Как Брежнев крымским милиционерам вместо взбучки «Волгу» подарил

ШЕФ ПРИКАЗАЛ: «ДОРОГУ НЕ УСТУПАТЬ!»

 

 Чем-чем, а своим комфортом Леонид Ильич никогда не жертвовал. Несмотря на застои в экономике и продуктовый дефицит в магазинах по всему Союзу, отдохнуть шикарно он любил. К примеру, каждое лето, четко с июля по 3-5 сентября, нежился в солнечном Крыму. Отдыхал в Ливадии (Большая Ялта) на так называемой «Хрущевской», или, языком спецслужб, госдаче №1.

 

 В шикарные апартаменты на берегу Черного моря его доставлял кортеж из Симферопольского аэропорта. К слову, машины в гараже генсека были в основном импортные. Да и охраняли главу Советов тщательнее, чем современных президентов. Одних только машин сопровождения было несколько десятков! А автомобилей, в которых ехал сам генсек, держали аж пять, и все одинаковые. В каком именно лимузине находился Брежнев, никто не знал. Авто постоянно «тасовались» по дороге, как игральные карты в колоде.

 

 — В 1971 году я был инспектором дорожно-патрульной службы милиции в звании сержанта, возил на ГАЗ-21 «Волга» начальника тогда еще УВД Крымоблисполкома — комиссара милиции третьего ранга Виталия Захарова, — рассказал «КП» экс-начальник ГАИ Алушты полковник милиции Валерий Журавлев. — Мы сопровождали кортеж Брежнева — возглавляли его, а уже за нами ехали машины КГБ и пять «Линкольнов» генсека.

Валерий Журавлев сопровождал правитель ственный кортеж в 1971-м. Фото: предоставлено Валерием Журавлевым.

 

 

 В отличие от люксов правительственных авто у милицейской «Волги» движок был слабенький. Когда кортеж начал подниматься по трассе на гору Кастель близ Алушты, машина чуть не заглохла.

 

 — Нужно было держать высокую скорость, а у меня двигатель разрывался, — вспоминает Валерий Иванович. — Мы замедлились до 70 километров в час. «Линкольны» начали мигать: мол, уступите. Но мой шеф приказал: «Дорогу генсеку не уступать!» Так и виляли по трассе, чтобы не дать машине Брежнева нас обогнать — такие уж инструкции, пропустить не имели права.

 

ТАКИЕ МАШИНЫ БЫЛИ ТОЛЬКО У КГБ

 

  — После заезда на территорию мы всегда парковались на стоянке, а авто Брежнева ехало дальше. А тут «Линкольн» генсека тормознул прямо возле нашей машины. Помню, Леонид Ильич вышел и идет к нам, — продолжает подполковник. — Мы с шефом бегом из «Волги», стоим, мой начальник доложил генсеку обстановку. Мол, так и так — доехали без происшествий. А Леонид Ильич мне недовольно так говорит: «Ну здоров, сержант! Чего мою машину не пускал вперед?» Все, думаю, приехали — посадят! Я ему: «Не положено, а машина больше 70 у нас в гору не тянет, двигатель выдает всего 65 лошадок». И тут он мне: «Открывай капот!»

 

 Разобравшись в ситуации и осмотрев мотор, Леонид Ильич пообещал милиционерам прислать взамен более мощную машину, а за «тянучку» не наказывать.

 

 Через месяц Журавлева вызвали в Москву. В Крым он уже вернулся на «Волге» модели ГАЗ-23. С виду машина ничем не отличалась от 21-й, разве что сзади были две выхлопные трубы. Зато под капотом у нее стоял двигатель от лимузина «Чайка» мощностью в 195 лошадиных сил и автоматической коробкой передач. Таких машин на то время в Крыму было всего две, и то в КГБ. 

 

В ТЕМУ

 

В Запорожье до сих пор разводят брежневских голубей

 

Елена ЦЕЛИКОВСКАЯ («КП» — Запорожье»)

 

Разводить голубей было модным увлечением правительственных чиновников в те времена. Иногда они даже устраивали соревнования между своими голубятнями. Вот и будущий генсек Леонид Брежнев начал увлекаться птицами, еще когда жил в родном Днепродзержинске. У него на даче была отличная коллекция: вишнево-бархатные белохвостые, черно-бархатные белохвостые, красные белохвостые, красные сплошные и белые… И все красивые, сильные, высокого полета. Так вот потомки тех самых брежневских голубей до сих пор живы!

 

 Владимир Богочаров — чемпион Украины по высоколетным голубям, председатель Запорожского областного клуба, вице-президент юго-восточной организации. И это еще не все регалии! Ведь Владимир Викторович, которому через год исполнится пятьдесят, сорок с лишним лет разводит голубей.

Владимир Богочаров разводит голубей почти всю жизнь.

