Как создавался фильм «Афоня»

Вот что рассказал о съемках фильма режиссер Данелия: «Началось с того, что в Госкино мне дали почитать сценарий Александра Бородянского: «Про Борщова, слесаря-сантехника ЖЭКа № 2». Сюжет был жесткий, с печальным концом. Сценарий мне понравился. Я встретился с Бородянским, мы поговорили, поняли, что понимаем друг друга, и сели работать. Работали мы несколько месяцев, а в итоге чуть-чуть изменилась интонация, кое-где сместились акценты, и появилось новое название – «Афоня». А сюжет, в принципе, остался таким, каким и был. На Афоню у нас было три кандидатуры – польский актер Даниил Ольбрыхский, Владимир Высоцкий и Леонид Куравлев. Три замечательных разных актера. Три разных фильма. Остановились на Куравлеве. И не ошиблись! Есть в Куравлеве какой-то секрет. Афоне в его исполнении прощают то, чего никогда бы не простили ни Афоне Ольбрыхского, ни Афоне Высоцкого. А этого мы и добивались. Нам хотелось, чтобы зрители в конце фильма не возненавидели нашего Афоню, а пожалели. На роль Кати ассистент по актерам Леночка Судакова привела юную студентку театрального училища имени Щукина Женю Симонову. Женя мне понравилась, и я утвердил ее без проб. Но тут выяснилось, что она уже подписала договор с другой картиной. Там у нее главная роль, и все лето она будет сниматься где-то в Башкирии. Стали искать другую Катю. Приводили немало способных молодых актрис – хорошеньких и славных, но все не то. И я понял, что никого, кроме Жени Симоновой, в этой роли не вижу. – И что в ней особенного, в этой Симоновой, что ты так за нее держишься? – спросил меня директор картины Александр Ефремович Яблочкин. – Что в ней особенного, не могу объяснить, – сознался я, – но она в фильме будет луч света в темном царстве. Тогда он сказал:
– Будет тебе твоя Катя. И действительно. Яблочкин полетел в Башкирию и привез оттуда Женю и ее маму в Ярославль. (Этот фильм мы снимали в Ярославле.) А на следующий же день из Башкирии от директора той группы пришла истеричная, гневная телеграмма! Раздались не менее истеричные, гневные звонки со студии Горького и из Госкино. Выяснилось, что актрису с мамой наш директор просто-напросто похитил, чуть ли не тем же способом, что и герои Гайдая в фильме «Кавказская пленница». И только оставил записку: «Не волнуйтесь, через три дня будем. Ваш Яблочкин». А мне он сказал:
– Кровь из носа, но ты ее должен снять за три дня. Иначе сорвем съемки на той картине! Яблочкин был матерый киношник и понимал, что нельзя, но все-таки можно, а что – никак нельзя. И мы снимали Женю днем и ночью, в буквальном смысле этих слов. (Иногда ей удавалось немного поспать на заднем сиденье машины, пока ставили свет или переезжали с объекта на объект.) А так она была все время с нами на съемочной площадке. Штукатура Колю сыграл Евгений Леонов. В противовес разгильдяю Афоне Коля считался у нас фигурой положительной: он аккуратный, здраво рассуждает, интересуется международной политикой и мечтает о всеобщей коммуникабельности. А Леонов своего героя не уважал, говорил, что Коля — эгоист еще хуже, чем Афоня. И все время ворчал, что этот штукатур у него получается плоский, как блин. И только когда сняли сцену «уход Коли домой», он успокоился. В этой сцене Коля, который помирился с женой, уходя от Афони, оставляет ему листок со своим телефоном. На репетиции Леонов вынул из кармана бумажку с телефоном, и из нее на стол случайно выпало несколько монет. Он убрал монетки и записку в карман и сказал:
– Смотри. Он снова достал бумажку из кармана, из нее снова высыпались монетки. Он снова аккуратно их собрал и положил в карман. – Понял? – спросил он меня.
– Что?
– Какой говнюк твой штукатур! Две недели прожил у человека, пил, ел, а самому жалко три гроша оставить! Женя всегда искал в своих героях отрицательные черты – считал, что так образ объемнее. Зрители полюбили светлую и наивную Катю (не зря старались!), рассудительного Колю и даже разгильдяя Афоню, но самое большое количество аплодисментов на встречах в кинотеатрах срывал алкоголик, мерзавец и законченный подлец Федул, которого в нашем фильме великолепно сыграл Борислав Брондуков. (Реплика Федула: «Гони рубль, родственник!» – стала визитной карточкой фильма.) В костюме и гриме Боря был настолько органичным, что когда во время съемок в ресторане (ресторан мы снимали ночью в Москве) он вышел на улицу покурить, швейцар ни за что не хотел пускать его обратно. Брондуков объяснял, что он актер, что без него съемки сорвутся, – швейцар не верил. Говорил: много вас тут таких артистов! Брондуков настаивал. Швейцар пригрозил, что вызовет милицию. И вызвал бы, но тут на улицу выглянула моя помощница Рита Рассказова. – Борислав Николаевич, вы здесь?! – обрадовалась она. – А там паника: куда актер делся?!
– Неужели он и вправду артист? Надо же! – удивился швейцар. Танцы договорились снимать ночью, в зале клуба имени Крупской в Текстильщиках. Я попросил, чтобы были современные музыканты. Привели группу, главный – курчавый лохматый парень. Худющий. Одеты небрежно, держатся независимо. Спросили, сколько заплатим, и сказали, что сыграют. Оказалось, что мы пригласили сниматься самые популярные и самые запрещенные в те времена группы. Первая группа была «Машина времени» Макаревича, а вторая – «Аракс» Шахназарова.
Теперь я очень горжусь, что «Машина времени» дебютировала в фильме «Афоня». Актрисе сделали грудьиз манной каши. На девушку с бюстом Леночка Судакова привела актрису Татьяну Распутину. Очень хорошая артистка, но с нормальным бюстом. А нам хотелось, чтобы бюст был внушительный. Кто-то из съемочной группы, тот, кто жил рядом, сбегал домой и принес манную крупу. Ею и наполнили бюстгальтер. Пуговицы тяжести манки не выдержали, и пришлось лифчик связать на спине узлом. (На экране это видно.) Однако грудь так «заиграла» в прозрачной блузке, что потом критики искренне восхищались этой художественной деталью…
По последнему варианту сценария в финале Афоня покупает в провинциальном аэропорту билет на первый попавшийся рейс и валяется на летном поле в ожидании самолета. К нему подходит милиционер и просит предъявить документы. Афоня сует ему паспорт. На фотографии в паспорте молодой парнишка, с кудрями и беззаботной улыбкой, а в действительности перед милиционером унылый мужчина с абсолютно пустыми глазами. На этом фильм и заканчивался. Такой мрачный финал мне с самого начала не нравился. И мы с Бородянским еще в процессе работы над режиссерским сценарием написали вариант, в котором Афоня и Катя в конце фильма встречались. Но поняли – такая концовка нарушает логику повествования, это банальный хеппи-энд. И оставили все как было. И все-таки финал я переделал. Когда Женя Симонова прилетела в Ярославль и мы начали ее снимать, Катя получалась такой чистой, нежной и трогательной, что мне очень захотелось, чтобы она обязательно появилась в конце фильма. И мы решили снять так: Афоня в аэропорту лежит на траве и ждет самолет. К нему подходит Катя и говорит, как всегда:
– Афанасий, мне кто-то позвонил, я подумала, что это вы. Афоня открывает глаза – никакой Кати нет. Над ним стоит милиционер и требует документы. (Катя ему привиделась.) В последний съемочный день Жени – третий – работали очень интенсивно, снимали по одному дублю, чтобы успеть снять незапланированный «сон». И к концу дня приехали в аэропорт. Начали снимать подход Кати. Первый дубль сняли рапидом – Катя идет медленно, словно плывет. Не то! Сняли вариант – идет с цветочком. Не то! Сняли: она идет, волосы развеваются, платочек. Не то! И я понял, что дело не в том, как Катя идет по полю, с цветочком или еще как. А в том, что мне очень хочется, чтобы Катя появилась реально. И вот уже тридцать лет в конце фильма, когда Афоня идет к самолету, его кто-то окликает. Он оглядывается, а там стоит Катя и говорит:
– Афанасий, мне кто-то позвонил, я подумала, что это вы! А умные люди написали в рецензиях, что фильм мог бы быть не таким примитивным, если бы не финал. Появление Кати на летном поле – банальный хеппи-энд…» Между прочим. «В Ярославле снимали вид из окна к сцене «Афоня просыпается в комнате Кати». Снимать надо было в пять утра. (Утренний режим — солнце еще не взошло, но уже светает.) По задумке там, за окном, должны были возвращаться со свадьбы молодожены. Но в половине пятого выяснилось, что свадебное платье невесты забыли в Москве. Я уже хотел снимать просто пейзаж, но тут оператор Сергей Вронский показал мне на лошадь, которая тащила телегу с бочкой… — Пусть эта телега проедет, — сказал он. Сняли лошадь.
Первой на этот кадр обратила внимание жена художника Левана Шенгелия Рита. — Как ты это потрясающе придумал, — сказала она мне после просмотра на «Мосфильме». — Как это точно! — Что точно? — осторожно спросил я. — Лошадь! Он делает предложение — а потом лошадь. Вот и Катя, как эта несчастная лошадь, будет тащить груз омерзительного, пьяного хамства и нищеты всю жизнь! Ведь так? Я скромно кивнул…» Некоторые цитаты: — Отсутствие жалоб со стороны населения — лучшая награда за наш труд! До свидания! — А ты кто такой? — Я?.. Родственник! Дальний… — Чувствуйте себя как дома, да не забывайте, что в гостях! — Вот так вот, Катюша… Все производство, общественные нагрузки, самообразование… Никакой личной жизни! — И когда только ты, Борщов, всё успеваешь — и в фонтаны нырять, и на танцах драться?..
— Что-то я расхворался… Пойду лягу, прессу почитаю… — Гони рубль, родственник! Мне Афоня рубль должен был! — Не люблю я таких людей!.. Непунктуальных!.. — Посидим, чайку попьём, радио послушаем — программу для тех, кто не спит. — Ну, полкапли, полкапли… для запаха.

