединения агрессивной молодежи под эгидой боления за футбол.

 

 

 

Автор: Антон Орехъ

Украина и Казахстан поддержали идею чемпионата СНГ — Газзаев

МОСКВА, 26 дек — Р-Спорт. Сильнейшие футбольные клубы Украины, Белоруссии, Армении и Казахстана заинтересованы в организации объединенного чемпионата СНГ, заявил глава оргкомитета турнира Валерий Газзаев.

 

В среду, 26 декабря, было объявлено о создании Автономной некоммерческой организации «Оргкомитет Объединенного чемпионата по футболу». В наблюдательный совет оргкомитета вошли президент махачкалинского ФК «Анжи», бизнесмен Сулейман Керимов, президент московского ПФК ЦСКА Евгений Гинер, президент петербургского ФК «Зенит», председатель правления и генеральный директор ОАО «Газпром Нефть» Александр Дюков и президент Российской футбольной премьер-лиги Сергей Прядкин. Газзаев возглавил оргкомитет.

 

«Люди, которые обратились ко мне с просьбой возглавить оргкомитет объединенного чемпионата, — руководители ведущих клубов нашей страны. И плюс я знаю, есть очень большой интерес у лучших клубов Украины. Также заинтересованы в проведении этого чемпионата Белоруссия, Армения и Казахстан», — сказал Газзаев в интервью телеканалу «НТВ-Плюс».

 

По его словам, новая структура поможет решить проблемы, с которыми сталкиваются не только российский чемпионат, но и многие европейские первенства.

 

«Прежде всего, это падение зрительского интереса. Во-вторых, многие клубы снимаются с чемпионатов из-за финансовых проблем. И многим клубам грозит финансовый fair play. Поэтому все эти вопросы очень актуальны, и мне кажется, что создание нового чемпионата, новой лиги будет только способствовать улучшению, и, безусловно, большой плюс будет в том, что новый чемпионат будет проводиться по новой системе, и все эти вопросы будут реализованы», — заявил Газзаев.

ФИФА объявила «12 мгновений года»

Международная федерация футбола (ФИФА) объявила 12 знаменательных событий года

 

1. Триумф сборной Замбии на чемпионате Африки.

 

2. Восстановление Фабриса Муамбы после перенесенного на поле сердечного приступа и клинической смерти

 

3. Гол «Куна» Агуэро, принесший «Манчестер Сити» титул чемпиона Англии

 

4. Расставание Дидье Дрогба с «Челси»

 

5. Сборная Таити, ставшая чемпионом Океании

 

6. Банкротство и перевод в низшую лигу шотландского гранда «Глазго Рейнджерс».

 

7. Пенальти в «стиле Паненки», забитый Андреа Пирло (Италия) в ворота английской сборной на Евро-2012

 

8. Победа испанской сборной на Евро-2012.

 

9. Олимпийский триумф женской сборной США

 

10. Четыре гола Златана Ибрагимовича сборной Англии.

 

11. 91 гол Лео Месси.

 

12. Победа бразильского «Коринтианса» в чемпионате мира среди клубов.

 

Следует добавить, что несмотря на признание достижения Месси одним из «чудес года» ФИФА объявила о том, что не собирается регистрировать его в качестве какого-либо мирового рекорда. То же самое относится и к достижению замбийца Читалу (107) голов. Не вошли в список самых глобальных событий 2012 года пенальти Дрогба, принесший «Челси» победу в финале Лиги чемпионов, 100 очков мадридского «Реала», набранные в чемпионате страны, 121 мяч забитый этим же клубом в примере минувшего сезона.

 

Колесников: Россия проведет ЧМ не менее успешно, чем Украина Евро-2012

Экс-министр инфраструктуры Украины, а ныне глава комитета Верховной Рады по транспорту Борис Колесников встретился с корреспондентом «Р-Спорт» Александром Рогулевым

 Один из главных спортивных руководителей страны рассказал об организации Евро-2012, объединенном чемпионате СНГ, а также перспективах ХК «Донбасс» и Континентальной хоккейной лиги в целом.

