«Москва слезам не верит»: как сложилась судьба актеров всеми любимого фильма

11 февраля 1980 года состоялась премьера фильма Владимира Меньшова «Москва слезам не верит». Лирическая история о судьбе трех подруг-провинциалок, приехавших покорять столицу, завоевала любовь множества зрителей. А в 1981 году фильм удостоен кинопремии «Оскар» как лучший фильм на иностранном языке. Актеры, блистательно сыгравшие в картине, стали всенародными любимцами. Как же сложилась их дальнейшая судьба?
Катерина Тихомирова — Вера Алентова.

На роль Катерины приглашали Ирину Купченко и Маргариту Терехову. Но обе актрисы отказались. Купченко не понравился сценарий. А Терехова предпочла роль Миледи в «Трех мушкетерах». Пригласить на роль Кати свою жену режиссер Владимир Меньшов решил только после отказа двух других кандидаток.

За эту роль Вера Алентова удостоилась государственной премии СССР и была признана лучшей актрисой по версии журнала «Советский экран».

После столь оглушительного успеха актрису стали приглашать на главные роли в кино. В 1982 году вышел фильм «Время для размышлений», где она сыграла в паре с мужем.

Не менее успешным для нее оказался фильм «Время желаний» режиссера Юлии Райзман. В 1986 году артистка стала лауреатом Государственной премии имени братьев Васильевых.

С Меньшовым актриса работает и по сей день. В 2014 году на экраны вышла лента «Дорога без конца», где Владимир Валентинович выступил в роли продюсера. Как нетрудно догадаться главную роль исполнила Вера Алентова.

Имя актрисы частенько всплывает в новостях в связи с многочисленными пластическими операциями. Свою первую операцию по подтяжке лица она провела в 1998 году.

Последующие вмешательства сильно повлияли на ее внешность. После очередной подтяжки у актрисы исказилась мимика лица: правый глаз стал казаться больше, а левый остался в полузакрытом состоянии.

Людмила Свиридова — Ирина Муравьева.

На роль Людмилы режиссеру рекомендовали попробовать Титову, Болотову, Савельеву. Сам он предлагал роль Анастасии Вертинской, но она активно не согласилась.

Сама Муравьева признавалась, что на просмотре фильма расплакалась, такой вульгарной ей показалась ее героиня, но после оглушительного успеха фильма Ирина Вадимовна успокоилась.

Роль Людмилы Свиридовой из фильма «Москва слезам не верит» буквально в одночасье сделала Ирину Муравьеву всенародно известной и любимой актрисой.

В восьмидесятые годы славу Ирины Муравьевой упрочили новые роли в картинах «Карнавал», «Руки вверх», «Самая обаятельная и привлекательная», «Мы нижеподписавшиеся», «Год теленка» и некоторых других.

Во многом именно благодаря данным кинематографическим работам восьмидесятые годы считаются золотым временем в карьере актрисы. Параллельно с этим Ирина Муравьева также часто работала в качестве артистки озвучивания.

После развала СССР карьера Ирины Муравьевой медленно пошла на спад. Она начала реже сниматься, однако время от времени в ее фильмографии все-таки появлялись некоторые примечательные роли.

Среди них фильмы «Женщина в окне», «Зефир в шоколаде», сериал «Не родись красивой», а также лирическая комедия «Китайская бабушка».

В настоящее время великая актриса все также работает над новыми проектами, появляясь попеременно в кино, театре и на радио, где она с 2010-го года ведет две передачи.
Практически всю свою жизнь актриса прожила с одним человеком – режиссером Леонидом Эйдлиным, который скончался в 2014 году.

Антонина Буянова — Раиса Рязанова.

Роль предлагали Галине Польских, которая обиделась на режиссера за такое предложение. Также пробовалась и Нина Русланова, которой все же отказали.

Раиса Рязанова рассказывала, что характер героини ей очень близок: «Эта роль позволила мне прожить жизнь, которой у меня не было. Хотелось бы иметь основательного мужа, детей, квартиру…». На момент съемок актриса уже была матерью-одиночкой и одна воспитывала сына.

Многочисленные призы, премии, обожание зрителей прошли мимо Раисы Рязановой. Все лавры в основном доставались двум другим героиням – Вере Алентовой и Ирине Муравьевой.

После роли в фильме «Москва слезам не верит» в кинокарьере Раисы Рязановой мало что изменилось. Она регулярно снималась, играя все тех же «женщин из народа». И пусть ее героини были не столь знамениты, как Тоня, но и они находили отклик у зрителей.

В постперестроечной время образ актрисы оказался невостребованным. Эпизодические же роли от нищеты не спасали. Но Раиса Ивановна не отчаивалась и в депрессию не впадала.

Раиса Ивановна сдала свою квартиру и занялась частным извозом. Пассажиры ее частенько узнавали, а она стыдилась. Ей приходилось прятать глаза и лгать, что просто похожа на известную актрису.

Раису Рязанову, впрочем, как и многих возрастных актеров, спасла эпоха сериалов. С 2001-го года ей стали предлагать роли обычных простых и добрых женщин.Сегодня Раиса Рязанова снимается даже чаще, чем в удачные 70-е – 80-е.

Во время съемок фильма Вере Алентовой было 37 лет, Раисе Рязановой — 35, Ирине Муравьевой — 30. Перед актрисами стояла очень сложная задача — сыграть своих героинь 19-летними наивными провинциалками. И с этим актрисы справились прекрасно.

Георгий Иванович, слесарь из НИИ — Алексей Баталов.

Актера на роль сорокалетнего Гоши искали очень долго. Пробовали Виталия Соломина, Вячеслава Тихонова, Олега Ефремов и даже самого режиссера Меньшова. Но в итоге Алексей Баталов, сначала отказавшийся играть, согласился. Его приняли без всяких проб.

Несмотря на вновь возросший интерес к своей персоне после успеха фильма, Алексей Баталов отвергал все предложения сняться в кино.

Исключение он сделал лишь для режиссера Дмитрия Светозарова, согласившись сняться в роли директора конструкторского бюро в картине «Скорость», которая стала последней его работой в кино.

Однако актер вплоть до 2008 года продолжал участвовать в съемочных процессах, озвучивая фильмы и мультфильмы.

В настоящее время актер преподает во ВГИКе и является там деканом, пользуясь среди студентов огромным авторитетом. Также Алексей Баталов написал две книги: «Судьба и ремесло» и «Диалоги в антракте».

С 1963 года актер женат на артистке цирка Гитане Леонтенко. У них есть дочь — Мария, которая с рождения страдает детским церебральным параличом, что не помешало ей окончить сценарный факультет ВГИКа.

Александра Тихомирова, дочь Катерины — Наталья Вавилова.

В роли дочери Катерины режиссер захотел увидеть именно Вавилову Наташу, которую до этого снимал в фильме «Розыгрыш».

После огромного успеха у Наташи было несколько удачных работ в кино, на съемках картины «Николай Подвойский» ей пришлось ездить верхом на лошади, которая сбросила с себя актрису. Актриса получила травму позвоночника, попала в больницу.

Она переживала, что больше не встанет, а ее в это время уговаривали «никому не говорить», что в травме виновата съемочная группа. За это обещали ждать ее «хоть год, хоть два…», а через два дня взяли на ее место другую актрису.

Такое предательство потрясло Наталью, она получила двойной удар. Девушка пообещала себе, что если сможет ходить, уйдет из кино.

В настоящее время Наталья Вавилова старается избегать контактов с прессой. Проживает с мужем Самвелом в частном доме в двенадцати километрах от Москвы, на Рублевке. Часто посещает церковь, общается с батюшкой, помогает простым людям.

Николай Михайлович, муж Антонины — Борис Сморчков.

Владимир Меньшов пробовал на Николая Юрия Кузьменкова (на фото), но его ассистентка привела не известного ему актера Бориса Сморчкова.

В кино Борису Федоровичу доставались в основном малозаметные второстепенные роли.

В 1971 году актер пришел работать в театр «Современник». Играл в спектаклях «Лоренцаччо», «Крутой маршрут», «Кот домашний средней пушистости», «Три товарища» и других. Здесь он прослужил до 2004 года.

До конца жизни Борис был женат на актрисе Анне Варпаховской. Умер актер во сне, 10 мая 2008 года в Москве.

Рудольф (Родион) Рачков, телеоператор из Останкино — Юрий Васильев.

О пробах режиссер вспоминает: «Юра, хоть и был старше героя, прекрасно выглядел и вышел настолько неотразимым, что все женщины Советского Союза моментально поняли Катерину, влюбившуюся в этого красавца».

Среди других заметных работ в кино — роли в фильме-оперетте «Летучая мышь», в криминально-политической драме «Ничего не случилось», в мелодрамах «Только не уходи» и «Балерина».

Юрий Николаевич был заботливым отцом и почти сорок лет состоял в браке с одной женщиной — актрисой Нелли Корниенко.

4 июня 1999 года Юрий Васильев умер от сердечного приступа. Осенью 1999 года ему бы исполнилось всего 60 лет.

Сергей Гурин, муж Людмилы, хоккеист — Александр Фатюшин.

15 апреля 1986 года Александр женился. Его избранницей стала актриса его же театра Елена Мольченко.

Фатюшин сыграл в более чем 40 фильмах, в основном второстепенных персонажей. В числе наиболее известных картин — «Россия молодая», «Одиночное плавание», «Кодекс молчания», «34-й скорый».

Актер был ведущим телепрограммы «Первые» о советских спортсменах на канале ТВ-Центр.

Ушел из жизни 6 апреля 2003 года в своей московской квартире после осложнений от воспаления легких.

В течение первого года «Москва слезам не верит» посмотрели 85 млн человек. Фильм купили сто стран мира.

И по сей день картина любима и старыми, и новыми поколениями.

http://dayonline.ru/showbusiness/

Натали: «Мелодию к песне «О Боже, какой мужчина!» я написала за час»

Натали – одна из самых востребованных артисток российской эстрады. О том, как она Наталисправляется со славой и совмещает работу с воспитанием детей, певица рассказала в интервью газете «АиФ. Здоровье».

Анна Анисимова, «АиФ. Здоровье»: –  Натали, в 2014 году вы вновь оказались на пике популярности. Ваша песня «О Боже, какой мужчина!» звучала, что называется, из каждого утюга. На ваш взгляд, чем она так зацепила слушателя?