Кто вчера был в Кыеве?

По рассказам генерал-полковника авиации Попкова В.И.

В 1983 году председателем государственной комиссии в Барнаульском ВВАУЛ был генерал-лейтенант авиации Попков Виталий Иванович. В городе Славгород, там, где выпускники училища сдавали государственный экзамен по летной подготовке, была организована встреча личного состава со знаменитым летчиком участником Великой Отечественной войны. Мы знаем генерала Попкова по художественному фильму «В бой идут одни старики». Он был прототипом сразу двух героев из этого фильма: лейтенанта «Кузнечик» и командира поющей эскадрильи капитана Титаренко.

Виталий Иванович рассказывал, то, что осталось за кадром фильма. Для нас, участников той встречи, рассказы Попкова оставили неизгладимое впечатление на всю нашу дальнейшую летную деятельность. Чем больше времени нас отделяет от той войны, тем ценнее для нас воспоминания ее участников. Мы, участники той встречи, попытаемся восстановить в памяти его рассказы. Возможно, они будут изложены с некоторыми неточностями.

Немного истории.

На встрече генерал-лейтенант авиации Попков был в черной форме летчика военно-морской авиации. В зале присутствовали курсанты-выпускники, которые в ближайшее время должны были получить свое первое офицерское звание — лейтенант. Наверное, поэтому свой рассказ Виталий Иванович начал с воспоминания о своем выпуске из летного училища.

Накануне войны, одному пехотному генералу в очень высоком чине (его фамилию история умалчивает) пришла в голову идея: А почему это самолетом управляет офицер? Это сколь же надо офицеров? И что это за войска такие, где практически все офицеры? Вот командир танка — сержант. Значит, и самолетом должен управлять сержант. И стали наши летные и технические училища выпускать сержантов.

По окончании летного училища, Попков получил воинское звание сержант.
Впервые с такой несправедливостью он столкнулся в поезде, в котором ехал к первому месту службы. Ему, как сержанту, полагался по воинским перевозочным документам билет в общий вагон. Выпускники же пехотного училища, проучившись такой же срок обучения, получили воинское звание младший лейтенант и ехали в плацкартном. Правда, надо отдать должное, они его потом пригласили к себе…

Во время войны, когда пошли большие потери личного состава. Летчиков сержантов стали назначать на должности командиров звеньев. Офицерское звание при этом не присваивалось, так как считалось, что для этого им надо пройти еще одно обучение. Но кто там во время войны и когда будет этим заниматься? Дошло до того, что появились командиры авиационных эскадрилий в звании сержант.

В абсурдность ситуации, по непроверенным данным, вмешался сам Верховный. Всем летчикам было присвоено офицерское звание. Летные училища стали выпускать младших лейтенантов. Отличникам при этом присваивалось воинское звание на одну ступень выше — лейтенант.
Такими мы и увидели «Кузнечика», » Ромео» и всю их компанию в фильме.

Режиссер Леонид Федорович Быков, данный исторический факт тоже посчитал несправедливым по отношению к авиации и в фильме пропустил.

«Кто вчера был в Кыеве?»

С момента встречи прошло 25 лет, но в моей памяти остался рассказ генерала Попкова о полете в Киев.

6 ноября 1942 года четверку наших истребителей направили на воздушную разведку. Маршрут полета проходил 40 км севернее г. Киева. Мы успешно выполнили поставленную боевую задачу и возвращались на свой аэродром. На обратном пути один из пилотов стал упрашивать ведущего группы «подвернуть до Киева». Объяснив это тем, что у него в оккупированном немцами городе остались мать и сестра, он давно их не видел и хотел бы взглянуть: как они там.
Так как это было прямым нарушением полетного задания, командир группы долго не соглашался. Но наши ребята могут уговорить кого угодно. Уговорили и командира: подвернуть до Киева.

Киев стоял в руинах. Нашли нужную улицу. Тройка истребителей осталась дежурить, а один пошел вдоль улицы искать свой дом. После первого прохода он попросил у командира разрешение на повторный заход, потому что не рассмотрел. После второго прохода ему показалось, что в окне дернулась шторка, но он не успел увидеть, кто там выглядывал мать или сестра, и попросил еще раз…
Свидание кончилось тем, что немцы по тревоге подняли свои истребители. Завязался воздушный бой прямо над улицами города Киева. Наши летчики сбили один немецкий самолет. Успешно вернулись на свой аэродром. Доложили о результатах проведенной воздушной разведки. Что б не выдавать себя, что были в Киеве, о воздушном бое и о сбитом немецком самолете — ни слова.

7 ноября в полку проходило торжественное собрание, посвященное очередной годовщине Октябрьской социалистической революции. Мы, рассказывает Виталий Иванович, сидели в первых рядах и слушали доклад комиссара.
Вошел офицер штаба и передал в президиум командиру телеграмму. Командир встал и грозно спросил: «Кто вчера был в Кыеве?».
В рядах присутствующих мертвая тишина, а мы поняли, что залетели. Выяснится, что мы отклонились от маршрута, нарушили боевое задание и быть нам рядовыми в штрафбате.

Командир повторил свой вопрос второй раз. Ведущий нашей группы встал, мы встали то же. А кому еще быть в Киеве, если кроме нас в тот день никто не летал. Пошли к президиуму сдаваться в штрафбат.

Командир стал зачитывать текст телеграммы. Содержание телеграммы было примерно следующим: «Настоящий праздник жителям г. Киева в честь 25-й годовщины Октябрьской социалистической революции устроили советские летчики. Они прямо над городом вступили в неравный воздушный бой с фашистскими истребителями и сбили вражеский самолет. Продемонстрировав этим свое летное боевое мастерство и вселив жителям города Киева, уверенность в нашу победу…» Далее шел Указ Президиума Верховного Совета СССР о награждении нас Правительственными наградами.

«Заложили» Киевские подпольщики. Они видели этот воздушный бой и доложили о нем в г. Москву в штаб партизанского движения.

Так, вспоминал генерал-лейтенант авиации Попков, мы побывали в Киеве.

Мы от Макаренко.

Учась в стенах академии и изучая документы военных лет, я случайно наткнулся на «нормативы» поощрения советских летчиков за сбитые вражеские самолеты. Поощрение было как моральным, так материальным: финансовым. В документах было четко определено: за сколько сбитых самолетов, к каким медалям и орденам представляется. За сколько — награждается Звездой Героя.
За каждый сбитый фашистский самолет летчику выплачивалось денежное вознаграждение. Однако, сами «расценки» за сбитый в групповом бое и сбитый в одиночном бою отличались на порядок. Естественно, более высоко ценилась одиночная победа.

В биографиях знаменитых летчиков, участников Великой Отечественной войны значится количество сбитых немецких самолетов в одиночном бою и в составе группы. Единично — в составе группы, а в основном — одиночно.

Нам сейчас, как профессионалам, в общем-то, понятно, что никто в одиночку воздушный бой не вел. В основном воздушный бой вели группой.
Однако, учитывая морально-материальную сторону вопроса, летчики после боя старались сбитые немецкие самолеты в отчетах зафиксировать сбитыми в одиночном бою.
А в той карусели воздушного боя, где сражается группа на группу: кто поразил первым, кто вторым, кто добивал, а от чьих снарядов враг загорелся и упал: не разберешь. Поэтому, на вопрос: кто сбил? — бросался жребий. Бросали монету: «орел — решка».
Из принципа справедливости, вспоминает генерал-лейтенант авиации Попков, монету мы бросали по-очереди.
Но данный принцип нарушался сразу же, когда приходила очередь бросать монету летчикам, выпускникам коммун для беспризорников Антона Семеновича Макаренко. Эти хлопцы бросали монету профессионально. Сколько надо положить на «решку»- столько и ляжет. Сколько надо «орлов»- столько и будет. Они учились у Макаренко!

Авиашоу.

Уже в наше время, вспоминая художественный фильм «В бой идут одни старики», многим из нас тоже хотелось служить в такой же поющей эскадрилье. В авиационных полках летчики второй авиационной эскадрильи, часто добавляли к своему названию: «поющая», и при случае, старались так же петь, подражая героям полюбившегося фильма.

Везло, когда в эскадрильи находился хороший солист-баритон. Или тенор, как Толя Мароченков и его неповторимая:

Живёт в белорусском полесье
Кудесница леса — Олеся.
Считает года по кукушке,
Встречает меня на опушке
Олеся, Олеся, Олеся!
Так птицы кричат,
Так птицы кричат,
Так птицы кричат
В поднебесье.
Олеся, Олеся, Олеся.
Останься со мною, Олеся,
Как сказка, как чудо, как песня.

Хрипловатый голос Валеры Когута:

Яблоки на снегу — розовые на белом
Что же нам с ними делать, с яблоками на снегу
Яблоки на снегу в розовой нежной коже
Ты им еще поможешь, я себе не могу
Яблоки на снегу, яблоки на снегу
Яблоки на снегу, яблоки на снегу
Ты им еще поможешь, я себе не могу
Ты им еще поможешь, я себе не могу.

Володя, перевелся в наш полк из морской авиации, но так и не сменивший черную форму морского летчика, и его:

Мохнатый шмель — на душистый хмель,
Цапля серая — в камыши,
А цыганская дочь — за любимым в ночь
По родству бродяжьей души.
Так вперед за цыганской звездой кочевой,
На закат, где дрожат паруса,
И глаза глядят с бесприютной тоской
В багровеющие небеса!