 

 

— Борис Викторович, начать хотелось бы с главной для вашей страны темы в уходящем году – чемпионата Европы по футболу. Международная оценка Евро-2012 в Украине колеблется от «отлично» до «блестяще». Вы, как главное ответственное лицо турнира, с этим согласны?

 

— Самому оценивать что-то тяжело, поэтому будем руководствоваться мнением иностранных гостей (улыбается). Заслуга всех украинцев, что чемпионат у нас прошел на высоком уровне. Я слышал много положительных отзывов, общался с огромным количеством болельщиков со всей Европы. В том числе – россиян, которых в восточных городах было очень много. Я доволен тем, как прошел чемпионат. Может, могло бы быть немного лучше, но могло бы быть и хуже, правильно? Украина очень старалась ради Евро-2012, и этого не отнять.

 

— Под ваше ведомство чемпионат перешел в 2010 году далеко не в самом лучшем состоянии. Постоянные проверки, заявления… Что не получалось у ваших предшественников?

 

— Сейчас уже тяжело, да и неэтично говорить о том, чего не было тогда сделано. Может, не получилось собрать политически слаженную команду. Которая, к тому же, не имела опыта в прикладных процессах, связанных со строительством в таких гигантских размерах. Причин может быть много, но такая ситуация действительно была, и за два года Украина сделала гигантский шаг вперед.

 

— Эти два года – самые сложные в вашей карьере?

 

— Безусловно. Нынешняя работа в парламенте по сравнению с этим — одно удовольствие (смеется). К тому же я больше человек бизнеса, нежели политики. Задачи были очень сложные, и наша команда, президент, правительство, смогла их решить. Не я же один этим занимался, просто непосредственно руководил процессом. Пик всего этого дела – зима 2010-2011 годов. В Киеве идут сплошные снегопады, а нам нужно монтировать мачты Олимпийского стадиона. Высота работ — 60-70 метров, там сплошной ветер, метель. Сроки, сами понимаете, критичны…

 

— Олимпийский с самого начала кампании был главной проблемой Евро.

 

— Если бы я имел в распоряжении не два года, а три, то Олимпийский, конечно же, снес, а на его месте построил бы новый стадион. Это было бы и для болельщиков удобнее, и для нас дешевле. Я так и не понял, в чем был смысл восстанавливать бетон 1968 года. Будь это серебряный век или постройка екатерининской эпохи, это было бы еще объяснимо. А так – совершенно не ясно.

 

— Вы говорите, что человек бизнеса. С точки зрения бизнеса чемпионат тоже прошел успешно?

 

— Могу сказать, что Украина никогда бы в жизни не получила бы столько частных отелей, сколько она получила за эти два года. В остальном говорить пока тяжело. Кстати, если говорить о гостиницах, то об этом уже пора думать организаторам чемпионата мира 2018 года. Кто сейчас, по большому счету, готов к турниру? Москва, Санкт-Петербург, Сочи и, может быть, Казань, хотя я не знаю состояние местного аэропорта. Хотя я не сомневаюсь, что россияне проведут свой чемпионат не менее успешно, и он войдет в историю.

 

— Как раз хотел спросить вас о чемпионате мира в России. Что бы вы посоветовали своим российским коллегам в первую очередь?

 

— России нужно думать о самом главном. Это – стадионы и аэропорты, номер один в организации успешного турнира. Без них точно чемпионата не будет. Все остальное можно доверить бизнесу. Если с гостиницами еще можно что-то успеть, а что-то – нет, то с главными объектами такого не пройдет. Ситуация с отелями проще: просто государство должно отдать это на откуп частным компаниям и платить проценты по кредитам госбанков. Плюс сделать нулевую ставку по налогам на прибыль для всех гостиниц: и которые уже работают, и которые только будут построены. Как говорится, нужно поспешать не торопясь. Но России уже пора начинать масштабную подготовку к чемпионату мира. Потому что организаторы уже близки к точке невозврата.