Натали: –  Если композиция удачная, она может не просто ярко вспыхнуть, но и жить долго. Не бесконечно, но действительно долго. Этого, конечно, хочется каждому автору, и я, в первую очередь как автор, тоже об этом мечтаю. Но успех песни – это такое непредсказуемое дело! Иногда делаешь ставку на какую-то композицию, думаешь: «Вот оно, сейчас-то поймаю синюю птицу за хвост». А песня в итоге не идет. А та, на которую и надежд особых не было, вдруг неожиданно выстреливает. Да еще так мощно, что сама диву даешься. Чем именно она цепляет, сложно сказать. Тут все должно сложиться – запоминающаяся мелодия, слова, которые людям близки и понятны. В данном случае мне стихи пришли на электронную почту (автор слов – Роза Зименс. –Ред.). Фраза «Я хочу от тебя дочку» стала ключевой. Мелодию я написала за час.
–  Что вы почувствовали, когда с новой силой вам стали поступать предложения о заключении контрактов?
–  Удивилась несказанно. Несколько лет я жила относительно спокойной жизнью. Выступала, конечно, без работы не сидела. Но меня было немного в телевизоре. А тут такая лавина обрушилась, только успевай поворачиваться!
–  А ваш супруг как отнесся к внезапно нахлынувшей на вас всероссийской славе?
–  Саша – мое все и самая большая моя любовь в жизни. Мы вместе 23 года. Всякое бывало – все как у людей. Но мы всегда смотрели и продолжаем смотреть не столько друг на друга, сколько в одну сторону. Мы – одна команда и дышим одним воздухом. Когда лавина чувств прошла, я знала, что рядом со мной все то же плечо, на которое без всяких сомнений можно опереться. Он для меня и стимул, и поддержка, и источник вдохновения.
Семейные радости
–  Натали, между вашим последним и предпоследним альбомами интервал в 5 лет. Скажите, с чем связан столь длительный перерыв?
–  Была занята важным делом – рожала второго сына, много времени посвящала детям. Богу лучше знать, какой период чему должен быть посвящен и как именно в то или иное время расставятся приоритеты.
–  Кстати, как ваши сыновья ладят между собой? Ведь у них большая разница в возрасте…
–  Разница в возрасте у них прекрасная. Старший, Арсений, – кумир для младшего. Толя все за ним повторяет, ходит хвостиком, слушается беспрекословно. Иногда даже лучше, чем родителей. У братьев полное взаимопонимание.
–  Как вы обычно проводите время с семьей? Есть ли у вас любимые места, которые вы часто посещаете?
–  Дети обожают аттракционы, так что у нас парки – любимое место отдыха. А иногда хочется просто побыть всем вместе дома – поужинать, посмотреть телевизор. При нашем ритме жизни такие тихие семейные радости бесценны.
Секреты красоты
–  Натали, вы прекрасно выглядите. Что вам помогает держать себя в форме?
–  В зал я не хожу, на диетах не сижу. У меня нет помощницы по хозяйству – всю работу по дому стараюсь делать сама. Прогулка с ребенком с лихвой заменяет пробежку. Ем 4–5 раз в день маленькими порциями – объемом не больше стакана. Ем все что хочется. Единственное, не люблю мясо, не ем его уже много лет. Но курицу, рыбу, морепродукты – с удовольствием.
–  Какими средствами вы пользуетесь, чтобы ухаживать за кожей лица? Наверняка, постоянный грим не лучшим образом на нее влияет…
–  Предпочитаю линии ухода с увлажнением. Люблю маски с глиной, но часто их делать нельзя, нужно четко следовать рекомендациям косметолога.
–  А как вы относитесь к так называемым уколам красоты, которые сейчас так модны?
–  Мне повезло, я нашла прекрасного врача. Не могу сказать, что очень этим увлекаюсь, но и не скрываю, что применяю это достижение медицины. Но в меру и с большой осторожностью. Это та ситуация, где крайне важно, чтобы врач был профессионалом, а клиент – с минимальным фанатизмом. Вот тогда будет хороший результат.

Анна Анисимова АиФ Здоровье

Борис Батыршин: «Все мы выросли на замечательной советской детской и подростковой фантастике и приключенческой литературе»

Мы знаем Бориса Батыршина как автора трилогии «Коптский крест», которая вышла в издательстве «Альфа-книга» в серии «Фантастическая история».
Сразу скажу, что я буквально «проглотил» все книги, а после того, как купил и прочитал, обнаружилось, что у меня образовалась очередь за ними. Можно сказать, из рук вырывали. И все, кого я знаю и чьим мнением дорожу, единогласно высказались, что наряду с несомненными литературными достоинствами (великолепный язык, отлично прописанные персонажи), у цикла есть ещё один важный плюс – восхитительно прописанный исторический фон, причём не только России. Извиняюсь за столь длительную преамбулу и перехожу к вопросу (вернее даже списку вопросов): как появился на свет этот цикл, как Вы над ним работали, трудно ли было искать дорогу к издательству?

Замысел цикла «Коптский крест» возник как своего рода реакция на новый «поджанр» в попаданческой фантастике. Он появился года три назад; герои в этих произведениях оказываются не на войне, не меняются телами с известными политиками или военными, не прорываются с ноутбуками, полными информации из будущего, на самый верх пирамиды власти. Они возвращаются в собственное детство — разумеется, с сохранением «взрослого» багажа знаний и навыков. Главная фишка этого «поджанра» — взгляд на собственное юношеское прошлое своими же, но зрелыми глазами. «Если бы юность умела, если бы старость могла»…

Несмотря на то, что героем такого произведения является подросток, а то и вовсе ребёнок — это никак не подростковая, и уж тем более, не детская литература. А мне хотелось написать о подростке, о его мотивах и мыслях в невозможной ситуации путешествия во времени. И, кроме того, дать возможность читателю увидеть недавнее прошлое глазами нашего современника. Не менее ценен и обратный процесс — наше время, показанное с точки зрения гостя из прошлого.

Но почему всё же подростки? Любой автор, как известно, пишет то, что интересно, в первую очередь, ему самому. Анализируя читательские отзывы на трилогию, я обратил внимание, что наибольший интерес она вызвала у людей моего поколения или немного помладше — видимо, так порой проявляется ностальгия по детству и юности. Все мы выросли на замечательной советской детской и подростковой фантастике и приключенческой литературе; на Катаеве и Каверине, на Булычёве, Александре Мирере, Губареве и Мелентьеве, на «Кортике» и многих других замечательных книгах. А потому — я и постарался обратиться к этому источнику. Главными героями трилогии стали подростки, и читателю предлагается взглянуть на события именно их глазами.

Первая книга цикла — сам «Коптский крест» была начата в марте 2014-го года; впрочем, некоторые идеи и сюжетные задумки появились задолго до этого. Книга «созрела» месяца за три и довольно скоро оказалась в издательстве — спасибо коллегам-писателям с форума «Новая фантастика», порекомендовашим её «Альфе». Следующие две книги вышли в течение полугода, завершая трилогию.

Я знаю, что Вы не поставили точку на третьей части «Коптского креста», написаны продолжения, более того, они готовятся к выходу. Расскажите, пожалуйста, о новых книгах, где и когда они выйдут?

Да, задумано продолжение в виде новой трилогии — «Д.О.П. — Департамент Особых Проектов». Если в первой трилогии мои герои оказались как бы экскурсантами, совершающими путешествия в прошлое ради любопытства, и были вынуждены расхлёбывать кашу, которую сами заварили по неосторожности, то в новом цикле они — уже полноправные обитатели этого самого «прошлого». Они больше не смотрят на события со стороны — наоборот, участвуют в них. Отсюда -куда более выраженная «прогрессорская» и военная линия в произведениях. В данный момент первая книга цикла находится в издательстве «Центрполиграф». Выход в свет ожидается в течение ближайших двух месяцев — если, конечно, всё пойдёт, как задумано.

Одни из центральных героев «Коптского креста» — подростки. Обычно писатели-фантасты редко делают подобных персонажей центральными. Почему Вы обратились к подростковой теме (более того, Вы, насколько мне известно, пишете ещё несколько вещей с прицелом на подростковую аудиторию)?

Собственно, на этот вопрос я уже начал отвечать в начале интервью. Стоит добавить вот что: несмотря на «ностальгические» нотки, трилогия, конечно, адресована и юной аудитории. Именно из-за этого в трилогии столько внимания уделено описанию места действия — Москве, Петербургу; нравам и быту того времени, и, конечно, его обитателям — прежде всего, подросткам.

Так уж вышло, что трилогия «Коптский крест» вышла в чисто «взрослом» издательстве, и в серии, ориентированной на взрослого читателя. Мало того — на «подкованного» именно в области исторической фантастики. Так что, можно сказать, что расчёт на юного читателя пропал зря — до него эти книги, если и дойдут, то, скорее всего, случайно. Именно поэтому вторая трилогия, пишется скорее, с расчётом на взрослую аудиторию. Главные герои повзрослели, и от этого автору некуда деться.

Тема подростковой литературы для меня по-прежнему актуальна. Сейчас в издательстве «Аквилегия-М» готовится к изданию повесть «Внеклассная работа», Она тоже относится к жанру исторической фантастики ориентирована на юного читателя. Оно и неудивительно — это издательство как раз и специализируется на детской и подростковой литературе. Книга эта открывает новую издательскую серию в жанре исторической фантастики и, я надеюсь, станет для неё неплохим заделом.

Хотелось бы немного поговорить о Вашей писательской кухне – как вы работаете над книгой: пишете по плану или без, есть ли у Вас некая условная выработка (скажем, определённое постоянное количество печатных знаков в день), как преодолеваете прекрасно знакомое многим литераторам состояние, которое в обиходе зовётся «не писец»?

Вопрос непростой. Дело в том, что последние лет восемь я работал редактором в студии закадрового озвучания, на телевидении. Работа эта подразумевает поток — в неделю приходилось редактировать (считай — переписывать заново) до десятка полнометражных фильмов, а это огромный объём. Посему мне нетрудно заставить себя писать МНОГО — сложнее возвращаться к написанному по нескольку раз, занимаясь стилистической и сюжетной правкой, переписывая порой по нескольку раз одну и ту же сцену. Сейчас я установил для себя за правило, что готовая вчерне книга некоторое время отлёживается в закромах, а потом кардинально обрабатывается, порой — перерабатывается.

В-основном, правки касаются стиля и языка. Меня, как думаю, и многих, крайне удручает нетребовательность многих авторов и, увы, издателей в этом вопросе, а потому именно языку я уделяю наибольшее внимание.

Ну и, конечно, «заклёпки». И отнюдь не только технические детали, ТТХ военной и прочей техники. Судьбы и биографии реальных людей, достоверные описания интерьеров, деталей быта, городов, ландшафтов… Мир прошлого должен быть не просто релаен и узнаваем — он должен быть достоверен в глазах читателей! Благо современное состояние дел позволяет быстро и эффективно найти любую информацию, надо лишь знать, что ищешь и критически относиться к своим находкам.

План… разумеется, я составляю некий план будущего произведения. Работая над книгой «Коптский крест», я поначалу даже сделал нечто вроде сквозного конспекта глав, а потом занимался тем, что обращивал их «мясом» реального текста. Приём этот эффективен и позволяет не тратить времени попутсту; но, он же загоняет автора в определённые рамки, лишая, порой, возможности импровизировать. В итоге мои произведения взяли манеру «вести себя» в процессе написания, и, порой, немало удивляют и самого автора.