Штурмана Ворошиловградского:

Под ольхой задремал есаул молоденький
Приклонил голову к доброму седлу
Не буди казака
Ваше благородие он во сне видит дом мамку да ветлу
Он во сне видит Дон да лампасы дедовы
Да братьев-баловней оседлавших тын
Да сестрицу свою девку дюже вредную
От которой мальцом удирал в кусты.
А на окне наличники
Гуляй да пой станичники
Черны глаза в окошке том
Гуляй да пой казачий Дон.

Ну, и, конечно же, наша традиционная:

Дождливым вечером, вечером, вечером,
Когда пилотам, скажем прямо, делать нечего,
Мы приземлимся за столом,
Поговорим о том, о сем
И нашу песенку любимую споем.

Но «на сухую» не пелось, даже в мирное время – мы пели после небольшого дружеского застолья. В годы войны пели после принятия положенных по норме боевых сто грамм.

Рассказы боевых эпизодов генерала Попкова при встрече с нами в 1983 году в г. Славгороде, как правило, состояли из трех частей: воздушный бой — выпили — спели; воздушный бой — выпили — спели; воздушный бой — выпили- спели.

Но однажды спеть не успели. После пункта «выпили» в полку объявили боевую тревогу. Передовые пункты наблюдения доложили о приближающейся группе немецких бомбардировщиков под прикрытием истребителей. Вторую эскадрилью подняли в воздух.
Но, так как состояние пилотов уже приближалось к режиму «сейчас спою» — полет эскадрильи получился тоже веселый.
В боевых порядках летчики удерживались с трудом. Ведомые вокруг хвоста, ведущего выделывали фигуры, не поддающиеся аэродинамическому объяснению. Полет самолетов напоминал авиашоу.

Не прогнозируемая в маневрах эскадрилья, стала приближаться к немецким боевым порядкам.
Ошалевшие от увиденного немецкие истребители приняли это за новый тактический прием русских. В бой ввязываться не стали. Развернулись и удалились.

Оставшись без прикрытия немецкие бомбардировщики прицельное бомбометание провести не смогли, бомбы сбросили в поле, и тоже пытались улететь. Пришлось наказать. Трех сбили.

Вернувшись на свой аэродром, летчики получили свои законные сто грамм за сбитые. …И спели!

Удачи всем! Будем жить!

Борис Максименко, 2014

Фильм «Президент»: Владимир Соловьев рассказал, что осталось за кадром

26 апреля в 21.30 на канале «Россия 1» выйдет фильм Владимира Соловьева «Президент». Он приурочен к 15-летию правления Владимира Путина. Картина охватывает период с августа 1999 года до сегодняшних дней. Своими впечатлениями в эфире «России 24» от работы над картиной поделился ее автор. Он рассказал не только о том, что вошло в этот документальный фильм, но и о том, что осталось за кадром.

Владимир Соловьев говорит о том, что его удивило: многие, кто давал интервью для этого фильма – например, Николай Патрушев или Сергей Иванов (люди, которые обычно на публике «держат лицо») рассказывали о некоторых событиях очень эмоционально.
Отвечая на вопросы о том, какие личные ощущения возникли у него во время общения с Путиным в ходе съемок этого фильма, Соловьев отмечает: это не первое его интервью с главой государства. Он беседовал и с другими президентами (в том числе с одним – американским) и, по его наблюдениям, Путин серьезно отличается от других президентов тем, что «всегда включен».
«При этом ты не понимаешь, что говоришь с политиком, — отмечает автор фильма. — Для Путина важно общение с людьми и то, насколько он чувствует себя посланником людей во власти. Патриарх об этом мудро говорит: «Это не работа, а служение».
Что же касается личных вопросов президенту, то они тоже были заданы. Например, Владимир Соловьев спросил: мистик ли Путин? Ведь известно, что он посещает церковь.
Это осталось за кадром, но автор фильма рассекретил ответ Путина. Он сказал, что «не мистический человек», но «хотел бы оставить тему религии для себя». «Это мое глубоко внутреннее, и я не хотел бы об этом говорить», — ответил президент.
Рассказывая о том, что еще осталось за кадром, Владимир Соловьев признается: ему, как и любому журналисту, хотелось, чтобы в фильм вошло все, но здесь необходима мудрость режиссера и сценариста. Так что все «лишнее» отсекли.
Однако, делится со зрителями автор фильма, для него были интересны и еще некоторые «странные детали». «Например, когда с Путиным говоришь, есть ощущение, что область, которую он знает блестяще, — это все, что связано с цифрами».
«При этом он вздыхает тяжело (как будто запускает компьютер), потом чуть-чуть поднимает глаза вверх и начинает сыпать цифрами. И возникает полное ощущение, что где-то происходит подключение к космосу, и все эти цифры оттуда передаются», — делится Владимир Соловьев своими впечатлениями от общения с Владимиром Путиным.
Отвечая на вопрос, был ли, по ощущению Соловьева, президент откровенен, автор фильма отмечает: «Он был предельно откровенен. Причем, когда ты отказываешь о чем-то говорить, это ведь тоже степень откровенности».
Ответил Путин и на вопрос о его «богатстве», который так активно в последнее время обсуждают некоторые СМИ, и о друзьях – «олигархах», и об отношениях с Западом, и о трагедиях и испытаниях, которые пришлось пройти нашей стране за последние 15 лет…
«Фильм забирает с первой секунды и не отпускает до конца – эмоции гарантирую, слезы будут», — обещает зрителям автор фильма «Президент» Владимир Соловьев.

Хорватия избавится от списанных советских вертолетов

Хорватия планирует продать семь списанных транспортно-боевых вертолетов Ми-24В, два военно-транспортных самолета Ан-32Б и шесть учебно-боевых турбовинтовых самолетов Pilatus PC-9. Как сообщает Jane’s, избавиться от устаревшей техники хорватов в первую очередь вынудила сложная экономическая ситуация в стране.

По информации издания, хорватские Ми-24В были произведены в период с 1978 по 1987 год и списаны более десяти лет назад. Хорватия пыталась избавиться от вертолетов и ранее, однако не могла получить разрешение на перепродажу от России.

Транспортники Ан-32Б хорваты использовали в том числе в конфликтах в Ираке и Афганистане. Обоим самолетам предстоит длительный ремонт, поэтому ВВС также хотят от них избавиться. При этом, отмечает Jane’s, машины могли бы восполнить недостаток Хорватии в морских патрульных самолетах.

Продажа Pilatus, в свою очередь, объясняется избытком учебно-боевых самолетов по сравнению с истребителями. Тем не менее решение избавиться от PC-9, поясняет Jane’s, может быть пересмотрено ввиду скорого завершения программы модернизации хорватских истребителей МиГ-21.

По данным Fligthglobal MiliCAS, на вооружении ВВС Хорватии в общей сложности числится 20 Pilatus PC-9, тогда как МиГ-21 насчитывается всего семь единиц. Парк боевых вертолетов представлен 22 Ми-8/17/171. В качестве военно-транспортных самолетов хорваты используют пять турбовинтовых Air Tractor AT-802.

В августе 2014 года сообщалось, что США предложили Хорватии подарить многоцелевые вертолеты Ми-8МТВ Украине. Взамен американцы готовы предоставить подержанные многоцелевые вертолеты UH-60M Black Hawk из состава Национальной гвардии США.

На ком стоит жениться? Мужской взгляд

Почему люди встречаются, любят друг друга, а потом неожиданно для всех, и для самих себя в том числе, расстаются? Расстаются по-разному — и по-хорошему, оставаясь добрыми друзьями на всю жизнь, и со скандалами… Что мы ждем друг от друга, от наших отношений? Взгляды мужчин и женщин на эти непростые вопросы, к большому сожалению, не совпадают… Об этих непростых сферах рассуждает постоянный авторLady.Pravda.Ru Лиза Питеркина.

Жизнь писателя — странное явление, потому что в ней любой бытовой эпизод может превратиться в материал для творчества, и никогда не знаешь, в какой момент вдохновение застанет тебя врасплох и разрушит весь твой намеченный график.
Едва я закончила писать очередную главу книги и задумалась над тем, о чем будет следующая глава, как раздался телефонный звонок. Мой старинный друг, с которым я общаюсь не чаще раза в год, на сей раз мотивировал свой звонок странным сном, со мной в главной роли. Сон был абсолютно не порнографический, скорее философский. Глаза у главной героини были грустные, как будто она с кем-то расставалась. Хочу заметить, что друг был абсолютно не в курсе моих творческих планов и понятия не имел о том, насколько слово «расставание» близко к тематике моих нынешних творений. Семинар «Энерготерапия — скорая помощь для ран любви» уже оформился по содержанию.
Возможно, не хватало одной детали, подобной вишенке на пирожном, — обратной связи с мужчинами, их мнения на обсуждаемую тему. И — вуаля!
Если бы это был какой-то другой приятель, я бы удивилась, но этот уважаемый мной мужчина не один десяток лет изучал тему энергоинформационного обмена и даже активно практиковал работу с энергией. Поэтому поразительная проницательность просто подтвердила мою догадку о духовной связи и энергетической сонастройке, которая не разрушается с годами. Кто, как не этот мужчина, должен был стать адвокатом мужской стороны, если кто-то из читательниц пребывает на стадии обвинения всех мужчин мира в своих душевных болячках.
Я позволю себе пересказать позицию своего друга, опираясь на записи, сделанные во время телефонного общания. Вот наиболее яркие фрагменты этого разговора.