 

— Организаторы ЧМ-2018 будут делать ставку на авиасообщение между городами турнира. Как думаете, это правильно?

 

— Тут нужно понимать, что за пять лет покрыть такую территорию высококачественными дорогами просто нереально. Но та же трасса Москва – Санкт-Петербург, а также путь из центра страны на Кавказ должны быть к чемпионату сделаны. Это даст новую жизнь целому региону. Когда идет федеральная трасса мирового уровня от Москвы до Адлера, то вдоль нее само собой выстраивается целая инфраструктура – от заправок до отелей. Так что дороги чемпионату мира тоже не помешают.

 

— И в России, и в Украине есть большая проблема с футбольными болельщиками. Как вам удалось избежать больших фанатских скандалов во время Евро?

 

— Это особая заслуга министерства внутренних дел. Оно поработало во время чемпионата Европы на славу. Также была служба безопасности по террористическим актам, которая очень помогла в этом вопросе. Ну и был сам УЕФА как методист. Как видите, все прошло у нас без каких-то шероховатостей.

 

— Нам уже стоит начинать что-то делать в этом вопросе?

 

— В России, кстати, задача будет еще сложнее. Потому что Европа – это далеко не мир, к тому же у нас была только половина чемпионата. Это значит – меньше команд, меньше болельщиков и ответственности. Нужно уже сейчас поддерживать связь с остальными федерациями. Желательно сразу отсечь нежелательных болельщиков в тех аэропортах, откуда они могут отправиться в Москву или Санкт-Петербург. Есть же специальные списки болельщиков, которым запрещено появляться на стадионах. Их лучше оставить дома. Может, это не снимет всех проблем, но точно не помешает.

 

— В связи с последними новостями относительно железнодорожного движения в Украине есть ли перспектива создания скоростного сообщения между Москвой и Киевом?

 

— Если брать полускоростной путь, то есть поезда, следующие со скоростью 160-180 километров в час, то это – вполне реально. Несмотря на все последние скандалы, за этими поездами будущее. Да, глубокой адаптации Hyundai не было, они пришли в мае перед чемпионатом Европы по футболу, и у нас физически не было времени на то, чтобы их обкатать. Но производители доведут это дело до ума, у меня нет сомнений. Если мы доведем путь от Москвы до Киева до 6-7 часов, то это будет уже хорошо. По-настоящему скоростные поезда, которые идут по 300 километров в час, экономика наших стран потянуть пока не сможет. Такое полотно будет стоить примерно в районе 19-20 миллионов евро за километр. То есть 700 километров – это 14 миллиардов евро. С нашей экономикой это будет тяжело.

 

— То есть это – очень далекая перспектива?

 

— Да, очень далекая. Технически все возможно. Такие поезда могли мы сократить путь от Москвы до Киева до трех часов. Но есть пример «Конкорда». Он объединял крупнейшие города мира, но финансово был несостоятелен. Пока нет такой экономики, чтобы можно было об этом думать. Может быть, через пять-шесть лет что-то изменится.

 

— А если брать полускоростные поезда, то они могут появиться в ближайшее время?

 

— Это будет экономично для пассажиров. Стоимость билета на такой поезд будет значительно дешевле, чем на самолет. И если учитывать московские пробки, особенно на Ленинградском шоссе в районе «Шереметьево», то по времени будет не такая уж и большая разница.

 

— Этот проект уже где-то обсуждался?

 

— Да, мы начали с (президентом ОАО РЖД Владимиром) Якуниным обсуждать этот вопрос. Сейчас он прорабатывается. Это перспектива трех-четырех лет, не меньше.

 

 

— Когда будет начать процесс реорганизации «Укрзалiзныцi»?

 

— Он уже начат, все законы приняты. Вы знаете, вся работа по приватизации «Укрзалiзныцi» была еще до меня. Конечно, последние два года львиная доля моего времени уходила на чемпионат Европы. Спасибо моей команде, которая меня подменяла и помогала как в министерстве, так и в самом «Укрзалiзныцi». Но уже на момент моего прихода 42 процента подвижного состава уже были частными. То есть этот процесс начался давным-давно.