Многие издатели признают, что для книг наступили плохие времена. И читают мало, и покупают ещё меньше. Как думаете – есть ли способ хотя бы немного переломить эту негативную тенденцию?

Развитие технологий есть процесс неотвратимый и мы ничего не можем поделать с этим, как бы нам того ни хотелось. Если вы ездите в метро — попробуйте как-нибудь понаблюдать, сколько на вагон приходится людей, читающих с ридеров, планшетов, смартфонов — и сколько сидят с бумажными книгами? Вот вам и ответ — это реальность, и нам надо учиться жить с ней. Единственное, что может хоть как-то исправить ситуацию — это, на мой взгляд, чёткая правовая политика в области авторских прав и торговли электронными книгами. Пока любое издание можно бесплатно скачать в том же виде, в котором оно предлагается в онлайн-магазине электронных книг — ситуация принципиально не может измениться к лучшему.

В литературной среде, которую иногда иронично зовут «боллитрой», к нам, фантастам, отношение порой несколько снисходительное. Как Вы думаете: писатель-фантаст – это клеймо на всю жизнь или, наоборот, пример высшего литературного пилотажа (ну, как к примеру, «лётчик-испытатель» или «лётчик-космонавт»)?

Тут я, пожалуй, воздержусь. Видимо, я слишком пристрастен, а, может, слишком скептически отношусь к современной «большой литературе». Попросту говоря — не знаю о существовании таковой. Пелевин — это, конечно, явление, но он ведь один! Для меня сейчас кроме фантастики существует лишь мемуарная литература и разного рода монографии — от исторических и историко-популярных, до исследований и аналитики на тему политики, истории, культуры. Что, разумеется, не исключает классики и просто большой литературы прошедших лет

Увы, у нашей страны пока нет своего Умберто Эко, а «Пятидесяти оттенков серого» — даст Бог, и не будет вовсе. Хотя что-то подсказывает мне — нет, непременно появится….

Вы занимаетесь отбором рукописей для нескольких издательств. Не могли бы подробно остановиться на этом: с кем сотрудничаете, какие серии готовите, каким требованиям должна удовлетворять рукопись, и, наверное самое главное, как с Вами связаться?

В данный момент я намерен заняться подбором произведений для фантастической серии «Наши там» издательства «Центрполиграф». Также я оказываю содействие в подборе авторов для историко-фантастической подростковой серии «Аквилегии-М». В обоих случаях, первое требование — хороший, грамотный русский литературный язык, собственный стиль. Ну и, разумеется, увлекательный сюжет — не будем забывать, что мы с вами работаем на ниве беллетристики.

Разумеется, для серии «Аквилегии-М» требуются произведения, ориентированные на подростковую аудиторию. Это особые требования и к стилю, и к сюжету, и к языку. Диапазон тем в обоих случаях весьма широк: история, историческая, научная фантастика, фэнтези — всякое лыко придётся в строку. Нам НЕ нужны лишь скучные книги, написанные плохим, бесцветным, корявым языком.

А связаться со мной очень просто — либо зарегистрировавшись на форуме «новая Фантастика», либо найдя мои странички в Фейсбуке или «ВКонтакте», либо воспользоваться электронной почтой — cordor@rambler.ru.

Интервью подготовлено писателем-фантастом Дмитрием Дашко

Борис Батыршин о себе:

Родился и вырос в Москве. Закончил Московский Энергетический институт по специальности «Криогенная техника». В конце восьмидесятых попал в коммунарское движение — неформальная педагогика, последователи Владислава Крапивина; в рамках этого движения создавал концепцию ролевых игр, сделал немало для того, чтобы это движение приобрело нынешние масштабы. Был одним из организаторов первых и вторых Хоббитских Игрищ, в дальнейшем, теснейшим образом связан с этим движением — как Москвы, так и всей России. Занимался реконструкцией, историческим фехтованием, когда эти дисциплины делали только первые шаги; в начале 2000-х перебрался в «наполеонику». Люблю лошадей, собак, корабли, холодное оружие; много работал в книжных издательствах и на телевидении редактором. С недавних пор решил попробовать себя в литературе.

Зал встал на колени: Шевчук в Екатеринбурге посвятил песню погибшим в Airbus 321

На концерте в Екатеринбурге ДДТ исполнили свой хит «Ветер». Весь зал встал на колени.
В Екатеринбурге группа ДДТ презентовала альбом «Прозрачный», собрав полный зал в «Телеклубе». На концерте прозвучали и главные хиты коллектива.
После одной из композиций Юрий Шевчук сделал паузу, а затем сказал: «Погибли люди, ужасно», — и снял фуражку с головы. Когда зазвучали аккорды его знаменитой песни «Ветер», созданной 20 лет назад, зрители опустились на колени, подняв руки с зажигалками или светящимися экранами телефонов.
«О прекрасная даль, поглотившая небо. Облака как к любимой прижались к земле», — пел Шевчук, и толпа почтила память погибших россиян.
После концерта фронтмен признался, что реакция зрителей Екатеринбурга его очень тронула.
31 октября произошла самая масштабная авиакатастрофа в истории России – над Синайским полуостровом потерпел крушение лайнер Airbus A321 компании «Когалымавиа», летевший из Шарм-эль-Шейха в Санкт-Петербург. Погибли 217 пассажиров и семь членов экипажа.Премьер-министр России Дмитрий Медведев признал «вероятной причиной» авиакатастрофы теракт.
Лидер «ДДТ» Юрий Шевчук известен своими громкими, подчас скандальными высказываниями. И в этот раз он снова обратил на себя внимание. Дело в том, что…

1 ноября в Ледовом дворце в Череповце (Вологодская область) должен был состояться концерт «ДДТ». В последний момент, уже находясь в дороге, музыканты приняли решение перенести его, ведь концерт пришёлся на день траура. Вот что говорит об этом сам Шевчук: «Когда уже выехали в Череповец всей группой, узнали об этой трагедии. В катастрофе погибли наши соотечественники, дети среди них были, поэтому мы решили перенести концерт. День траура, поэтому не думаю, что мы смогли бы спеть, сыграть, как положено. Так что концерт мы перенесли на понедельник на 19.30. Немного попозже он начнется, поскольку это рабочий день. Я знаю, что люди едут из Вологды сюда, но, как бы это ни было тяжело, это важно было сделать. Мы приносим свои соболезнования семьям, друзьям погибших.»
Очень правильный поступок. И очень достойный. Особенно по сравнению с теми, кто 1 ноября не стал отменять свои концерты и закрывать ночные клубы и прочие увеселительные заведения. Это тот момент, когда стоит забыть о своих политических взглядах и немного побыть человеком.
Шевчук это понял.

Источник: davydov-index.livejournal

Торрент-пираты блокированы навсегда

Мосгорсуд заблокировал доступ к 13 сайтам, содержащим нелегально распространяемый видеоконтент. Об этом «Газете.Ru» сообщили в пресс-службе суда. В числе подвергшихся блокировке сайтов оказались известные торрент-трекеры rutor.org и kinozal.tv. Впервые в России доступ к ним перекрыт «на постоянной основе».
В роли истца выступила основанная режиссером и продюсером Тимуром Бекмамбетовым производственная компания «Базелевс дистрибьюшн». Изначально по иску проходило 14 ответчиков, но один из ресурсов в итоге сумел избежать блокировки.
На судебное заседание не явились представители ни одной из сторон, так что в зале присутствовал лишь представитель Роскомнадзора.
Помимо rutor.org и kinozal.tv под блокировку попали wood-film.ru, tushkan.net, dream-film.net, bobfilm.net, kinokubik.com, kinobolt.ru, torrentor.net, seedoff.net, tv.serial-online.net и еще несколько пиратских ресурсов.
Больше всего шансов избежать блокировки было у Kinozal.tv, который в июне 2015 года предоставил Роскомнадзору прямой доступ к своим системам.
«Вечная» блокировка грозит еще одному крупнейшему в России торрент-трекеру — RuTracker. Соответствующее требование уже передали в Мосгорсуд различные музыкальные компании. Глава Национальной федерации музыкальной индустрии (НФМИ) Леонид Агронов тогда отметил, что рассмотрение дела может занять пару месяцев.
И несмотря на последующее заявление пресс-секретаря Роскомнадзора Вадима Ампелонского о том, что правообладатели встретились с представителями RuTracker и могут отозвать свой иск, судьба Kinozal показывает, что шансы избежать блокировки у торрент-трекера невелики.
По словам главы думского комитета по информационной политике Леонида Левина, блокировки являются наиболее эффективным способом борьбы с распространением нелегального контента.
В июне он заявил, что с начала действия Антипиратского закона легальный рынок видеосервисов за год вырос на 58%, а количество потребителей легального контента увеличилось на 50%. «Большинство людей начинают привыкать, что если они хотят посмотреть в сети какой-то ролик, то находят легальные площадки», — подчеркнул он.
Помимо блокировок, пиратские ресурсы планируется лишить рекламных доходов. Так, в среду 14 октября правообладатели, рекламные агентства и ассоциации интернет-индустрии договорились о начале совместной работы в данной области. Об этом «Газете.Ru» рассказал источник, близкий к разработке мер по борьбе с пиратством.
По его словам, рекламщикам был передан список из 5 тыс. сайтов, где, по мнению правообладателей, размещается пиратский контент.
Ранее с похожей инициативой выступал и замминистра связи Алексей Волин, пообещавший предоставить список компаний, размещающих свою рекламу на пиратских сайтах. Таким образом, по его мнению, можно было сыграть на имидже брендов, показав их в негативном свете как пособников пиратства. Это, в свою очередь, заставило бы их уйти с ресурса и перекрыть поток финансирования.
Предпринятые меры Мосгорсуда по блокировке ресурсов положительно оценил глава ассоциации «Интернет-видео» Алексей Бырдин.
«На данный момент вечная блокировка сайтов — самый доступный и эффективный метод борьбы правообладателей с пиратством. Есть более эффективные методы, но они на данный момент недоступны. Существенный вклад в борьбу, например, внес бы запрет индексации пиратских ресурсов в поисковиках.
На мой взгляд, конечно, наличие бесплатной альтернативы (нелегальной) является фактором, сдерживающим развитие легальных сервисов.
В сферах, где нет пиратского контента (Smart TV, например), пользователи активно покупают легальное. То есть, российские пользователи готовы платить за контент», — рассказал «Газете.Ru» Бырдин.
Противоположной точки зрения, однако, придерживается главный аналитик Российской ассоциации электронных коммуникаций Карен Казарян.
«Определенно, блокировка не поможет в борьбе с пиратством. За прошедшие пару лет пользователи неплохо научились обходить запреты, а на каждый блокированный пиратский ресурс появляется два новых. Все методы обхода на сегодня широко известны и доступны для тех, конечно, кому это надо. Что касается попыток таким образом популяризировать легальный контент, то мне не довелось увидеть ни одного исследования, которое бы говорило о том, что блокировка позитивно влияет на популярность легального контента», — рассказал эксперт «Газете.Ru».
По мнению Казаряна, единственный способ борьбы — предлагать доступные ресурсы с вменяемыми ценами и своевременно появляющимся контентом.
В таком случае «пиратить» останутся только те, кто и так бы ничего не купил, или те, кто скачивает с торрентов такой контент, которого нет в легальном доступе.
И если с легальной музыкой и сериалами дела в России обстоят уже лучше, то с фильмами ситуация пока не столь радужна. Не решена проблема релизных окон, а легальные киноплощадки зачастую уступают в качестве пиратским.
«Как бы то ни было, мы всегда выступали против блокировок. Подобные действия ведут к возникновению ошибок и нарушению связанности сети. Это угрожает уже и легальным ресурсам. В перспективе недалекой блокировки могут привести к серьезным проблемам. Наша позиция в том, что необходимо создать вменяемы правила, которые не нарушат работу сети, и для такой работы нужны знающие люди», — рассказал аналитик РАЭК.