Три мужские мудрости
Мудрость первая. «Жениться нужно только на тех женщинах, с которыми, если что, не страшно разводиться. Знаешь, что бывает после расставания? Они же считают, что мужики — предатели, а они — жертвы. И даже самые высокодуховные барышни, которые казались блюстителями нравственности, пока ты с ними жил, вдруг превращаются в ведьм и начинают мстить. И месть эта становится ужасной и порой выходит из-под контроля. Знаешь, как тяжело узнавать, что она тебя не просто ненавидит, а даже проклинает и желает тебе смерти?! И это та же самая женщина, которая клялась тебе в любви! Я в любви вхожу в отношения и расстаюсь — тоже в любви. Но в таких ситуациях приходится спасать женщин от самих себя, ибо не ведают, что творят. Получается, ей нужно меня убить, чтобы ей было не обидно, что я на ней не женился. В таких случаях приходится спасать женщину от самой себя, потому что в этом состоянии она не отдает себе отчета в том, что творит и насколько опасны последствия ее ненависти для нее и для ее близких».
Мудрость вторая. «Самое сложное в такой ситуации — помогать, не раскачивая энергетический баланс, проще говоря, не сопереживая. Как только тебе становится ее жалко, ты тут же начинаешь подстраиваться под сумасшедшую. Это же неизбежный резонанс! Пока резонанса не возникло, есть некоторая защищенность. То, что кажется холодностью, на самом деле не что иное, как попытка сохранить баланс».
Мудрость третья. «Я убежден, что расставаться нужно только по любви. Если расставаться в состоянии ненависти, ситуация походит на оттягивание подтяжек — они потом бьют по тебе со страшной силой».

Три женских заблуждения, с точки зрения мужчины
Первое ее заблуждение — желание остаться друзьями. «Это я могу быть ее другом, потому что люблю ее. Она мне друг, а я ей — враг. И мое имя для нее навеки — Тот-Который-Не-Женился. Ни о какой дружбе речи быть не может, если между мужчиной и женщиной не возникло простой человеческой духовной любви».
Второе заблуждение — уверенность, что во всем виноват мужчина. «Типичная женская ошибка — взвалить всю ответственность за конфликт на мужчину и желание вызывать у него чувство вины, а потом откачивать энергию по принципу «С паршивой овцы хоть шерсти клок». Например, однажды я повез ее домой и всю дорогу слушал молча ее обвинения. А когда мы подъехали к подъезду, я спокойно спросил, нужно ли проводить ее до квартиры. В ответ на эту фразу она взорвалась: «Ну, конечно, я недостойна даже того, чтобы меня проводили до квартиры!» Я уверен, что в подъезде ее не поджидал маньяк, там довольно светло и безопасно. Но попытка навязать мне ощущение, что я оскорбил ее лучшие чувства — это очень неприятно».
Третье заблуждение — неверие в эффективность «мирных переговоров». «Сколько раз я ей говорил: «Давай вместо того, чтобы излучать негативную энергию, сядем рядом и поговорим. Ты мне расскажешь, как ты меня любила, чего ты от меня ждала и чего не получила. А я расскажу тебе, что я от тебя ждал и не получил. Тогда картина наших отношений будет более полной». Но нет, она не готова к разговорам, она снова испытывает гнев, и переговоры становятся невозможны. А жаль! Выражение своих чувств и возможность быть услышанным — это очень важно. Даже если ты приняла решение расстаться, это поможет расставанию стать красивым завершением любовной истории».

Три мужских совета женщине, переживающей кризис в отношениях с мужчиной
Совет первый. «Оставь завышенные требования. Именно требования, а не потребности. Мужская логика такова: если даже дать женщине все, что она требует, не факт, что ты получишь взамен именно то, в чем ты сам испытываешь потребность как мужчина».
Совет второй. «Будь водой. Зачастую гармония в отношениях с женщиной основана на способности мужчины стойко переносить ее капризы, принимать ее такой, какая она есть, потакать ее прихотям, мириться с ее недостатками, то есть, по сути, обтекать ее «острые углы» и постепенно «сглаживать поверхность». Но это свойство иньской энергии, женские качества. Тогда рядом с ней я перестаю чувствовать себя мужиком».
Совет третий. «Не повторяй одни и те же ошибки, пытайся учиться на собственном опыте. Если бы женщины понимали, где их место, а мужчины понимали, в чем их задача, проблем бы не возникало. Но мы повторяем одни и те же ошибки. В Ведах написано: «Вы жуете уже пережеванное». Развитие в отношениях — это употребление и переработка новой информации, обучение новым навыкам».
А теперь я расскажу самое главное. Эта мужская мысль показалась мне настоящим сокровищем, проливающим свет на некоторые причины конфликтов между мужчинами и женщинами.
«Мужские пожелания по отношению к женщинам можно обозначить аббревиатурой УЗИ — «уют», «забота» и «интерес». Мужские качества, которые высоко ценят женщины, можно обозначить другими тремя буквами ЗОВ — «защита», «обеспечение», «внимание»».

Леонов: Хрущев и Патриарх просили Гагарина молчать про Бога

Космонавту номер 1 и космонавту номер 11 всегда было о чем поговорить

Алексей Леонов рассказал о внеземной жизни, малоизвестном ЧП при выходе в космос и причинах вступления в «Единую Россию».
Полвека назад, в марте 1965 года, состоялся первый выход человека в открытый космос. Это был большой шаг и для человечества, и для 30-летнего космонавта Алексея Леонова. О том, как все было тогда и что случилось в его жизни после, дважды Герой Советского Союза рассказал «Собеседнику». «Прилетишь – расскажешь» – Алексей Архипович, для вас полувековой юбилей выхода в открытый космос – особенный? – Вспоминаю слова Гагарина: «Вся моя жизнь кажется одним прекрасным мгновением». Лучше не скажешь. Все быстро пролетело. Посмотрите, сколько разного за эти 50 лет произошло в направлении, которое я открыл. Можно удивляться, радоваться тому, что я это дело начал и не испортил. И если все получилось, как задумал Сергей Павлович Королев, это высочайшее счастье. – У вас были хоть какие-то сомнения перед стартом, что может не получиться? – Сомнений не было. Было желание быстрее это сделать. Хотя никаких учебников и инструкций не было и никто не мог мне их дать. Как сказал Сергей Павлович: «Прилетишь – расскажешь». – И что вы ему рассказали? – Выплыв из люка и зацепившись руками за поручни шлюзовой камеры, я увидел звезды: они были везде – сверху, снизу, сбоку… Человек-то находится над Землей, и Земля – это не ось координат, координаты надо было определить после выхода. Верхом было Солнце, а низ – не Земля, а нижний обрез шлюзовой камеры. Земля же где-то там условно ходила, потому что корабль менял свое положение. Очень важно было определить оси координат. И сразу думать о том, где верх, а где низ. Леонов согласен со словами Гагарина о том, что вся жизнь кажется одним прекрасным мгновением Фото: Андрей Струнин – Вы растерялись? Это было красиво? – Если бы я растерялся, здесь бы с вами сейчас не сидел. Первое, что я увидел – это все Черное море с запада на восток, весь Крымский полуостров, Румынию, Болгарию, Италию на горизонте. Голову поднял – Балтийское море, Калининградский залив.