 

  Последняя горячая футбольная тема в наших странах – создание объединенного чемпионата. Что вы думаете по этому поводу?

 

— С соревновательной точки зрения это, безусловно, интересно. А вот насколько этот турнир возможен, сказать тяжело. Сейчас есть две серьезные лиги, и непонятны последствия для тех клубов, которые в объединенный чемпионат не попадут. Поэтому организаторам нужно взвесить все плюсы и минусы, и если плюсов больше – действовать.

 

— Вы на эту тему с президентом «Шахтера» Ринатом Ахметовым не разговаривали?

 

— Нет, не говорили. Но Ринат Ахметов озвучил свою позицию публично. Да, с точки зрения доходной части «Шахтера», новый турнир выгоден. Но не умрет ли футбол на Украине из-за этого? Здесь нужны мнения специалистов. Конфликт интересов, как мне кажется, в том, что и украинская, и российская премьер-лиги – состоявшиеся чемпионаты. Пусть они не дотягивают до советского уровня, но в Европе вполне уважаемы.

 

— Вы неплохо знакомы с чиновниками УЕФА. Как думаете, они действительно могут поддержать эту идею? И как же тогда быть с представительством в еврокубках?

 

— Самая сложная тема во всей этой истории. Думаю, она станет предметом отдельных переговоров. Но если действительно состоится чемпионат СНГ с серьезными бонусами, то только победа в нем уже сама по себе вызывает уважение. Знаете, в Англии далеко не все согласны с тем, что победить в Лиге чемпионов престижнее, чем в национальной лиге. Более того, большинство отдают предпочтение именно премьер-лиге. В общем, с УЕФА надо будет искать компромисс.

 

— «Добивая» тему футбола, хотел бы узнать, почему ваш хороший знакомый Александр Ярославский недавно решил продать «Металлист»?

 

— Александр просто рассматривал это как бизнес-проект, и в итоге он продал клуб. А молодой парень, который «Металлист» купил, он сразу такое четкое и амбициозное заявление сделал, что мол, не будет смотреть в спину «Шахтеру». Мы польщены, что наш клуб ставится в пример (улыбается) и будем рады настоящей конкуренции в украинском футболе. Судя по его заявлению, харьковские болельщики точно ничего не потеряют. А футбол, как известно, для болельщика.

 

— В российском спорте вы известны прежде всего как президент «Донбасса». Вы родились и выросли в Донецкой области – регионе, который вряд ли когда-то можно было назвать хоккейным. Откуда у вас такая любовь именно к этому виду спорта?

 

— В Советском Союзе в 70-е годы независимо от региона хоккей был если и не спортом номер один, то уж точно – номер два. А в некоторых городах до сих пор люди футбол любят меньше, чем хоккей. К тому же в те годы футболисты нас не так уж часто радовали по-настоящему большими победами. Да, киевское «Динамо» выиграло Кубок Кубков, но, в общем-то, сборная страны играла, начиная с финала чемпионата Европы 1972 года, крайне неудачно. Поэтому все внимание было привлечено к хоккею во всех городах, независимо от наличия команды Высшей лиги.

 

— Сами играли?

 

— Было же много дворового хоккея, та же «Золотая шайба». Кажется, что раньше зимы были лучше. По крайней мере, в Донецке. Мороз, много снега. Помню, что мы не учились неделю, было «-25». В школу никто не ходит, зато все дети – на улице. А в хоккей я влюбился с самого первого сентябрьского матча Суперсерии-72. И любил хоккей всегда, даже в 90-е годы, когда его, по сути, вообще не было. Но это все равно не заменяет любовь к футболу.

 

— Недавно еще на пять лет была продлена программа «Хоккей Украины». Это ваша инициатива?