Газета.Ru

От народного артиста до лицедея один шаг

Филипп Киркоров и Николай Басков отработали деньги правительства Молдавии, выступив на уличном концерте в Кишиневе. С помощью этих двух народных артистов России антироссийское правительство Молдавии пыталось отвлечь народ от участия в митингах. Но отвлекающий маневр не удался. Зато «народные артисты» Басков и Киркоров показали свое истинное лицо.
Уже давно опровергнута старая максима «Художник должен быть голодным». В наше время упорно опровергается мысль о том, что народный художник может оказаться не со своим народом. Сытножирующий «народный» артист — это прежде всего лицедей и не кто не волен его принуждать. Но тогда согласимся, что такие псевдо-народные нам вовсе не нужны и пусть катятся к чертовой бабушке.
Лишение звания народного артиста России Андрея Макаревича — вопрос формальный. Этот певец сам себя лишил этого звания. Мы не об этом. По разным причинам к числу подобных ренегатов примыкают и прочая шатия-братия, легкомысленно носящая почетное звание «народного».
Это звание уже мало кого волнует, когда на счету появляются многозначные суммы, где большое значение имеет количество нулей после любой цифры.

На такую уду сели две сладкоголосые и крупнозадые птички нашей эстрады — Филипп Киркоров и Николай Басков. Они отработали деньги правительства Молдавии, выступив на уличном концерте в столице этого государства. Пока на соседних улицах народ требовал отставки кишиневских властей и сопротивлялся полицейскому произволу, антироссийское правительство Молдавии всеми правдами и неправдами пыталось отвлечь людей от митинга. С этой целью опустили двух народных артистов России.
Неважно, за какую сумму их зазвали на аналог молдавского майдана. Пусть сами считают свои иудины грошики. Обоих народных артистов России использовали по-черному, но они не обижаются.
Спросите «натурального блондина» Колю, не рвет ли он где-нибудь на своем рыхлом тельце светлые волоса, что его поманили пальчиком лишь после того, как принять участие в концерте отказались Дима Билан и Вера Брежнева?
Понятно, что красавица Вера «знает пароль и видит ориентир», но как мог дать маху «и молодой, и заводной» Николай! И ведь уже никак не скажешь, что он «на всю страну такой один».
На предложение первого вице-председателя правительства Молдовы, олигарха Владимира Плахотнюка, которого требовали посадить манифестанты, разинул роток Киркоров. Вроде бы не просто Филя, но оказался простофилей и опростоволосился. Накануне его помощница объясняла об отказе певца выступать в политически расколотой стране. Будто бы «народного артиста России» должны волновать какие-то политические дрязги? Этот воздухолет выше политики, морали, народа, общества, страны.

Примерно за час до начала протестного мероприятия в городе, сообщали местные СМИ, стартовал бесплатный концерт под открытым небом, который непримиримые противники России — правительство Молдавии, организовали под брендом молдавского мобильного оператора Unite.
Народным артистам России наплевать на такие «мелочи». Преходящи все сильные мира сего, но Его Величество Золотой Телец — вот настоящий идол наших доморощенных кумиров. Деньги не пахнут! Зато зловоние разит от таких сотворенных кумиров!
«Я не видел там ни одного лозунга или демонстранта, — оправдывался позже бывший муж Пугачевой, ссылаясь на какой-то там контракт с молдавской стороной, которые, по его словам, «презентовали бесплатный «пожизненный» личный номер и телефон».
Даже Ленин попытался отгородиться от Парвуса и германского золота, выданного в расчете на революцию в России. Аполитичный поп-король гордится молдавским номером своего гаджета. А ведь прекрасно знал на что шел. Вслушайтесь в лепет про участие Киркорова в концерте с его слов: «не в центре города, где шли митинги, а на территории павильонов MoldExpo». За кого вы, Киркоров, за «красных» или «белых», за «зеленых» или за «голубых»? Шоу продолжается, хотя клоуны уже осточертели.
В соцсетях обсуждают песенное творчество Фили и Коли. В противовес Газманову и Кобзону, эта парочка не поет про любовь к России. Для непонятливых еще раз повторяем, дело не в том, что и в каком месте пели какие-то певцы или артисты. Они даны нам для того, чтобы потешить нашу плоть. И свою — заодно.
Необходимо только соответствие своему званию «народный артист России», а там, хоть трава не расти. Невозможно считать народным деятеля, который выступает против народа.
Все, наверное, слышали расхожую фразу: «Сегодня он изменяет жене, а завтра изменит родине». На самом деле это пустили вход люди, давно не верившие ни в сон ни в чох. Преданы забвению не только святые и святыни, но и сама Отчизна.
«Звезды» не думают о политике, можно ли поверить их оправданиям? Незнание законов не избавляет от ответственности. Даже детей малых. Представители оригинального жанра не обязаны следить за политическим климатом. Просто хочется знать, если где-то объявят тайфун, цунами или, на худой конец, землетрясение — поедут ли туда вот такие наспех сделанные «народные», в соответствии со своим контрактом?

Игорь Буккер

http://www.pravda.ru/

О кризисе, фашизме и возвращении в СССР: интервью режиссера Карена Шахназарова

Культовый советский и российский кинорежиссёр, сценарист, продюсер, глава киноконцерна «Мосфильм», заслуженный деятель искусств РФ Карен Шахназаровв в интервью EADaily рассуждает о политическом кризисе, фашизме, как элементе западноевропейской цивилизации и «ручном управлении» в России.

Карен Георгиевич, самые острые темы сегодня — экономический кризис и политическое противостояние с Западом. Оказывает ли это какое-то влияние на российское кино и как выживает возглавляемый вами «Мосфильм»?
— Что касается «Мосфильма», то кризис, несомненно, ощущаем. Есть очевидное падение производства. В деятельности концерна 70% связано с телевидением — а телевидение сейчас просело существенно… Хотя «Мосфильм» и ФГУП, но не получает дотаций от государства. Мы диверсифицировали деятельность, развиваем разные направления. На кризис смотрим с беспокойством, но имеем свой запас прочности. Если не произойдет ничего кардинального — не знаю, банки не закроются — то даже в сложные времена «Мосфильм» 2 или 3 года будет нормально существовать.
Что же касается российского кино… Российское кино сегодня очень слабое. Оно и до кризиса таким было. Представляете, Россия производит 70 фильмов в год! Это трудно назвать кинематографией. Франция — 400 фильмов, в Швеции на 9 миллионов населения — 40 фильмов. Нашим картинам трудно и в прокат попасть, и на телевидение. Российское кино давно не оказывает никакого реального влияния на общество. В мире большинство даже не знает, что в России вообще есть кино, оно не выходит на широкую аудиторию.

Почему?
— Потому что неправильно организовано. В 90-е киноиндустрия была разрушена, потом восстановилась, появилась возможность снимать. Но развитием должно заниматься государство, как было в советское время. Советское кино было мощным, его знали во всем мире, у нас были даже свои кинотеатры на западе — на Елисейских полях, например. Советы вообще придавали кино большое значение. Сейчас все с сарказмом вспоминают слова Ленина о важнейшем из искусств, но Ленин действительно это понимал. Советский Союз занимался и производством, и продвижением своего кино на Запад, да и внутри страны тогда высшие партийные чины смотрели советские ленты. У нас такая страна, где роль государства имеет огромное значение. Мы по-другому не сможем жить. Это связано с историей страны, с географией, с климатом. У нас только если государство чем-то всерьез занимается — это работает. А нет — тогда не работает.

«Ручное управление»…
— Мой жизненный опыт подсказывает, что да. Мы не бестолковые, российский народ очень талантлив. Но такова природа страны. Америка развивалась по-другому, она делалась эмигрантами, она формировалась снизу. Но там и климат другой, и география другая, никогда не было серьезной опасности извне. С одной стороны -Тихий океан, с другой — Атлантический. С одной стороны — Канада, с другой — Мексика. Нам же всегда приходилось иметь дело с внешней угрозой. Только XX век — история бесконечных войн. Естественно, что в таких условиях государство начинает играть очень серьезную роль, и здесь есть и плюсы, и минусы. К минусам относится, например, бюрократия — она глупая, но она нужна. Убери бюрократию — все начнет разваливаться. В 91-м году развалился СССР, когда убрали компартию. А она, оказывается, как стержень, держала всю страну.

А что держит сейчас?
— Сейчас строится система очень близкая той, что была в советское время. Например, сейчас
администрация президента играет очень серьезную роль, фактически это аналог ЦК партии. В СССР были партийные органы, которые контролировали работу исполнительных. Сейчас вырисовывается такая же схема. У нас не сделаешь как, например, в Голландии — нельзя такой страной управлять по голландским принципам! Государство огромное — вот подумал некий губернатор на Дальнем Востоке о суверенитете, у него же территория — с пол Европы. И возникают такие мысли, и страну поэтому надо держать. Я до сих пор считаю, что одно из самых гениальных решений Путина было назначать губернаторов. Другой вопрос, что должен быть еще и какой-то контроль снизу. Но основные решения в России должны приходить сверху. Жестко. Да, есть проблема у этой системы, есть слишком сильная централизация власти, обязательно наличие сильного лидера, и да — «ручное управление», от лидера зависит все. А что если на чем-то попадется? И тогда — что же дальше? Да, есть минусы в таком устройстве страны.