– Вы смогли все так точно определить? – Конечно, я еще в школе учился по географии на «отлично». Вся так называемая подстилающая поверхность была хорошо изучена, и я в любой момент с закрытыми глазами мог угадать, что это на Земле. Меня спрашивали, над чем я пролетаю. Я говорю: Кавказ, сейчас прошли Главный хребет, Цемесская бухта, дальше Волга-Волга подо мною. И необыкновенная тишина. Я на всю жизнь эту тишину запомнил, потому что слышал, как работает сердце, слышал свое тяжелое дыхание. – Алексей Архипович… а Бога вы там видели? – Нет, к сожалению, не видел. 14 апреля 1961 года во время приема в Кремле Никита Сергеевич (Хрущев. – Авт.) после третьей-четвертой здравицы осторожно спросил Гагарина: «Юра, а ты Бога видел»? Тот ответил в шутку: «Видел». Хрущев: «Прошу тебя, никому об этом не говори». Через некоторое время к Гагарину подошел Патриарх и спросил о том же. Ему уже неудобно было шутить, и он ответил: «Нет, отец, к сожалению, не видел». Патриарх: «Прошу тебя, Юра, никому об этом не говори». Это Юра мне сам рассказывал. «Земля не может быть исключением» – Когда человек выходит в космос, вопрос происхождения Вселенной становится для него яснее? – (Вздыхает.) Нет. Природа едина, Вселенная бесконечна во времени и пространстве – лучше сказать нельзя. Вот, например, считают, что все произошло от какого-то взрыва. Я одного ученого, который делал доклад об этом, спросил: «А что взорвалось-то?» Это вечный вопрос: что было первым? Как, кто образовал Вселенную? Почему есть такая могучая логика во всем? Многое мы знаем, а еще больше не знаем. На сегодняшний день известно 100 миллиардов галактик. А в них 400 миллиардов звезд. Это триллион только звездных скоплений. Никто не представляет, что это такое и как это произошло. Какая материя взорвалась при большом взрыве? Кто ее принес? Откуда она пришла? Алексей Леонов: Природа едина, Вселенная бесконечна во времени и пространстве – лучше сказать нельзя Фото: Global Look Press В Африке есть комарик, у которого вместо крови – лимфа, содержащая сахарозу. И во время засухи он превращается в кристаллик. В сезон дождей этот кристаллик оживает и существо начинает жить. Его поместили в специальную емкость с внешней стороны станции, и он был в космосе полгода. А когда вернули на Землю и поместили в соответствующие условия, 80 процентов личинок ожили. Это модель, которая допускает, что эти формы жизни могли прилететь на Землю из просторов Вселенной. Время для кристаллов не ограничено. В последнее время было много интересных открытий, например открыли, что каждая звезда имеет свой голос. И Лондонский оркестр исполняет симфонию звезд. Их голоса адаптировали для человеческого уха – каждая звезда имеет свой шум, свою песню. Откуда это все берется?
– Вы сами как думаете, откуда? – Самая близкая звезда к нам после Солнца – Проксима Центавра, но до нее надо лететь пять световых лет. Мы так не умеем летать. Вполне вероятно, там тоже есть жизнь, но мы не можем этого пока понять. Космический шум все заглушает, оптические системы еще несовершенны. – А на Марсе, к которому сейчас приковано все внимание, есть жизнь? – Это спорный вопрос. Ясно, что какая-то микробная жизнь там есть. В гейзерах при температуре 100 градусов живут и процветают водоросли, хотя в таких условиях белок сворачивается. Жизнь может быть не только на биологической основе, но и на кремниевой. Она будет медленной, но это все-таки жизнь. Возможны и другие виды жизни. – Вам хотелось бы, чтобы жизнь была где-то еще, не только на Земле? – Конечно, хотелось бы. Мы можем точно сказать, что не имеем родственников в пределах Солнечной системы. В другом месте нашей галактики надо искать такие же системы. Не может быть Земля исключением. Жизнь есть где-то еще, но туда очень далеко лететь. – А в параллельный мир вы верите? – Это домыслы, к сожалению. Хорошо было бы, пожив в нашем мире, попасть в параллельный. Но пока такая возможность не будет описана математиками, в нее невозможно поверить. «Глупости страшно мешают жить» – Вы говорите, что 50 лет назад у вас не было никаких инструкций. Но одна все-таки была, и вы ее нарушили… – Да, я не вышел на связь. Я должен был запросить разрешение на пониженное давление (во время выхода в открытый космос у Леонова деформировался скафандр. – Авт.). Но для этого я должен был объяснить причину, а связь была открытой – весь мир услышал бы, что у меня проблемы. Немедленно начали бы формировать комиссию на Земле. И это была бы длительная по времени операция, которая могла стоить мне жизни. Я понимал, что неправильно передавать на Землю, что я чего-то не могу. Это вызвало бы панику. А решение могло быть только одно – сбросить давление в скафандре, и я умел это делать. Поэтому я просто исключил всю эту промежуточную возню.
– Много этой промежуточной возни в вашей жизни сегодня? – Много страшной чепухи. Например, сейчас прилетает Международный исполком астронавтов. Это пять иностранцев, которые у нас учились на аэродроме Чкаловский. Я их хочу свозить на родину Павла Беляева (напарник Леонова в экспедиции 1965 года. – Авт.). И оказывается, мы не можем их взять с собой на борт, потому что для этого нужно было оформлять разрешение еще 2 месяца назад. Что за секретность? Сейчас открой «Гугл» и увидишь любую машину, которая передвигается по земле. А мы не можем взять астронавтов на борт самолета, который садится на военный аэродром возле Вологды! Это чушь и позор! Что они там увидят в Вологде? Это же люди, которые с нашего военного аэродрома улетали на космодром!
– Может, боятся, что они что-нибудь не то сфотографируют? – Да я возьму сейчас свой телефон и с помощью интернета рассмотрю весь этот аэродром до последнего сарая! Спутники летают и снимают что угодно с разрешающей способностью 5 см. Эти люди здесь жили 3 года, и мы от них скрываем вологодский аэродром! Такие глупости страшно мешают жить. И они везде. Все эти промежуточные вещи – бе¬зобразные и глупые, они характеризуют нашу страну и наш народ как край пуганых идиотов. – Сейчас такие времена – сноуденов. – Я бы со Сноуденом не целовался. Он мужественный человек, но пусть занимается своими делами. Не может сержант делать мировую политику! А у нас в рейтинге известных людей пресса его поставила выше Лаврова. Выше министра иностранных дел! Я бы Сноудена так не раскручивал на вашем месте.
– Знаю, что вы сами раскручивали дело другого персонажа – Сердюкова. Вы забросили свое расследование его деятельности? – Когда начался шабаш… этого… не знаю, как его назвать… министра по уничтожению системы военного образования, по разрушению системы подготовки летного состава, я выступал в Общественной палате, членом которой являлся, с докладами. Собрал все документы, написал обращение к президенту с просьбой навести порядок и ликвидировать этого неспециалист
Письмо-обращение было подписано членами Общественной палаты – Александром Каньшиным (зам. председателя Общественного совета при Министерстве обороны. – Авт.), Николаем Сванидзе, Виктором Гусевым, Генрихом Новожиловым (выдающийся советский авиаконструктор. – Авт.). Но все мои попытки связаться с Песковым ни к чему не привели. В то время они учили летать журавлей, амфоры доставали… Не до Сердюкова было. Мне сказали отослать обращение в администрацию президента. Я отправил и через неделю получил ответ: ваше обращение рассмотрено и направлено министру транспорта Левитину и министру обороны. То есть наш же доклад против него ему и отослали! Молодцы, что сказать. Это было за полгода до того, как Сердюкова сняли. Кстати, все, кто подписал письмо-обращение к президенту, были уволены из Общественной палаты, в том числе и Алексей Архипович Леонов. Вот и вся демократия. – Так вы не сами ушли, как писали в СМИ? – Нет, меня просто не внесли в очередной список. При этом мне никто не сказал ни «спасибо», ни «до свидания». И всех остальных тоже убрали, и мне теперь очень неудобно, что я их втравил в это дело. – При этом вы – член высшего совета «Единой России». – Да. Я, например, выступал с докладом о том, что готовится разрушительная реформа высшего образования, что готовятся реконструировать Центр подготовки космонавтов, объяснял, что это будет дорого, хуже во много раз. Нельзя разрушать эту систему. Однако как будто ничего не произошло. Американцы, японцы, китайцы полностью взяли нашу схему – построили свои «звездные городки», даже с такими же водоемами. Их центры подготовки космонавтов – точные копии нашего. А мы разрушили то, что имели. Алексей Леонов: Я буду состоять в своей партии до конца, я верю людям, которые там находятся Фото: Андрей Струнин – Что же вас держит в партии, если так обстоят дела? – С 18 лет я был членом Компартии. Потом ее не стало. Когда началось новое партийное движение, меня пригласили, рассказали о программе. Я живу в России и понял, что это единственная сила, организация, которая может что-то решать. И она что-то решает. – То есть «Единая Россия» – это новая КПСС для вас? – Нет, стиль работы совершенно другой. Я ни разу не слышал, чтобы на съездах решались вопросы промышленности, сельского хозяйства. Постоянно идет разговор о том, как провести выборы. Но я член высшего политсовета «Единой России». Как я могу предать партию?! Нет, я буду в ней до конца, я верю людям, которые там находятся, – они замечательные, талантливые. Но стиль работы должен быть совершенно д¬ругой.

«Раньше нас на Луне будут китайцы»
– Стоит ли рваться на Марс? – Не надо рваться на Марс. Надо, чтобы заработал космодром Восточный. Про Марс – только разговоры. Чтобы туда лететь, нужно твердое решение правительства со сроками и позициями: кто, где, когда и кому. Если этого не будет, то никакие спонсоры нам денег не дадут. – Космос вообще надо осваивать дальше или уже освоено все, что возможно на данном этапе развития науки? – Космос – это человеческая жизнь! Там можно сделать то, что на Земле никогда не сделаешь. Работал бы ваш телефон без космоса? – Нет, но ведь уже работает. Нам что-то еще нужно? – Предела совершенству нет. Космос вступил в эпоху прикладного значения. Американцы подсчитали: один доллар, вложенный в космические программы, возвращается тремя долларами прибыли.
– А на Луну нам нужно? – Думаю, раньше нас там будут китайцы. Пока у нас нет космодрома для запуска соответствующих кораблей – тяжелых ракет. Первый запуск может быть в этом году, но это будет ракета среднего класса. А тяжелая будет запущена где-то в 2018 году.
– Вы-то наверняка знаете, были ли американцы на Луне на самом деле? – Только неграмотные люди могут говорить, что американцы не были на Луне. Лишь две страны не смотрели высадку Армстронга на ее поверхность – СССР и Китай. Как участник советской лунной программы, я был приглашен на Комсомольскую (улица в Москве. – Авт.), где была воинская часть, занимавшаяся дальней космической связью. Мы все это видели, и видели члены политбюро, как Армстронг выходил на лунную поверхность. Глупость не позволила нам показать всем это достижение человечества. – Много было разговоров, что эта трансляция – монтаж. Не монтаж? – Этот вопрос в рейтинге глупости получит первое место. – Что все-таки было самым прекрасным в вашей жизни – космос или семья? – Это невозможно сравнить. У меня есть внучка Карина и внук Деник, правнучка Арианочка и правнук Алексей. Моя дочка, сама уже юная бабушка, сейчас с ними. А мы с супругой Светланой – прабабушка и прадедушка. Это необычайное чувство, когда видишь этих крох – одна уже бегает, другой только стоит, но все время лопочет. Это просто чудо!

Мильчановска Елена
http://sobesednik.ru/

Кто убил Василия Шукшина?

Более 40 лет назад при загадочных обстоятельствах погиб замечательный русский режиссер, актер и писатель. Как это было?