 

— Это программа президента нашей страны, принятая еще когда он был премьером. Я просто был исполнителем. Когда-то говорил с Вячеславом Фетисовым на эту тему. Россия построила 300 катков буквально за несколько лет. Учитывая, что на территории РФ до распада Союза было всего 50 катков, это впечатляющий результат. Мы же строим по 5 катков в год, это не много и не мало. Они двух серий – на 450 мест и на 1,5 тысячи. В принципе, это дворцы для детей, но так как некоторым клубам просто негде играть, они тоже используют их для проведения матчей.

 

— Кроме того, вы будете строить многофункциональные арены к чемпионату Европы по баскетболу в 2015 году, верно?

 

— Таких арен на самом деле будет шесть. Во Львове, Одессе, Днепропетровске и Харькове – шеститысячники, в Донецке построим дворец на 8-10 тысяч зрителей, его проектирование уже заканчивается, а Киев примет финал Евробаскета на арене, рассчитанной на 16 тысяч человек. Это частные проекты. Роль государства – частично компенсировать проценты по кредитам, выданным на строительство. То есть бизнес сам вносит деньги, не менее 25 процентов от стоимости арены, госбанки дают кредит, а государство платит по ним проценты. Такой опыт будет использовать московский ЦСКА по строительству своей арены в Москве.

 

— У многих есть опасения, что в Донецке к Евробаскету будет построен девятитысячник, а амбициозный проект «Донбасс-Форума» на 20 с лишним тысяч зрителей потихоньку забудется.

 

— Одно другому не мешает. Мы действительно работаем с американской компанией AECOM – архитекторами, которые в свое время спроектировали для нас «Донбасс-Арену». Но сам процесс проектирования занимает 18 месяцев, и мы уже никак не успеем возвести «Форум» к чемпионату Европы. Поэтому мы начнем строить арену только в 2016 году, и к 150-летию Донецка ее сдадим. Что касается этих опасений… мне кажется, я ни разу не давал подводов для сомнений. Все может быть – мировой кризис, конец света (улыбается), другие форс-мажоры. Но если все будет нормально, то «Донбасс-Форум» мы построим в срок. В Донецке живет 5 миллионов человек, в городе есть неплохие коммуникации. Чтобы вы понимали, по большому счету это тот же Санкт-Петербург, только в Украине.

 

— Где вы хотите разместить «Форум»?

 

— Давайте все же отодвинем эту арену на второй план. А то мы еще одну не построили, а говорим про другую. Болельщики смеяться будут. «Форум» построим в центре города, у нас есть определенный договор. Окончательного участка нет, но если все получится, то это будет в непосредственной близости от «Донбасс-Арены». А если говорить о дворце на 8-10 тысяч, «Арена-Кальмиус», она будет построена на проспекте Дзержинского, собственно на берегу самого Кальмиуса. Там когда-то был заброшенный стадион. Все уже готово, чтобы с апреля начинать строительство.

 

— «Донбасс» выступает в российских лигах уже два года. Вы довольны сотрудничеством с ВХЛ в прошлом году, и с КХЛ – в нынешнем?

 

— У нас не было, скажем так, никаких точек непонимания. Но любые спортсмены, болельщики всегда будут требовать судейства, которое было бы в пользу их команды (смеется). Поэтому у наших игроков и тренеров были замечания, но они всегда носили технический характер. Другой вопрос в том, что на недавнем собрании в декабре мы предложили КХЛ развиваться по принципам лучшего клубного турнира Европы – футбольной Лиги чемпионов. Надо взять оттуда все то, что подходит нам, и привить в КХЛ. Все очень просто: допустим, есть доходная часть – 12 крупных спонсоров, вкладывающих по 15 миллионов долларов. Это могут быть крупные банки, работающие на потребительский сектор. Им это интересно. Не знаю, насколько это интересно «Газпрому» и что он рекламирует, но это может быть социальная ответственность. В сумме получается 180 миллионов.

 

— И как эти деньги будут распределяться?