Вы говорили об идеологии, которая в СССР выступала цементирующим началом. Если проводить аналогию с советским временем, какая основополагающая идея возможна сегодня?
— Мощная идея, которая была в СССР, позволила провести модернизацию страны, всех входящих в нее республик, что и было, на мой взгляд, единственным смыслом существования Союза.
Благодаря Советскому Союзу у республик появилась государственность, Союз оказал влияние на модернизацию всего евразийского пространства. А на поверхности была коммунистическая идея — создания некоего справедливого мира. Очень благородная, но насколько осуществима — никто не знает. Сама по себе идея сработала — люди совершали трудовые, ратные подвиги. Что сейчас? Запад придумал демократию, но эта идея гораздо слабее коммунистической, она слишком приземленная и практичная, а коммунистическая была абстрактной. Настоящая идея и должна быть абстрактной и подразумевать наличие чуда — как религия.
Сейчас можно говорить об идее объединения перед лицом внешнего врага. Если конфликт с Украиной будет усиливаться, она может сработать. Пока конфликт не дошел до жесткой стадии, все надеются, что обойдется. Люди всегда оттягивают момент, когда нужно принимать решения, особенно, когда решения жесткие и требуют жертв. В том числе, жертв экономических. Я не говорю о количестве трупов, может, до войны не дойдет. А может, и дойдет.
Вообще такое состояние во взаимоотношениях России и Украины — не новость, оно тянется еще со средних веков. Украина — пограничная территория, влияние Запада всегда здесь было очень
сильно, равно как и России. Украина, видимо, по природе своей такая — не знает, куда припасть. На сегодня страна находится на новом этапе — в иллюзии припадания к западному миру. Власть взяла группировка с прозападной идеологией, кроме того, заправляют местные олигархи, которые обоснованно опасаются российских. Поэтому Украину, может, и уводят в западном направлении, только национальные интересы страны не имеют к этому никакого отношения. Есть иллюзия, что Запад разрешит им иметь то, что они имеют, хотя Запад может отобрать все гораздо быстрее, чем русские. Украинский народ всегда в сомнениях, всегда пытается выгадать. Для Украины очень сильны иждивенческие настроения. Надежда, что можно ничего не делать, чтобы само все решилось. Но им все-таки придется определяться.
Для нас то, что происходит — очень плохо, это бесконечно тлеющий очаг напряженности. Думаю, что Запад добился своих целей — во-первых, они контролируют большую часть Украины, во-вторых — создали очаг постоянного выматывания России. Думаю, сидит там кто-то в кабинетах и — не для прессы, а для своих — говорит: ну, все нормально, у нас получилось.

Думаете, эта стадия продлится долго?
— Думаю, постараются это тление поддерживать. Есть мнение, что перейдут к войне. Но мне кажется, что Западу более выгодна такая стадия, изматывающая. Киевская власть сегодня — вполне управляемая, сюрпризов не преподносит. Другой вопрос, что рано или поздно Украина может не выдержать и рухнуть, экономически, я имею в виду. И тогда начнется новый виток гражданских противостояний. Но пока ее поддерживают на том уровне, чтобы она могла хоть как-то существовать.

За те полтора года, минувших после госпереворота на Украине, эскалация конфликта привела к повышению уровня агрессии в обществе. Сообщения СМИ изобилуют фактами проявления жестокости, которые наводят на ассоциации со Второй мировой войной. Новое звучание приобретает ваш фильм «Белый тигр», в котором говорится, что фашизм практически неистребим…
— Сама по себе идея фашизма — превосходства одной нации над другими — очень мощная, наивно думать, что с ней покончено. В Западной Европе она открыто присутствовала со времен Гегеля, не Гитлер ее придумал. Идея фашизма живуча — мы видим, что сейчас происходит на Украине, очень много схожих симптомов. Тема превосходства одной нации, одной цивилизации над другими по-прежнему присутствует. Только называется по-иному. Это болезнь западноевропейской цивилизации. Мы видим это и в рассуждениях об исключительности американского народа и американского образа жизни. Другой вопрос, что эта концепция не имеет кровожадных форм. Но все зависит от контекста. Наводнят эмигранты Западную Европу, допускаю, что могут подняться весьма радикальные силы. Казалось, что в 1945 году такие идеи были загнаны далеко вглубь, но проходит время — и они поднимаются. Трудно сказать, можно ли это изменить. Кто или что может это сделать? Искусство точно не способно это сделать — несколько наивно думать, что красота спасет мир. Фашизм в свое время осуждали многие деятели искусств, но в массе на сознание это не повлияло. Разве что, может быть, на отдельных людей.

Вы не задумывались над созданием фильма на острополитические темы?
— Я свое снял, были «Сны» и «Город Зеро». В них сказал, что хотел. Картина «Город Зеро» была снята 20 лет назад, и она по-прежнему показывает политическую жизнь страны. Всегда были и будут прозападные силы и силы патриотические, славянофилы. Время от времени в России набирают вес то те, то другие. Но у россиян есть глубокое чувство государственности, хотя народ очень безалаберный. Всегда есть люди, которые без пропаганды готовы жертвовать собой ради интересов страны. Их немного, но ведь и жизнь определяют не «многие». Это они спасали страну в 90-е, когда все разваливалось. Наличие таких людей в России — залог того, что страна рано или поздно выпутается из самых сложных ситуаций.

И завершающий вопрос от моих коллег из Еревана. Вы называете себя русским режиссером, но у вас еще и армянские корни. Как в вашем творчестве проявляются элементы армянской
культуры?
— Сложный вопрос. Моя мама была русская, а отец — карабахский армянин из Баку, из очень древнего рода. Я читал, что наш род, мои предки по отцу, Шахназаровы, основали Арцах, карабахское государство. Для меня эта часть истории очень важна, я никогда не отказывался от армянской составляющей. Но все-таки я русский режиссер. Я всегда работал в русле русской, советской культуры, поэтому специфического армянского акцента — как, например, в творчестве Арама Ильича Хачатуряна — у меня нет. Я воспитан русской культурой и называю себя русским режиссером с армянскими корнями.

eadaily.com/news/

Как создавался фильм «Афоня»

Вот что рассказал о съемках фильма режиссер Данелия: «Началось с того, что в Госкино мне дали почитать сценарий Александра Бородянского: «Про Борщова, слесаря-сантехника ЖЭКа № 2». Сюжет был жесткий, с печальным концом. Сценарий мне понравился. Я встретился с Бородянским, мы поговорили, поняли, что понимаем друг друга, и сели работать. Работали мы несколько месяцев, а в итоге чуть-чуть изменилась интонация, кое-где сместились акценты, и появилось новое название – «Афоня». А сюжет, в принципе, остался таким, каким и был. На Афоню у нас было три кандидатуры – польский актер Даниил Ольбрыхский, Владимир Высоцкий и Леонид Куравлев. Три замечательных разных актера. Три разных фильма. Остановились на Куравлеве. И не ошиблись! Есть в Куравлеве какой-то секрет. Афоне в его исполнении прощают то, чего никогда бы не простили ни Афоне Ольбрыхского, ни Афоне Высоцкого. А этого мы и добивались. Нам хотелось, чтобы зрители в конце фильма не возненавидели нашего Афоню, а пожалели. На роль Кати ассистент по актерам Леночка Судакова привела юную студентку театрального училища имени Щукина Женю Симонову. Женя мне понравилась, и я утвердил ее без проб. Но тут выяснилось, что она уже подписала договор с другой картиной. Там у нее главная роль, и все лето она будет сниматься где-то в Башкирии. Стали искать другую Катю. Приводили немало способных молодых актрис – хорошеньких и славных, но все не то. И я понял, что никого, кроме Жени Симоновой, в этой роли не вижу. – И что в ней особенного, в этой Симоновой, что ты так за нее держишься? – спросил меня директор картины Александр Ефремович Яблочкин. – Что в ней особенного, не могу объяснить, – сознался я, – но она в фильме будет луч света в темном царстве. Тогда он сказал:
– Будет тебе твоя Катя. И действительно. Яблочкин полетел в Башкирию и привез оттуда Женю и ее маму в Ярославль. (Этот фильм мы снимали в Ярославле.) А на следующий же день из Башкирии от директора той группы пришла истеричная, гневная телеграмма! Раздались не менее истеричные, гневные звонки со студии Горького и из Госкино. Выяснилось, что актрису с мамой наш директор просто-напросто похитил, чуть ли не тем же способом, что и герои Гайдая в фильме «Кавказская пленница». И только оставил записку: «Не волнуйтесь, через три дня будем. Ваш Яблочкин». А мне он сказал:
– Кровь из носа, но ты ее должен снять за три дня. Иначе сорвем съемки на той картине! Яблочкин был матерый киношник и понимал, что нельзя, но все-таки можно, а что – никак нельзя. И мы снимали Женю днем и ночью, в буквальном смысле этих слов. (Иногда ей удавалось немного поспать на заднем сиденье машины, пока ставили свет или переезжали с объекта на объект.) А так она была все время с нами на съемочной площадке. Штукатура Колю сыграл Евгений Леонов. В противовес разгильдяю Афоне Коля считался у нас фигурой положительной: он аккуратный, здраво рассуждает, интересуется международной политикой и мечтает о всеобщей коммуникабельности. А Леонов своего героя не уважал, говорил, что Коля — эгоист еще хуже, чем Афоня. И все время ворчал, что этот штукатур у него получается плоский, как блин. И только когда сняли сцену «уход Коли домой», он успокоился. В этой сцене Коля, который помирился с женой, уходя от Афони, оставляет ему листок со своим телефоном. На репетиции Леонов вынул из кармана бумажку с телефоном, и из нее на стол случайно выпало несколько монет. Он убрал монетки и записку в карман и сказал:
– Смотри. Он снова достал бумажку из кармана, из нее снова высыпались монетки. Он снова аккуратно их собрал и положил в карман. – Понял? – спросил он меня.
– Что?
– Какой говнюк твой штукатур! Две недели прожил у человека, пил, ел, а самому жалко три гроша оставить! Женя всегда искал в своих героях отрицательные черты – считал, что так образ объемнее. Зрители полюбили светлую и наивную Катю (не зря старались!), рассудительного Колю и даже разгильдяя Афоню, но самое большое количество аплодисментов на встречах в кинотеатрах срывал алкоголик, мерзавец и законченный подлец Федул, которого в нашем фильме великолепно сыграл Борислав Брондуков. (Реплика Федула: «Гони рубль, родственник!» – стала визитной карточкой фильма.) В костюме и гриме Боря был настолько органичным, что когда во время съемок в ресторане (ресторан мы снимали ночью в Москве) он вышел на улицу покурить, швейцар ни за что не хотел пускать его обратно. Брондуков объяснял, что он актер, что без него съемки сорвутся, – швейцар не верил. Говорил: много вас тут таких артистов! Брондуков настаивал. Швейцар пригрозил, что вызовет милицию. И вызвал бы, но тут на улицу выглянула моя помощница Рита Рассказова. – Борислав Николаевич, вы здесь?! – обрадовалась она. – А там паника: куда актер делся?!
– Неужели он и вправду артист? Надо же! – удивился швейцар. Танцы договорились снимать ночью, в зале клуба имени Крупской в Текстильщиках. Я попросил, чтобы были современные музыканты. Привели группу, главный – курчавый лохматый парень. Худющий. Одеты небрежно, держатся независимо. Спросили, сколько заплатим, и сказали, что сыграют. Оказалось, что мы пригласили сниматься самые популярные и самые запрещенные в те времена группы. Первая группа была «Машина времени» Макаревича, а вторая – «Аракс» Шахназарова.
Теперь я очень горжусь, что «Машина времени» дебютировала в фильме «Афоня». Актрисе сделали грудьиз манной каши. На девушку с бюстом Леночка Судакова привела актрису Татьяну Распутину. Очень хорошая артистка, но с нормальным бюстом. А нам хотелось, чтобы бюст был внушительный. Кто-то из съемочной группы, тот, кто жил рядом, сбегал домой и принес манную крупу. Ею и наполнили бюстгальтер. Пуговицы тяжести манки не выдержали, и пришлось лифчик связать на спине узлом. (На экране это видно.) Однако грудь так «заиграла» в прозрачной блузке, что потом критики искренне восхищались этой художественной деталью…
По последнему варианту сценария в финале Афоня покупает в провинциальном аэропорту билет на первый попавшийся рейс и валяется на летном поле в ожидании самолета. К нему подходит милиционер и просит предъявить документы. Афоня сует ему паспорт. На фотографии в паспорте молодой парнишка, с кудрями и беззаботной улыбкой, а в действительности перед милиционером унылый мужчина с абсолютно пустыми глазами. На этом фильм и заканчивался. Такой мрачный финал мне с самого начала не нравился. И мы с Бородянским еще в процессе работы над режиссерским сценарием написали вариант, в котором Афоня и Катя в конце фильма встречались. Но поняли – такая концовка нарушает логику повествования, это банальный хеппи-энд. И оставили все как было. И все-таки финал я переделал. Когда Женя Симонова прилетела в Ярославль и мы начали ее снимать, Катя получалась такой чистой, нежной и трогательной, что мне очень захотелось, чтобы она обязательно появилась в конце фильма. И мы решили снять так: Афоня в аэропорту лежит на траве и ждет самолет. К нему подходит Катя и говорит, как всегда:
– Афанасий, мне кто-то позвонил, я подумала, что это вы. Афоня открывает глаза – никакой Кати нет. Над ним стоит милиционер и требует документы. (Катя ему привиделась.) В последний съемочный день Жени – третий – работали очень интенсивно, снимали по одному дублю, чтобы успеть снять незапланированный «сон». И к концу дня приехали в аэропорт. Начали снимать подход Кати. Первый дубль сняли рапидом – Катя идет медленно, словно плывет. Не то! Сняли вариант – идет с цветочком. Не то! Сняли: она идет, волосы развеваются, платочек. Не то! И я понял, что дело не в том, как Катя идет по полю, с цветочком или еще как. А в том, что мне очень хочется, чтобы Катя появилась реально. И вот уже тридцать лет в конце фильма, когда Афоня идет к самолету, его кто-то окликает. Он оглядывается, а там стоит Катя и говорит:
– Афанасий, мне кто-то позвонил, я подумала, что это вы! А умные люди написали в рецензиях, что фильм мог бы быть не таким примитивным, если бы не финал. Появление Кати на летном поле – банальный хеппи-энд…» Между прочим. «В Ярославле снимали вид из окна к сцене «Афоня просыпается в комнате Кати». Снимать надо было в пять утра. (Утренний режим — солнце еще не взошло, но уже светает.) По задумке там, за окном, должны были возвращаться со свадьбы молодожены. Но в половине пятого выяснилось, что свадебное платье невесты забыли в Москве. Я уже хотел снимать просто пейзаж, но тут оператор Сергей Вронский показал мне на лошадь, которая тащила телегу с бочкой… — Пусть эта телега проедет, — сказал он. Сняли лошадь.
Первой на этот кадр обратила внимание жена художника Левана Шенгелия Рита. — Как ты это потрясающе придумал, — сказала она мне после просмотра на «Мосфильме». — Как это точно! — Что точно? — осторожно спросил я. — Лошадь! Он делает предложение — а потом лошадь. Вот и Катя, как эта несчастная лошадь, будет тащить груз омерзительного, пьяного хамства и нищеты всю жизнь! Ведь так? Я скромно кивнул…» Некоторые цитаты: — Отсутствие жалоб со стороны населения — лучшая награда за наш труд! До свидания! — А ты кто такой? — Я?.. Родственник! Дальний… — Чувствуйте себя как дома, да не забывайте, что в гостях! — Вот так вот, Катюша… Все производство, общественные нагрузки, самообразование… Никакой личной жизни! — И когда только ты, Борщов, всё успеваешь — и в фонтаны нырять, и на танцах драться?..
— Что-то я расхворался… Пойду лягу, прессу почитаю… — Гони рубль, родственник! Мне Афоня рубль должен был! — Не люблю я таких людей!.. Непунктуальных!.. — Посидим, чайку попьём, радио послушаем — программу для тех, кто не спит. — Ну, полкапли, полкапли… для запаха.