«Субботний Рамблер» представляет отрывок из книги АЛЕКСЕЯ ВАРЛАМОВА о писателе и актере Василии Шукшине, которая готовится сейчас к выходу в серии «ЖЗЛ».
Василий Шукшин умер за два дня до окончания съемок фильма «Они сражались за Родину» в ночь на 2 октября 1974 года. Его смерть мифологизирована не меньше, чем жизнь, а описана и в литературе, и в журналистике, и в документальных фильмах, коих за последние годы вышло немало, даже более подробно. Бывший моряк, три года отслуживший на берегу Черного моря, скончался на борту пассажирского парохода «Дунай», пришвартованного к правому берегу Дона. Диагноз, поставленный при вскрытии, показал: смерть наступила вследствие сердечной недостаточности. Иногда ссылаются на высказывание врачей, что у Василия Макаровича было сердце 80-летнего старика. Говорят также о табачно-кофейной интоксикации. А еще о том – что Шукшина убили.
…«Удивительное совпадение. За день до смерти Василий Макарович сидел в гримерной, ожидая, когда мастер-гример начнет работать, – вспоминал Юрий Никулин. – Он взял булавку, опустил ее в баночку с красным гримом и стал рисовать что-то, чертить на обратной стороне пачки сигарет “Шипка”. Сидевший рядом Бурков спросил:
– Что ты рисуешь?
– Да вот видишь, – ответил Шукшин, показывая, – вот горы, небо, дождь, ну, в общем, похороны…
Бурков обругал его, вырвал пачку и спрятал в карман. Так до сих пор он и хранит у себя эту пачку сигарет с рисунком Василия Макаровича».
А вот пространный отрывок из книги Владимира Коробова, ценный тем, что был создан благодаря общению автора с Георгием Бурковым.
«1 октября 1974 года в киногруппе «Они сражались за Родину» был обычный и совсем нетрудный съемочный день, основная работа была уже позади. Шукшин – накануне много говорили о “Разине”, разрешение на запуск которого было наконец получено, – чувствовал себя усталым и разбитым. Они решили с Бурковым после съемок съездить в станицу Клетскую, снять усталость в бане.
…Поехали на “газике” в Клетскую. Молодой шофер Паша неудачно развернулся и нечаянно переехал неосторожную станичную кошку. Шукшина начали бить нервные судороги, он с трудом успокоился. Перед баней шофер рассказал старику-хозяину (отцу заведующего местной кинофикацией) о дорожном происшествии. “Не к добру, – сказал старик, – к большой беде примета… Ну, да это раньше в приметы верили, сейчас все не так…”
Мыться расхотелось, только погрелись слегка. Василий Макарович даже на полок не поднимался, посидел внизу. На обед у гостеприимного старого донского казака была лапша, мед, чай со зверобоем. Дважды – до обеда и после – Шукшин звонил в Москву. К телефону никто не подошел.
Вернулись на “Дунай”. В каюте у Буркова стояли два стакана с холодным кофе. Шукшин подгорячил свой стакан маленьким кипятильником и выпил. Вроде бы оживился. Немного поговорили на разные темы. Бурков предложил лечь сегодня спать пораньше. Да, согласился Шукшин, хорошо выспаться бы не мешало, и вскоре ушел в свою каюту, которая располагалась рядом.
Буркову не спалось. Посреди ночи, примерно в два-три часа, он услышал стук двери и знакомый звук шагов. Он выскочил на палубу. Шукшин, в съемочном галифе и белой нательной рубашке, держался левой рукой за сердце.
– Ты что, Вася?..
– Да вот, защемило что-то и не отпускает, а мне мать говорила: терпи любую боль, кроме сердечной… Надо таблетки какие-нибудь поискать, что ли…
Врача на теплоходе не оказалось, уехал в этот день на свадьбу в одну из станиц. Нашли с помощью боцмана аптечку. Валидол не помог. Бурков вспомнил, что мать у него пьет от сердца капли Зеленина. Шукшин принял это лекарство.
– Ну как, Вася, легче?
– А ты что думаешь, сразу, что ли, действует? Надо подождать…
Зашли в каюту Шукшина.
– Знаешь, – сказал Василий Макарович, – я сейчас в книге воспоминаний о Некрасове прочитал, как тот трудно и долго помирал, сам просил у Бога смерти…
– Да брось ты об этом!..
– А знаешь, мне кажется, что я наконец-то понял, кто есть “герой” нашего времени.
– Кто?
– Демагог. Но не просто демагог, а демагог чувств… Я тебе завтра подробнее объясню…
– Вася, знаешь что, давай-ка я у тебя сегодня лягу…
Шукшин посмотрел на вторую кровать, заваленную книгами, купленными в Волгограде, Клетской и Ленинграде (всего их было – назовет потом опись – сто четыре названия), бумагами и вещами.
– Зачем это? Что я, девочка, что ли, охранять меня… Нужен будешь – позову. Иди спать…»
Разговаривал с Бурковым о смерти Шукшина и Анатолий Заболоцкий, и его рассказ в чем-то совпадает, в чем-то нет с версией Коробова.

«Помню серо-синего Георгия Буркова. Вот что мне рассказывал Жора в тот день, когда он вместе с Бондарчуком, Тихоновым, Губенко привез в Москву из Волгограда транспортным самолетом цинковый гроб. Я спросил его: “Как все хоть было? Когда ты его видел последний раз?”. Передаю смысл его рассказа: “Вечером в бане были, посидели у кого-то из местных в доме. Ехали на корабль — кошку задавили — такая неловкая пауза. Тягостно было.

Поднялись на бугор возле “Дуная”. Потом по телевизору бокс посмотрели. В каюте кофе попили. Поговорили, поздно разошлись. В 4 — 5 часов утра еще совсем темно было, мне что-то не спалось, я вышел в коридор, там Макарыч стоит, держится за сердце. Спрашиваю: “Что с тобой?” – “Да вот режет сердце, валидол уже не помогает. Режет и режет. У тебя такое не бывало? Нет ли у тебя чего покрепче валидола?”. Стал я искать, фельдшерицы нет на месте, в город уехала. Ну, побегал, нашлись у кого-то капли Зеленина. Он налил их без меры, сглотнул, воды выпил и ушел, и затих. Утром на последнюю досъёмку ждут. Нет и нет, уже 11 часов — в двенадцатом зашли к нему, а он на спине лежит, не шевелится”. Кто зашел, не спросил ни я, ни он не говорил».
Сам Бурков в книге мемуаров написал о последних часах жизни Шукшина очень скупо, опустив все те подробности, которые поведал Коробову и Заболоцкому: «В последний вечер выглядел усталым, вялым, все не хотел уходить из моей каюты – жаждал выговориться. Вдруг замолкал надолго. Будто вслушивался в еще не высказанные слова. Или принимался читать куски из повести «А поутру они проснулись» – как раз завершал работу над ней, вот только финал никак не выходил, что-то стопорило. Помните, повесть обрывается на суде. “Я хочу сделать так. Во время чтения приговора в зал входит молодая, опрятно одетая – “нездешняя” – женщина и просит разрешить присутствовать. Судья, тоже женщина, спрашивает: “А кто вы ему будете? Родственница? Знакомая? Представитель жэка?” – “Нет”, – говорит женщина. “Кто же?” – “Я – Совесть”».
И тем не менее именно он, Бурков, так и остался основным свидетелем и – по мнению многих – безмолвным хранителем последней загадки в судьбе Шукшина.
«Есть, есть тайна в смерти Шукшина, – утверждал Алексей Ванин. – Думаю, многое мог бы поведать Жора Бурков. Но он унес тайну в могилу. На чем основаны мои подозрения? Раз двадцать мы приглашали Жору в мастерскую скульптора Славы Клыкова, чтоб откровенно поговорить о последних днях Шукшина. Жора жил рядышком. Он всегда соглашался, но ни разу не пришел. И еще факт. На вечерах памяти Шукшина Бурков обычно напивался вусмерть. Однажды я одевал, умывал его, чтоб вывести на сцену в божеском виде. Тот хотел послать меня подальше. Я ответил: “Жора, не забывай про мои кулаки!” И тогда пьяный Бурков понес такое, что мне стало страшно и еще больше насторожило…»

«Жора Бурков говорил мне, что он не верит в то, что Шукшин умер своей смертью, – вспоминал актер Александр Панкратов-Черный. – Василий Макарович и Жора в эту ночь стояли на палубе, разговаривали, и так получилось, что после этого разговора Шукшин прожил всего пятнадцать минут. Василий Макарович ушел к себе в каюту веселым, жизнерадостным, сказал Буркову: “Ну тебя, Жорка, к черту! Пойду попишу”. Потом Бурков рассказывал, что в каюте чувствовался запах корицы – запах, который бывает, когда пускают “инфарктный” газ. Шукшин не кричал, а его рукописи – когда его не стало – были разбросаны по каюте. Причем уже было прохладно, и, вернувшись в каюту, ему надо было снять шинель, галифе, сапоги, гимнастерку… Василия Макаровича нашли в нижнем белье, в кальсонах солдатских, он лежал на кровати, только ноги на полу. Я видел эти фотографии в музее киностудии имени Горького. Но почему рукописи разбросаны? Сквозняка не могло быть, окна были задраены. Жора говорил, что Шукшин был очень аккуратным человеком. Да и Лидия Николаевна Федосеева-Шукшина рассказывала о том, что, когда они жили в однокомнатной квартире, было двое детей, теснота, поэтому все было распределено по своим местам – машинка печатная, рукописи и так далее. А когда дети спали, курить было нельзя, и Шукшин выходил в туалет, клал досочку на колени, на нее тетрадку и писал. Разбросанные по полу каюты рукописи – не в стиле Шукшина, не в его привычках: кто-то копался, что-то искали.
Такими были подозрения Буркова. Но Жора побаивался при жизни об этом говорить, поделился об этом со мной как с другом и сказал: “Саня, если я умру, тогда можешь сказать об этом, не раньше”».
О подозрениях Георгия Буркова рассказывал позднее и его гример В. Мухин. Вот слова Буркова в его изложении: «Я постучался к Шукшину. Дверь была не заперта. Но я не вошел, а от двери увидел… рука, мне показалось, как-то… Я чего-то испугался. Окликнул его. Ему же на съемку было пора вставать. Он не отозвался. Ну, думаю, пусть поспит. Опять всю ночь писал.