 

— Принцип получается очень простой. Очко, набранное в регулярном чемпионате, стоит 30 тысяч долларов. Если посчитать, то «регулярка» обойдется примерно в 60 миллионов. В плей-офф выходит 16 команд, каждая получает еще по миллиону. Дальше – восемь команд по 2 миллиона. В полуфиналах команды зарабатывают по 4 миллиона, финалист – восемь, а победитель – 16. В сумме регулярный чемпионат и плей-офф обойдутся на 140 миллионов долларов. Вот вам и пример Лиги чемпионов. Еще остается 40 миллионов на технические расходы, судей, содержание лиги и все остальное. И это, заметьте, мы еще не касались темы телевидения, потому что я не являюсь специалистом по российскому медиа-рынку. Можно начать с меньших цифр, хотя и эти суммы для стран, участвующих КХЛ, вполне подъемны. В той же Лиге чемпионов цифры намного больше.

 

— Думаю, остальные клубы от этой идеи были в восторге.

 

— Главное, что сразу появится мотивация для шведских, финских, немецких и швейцарских команд. И тогда мы действительно увидим две сильные мировые хоккейные лиги, а КХЛ действительно станет конкурентом своему заокеанскому аналогу. Сейчас хоккейные клубы содержат люди, влюбленные в этот вид спорта. Они не ждут какой-то выгоды, тем более сиюминутной. В украинском хоккее уж точно. И мне кажется, что если бы клубы получили возможность возвращать третью или хотя бы четвертую часть затрат, то все развитие пошло быстрее.

 

— То есть о том, чтобы клубы стали прибыльными, речи пока не идет?

 

— Конечно, ни Россия, ни Украина не могут иметь те составляющие доходной части, которые есть в США или Канаде. Кстати, канадских команд в НХЛ всего восемь. Потому что даже там не все могут покупать билеты на хоккей по 80 долларов, уже не говоря о наших странах. Мы только потеряем болельщиков. Дай бог, лет через 20-30 мы к этому придем, но тогда клубы будут еще больше платить хоккеистам.

 

— Как к вашей идее отнеслись в КХЛ?

 

— В КХЛ не возражают. Но это же не так просто, нужно садиться и обсуждать. За один день не найти 12 спонсоров, готовых вложить 15 миллионов долларов, верно? Но даже если мы начнем с половины этой суммы, это будет уже неплохо. Добавим сюда какие-то деньги от телевидения и рекламы на форме, и в итоге клубы часть своих расходов смогут возвращать.

 

— В совет директоров КХЛ вы вступить не планировали?

 

— Нет, спасибо. Моя роль – не управлять лигой и тем более входить в совет директоров, а спонсировать свой клуб, создавать школы. И я этим занимаюсь с большим удовольствием.

 

— Ваш подход к хоккею для наших стран уникален. Перед тем, как давать деньги на команду КХЛ, вы провели две реконструкции дворца, создали хоккейную академию с иностранными специалистами и специализированный хоккейный телеканал.

 

— Все дело в популяризации вида спорта. Телеканал создает интерес к хоккею, мы стараемся показывать как можно больше матчей для наших зрителей. В прошлом сезоне, например, мы транслировали почти все матчи весенней части: решающие игры КХЛ, чемпионат мира и матчи НХЛ. Рене Фазель говорит, что у нас есть одна проблема. Для всех украинский хоккей – советский хоккей, а он вроде бы должен быть самым лучшим. Но у нас 20 лет он почти не развивался. Нам нужна массовость. То есть в украинском хоккее должно быть, допустим, от 30 до 50 тысяч деток и юношей, которые могут играть. Поэтому академия необходима, а телеканал – атрибут, во многом помогающий. И, кстати, канал по большому счету национальный, клубу он не принадлежит.

 

— Вы довольны тем, что показал «Донбасс» за эти годы?

 

— Лично я обещал болельщикам в прошлом году, что мы пойдем дальше в КХЛ только в том случае, если выйдем в финал «вышки». В финал мы не вошли, позорно проиграли «Торосу» 0-4. Тем не менее, мы все равно пошли в КХЛ, стараясь не ограничивать своих болельщиков. «Донбасс» – дебютант, у нас что-то получается, что-то – нет. Мы ставим задачу, но не думаю, что будут какие-то серьезные обиды болельщиков, если мы туда не попадем. Нужно понимать, что и более великие клубы не всегда попадают в восьмерку сильнейших в КХЛ.