«Я, если хотите, энергетический спрут»

Бондарчук рассказал о российском кинопрокате и работе в Голливуде

Федор Бондарчук рассказал «Газете.Ru» о влиянии кризиса на русское кино, международном успехе «Сталинграда», съемках «Одиссея» и влиянии кризиса на киноотрасль.
Едва ли есть в российском кино человек, делающий больше, чем Федор Бондарчук? Глава питерского «Ленфильма», московского «Главкино» и собственной компании Art Pictures продолжает сниматься, продюсировать и снимать — как в России, так и за рубежом. На завершившемся в Петербурге Международном культурном форуме он руководил секцией «Кино». Бондарчук рассказал «Газете.Ru» о своих впечатлениях от работы в Голливуде над экранизацией «Одиссея» по Гомеру, международном прокате «Сталинграда», а также о том, почему Петербургу необходима Синематека, стоит ли квотировать отечественное кино и утверждать единый график релизов российских фильмов.
— На форуме вы вели открытые слушания, посвященные петербургской Синематеке. Зачем она лично вам?
— На общественных слушаниях прозвучало хорошее выражение — «места силы». Для кинематографистов такими местами были творческие объединения — такие были у Андрея Тарковского, Романа Балаяна, Никиты Михалкова, других знаковых мастеров. В Москве нет синематеки, но места силы есть — на «Стрелке», в мастерской Сергея Соловьева во ВГИКе, в Московской школе нового кино. Петербургу они тоже необходимы. Для того чтобы молодые люди приходили в кино, нужен не только журнал «Сеанс» (который появился на «Ленфильме» в 1989 году и сейчас является мозговым центром проекта «Синематеки»), но и место, куда можно прийти, получить знания и обменяться опытом.
Зачем это мне?
Во-первых, возникает очевидная синергия и коммуникация с «Ленфильмом», что для меня очень важно. Во-вторых, я всегда пытался окружить себя молодыми деятельными и неординарными людьми.
Я, если хотите, энергетический спрут, и этого не скрываю, мне нужно, чтобы вокруг меня было творческое бурление.
Сейчас, я надеюсь, последние противоречия снимаются: у города, у питерского Союза кинематографистов уже есть понимание, что Синематеку надо организовать.
— В Москве — я имею в виду у федерального Минкульта, мне кажется, такого понимания нет. Музей кино лишился президента Наума Клеймана, значительной части команды, его коллекцию собираются то ли перевозить черт-те куда — то ли в 36-й павильон ВДНХ, то ли передать в Госфильмофонд. Почему в Петербурге дела идут лучше, тут легче договориться с властями?
— Важно не путать федеральный Музей кино и региональную Синематеку. Надеюсь, что Минкультуры осознает необходимость существования большого музея. Но для такого музея с его редчайшими фондами, киноколлекцией нужно большое по площади помещение. Сам Наум Ихильевич Клейман еще полтора года назад говорил, что музею нужно где-то 15 тыс. квадратных метров. Не думаю, что павильон на ВДНХ сможет решить проблему глобально. На ВДНХ, скорее, стоит разместить московскую синематеку. И отдельно заняться решением проблемы федерального музея.
— Но я вижу, что питерские власти идут вам навстречу.
— Мне кажется, что в Питере такие инициативы реализовать легче еще в силу, как ни странно, ситуации с недвижимостью. Здесь просто больше зданий, которые находятся в распоряжении города. В Москве нашлись более важные задачи, дела, претенденты на здание в центре города. (Усмехается.) И еще: Москва, я думаю, здесь абсолютно ни при чем. Решением проблемы Музея кино должны заниматься не московские, а федеральные власти. Я предлагал Музею кино для размещения коллекции студию «Главкино» — к сожалению, мы слишком поздно подключились к этой ситуации.
Но, знаете, мне совсем не кажется, что вот лично Владимиру Мединскому кровь из носу надо было сделать плохо Музею кино.
— Тогда давайте поговорим о другой инициативе Минкульта в области кино — едином графике релизов «национальных фильмов», то есть снятых при поддержке государства. Кинопрокатчики от этого предложения в ужасе. У вас как у производителя кино какое к этому отношение?
— Насколько я понял из встреч с Владимиром Мединским на Культурном форуме, он сам разъяснил и смягчил это предложение. И огромное количество продюсеров и дистрибьюторов выдохнуло с облегчением. С другой же стороны, для русского кино, увы, необходимо «раздвигать» места и даты.
В 2014 году 82–83% репертуара — американские релизы и где-то 1% — европейское кино, конкурировать с ними в одни даты сложно. Нужно понимать: на русское кино никто и никогда не обращал внимания, подчеркиваю, никто и никогда. После разговоров, встреч, утомительных дискуссий наконец была осознана важность самой проблемы. Приведу первый пример: на последнем кинорынке в Москве мы представляли семь новых картин нашей студии. Две из них, «Батальон», сделанный совместно с Игорем Угольниковым проект, и «Духлесс 2», представляли русские дивизионы американских дистрибуционных компаний.
Так вот, я абсолютно четко вижу приоритеты этих компаний по отношению к русским фильмам в своем пакете! Это важно понимать!
Второй: на фоне фантастического давления американской продукции имеет же еще место контрпрограммирование со стороны российских кинопроизводителей, которые и между собой-то не могут договориться, и насмерть бьются за место под солнцем. Это тоже можно и нужно упорядочить.
— Ну тогда, может быть, и квоты ввести? Депутаты давно предлагают.
— Стоп. У нас квот нет. У нас нет китайской модели (в Китае в прокат выпускается около 40 иностранных фильмов в год. — «Газета.Ru»), нет «черных периодов», когда в прокатном расписании вообще нет иностранных фильмов. Нет единой государственной кинодистрибуционной компании. Нет государственных киносетей.
У нас полностью открытый рынок; вы знаете, что мы со «Сталинградом» выходили в китайский прокат по американским квотам?
Квоты мы не можем вводить еще и потому, что у нас производится очень мало кино, картин-событий — одна-две в год.
У нас просто нет контента на тот процент квотирования, который предполагается. А именно фильмы-события и собирают в кино большую часть зрителей. По этой же причине можно спокойно сесть и расписать, чтобы эти картины не пересекались с большими американскими релизами. И поверьте, в случае с серьезной национальной премьерой можно и возможно договариваться и разойтись с большими американскими фильмами, не включая убийственный для кинотеатров режим квот.
Вообще, я считаю, что надо начинать вести диалог,
разговаривать между собой, между производителями, прокатчиками и государственными структурами, отвечающими за кино. И если впереди не самые легкие времена, то самое время наконец выработать единую стратегию движения.
— Давайте про нелегкие времена. Государство в лице Минкульта и Фонда кино стало практически единственным реальным инвестором в кино. Ваша компания Art Pictures — один из лидеров рынка. Как вам кажется, наступающий кризис отразится на вашей работе — и вообще на количестве денег в киноотрасли?
— Кризис, конечно, отразится на отрасли. Хотя бы потому, что стопроцентного финансирования ни Минкульт, ни Фонд кино не предоставляют, а значит, вкладывать оставшиеся деньги станет труднее. С другой стороны, надо, чтобы «несчастье помогло». Рубль дешевеет — и в кино мы можем видеть очень любопытные последствия этого.
Например, традиционно дешевая для съемок Белоруссия подорожала — потому что цены там привязаны к доллару. Зато вперед могут выдвинуться регионы.
Например, Калининград, где снимать финансово очень комфортно, — я только что закончил там картину, потратив всего миллион долларов. С другой стороны, мы очень дорогая страна, у нас очень дорогие ставки на технику и персонал, и всему миру известно, что снимать в России очень дорого. Иными словами, мы тут немного разбалованы деньгами.
— Сейчас все говорят о якутском «кинобуме». В Якутии снимают картины с малым бюджетом или вообще без оного.
— И слава богу! В Синематеке, я надеюсь, будут собираться молодые люди, которые будут любить кино больше, чем деньги. У меня была очень интересная встреча с Дарреном Аронофски (лауреат «Оскара», режиссер таких фильмов, как «Реквием по мечте», «Рестлер» и «Черный лебедь». — «Газета.Ru»). Я стал расспрашивать его про одну из самых ранних и странных картин — «Пи». И, в частности, спросил, как и за сколько он снял ее. Он назвал сумму в $40 тыс. Я не поверил своим ушам! Я недавно помогал молодому режиссеру с одной короткометражкой — она стоила €70 тыс.
— Хорошо, вернемся к национальному кино. У российского кинематографа есть «Левиафан» Андрея Звягинцева, который ездит по всем фестивалям и даже претендует на «Оскар». И есть «Сталинград» — в общем, главное национальное кино, с его рекордными сборами. Два отдельных эпизода, две истории успеха, которые не складываются в «систему успеха», которая явно существует в Голливуде. У вас на студии есть какие-то технологии «изготовления успехов»?
— Не будем питать иллюзий, такие успехи — штучный товар, что у нас, что за рубежом. Другое дело, что, когда такие победы, как «Левиафан» или «Сталинград», случаются, многие амбициозные молодые люди начинают подробно исследовать и пытаться воспользоваться этим опытом. Я вот прошел этот путь, все шишки собрал — теперь за мной легче идти. (Смеется.)
На самом деле секрет — образование, причем обоих родов. Самостоятельное — для этого нужны синематеки, хотя бы в городах-миллионниках для начала, и функционирующий Музей кино. И институциональное — для этого нужны киношколы. Должно происходить, во-первых, заражение кино — этому делу служил Музей кино, и теперь, будем надеяться, послужит Синематека. И должна быть школа — то есть место, где из людей заинтересованных и зараженных готовят профессионалов. У всех на «Ленфильме» были большие планы на кадры, которые готовит петербургский Университет кино и телевидения, но, честно скажу, эти надежды не оправдались и качество образования там плохое. Моя альма-матер ВГИК давно на пути хорошей трансформации, оттуда приходят толковые люди — и этому мы во многом обязаны непререкаемому авторитету ректора Владимира Малышева.
— Как воспринимали в международном прокате ваш «Сталинград»?
— Как русскую диковинку. Думаю, точно так их в свое время удивлял «Крадущийся тигр, затаившийся дракон». Они не могли себе представить, что у русского фильма будет такая… «картинка». Для них российское кино — это по-прежнему определенный набор устоявшихся представлений из истории кино: Эйзенштейн с Потемкинской лестницей, «Летят журавли», Тарковский с «Ностальгией».
— Вы сейчас начали работу над проектом «Одиссей» по Гомеру для Warner Bros. Насколько для вас разнятся ощущения от запуска в Голливуде по сравнению с теми картинами, которые вы делаете в России?
— Ну… это две разные планеты. Две по-разному работающие машины. Я попал в большой Голливуд, где все стоит каких-то немыслимых денег и все «несут себя» — от большого топ-менеджера до техника камеры. Все невероятно важно и невероятно дорого.
Общение с главой компании напоминает обряд инициации, своего рода восхождение к святая святых.
Тебя ведут по ступеням: сначала ты общаешься с креативным продюсером, потом с исполнительным, на каждой ступени подготовка, пока наконец тебя не приглашают к главе производства (все кабинеты первых лиц устроены как дома, то есть не как офис в привычном его понимании). И вот после этой «домашней» встречи ты, окрыленный, провожаемый взглядами настоящих статуэток «Оскар», идешь завоевывать вершины. И от постоянной концентрации, честно говоря, взрывается голова. И есть одно важнейшее условие, без которого они даже не начинают разговор с тобой, — это зрительский успех твоего фильма у себя на родине.