Я пошел по коридору и столкнулся с Губенко. “Николай, – попросил я, – загляни к Васе, ему скоро на съемку, а он чего-то не встает…”
Он к нему вошел. Стал трясти за плечо, рука как неживая… потрогал пульс, а его нет. Шукшин умер во сне. “От сердечной недостаточности”, – сказали врачи. Я думаю, они его убили. Кто они? Люди – людишки нашей системы, про кого он нередко писал. Ну, не крестьяне же, а городские прохиндеи… сволочи-чинуши…»
«В станице до сих пор ходят разные толки. И поводы для этого есть. Еще жива Евгения Яковлевна Платонова, партизанка, жена Героя Советского Союза Венедикта Платонова, – вспоминал житель станицы Клетской Н. Дранников. – Ее брали понятой. Евгения Яковлевна рассказывает, что, когда они приехали на “Дунай”, все в каюте было разбросано. Будто кто-то что-то искал. А сам Шукшин лежал скорчившись. Это никак не вяжется с фотографией криминалистов, где Василий Макарович лежит в ухоженной каюте, прикрытый одеялом, словно спит. А еще вызывают подозрение у станичников чистые сапоги. Зачем ему надо было мыть кирзачи? Ведь назавтра вновь с утра на съемку. Кто и что смыл с его сапог, гадают наши казаки».
А вот слова Л. Федосеевой-Шукшиной: «Я уверена: в ту ночь произошло убийство. Чего Вася и боялся последнее время. Он показывал мне список своих родственников, которые умерли насильственной смертью. Боялся, что разделит их участь. Предчувствие было. “Господи, дай скорее вернуться со съемок! Дай бог, чтоб ничего не случилось!” Случилось.
Когда на разных уровнях заявляют, что не выдержало больное сердце Шукшина, мне становится больно. Вася никогда не жаловался на сердце. Мама моя в тот год сказала: “Вася, ты такой красивый!” – “Это полынь! – ответил он. – Я такой же крепкий, такой здоровый, что полынь степная”.
Он чувствовал себя прекрасно, несмотря на безумные съемки, ужасную войну, которую снимал Бондарчук.
Как раз перед съемками “Они сражались за Родину” Бондарчук устроил его на обследование в самую лучшую цековскую больницу. Врачи не нашли никаких проблем с сердцем. У меня до сих пор хранятся кардиограммы. Там все слава богу.
Говорят, что умер оттого, что много пил. Ерунда! Вася не брал в рот ни капли почти восемь лет.

Что странно: ни Сергей Федорович Бондарчук, ни Георгий Бурков, ни Николай Губенко, ни Юрий Владимирович Никулин, ни Вячеслав Тихонов – ни один человек так и не встретился со мной позже, не поговорил откровенно о той ночи. Я так надеялась узнать именно от них, что же случилось на самом деле…»
Что же касается того, кто мог это убийство совершить, опять же версии расходятся: КГБ, чиновники, завистники, конкуренты, масоны. Больше всего размышлений на эту тему оставил Анатолий Заболоцкий. В одном из вариантов воспоминаний о Шукшине, а точнее в дополнениях к уже опубликованным мемуарам он написал о том, как во время своего приезда на Дон несколько лет спустя после смерти Василия Макаровича встретил некоего незнакомого человека, который «нервной скороговоркой» представился Алексеем и рассказал о том, что был в составе группы эвакуации на теплоходе «Дунай». «Мы прибыли в начале четвертого и должны были перевезти тело в Волгоград. Уже на “Дунае” нам велено было оставить его в каюте до приезда врачей. Он лежал ничком поперек койки. Мы положили его нормально, сняв верхнюю одежду и сапоги. Тело было уже полуокоченевшее… закрыли его одеялом, а сапоги и тапочки поставили там, где они стоят на снимках, опубликованных в печати и в вашей книге. В каюте был кавардак; кроме нас, приехавших за телом, там был какой-то мужик — широкоплечий, невысокий, с головой, посаженной без шеи в туловище. Уходя, запомнил его слова: “Идиоты, наведите порядок!” С тех пор судьба Шукшина меня зацепила… Не задавайте мне вопросов. Я сообщил вам факты, потому что просмотрел иллюстрации в вашей книге “Шукшин в кадре и за кадром”».

А дальше последовал комментарий самого Анатолия Дмитриевича: «Внезапно простившись, он ушел и растворился в многолюдье. Глядя ему вслед, я не чувствовал потребности задавать вопросы… Много позже (когда Панкратов-Черный пересказал свой разговор с Георгием Бурковым, в котором тот поведал о насильственной смерти Макарыча — инфарктным газом, пахнущим корицей, — и просил обнародовать сей факт только после его, т. е. Буркова, смерти, что Панкратов-Черный и сделал) я вспомнил слова Алексея на берегу Дона и мне стало понятно, почему Георгий явно нервничал, когда я упорно просил: “Расскажи о последней встрече твоей с Макарычем! Ты же видел его последний”. Всякий раз Георгий излагал мне другой ход события. Ясно было — Георгий уклонялся, чего-то не договаривал и почему-то ему самому было тошно…

Схема гибели Макарыча, вероятно, была такова. Предположим, что кому-то из работников группы или журналистов, кои в последние дни густо кружились вокруг шукшинской каюты, некто поручил изъять записи Шукшина или текст пьесы “Ванька, смотри!”. Возможно, то был один актер окружения, которого Макарыч давно вычислил как чьего-то соглядатая и сказал о том в нашей последней беседе. И вот, допустим, “порученец” проникает в каюту Шукшина, чтобы взять потребную рукопись, но в известном похитителю месте ее нет; тогда он начинает рыться среди книг и “выходит из графика” — входит Шукшин и видит в своей каюте субъекта, которого знает в лицо. Помня горячность Макарыча, можно предположить, что возникла потасовка. “Искатель” гадко вляпался и решает уложить хозяина каюты без сознания — стреляет, скажем, из газового пистолета или баллончика. Заслышав издали возню, является Бурков. Убрать второго — как-то слишком (задания такого нет; а может, и отрава кончилась в баллоне). “Искателю” провал его грозит разоблачением, тогда он обещает Буркову: “Ляпнешь, сдохнешь!” Обет молчания доконал душу Буркова… Шли годы. Георгий стал проговариваться, особенно при подпитии. В конце концов попал в больницу — тот же диагноз: “сердечная недостаточность” и — на тот свет…
Ох, как много людей, знавших правду, ушло со света белого молча! А мне, коль моя версия грешна, то за нее отвечать придется на том свете…»

Отрывок предоставлен издательством «Молодая гвардия».