 

— Сколько, по-вашему, клубов из Украины должны играть в КХЛ?

 

— Я бы хотел, чтобы в КХЛ были представлены Донецк и Киев. Со временем, возможно, и Харьков. Донецк, может, и не имеет таких хоккейных традиций, зато имеет двукратного обладателя Кубка Стэнли Олега Твердовского. Хотя на данный момент я не знаю, кто бы мог представлять Киев в лиге. При этом есть два-три клуба, которые могут сыграть на уровне ВХЛ. Остальное – наша внутренняя молодежная лига. Я много разговаривал со специалистами мирового уровня, тренерами хоккеистами, но это – единственный путь, который может привести Украину к хоккейному успеху. Иначе в какой-то момент мы просто упремся в стену.

 

— А что это за молодежная лига?

 

— Сейчас я очень недоволен нашим украинским чемпионатом. Своим коллегам предлагал несколько вариантов. Самый лучший – сделать молодежную хоккейную лигу без лимита на легионеров. Уже к сентябрю будут все условия, чтобы в 10 городах Украины такая лига могла существовать. Получается, 10 клубов, в которых будут играть хоккеисты до 23 лет плюс пять игроков любого возраста. То есть принцип футбольного турнира на Олимпиаде. Коллеги говорят, что это будет выгодно только нам и «Беркуту», потому что остальные превратятся в их фарм-клубы. Но, послушайте, если нам будет нужно, мы и так создадим любой фарм-клуб и вступим с ним в МХЛ без всякой украинской лиги. Мы не обречены на то, чтобы в стране играли люди пенсионного возраста.

 

— При таких темпах развития хоккея, когда ваш план на КХЛ и ВХЛ можно будет осуществить? К 2015 году, когда будут построены новые арены?

 

— Молодежную лигу, повторюсь, можно запускать уже со следующего сезона. Что касается хозяев клубов, то я не могу за них отвечать и что-то прогнозировать. Но хочется, чтобы, к 2015 году это все действительно работало. По крайней мере, чтобы к следующей Олимпиаде-2018 Украина уже выглядела прилично.

 

— Вернемся к «Донбассу». Сейчас, по некоторым данным, бюджет клуба составляет 25 миллионов долларов. Сколько нужно, чтобы не просто бороться за место в плей-офф, а быть среди лидеров лиги?

 

— Если говорить о цифрах, то бюджет значительно больше 25 миллионов. Сюда же входят и расходы на вторую команду, академия и все остальное. Поэтому чистый бюджет больше на 15-20 процентов. Если быть объективным, хорошая команда КХЛ должна начинаться с 35-40 миллионов долларов. Это – первая ступень к элите. Хотя можно и 80 вложить и лигу не выиграть. Как говорит мой друг Ринат Ахметов, можно и за деньги клуб не сделать, но без денег ты его точно не создашь.

 

— Как думаете, когда хотя бы 50 процентов игроков клуба «Донбасс» могут составить украинские хоккеисты?

 

— Это очень далекая перспектива, поэтому конкретно загадывать не берусь. Десять лет – минимум. Посмотрите, во всей НХЛ играют всего три украинских хоккеиста. И то один из них имеет российское гражданство. Еще Коля Жердев играет в «Атланте» и Геннадий Разин – в «Тракторе». Это о чем говорит? О том, что сейчас хоккеистов нет даже на одну команду. Да, «Сокол» завоевал бронзу в чемпионате-84/85, но там было очень много игроков из Свердловска и других городов.

 

— Как вы относитесь к лимиту на легионеров в КХЛ? И смог бы с ним жить «Донбасс»?