Алексей Крижевский

Хаит, Одесса, Украина

Валерий Хаит: Надеюсь, Одесса, как и вся Украина, сумеет стряхнуть с себя убогий и постыдный шлейф четырех «януковических» лет

Валерий Хаит – тот самый капитан той самой команды КВН «Одесские трубочисты», чемпиона сезона 1966–1967, над шутками которой смеялись до слез еще наши бабушки. Но шутки забываются, а чувство юмора, раз и навсегда подаренное природой, остается навсегда.
Именно поэтому Валерий Хаит шутит всю жизнь. Под его руководством обретала свою популярность команда джентльменов Одесского университета. Знаменитая «Юморина», ставшая «фишкой» Одессы, – это дело в том числе и его рук тоже. А еще – телепроект «Джентльмен-шоу», в котором он был самым главным автором, и юмористический журнал «Фонтан», в котором он до сих пор остается самым главным редактором, и Всемирный клуб одесситов, где он не самый главный, но второй после Жванецкого.
Кроме того, Валерий Хаит пишет очень смешные книги и на полном серьезе коллекционирует лучшие образцы остроумия прошлого и настоящего. Несколько лет назад в серии «Антология сатиры и юмора России ХХ века» был издан том «Одесский юмор», составленный Хаитом.
Благодаря его усилиям три года назад в Одессе появился памятник Исааку Бабелю, деньги на который собирали всем народом, – проект так и назывался: «Всенародный сбор средств».
Как и положено настоящему одесситу, Валерий Хаит влюблен в свой город, за судьбу которого переживает так же, как и за судьбу Украины. На своей странице в Facebook он выложил письмо, адресованное «друзьям-оппонентам» – «Страсти по Майдану».

«Я вдруг почувствовал, как мне нравится моя страна и как я горжусь быть ее гражданином. Да, я пишу этот текст на русском языке, но прекрасный этот язык, этот воздух, которым я дышал с детства, совсем не виновен в том, что на нем выражают свои убогие мысли в том числе и враги моей прекрасной свободолюбивой Родины – Украины…» – написал Валерий Хаит в одном из самых серьезных своих текстов.
Электронным «Фонтаном» нельзя обмахиваться и прихлопнуть муху, но для этого, согласитесь, есть другие печатные издания
– Валерий Исаакович, сегодня в аптеках антидепрессанты разбирают быстрее, чем горчичники. Время такое… Но в отличие от простуды, депрессию, наверное, можно лечить с помощью юмора. Что из смешных «лекарств» посоветуете?
– Читайте журнал «Фонтан»! Три раза в день. Хотя бы по фразе, или четверостишию. И обязательно рассказ перед сном. Очень помогает! Вот адрес: fontan-humor-odessa.com
– У «Фонтана» появилась электронная версия – он в некотором смысле вступил в новую жизнь. С чем это связано?
– 17 лет «Фонтан» был бумажным. За это время вышло 203 номера. Причем выходили мы точно раз в месяц. И, между прочим, этой точностью очень гордились. Но в последние полгода-год мы почувствовали, что «Фонтан» стали реже покупать. И подписчиков стало меньше. Причины понятные – война. К тому же, нам давно советовали: переходите в интернет. Мол, интернет сегодня «рулит», и основная масса читателей постепенно перемещается в сеть. Ну и, конечно, финансовые причины. У нас ведь журнал полноцветный, на хорошей бумаге (спасибо нашему многолетнему издателю – известному в Одессе бизнесмену и меценату Валерию Горелову), а печать очень дорогая. Электронный вариант позволяет уменьшить и затраты.
– У «живого», бумажного журнала с прекрасными иллюстрациями, пахнущего типографской краской, каким до сих пор его знали и любили читатели, есть душа. Электронный «Фонтан» не станет бездушным?
– Думаю, нет. Ведь все поначалу предполагали, что «цифра» убьет «букву». Но этого не случилось. Многие бумажные издания стали электронными, однако популярность не потеряли. Да, нам известно, что люди жалеют о бумажном «Фонтане». Как мы их понимаем! Но при этом уверены, что и электронный «Фонтан» имеет свои преимущества. Ну, во-первых, его никто из соседей не сможет вытащить из почтового ящика. Во-вторых, он со временем не загромоздит антресоли. Им, правда, нельзя обмахиваться и прихлопнуть муху, но для этого, согласитесь, есть другие печатные издания.
– За последний год в нашей жизни изменилось очень многое. Вряд ли в Украине найдутся люди, которые не пропустили бы эти перемены через себя. Ощущается ли это в произведениях ваших авторов?
– Многие авторы живут очень далеко и не совсем в курсе. Но наши, украинские, шлют иногда и, так сказать, животрепещущее. Вот, скажем, один из моих лучших авторов – дончанин Вячеслав Верховский: он уже несколько месяцев присылает мне разной формы тексты о том, что там происходит. Кстати, он последним из жителей своей многоэтажки покинул Донецк. Теперь живет с семьей в Бердянске. Не дай Бог, придется еще и оттуда уезжать…
Вот несколько его миниатюр, так сказать, с места событий:
* * *
Донецк. Район Пожарной площади. Мимо шествующий дядька вдруг внезапно обращается ко мне:
– У вас тут банкомат не попадался?
Я, готовый услужить:
– Так вот же он!
И тут, буквально холодея на глазах, в его руках я замечаю монтировку.
Так я оказался соучастником.
«Трудовые» будни «ДНР»…
* * *
Как стыдно жить в Донецке! Подчеркиваю: не страшно, люди, а именно стыдно. Был я в Киеве.
Спросили: «Вы откуда?» Я отвечал: «Та здесь, недалеко…»
* * *
Кому война, кому мать родна. Мне известна женщина, которая на нервной почве похорошела
Если фразы Путина типа «мочить в сортире» призваны повысить его рейтинг среди народонаселения, то вполне понятно, за кого он этот самый народ принимает
– Для того, чтобы попасть на одесскую «Юморину», многие каждый год специально брали отпуск в еще холодном апреле и ехали в Одессу – окунуться, пусть не в море, зато в атмосферу легкости и праздника. 2014-й не стал исключением?
– Нет, в этом году «Юморины» не было. Ее благоразумно отменили. И правильно – 1-го апреля в Одессе всегда море народу. Что сегодня чревато. Но, скажем, кинофестиваль в июле прошел. И 220-летие города в начале сентября тоже очень широко отметили. В том числе и с юмором. Просто люди инстинктивно цепляются за мирную жизнь. Можно ли их осуждать за это? Не думаю. Война противопоказана нормальным людям…
– О личности Путина сегодня судят по его поступкам не только политологи, но и психиатры. Одни утверждают, что он здоров и циничен, другие говорят о его невменяемости. А как, по-вашему, у него с чувством юмора? И может ли в принципе им обладать человек недобрый?
– Да, юмор политика говорит о нем очень многое. О психическом здоровье Путина судить не берусь, а вот что касается его чувства юмора… Заявив в самом начале свой культурный уровень словами «мочить в сортире», он и дальше демонстрировал шутки такого же пошиба. И если подобные фразы были призваны повысить его рейтинг среди народонаселения (а президенты, как известно, ничего просто так не произносят), то вполне понятно, за кого он этот самый народ принимает.
Помнится, когда Рейган, президент США, был ранен при покушении, на следующий день в телеэфире прозвучала его блестящая реплика: мол, простите, не смог от пули увернуться, возраст уже не тот. Я слышу в этой фразе не только тонкий юмор, но и уважение к своим согражданам.
А как Путин недавно пошутил в присутствии Ангелы Меркель? Видели? Рассказав своими словами неплохой, кстати, еврейский анекдот, у которого лишь один недостаток – при дамах его рассказывать нельзя, – он в очередной раз продемонстрировал свое хамство и бескультурье. Вы видели, как эта строгая фрау на него посмотрела? С каким недоуменным презрением?