http://weekend.rambler.ru/

Жизнь на постном масле

Для здоровья полезнее отказаться от сладкого, чем от жиров

За последние 10 лет россияне стали потреблять гораздо меньше животных жиров, и в первую очередь — сливочного масла, и вдвое больше растительных масел. К таким выводам пришли ученые из Национального исследовательского центра «Здоровое питание». Это, несомненно, внесло свой вклад в снижение смертности от сердечно-сосудистых заболеваний на 25%.
Сердце скажет спасибо
С 2003 по 2013 год россияне стали есть сливочного масла меньше на 12,7%, зато потребление растительных масел выросло на 106%. Казалось бы, чего хорошего — жирное всегда считалось вредным. Но не всякое — растительные масла полезны, а вот сокращение животных жиров в рационе приводит к значительному улучшению здоровья. Это доказали финны в многолетнем проекте «Северная Карелия».
В Финляндии, как и у нас, испокон веку был принят северный тип питания — плотной, тяжелой, жирной и углеводистой пищей. Помимо алкоголя и курения избыток холестерина в пище сочли одной из главных причин высокого уровня сердечно-сосудистой заболеваемости и смертности. Самый высокий уровень был в провинции Северная Карелия, где население занято в основном тяжелым трудом на лесоразработках. Там и приняли программу по снижению курения, потребления спиртного и изменению привычек питания.
Действовали по-умному — через домохозяек. Для них проводили обучающие курсы по домашней готовке, им внушали, что здоровье мужей-кормильцев в немалой степени зависит от того, что они едят. Убеждали, что вместо сливочного масла готовить надо на растительных маслах, жирное мясо надо заменить постным, есть больше рыбы и т.д.
Во всех столовых и ресторанах собственников обязали предлагать посетителям салаты из свежих овощей и зелени бесплатно, их же ввели в рацион в детских садах и школах, детям стали бесплатно выдавать фрукты и соки. И через 25 лет получили результат: люди стали есть меньше животных жиров, молока и мяса, больше рыбы, овощей и фруктов. Смертность от сердечно-сосудистых заболеваний с 1973 по 1998 год снизилась на 65%, средняя продолжительность жизни выросла до 81 года.
Как масло помогает худеть
Вредными для здоровья являются главным образом животные жиры — в мясе, молоке, сметане, твороге и т.п. А вот жиры, содержащиеся в рыбе и растительные, напротив, для здоровья полезны. В их составе есть полиненасыщенные жирные кислоты, которые укрепляют стенки сосудов, улучшают свойства крови, препятствуя развитию атеросклероза и ишемической болезни сердца.
Дальше — больше. Ученые сравнили эффект от двух диет. Одна из них — с ограничением углеводов (сахара, белого хлеба, макаронных изделий, круп, картофеля и т.п.), вторая — со сниженным содержанием жиров. Добровольцы соблюдали их в течение года.
В обеих группах не лимитировали общее количество съеденных калорий, разрешили потребление овощей, а участникам «жировой» группы посоветовали также есть бобовые и свежие фрукты. Участники из первой группы питались в основном белками и жирами, преимущественно ненасыщенными — они содержатся в рыбе, растительных маслах, орехах. Им не запрещалось есть также сыр и красное мясо — продукты с высоким содержанием животных жиров. Тем не менее они потеряли в среднем на 3,6 кг больше, чем участники из второй — «углеводной» — группы, которые ели в основном крахмалистые продукты.
Более того, у тех, кто по-прежнему ел животные жиры, не только намного больше снизилось общее количество жира в организме, но и улучшилось состояние мышечной массы, хотя ни в одной из групп уровень физической активности не менялся. А вот у тех, кто попал в «углеводную» группу, больше сокращалась мышечная масса, чем жировая. У сидевших на низкоуглеводной диете вырос также уровень «хорошего» холестерина и значительно снизилась вероятность сердечного приступа в течение ближайших 10 лет, которую вычисляют по специальной шкале. Низкожировая группа в среднем не получила улучшения этого показателя.
В целом участники «жировой» группы получали около 13% от своих ежедневных калорий из животных жиров, а это более чем в 2 раза превышает предел, которые прежде рекомендовали специалисты — 5-6% от суточного рациона. Получается, что есть растительные жиры и даже немного животных жиров более полезно, чем потреблять мало жира, но много мучного и сладкого.
А как у нас?
В России больше половины населения потребляет чрезмерно много жирной животной пищи. Ситуацию необходимо изменять, и постепенно это делать удается. Эксперты считают это позитивным: в рационе должна преобладать растительная пища, это общемировой тренд, который важен для профилактики важнейших хронических заболеваний.
Но у нас многие считают, что мясо — полезный и незаменимый продукт, а крупы, бобовые, корнеплоды, овощи и т.п. едят только бедные люди, хотя это совсем не так. Животные жиры необходимо по возможности заменять на полезные растительные. Особенно это важно для людей старшего поколения. Вот несколько рекомендаций диетологов:
Выбирайте молочные продукты — молоко, кефир, творог, сметану и т.д. — со сниженной жирностью.
Мясо предпочтительнее постных сортов, например, куриная грудка или индюшатина. Вполне достаточно есть мясо 2-3 раза в неделю, порция не должна превышать 100-120 граммов.
Фасоль и чечевица содержат большое количество растительного белка.
Ценный белок и масла содержат орехи, не забывайте о них.
Хороший источник белка — куриные яйца.
Мясо можно также заменять грибами.
Не реже трех раз в неделю надо есть рыбу, лучше жирных сортов (сельдь, сардины, лосось, скумбрия и др.).
Попробуйте соевый творог тофу — это полезный растительный белок.
Мнения экспертов
Олег Медведев, руководитель Национального исследовательского центра «Здоровое питание:
— На долю углеводов в ежедневном рационе должно приходиться 45-60%, белков — 10-20%, а потребление жиров может достигать и 40% от суточной калорийности. При этом соотношение насыщенных и ненасыщенных жиров изменилось — если раньше оно было 1:2, то теперь на 1 часть насыщенных (животных) может приходиться 3 части ненасыщенных (растительных). Рекомендовано вдвое увеличить количество мононенасыщенных жирных кислот — это прежде всего растительные масла и авокадо. Такие цифры приведены в так называемых Скандинавских рекомендациях Совета министров Северной Европы 2013 года. Они должны стать основой правильного, сбалансированного питания.
Дэвид Кесслер, бывший руководитель Администрации США по контролю качества продуктов питания и лекарственных средств:
— К сожалению, американские стандарты питания — по преимуществу жирное, сладкое и соленое — проникают и в Европу. Виновна в этом пищевая индустрия, которая заинтересована в том, чтобы люди покупали и ели все больше. Мы переедаем постоянно, в результате возникает пищевая зависимость. Выход в том, чтобы пересмотреть привычки питания: научиться есть то, что хочется, не переедая, контролируя себя и планируя свое поведение. Нужно переосмысливать свои взгляды на культуру еды.

Татьяна Батенева

Докашенко Николай Григорьевич. Биография

Родился 21.11.1921 в семье крестьянина на Украине в селе Кондратовка Сумской области. В 1939 году окончил 9 классов Солохатской школы, Сумский аэроклуб.

Служба.
В армейских рядах с июня 1941 г. Окончил Чугуевскую авиационную школу в 1943 году. Некоторое время нес службу в 22-м запасном авиаполку 6-й запасной авиабригады (Московского военного округа).
Участник Отечественной войны: с 06.1944 года – летчик, с 11.1944 года – старший пилот 17-го авиаполка 190-й авиадивизии 11-го авиакорпуса 3-й воздушной истребительной армии. Воевал на 3-м Белорусском и 1-м Прибалтийском фронтах. Участвовал в Белорусской, Восточно-Прусской, Гумбиннен-Голдапской операциях. К концу войны произвел 110 вылетов, участвовал в семи воздушных боях, лично сбив 2 немецких самолета (21.12.1944 оба в одном бою) и 2 – с товарищами в группе.

Боевые действия.
Принимал участие в боевых операциях советско-японской войны – летом 1945 года. Выполнил 3 вылета, сопровождая бомбардировщики, глубоко в тыл врага.

Советский лётчик-ас, Герой Советского Союза.
Участник Великой Отечественной,
советско-японской и Корейской войн.

После окончания войны Докашенко продолжил нести службу в ВВС советских оккупационных войск на территории Германии. Будучи командиром звена 17-го авиаполка, весной 1951 года направлен в Северный Китай (Мукден). Tам был назначен командиром эскадрильи по лётной части.

Участвовал в Корейской войне с лета 1951 года. Считался одним из лучших асов в полку.
Капитан Докашенко, за период военных действий в Корее, произвел 148 вылетов, принял участие в 45 боях, сбил 9 американских самолётов и 2 повредил (этот факт является причиной разного числа побед аса, так как некоторые авторы пишут об 11 сбитых, объединяя поврежденные и сбитые самолеты вместе).
Указом от 22.04.1952 года капитану Докашенко, за отвагу и мужество в боях, присвоено звание Героя страны с вручением медали «Золотая Звезда» и ордена Ленина.

Звания. Награды.
По возвращении на родину, продолжил служить в ВВС страны. Командовал эскадрильей, с 1955 года – помощник командира по тактической и огневой подготовке 17-го авиаполка, с 1958 года – командир 17-го авиаполка. С 1959 года – начальник Курганского аэроклуба ДОСААФ. В 1960 году подполковник Докашенко вышел в запас.

Жил в городе Сумы (Украина). Скончался 22 февраля 1992 года. Был похоронен Докашенко в Сумах на Засумском кладбище.

http://avia.pro/

Первый русский авиатор Михаил Ефимов

13 ноября 2014 года исполнилось 133 года со дня рождения известного летчика, уроженца Смоленской области Михаила Ефимова.Ефимкин

133 года назад, 13 ноября 1881 года, в деревне Аполье под Смоленском родился первый русский авиатор, известный спортсмен начала ХХ века Михаил Ефимов. Сын простого смоленского слесаря из маленького села, он первым поднялся на недосягаемые прежде высоты, стал героем Первой мировой и был казнен белогвардейцами в Крыму. В день рождения прославленного покорителя воздушного пространства «АиФ-Смоленск» вспоминает вехи его жизни.

Чемпион мотоциклета
В десятилетнем возрасте Михаил Ефимов вместе со своими родителями и братьями «в поисках лучшей жизни» переехал в Одессу, где увлекся велосипедным спортом. Он стал завсегдатаем «циклодрома» (велотрека) и вскоре на подержанном велосипеде, приобретенном на первую получку старшего брата, завоевал первые призы.
В возрасте 18 лет Михаил поступает в Одесское железнодорожное техническое училище на обучение по специальности «электромеханик телеграфной связи». В 1907 году покупает мотоцикл марки «Пежо» и через год становится чемпионом России по мотоциклетному спорту.

Долгий полет
Но его мечтой всегда было небо. В 1909 году Ефимов на средства банкира Ивана Ксидиаса отправляется учиться пилотированию во Францию, где его наставником стал пионер авиации Анри Фарман.
25 декабря 1909 года Михаил Ефимов совершил свой первый самостоятельный 45-минутный полёт на аэроплане. Это стало настоящим прорывом в авиации, до этого пилоты держались в воздухе по несколько минут.

Небо на троих
21 марта 1910 года в Одессе состоялся первый полёт Михаила Ефимова в присутствии 100 тысяч человек на поле Одесского ипподрома. В тот день он поднимался в воздух пять раз, выполнив три круга на высоте 50 метров и два полёта с пассажирамии — банкирами бароном Иваном Ксидиасом и председателем Одесского аэроклуба Артуром Анатрой. Полёты были осуществлены на аэроплане «Фарман-IV». В этот день Ефимов установил мировой рекорд по продолжительности полета с пассажиром. Предыдущий рекорд принадлежал одному из основателей авиации — Орвилу Райту. Этот полет положил начало развитию пилотирования летательных аппаратов в России. После приземления Ефимову вручили лавровый венок с надписью «Первому русскому авиатору».

Герой войны
С началом Первой мировой Михаил Ефимов подал рапорт с просьбой отправить его на войну. Вскоре он оказался в качестве добровольца в 32-м авиационном отряде на Западном фронте. Как опытный пилот, он летал на разведку и бомбежку вражеских позиций, привозил ценные разведывательные данные. За боевые успехи он был награжден полным набором Георгиевских крестов, орденом Анны III степени с мечами.
Красный закат
После Октябрьской революции Ефимов пополнил ряды Красной армии, участвовал в боевых операциях против белогвардейцев. В 1918 году во время оккупации Крыма попал в немецкий плен. Через год его освободили, но советская власть в Крыму продержалась недолго, Ефимов схватили и казнили белогвардейцы.

http://www.smol.aif.ru/