 

— Что касается нашего клуба, то я в этом очень сомневаюсь. Хорошо, что КХЛ – пластичная и живая лига, которая позволила нам заявить свой клуб, несмотря на отсутствие необходимой инфраструктуры и при большом количестве легионеров. В лиге увидели, что мы перспективны, и дали шанс на развитие. Если говорить о лимите в целом, то по мне хоккей — интернациональная игра, и загонять ее в рамки не нужно. Вот у нас в футболе лимит, и что он дал? Где украинские или российские футболисты? А если они и есть, то в каких лучших клубах Европы они играют? Весь список – Андрей Шевченко, и на этом все заканчивается.

 

— Приглашение Юлиуса Шуплера – ваша инициатива?  Можно сказать, что из него вы хотите сделать этакого Мирчу Луческу для «Донбасса»?

 

— Дай бог! Мы будем очень рады, и мечтаем, если это действительно произойдет. До побед «Шахтера» нам еще далеко, поэтому остается только надеяться, что с нашим клубом у Юлиуса все получится. Он — хороший специалист и человек. Конечно, в голове такие параллели с Луческу я держал, но хоккей и футбол – слишком разные виды спорта, чтобы можно было как-то соотносить фигуры тренеров.

 

— В начале сезона «Донбасс» много проигрывал. Были разговоры, что вы Шуплера отправите в отставку.

 

— Да в любом клубе болельщики «увольняют» тренера сразу же после первого поражения. Я к этому отношусь спокойно. У Шуплера кредит доверия достаточный.

 

— В концовке позволю себе пафосный вопрос. С одной стороны, вы известны как политик и бизнесмен, с другой – как спортсмен или, по крайней мере, влиятельная фигура в мире спорта. Вам в каком амплуа больше нравится?

 

— Ну, спортсменом меня можно назвать с очень большой натяжкой (смеется). Разве что шахматистом. Но спорт мне очень нравится, и все, что с ним связано, доставляет мне огромное удовольствие. От многих вещей, которые мы делаем, пользу можно не почувствовать, а тут строишь каток за 10 месяцев, и дети начинают играть сразу же. Поэтому спорт мне нравится больше.

Денисов шокировал руководство «Зенита» своими требованиями!

 Стали известны требования, которые выставил питерскому «Зениту» отправленный в дубль полузащитник Игорь Денисов. Как сообщает «Фонтанка», капитан сборной России потребовал от руководства увеличения зарплаты до пяти миллионов евро в год, пишет NEWSru.com.

 

Ранее футболист дал интервью СМИ, в котором заявил, что дело не в деньгах, а в справедливости. Неправильно, когда приехавшие легионеры получают больше, чем русская основа команды, объяснил он.

 

Справедливость в отношении себя Денисов видит в сумме пяти миллионов евро в год, хотя сейчас он получает около трех миллионов евро.

 

Причем, возмущаясь дисбалансом между зарплатами россиян и двух звездных новичков (а именно так футболист объяснил в интервью коллегам свои действия), сам не очень твердо представляет, а сколько же они получают.

 

Между тем, как утверждает источник «Фонтанки», Денисов уже сейчас получает больше Витселя. И не намного меньше пресловутого Халка — зарплата бразильца ближе к четырем миллионам евро, и уж никак не «в три раза больше», чем у Игоря.

 

Возможно, звездные легионеры из «Бенфики» и «Порто» и получили большие подъемные, но и сам Денисов в прошлом году, продлевая контракт до 2015 года, получил от клуба серьезную сумму. Ему нужны были деньги на строительство дома, и руководство клуба пошло полузащитнику навстречу.

 

Пока Игорь Денисов продолжит работать с дублем и, как сообщили «Фонтанке» в клубе, идти навстречу неожиданно потерявшему мотивацию футболисту руководство «Зенита» не собирается. Нет пока планов и у главы «Газпрома» Алексея Миллера срочно вылететь в Петербург, чтобы решать проблемы «Зенита» и его футболистов. Хотя именно встречи с Миллером Денисов добивался.

 

Сам Игорь Денисов, судя по его интервью, явно не собирается извиняться, чего ждет руководство «Зенита», а совершенно уверен в своей правоте.

 

 

 Автор: NEWSru.com