А еще в теме «юмор и власть» есть и другой аспект. Это когда властитель сам становится комической фигурой. Обратите внимание: как только это происходит, значит, скоро ему конец. Так и с Хрущевым было, и с Горбачевым. О Януковиче я уже и не говорю. А о вышеупомянутом господине, возглавляющего соседнюю страну, вы и сами знаете. Над ним, между прочим, весь мир смеется… Вот бы примета поскорей сработала!
– На своей странице в Facebook вы написали: «Украина стала центром Европы и мира. Идет последняя битва будущего с прошлым». Но вот последняя ли? На парламентских выборах половина одесситов проголосовала за «Оппозиционный блок», в который вошли люди, имеющие отношение к команде Януковича. Означает ли это, что Одесса с прошлым расставаться пока не хочет?
– Вообще расставаться с чем-нибудь, менять какой-никакой, а привычный уклад жизни любят далеко не все. Я думаю, что такое голосование в Одессе, (в значительной степени объясняемое, уверен, фальсификациями), связано не с позицией людей, а просто с нелюбовью к переменам. Одесса – аполитичный город. Здесь люди живут, в общем, неплохо и что-то менять не очень-то настроены. Конечно, и фактор падения нравов имеет значение, но это проблема общая, можно сказать, мировая. А вообще в последние годы за Одессу все чаще и чаще становится как-то неловко…
– Если бы чувство юмора было обязательным качеством для всех политиков, войны бы прекратились?
– Думаю, их стало бы значительно меньше. Юмор и в политике — вещь незаменимая. Давно известно, что на самых сложных дипломатических переговорах, в наиболее тупиковые моменты, стоит прозвучать удачной шутке — и тут же ситуация разряжается, а зачастую и решение находится нужное. Но меня интересует более узкая тема – юмор во властных кабинетах. Любопытно все-таки: какие там шутки и анекдоты звучат за закрытыми дверями? Подозреваю, что уровень этого самого начальственного юмора говорит и об интеллектуальном уровне руководителей в принципе.
Много говорят о юморе Сталина. Приводят примеры. Но во всех этих рассказах есть, согласитесь, какая-то подобострастность, лакейство. Нетрудно представить, как вождь, попыхивая трубкой и ухмыляясь в усы, произносит сакраментальное: «Есть человек — есть проблема, нет человека — нет проблемы». И как радостно смеются при этом и аплодируют его навек перепуганные соратники.
Известно, что блестящими остроумцами были Черчилль и де Голль. И почему-то кажется, что во времена их правления в Англии и во Франции невозможны были бы эстрадные программы вроде «Кривого зеркала» или «Аншлага». Вот кажется мне так почему-то — и все!
Одесса еще жива. И чокаться за нее можно смело!
– Позиция многих российских актеров, режиссеров, писателей по отношению к тому, что происходит сегодня в Украине, стала ударом для украинских патриотов, которые были и все еще остаются их почитателями. Но не все подписывают письма в поддержку политики Путина – кто-то молчит, не соглашаясь, кто-то соглашается молча. Во время своего июньского концерта в Киеве Жванецкий, как всегда, сказал умнее всех: «Умные люди, я так считаю, уже давно думают одинаково». Но свою позицию он нигде не озвучивал. А у вас случался с ним разговор на тему отношений России и Украины?
– Что значит «не озвучивал»? Вы были на его сентябрьском концерте в Киеве? Нет? А знаете, какой была его первая фраза, когда он вышел на сцену Октябрьского дворца? «Здравствуй, родная вражеская страна!» Это что, не позиция?! Вставший при его появлении зал взорвался смехом. Всем сразу все стало ясно… А вообще Михал Михалыч никогда не был диссидентом. Но при этом всегда учил нас свободе. Что делать, мы оказались плохими учениками…
________________________________________
– Убавилось ли за последнее время в вашей телефонной книге количество имен тех, с кем уже не хочется общаться из-за несовпадения взглядов?
– Эта проблема очень острая и болезненная. Вот уж где формула «друзья познаются в беде» сработала на сто процентов. Люди попали в непривычную ситуацию, и во многом стало ясно, кто есть кто. А вообще на эту тему я как-то написал в Facebook большой текст «Страсти по Майдану», где есть ответ и на ваш вопрос: «…говорят, что мировоззрение – одно, а отношение – другое. У меня, кстати, тоже есть формула, так сказать, на все случаи жизни: дружба дороже! Обнаружилось, что, видимо, не на все…»
– Говорят, вы давно уже не смотрите современный «КВН». Почему? Вам не смешно?
– То, что сегодня называется этой привычной аббревиатурой, к тому КВНу, в который играли мы и который потом, после 15-летнего перерыва, возобновился в самом начале перестройки, то есть к КВНу как интеллектуальной импровизационной игре, отношения не имеет. Сегодня это просто популярное коммерческое шоу, которое дает большой рейтинг и, соответственно, большие деньги. Причем шоу со всеми элементами: пением, хореографией, оформлением сцены от Бориса Краснова, с жюри, где сидят суперзвезды ТВ. А импровизации практически нет, конкурс капитанов, когда-то самый популярный в КВН, исчез. Разминка – не игра ума, а просто дежурный номер.
– Как вы оцениваете шутки «95-го Квартала»?
– К «95-му Кварталу» я отношусь спокойно. Может быть, потому, что практически их не смотрю. У них неплохие авторы. Бывают очень удачные вещи. Но мне не хватает в их выступлениях обаяния, что ли… Девушка там очень талантливая. Ребята, конечно, молодцы. Умело распорядились своей популярностью. Так же, как и квнщики в России, ставшие «Камеди Клаб». Честно говоря, я предпочитаю другой юмор, не самодеятельный. Такой, скажем, как у Театра «Квартет И». И поверьте, не только потому, что там работает мой младший сын Слава.
– Такое явление как «одесский народный юмор» – уличный, трамвайный, рыночный, дворовой – еще существует?
– Спасибо за вопрос. Он как раз по адресу. Дело в том, что я на протяжении многих лет записываю услышанное в Одессе. У меня даже вышла книга «Дедушка танцует на балконе» – такое своеобразное «избранное из услышанного».
– Почему дедушка? И почему вдруг на балконе?
– Моя жена как-то вспомнила такую историю. Наш младший сын Слава вместе со своим школьным другом Лешей Барацем поступали в московский ГИТИС. Я тогда был в Москве, болел за них. Наконец наступил день, когда должны были вывесить списки поступивших. И вот жена рассказывает: «Я куда-то срочно должна была поехать. Еду и думаю: вот ты сейчас мне звонишь из Москвы домой (мобильных тогда еще не было), а меня нет. Как же узнать, поступили ли дети? Решила позвонить Лешиным родителям. Помню, даже «двушки» не было, попросила у кого-то. Звоню, трубку берет бабушка. Говорю: «Это Юля. Ну что, поступили наши мальчики?» В ответ слышу: «Ну что тебе сказать? Дедушка танцует на балконе!».
– А можно еще «отсыпать» немного ваших, книжных, или живых, одесских зарисовок?
– Пожалуйста.
***
Три полных женщины садятся в машину на заднее сиденье. Волнуются, что не поместятся. Одна говорит: «Давайте сядем черепицей!»
***
Чтобы борщ получился, ему нужно полностью отдаться!
***
Врач сказала: «Кардиограмма – как рыба. Она всегда должна быть свежей»
***
В феврале 96-го Зиновий Ефимович Гердт снимался в Одессе у какого-то греческого режиссера и жил с женой в гостинице «Красная». Завтрак из любви и уважения к артисту приносила в номер сама метрдотель ресторана – видная, яркая одесская женщина. Она стучала в дверь и, когда жена Гердта ей открывала, торжественно входила в номер и спрашивала: «Ну что, мой уже встал?»
***
В застольном разговоре возникает тема: что происходит с Одессой. Многие, мол, уезжают, город становится другим. Словом, жива ли еще Одесса? И тут кто-то предлагает за нее выпить. Игорь Кнеллер говорит: «Так что, будем все-таки чокаться или нет?»
***
Я думаю, Одесса жива, как жива и Украина. И чокаться за них можно смело.

– И все же в нынешней Одессе вам чего-то не хватает?
– Одесса самодостаточна. В ней всегда всего хватает. Но, к сожалению, много и лишнего. Как и во всей Украине. Того, что появилось в последние 10 лет, особенно за четыре «януковических» года. От этого, к сожалению, избавиться очень трудно. Но надо! Надеюсь, Одесса, как и вся Украина, сумеет стряхнуть с себя этот убогий и постыдный шлейф.

Татьяна ОРЕЛ