 

 

 — На даче Брежнева работал дядя Степа. Однажды меня к нему послал дядя Миша из нашего села — страстный голубевод, который несколько раз бывал на даче генсека, — вспоминает Владимир Викторович. — Помню свой детский восторг: около полутысячи прекрасных породистых птиц. Пока дядя Степан рассказывал о каждом виде, я мечтал: вот бы мне хотя бы одну птичку… И вдруг он вынес две коробочки. В первой в сене сидели только что вылупившиеся три пары голубят, а во второй — семь яиц. Сказал: «Передашь Михаилу. Яйца подложите под своих голубей, будете  разводить. Вот это красные белохвостые, это — красные сплошные, а это — белые».

 

 Дядя Миша разрешил маленькому Володе взять себе несколько яиц. Счастью не было предела! Тот выводок позже дал приплод, и брежневская династия насчитывает уже несколько поколений.

 

 

ЛИЧНЫЙ ВЗГЛЯД

 

Системная иллюзия «доброго дедушки»

 

 Я видел своими глазами Брежнева! Два раза! Мне, 11-летнему пацану, тогда казалось: главное, что могло произойти в моей жизни, только что произошло. Я абсолютно искренне в это верил…

 

 Дело было в далеком 1980-м. Леонид Ильич накануне своего предпоследнего дня рождения посетил Индию — страну, на дружбу с которой очень рассчитывали в СССР. К «судьбоносному» визиту и готовились соответственно. Не обошел этот процесс и нас, учеников школы №1 при посольстве СССР в Дели. А как же? Генсека на летном поле должен был встречать не только почетный караул индийских гвардейцев, но и стройный ряд советских пионеров.

 

 Для столь важного задания отобрали 40 человек, отсеяв троечников. А самую почетную миссию (вручить цветы у трапа) доверили троим самым-самым, отличникам из отличников. Церемония хоть и  длилась долго, пролетела как одна секунда. Лайнер вырулил на площадку у аэровокзала, вождь с неторопливым достоинством спустился с трапа. Заиграл гимн СССР, мы вскинули руки в пионерском салюте, и… на этом все закончилось. Ах да, были еще подарки. Каждому пионеру из шеренги вручили по плитке шоколада с печатью Кремля, а тройке счастливчиков досталось по коробке неимоверно вкусных московских конфет, тоже со штампом.

 

 Второй шанс увидеть генсека выдался на следующий день. По дипгородку прошел слух, что вечером после переговоров с Индирой Ганди Брежнев приедет ночевать в резиденцию посла. А перед входом в нее у советских людей будет возможность поприветствовать руководителя страны.

 

 Что вы думаете? Собрались все! Люди приходили целыми семьями, даже с грудничками на руках. Зеленая лужайка у входа была забита до отказа. А генсек задерживался. Час, два, три… Декабрьское делийское солнце не было, конечно, таким палящим, как в мае или июне, но дискомфорт все равно чувствовался.

 

 В ожидании люди успели обсудить все новости, главная из которых, конечно же, — визит Леонида Ильича. Всезнающих «дипломатических кумушек» больше всего поразило скромное меню, заказанное высоким гостем. От предложенных изысков и азиатских деликатесов категорически отказался. Единственное обязательное блюдо — супчик на курином бульоне с протертыми овощами. Впрочем, народ с пониманием шептался: возраст, болезни…

 

 Многочасовое ожидание закончилось, лишь когда стемнело. Брежнев подкатил к парадному, вышел из машины, помахал ручкой толпе и скрылся в особняке. Несколько секунд протокольного действа, а люди уходили счастливые и умиротворенные. 

 

 Феномен всенародной любви — можно ли его объяснять лишь стадным инстинктом толпы? Уверен — нет. Брежнев был не только живым символом эпохи, мощи страны, но и определенной жизненной стабильности. И эта всенародная любовь была по-советски искренна.

 

 К тому же поддерживать ее помогала система — тонкий отлаженный механизм, который еще не давал сбоев в начале 80-х. Показательно, что свой знак внимания от первого лица получили все, кто обитал тогда в городке. И конфеты для пионеров были самым незначительным из них (хотя, съев сладости, детвора еще долго хвасталась друг перед другом гербовыми кремлевскими печатями на этикетках — как боевыми наградами). Например, в посольстве установили спутниковую систему телевидения, что позволило смотреть не только один индийский национальный канал, но и ловить два из СССР. После визита демонтировать ее не стали, оставили людям, передав, что это подарок от Брежнева.

 

 Еще один презент достался послу, одному из лучших дипломатов СССР — Юлию Воронцову: бронированный правительственный ЗИЛ генсека. Машина потом еще несколько лет считалась самой крутой в индийской столице.

 

 Может быть, так и складывался имидж «доброго дедушки» и чуткого руководителя, который обязательно найдет для каждого что-то полезное, доброе и хорошее…

 

Артем МАСЛАКОВ, редактор «КП» — Донбасс».

http://kp.ua/

Оставить комментарий